Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » Отыгранные флешбэки » Благие намерения


Благие намерения

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/12-Istoriya/Syuzhet/nab.png

Участники: Шед Даррен Эгерт, Арлет Дюмон, Даниэль Арман Эриан Росси.
Локация: портовая набережная Дракенфурта.
Описание: путешествие в другую страну — всегда удивительное приключение, особенно когда тебе четырнадцать лет. Но даже самые радужные перспективы могут легко померкнуть, если сделаешь неосторожный шаг в сторону с проторенных туристических маршрутов.
Дата: май 1826 года.

0

2

«Каникулы!» — это была первая мысль, с которой Арлет проснулась в гостинице Дракенфурта. Преисполненная живости, она тут же соскочила с кровати и высунулась в окно.
— Слезь с подоконника.
Заслышав этот холодный голос, Арлет съежилась, юркнула обратно в кровать и прикрылась одеялом. Даниэль не терпел возражений. И зачем только он поехал с ними! Все эти манеры подкрадываться незаметно, открывать все двери без разрешения. И, вообще! Она, между прочим, уже совсем взрослая! И почти леди! Да-да! Даже хозяин называет ее «юная леди»! Арлет уже было открыла рот, чтобы выдать Даниэлю всю эту ахинею, но наткнулась на его усмешку и прикусила язык. Даниэль мог читать чужие мысли. Весь дом знал это. Какая же она глупая! Вот он сейчас рассердится, и накроется прогулка по набережной медным тазом.
— Одевайся. Поедем на аукцион. Вечером погуляешь.
«Аукцион!»
Аукцион — это тоже было здорово. Даниэль и отец, конечно, выбирали жеребят по записям в племенных книгах. Зато Арлет облазила все денники, покачалась на створках ворот, не пропустила ни одного показа и даже присмотрела вороного жеребенка с белой звездочкой. Жаль, что отец отказался его покупать.
Когда они с Даниэлем вернулись в отель (отец остался договариваться о покупке с владельцем очень перспективной кобылки) и уже поднимались по лестнице, Арлет завела старую песню и начала бубнить в спину Даниэлю, который шел впереди:
— Ну, можно я погуляю? Ну, можно?! Ты обещал! Обещал же!
Обращаться на «ты» к Даниэлю было позволительно лишь Арлет да и то, когда он был в благодушном настроении. А он был. Потому что та девушка внизу, в холле при взгляде на Даниэля покраснела и начала заикаться. А потом и вовсе потеряла дар речи. Ну, прямо как горничная Мелани, что осталась дома и наверняка уже проплакала все глаза по желтоглазому вампиру. И чего они все как с ума посходили?
«А вот и никому не обломится» — злорадно подумала Арлет. Даниэль не спал уже третьи сутки. Всю дорогу и ночью тоже. Ночью он вообще никогда не спал. Да и день сегодня выдался хлопотный. Вон как слипаются его длиннющие, тяжелые ресницы.
— Так я пойду?
— Отца предупреди, — сказал сонный Даниэль и захлопнул перед ее носом дверь в свой номер.
«Ура!» — мысленно возликовала Арлет и бодро ссыпалась по парадной лестнице. А отца она предупредит обязательно. Когда вернется.

0

3

Сердце колотилось так, что казалось — сейчас выпрыгнет. В глотке пересохло, кровь шумела в ушах, в боку кололо.
«Надо было сворачивать на набережную. Так и сдохнуть недолго».
Впрочем, он понимал, что никто его убивать не собирался. Разве что случайно, не рассчитав сил. И все было бы ничего, если бы били так, чтобы результаты этого печального происшествия можно было бы скрыть одеждой. Но бить будут по лицу, а допустить этого нельзя. Нельзя ни при каких обстоятельствах.
«Есть над чем посмеяться. Буду томно возлежать на подушках в каюте капитана и прикладывать к фингалу кубок из трюма „Нерки“, за который по всем правилам внесена таможенная пошлина. Заодно реально и вблизи оценю кабошоны. Когда еще представится такая возможность?».
Он бы посмеялся, если бы на это было время и так не кололо в боку.
Тупик.
Все. Загнали.
Тяжело дыша, Шед прижался спиной к холодной стене. Преследователи остановились в нескольких шагах. А чего торопиться? Бежать-то некуда, можно насладиться беспомощностью жертвы в полной мере.
У Шеда был неплохой выход. Можно было рванутся вперед, спровоцировав скоротечную драку. Он знал, что отключится после нескольких же первых ударов. А истязать безжизненное тело даже им — мало удовольствия. Попинают и бросят, благо брать с него нечего.
А «Нерка» снова уйдет. С трюмами, забитыми грузом. И возможность узнать, кто из ювелиров ставит на дешевые серебряные кубки под видом полированных стекляшек старинные кабошоны, появится нескоро. Да, он знал, как их вывозят, но откуда берутся, а главное, как много их еще осталось?
«Нерка» благополучно уйдет с грузом, а я, буду валяться в сточной канаве, как последняя падаль«, — подвел Шед неутешительный итог. Он облизал обветренные губы и прищурился, оценивая ситуацию.
Трое. И каждый из них старше, выше и сильнее Шеда. И с каждым из них он бы справился по одиночке. Но не теперь.
Не теперь. Любой из членов стаи, почувствовав страх, сразу нападет, чтобы не показать неуверенность перед остальными. Иногда трое — это тоже стая. Вот как эти. Будешь сопротивляться — озвереют и забьют на смерть. Нет, пугать нельзя. Во всяком случае... не сразу.
Он выпрямился и, не поднимая головы, неприятно улыбнувшись одними уголками губ, заговорил негромко, хорошо поставленным голосом, погружая себя в «Песнь Мары», как в вязкую, густую субстанцию. «Песнь Мары» — первый и бесценный трофей. Книгу пришлось отдать, но это не имело никакого значения. Память услужливо раскрыла страницы на девятой главе:

Твой пробил час. Пора.
Гордыне и коварству... конец пришел.
Твоя судьба отныне роком стала.
Безумие — твой дар.
Смотри же на меня.
Я — жизнь твоя, цена твоей свободы.

Каждая строка, как хлыст била по нервам. Ритм слов помог восстановить дыхание и успокоить взбесившийся пульс. Шед заговорил громче, он вернулся к пятой главе, выбирая строфы не по смыслу, а по звучанию. Его голос окреп:

И зверя вой, смертельной тени лик -
Ей все равно молитвы иль проклятья,
Ей все равно, младенец или старик,
Для каждого распахнуты объятья...

Шед медленно поднял голову и рассмеялся. Негромко. Этот смех отразился от глухих стен и вернулся зловещим эхом.
— Псих! — неуверенно резюмировал один из преследователей. Жертва вела себя не то, чтобы странно, а очень странно.
Шед сделал шаг вперед и протянул руку. На раскрытой ладони, поблескивая острыми гранями, лежал кусок стекла.
— Да он ненормальный! — У второго сдали нервы. Одно небо, знает, что тому причиной. То ли цепенящий взгляд неестественно черных глаз, то ли глухой проулок, в котором уже сгустились сумерки, то ли непонятный, завораживающий ритм слов, смысла которых он не понимал, то ли эхо совершенно неуместного в данной ситуации смеха. А может быть, в его быстро трезвеющую голову пришла шальная мысль, что этот странный парнишка специально заманил их сюда, чтобы...
— А вдруг он оборотень... — озвучил его страхи третий, уловивший из всего сказанного Шедом только одно слово: «зверь».
Шед улыбался. Улыбка эта была столь же напряженной и неприятной, как и взгляд. Он сжал руку в кулак, чувствуя, как в ладонь врезается стекло. Сквозь сомкнутые пальцы побежали быстрые, темные струйки крови.

Кровавый ритуал и жертвы хриплый стон —
Последний шаг к сияющим вратам.
Разверзлась бездна.
Раскрой объятья и прими меня.
Пора.
Молчание мое — тебе залогом станет.
Забудь о милосердии теперь.

Преследователи попятились. Их боевой азарт испарялся пропорционально той скорости, с которой они трезвели. Собственно, к чему все это? Ну, пошумели, развлеклись. Что взять с бродяжки? Только время терять.
— Да пошел он... придурок.
Через минуту в грязном глухом тупике остался только Шед. Он разжал пальцы, выронил стекло, закрыл лицо руками и медленно опустился на колени. Его сотрясала нервная дрожь.
«Ненавижу!»

+1

4

Арлет спокойно прогуливалась по набережной. Хотя слово «спокойно» было к ней неприменимо в принципе. Она глазела по сторонам и не пищала от восторга только потому, что мадам Рене твердо вбила ей в голову, что это неприлично. Какой-то шум в маленьком, практически незаметном на вид переулочке заставил глазки Арлет заблестеть от переполняющего её любопытства. Не особо раздумывая, она нырнула в сырой полумрак переулка.
Привлек внимание Арлет негромкий, но довольно отчётливый человеческий голос, декламирующий... стихи?! Вау!
«Ух, ты! Что же здесь такое происходит?»
Арлет двинулась вперед вплотную прижимаясь к какой-то не очень чистой стене. Картина, которая открылась ей была довольно странной. Нет, ей хватило ума не принять худенького светловолосого паренька за уличного фокусника. Он, вроде бы, вообще не был человеком, уж очень белой была его кожа, даже не смотря на то, что он где-то основательно извозякался в грязи. Ей хотелось завопить: «Ура, интеллигентные люди! Он даже стихи знает!»
Арлет очень любила общество интеллигентных молодых людей, они умели её развлечь умными беседами. Даже если учесть, что поневоле приходилось следовать нравоучения мадам Рене. Арлет смотрела на этого оборванца, а в ее воображении, он представлялся ей во фраке, бабочке, может даже с букетом роз. Однако его смех испортил впечатление от представления. Причем настолько, что три здоровых детины разбежались от маленького худенького парня как от прокажённого. Арлет обомлела. Да она желала что бы эти лбы перестали загораживать предмет ее исследования, но она не ожидала что ее желание исполнятся так скоро. Когда мимо неё пробежали три участника представления, Арлет не в силах удержать любопытство вышла из укрытия.
Нисколько не смущаясь она воскликнула:
— Здорово ты их напугал, троих, таких большиииих!
Арлет выдала еще несколько восторженных восклицаний в сторону осевшего на землю паренька. И только потом ей пришло в голову поинтересоваться:
— Чего ты сидишь?! Вставай, они же тебя даже пальцем не тронули!
Она уже подошла совсем близко, но только теперь заметила стекающую по его пальцам кровь.
«Или тронули?» — озадачилась она.
Парень сидел неподвижно, и Арлет стало не по себе. Под ногами звякнул окровавленный осколок стекла. Арлет нахмурилась и присела рядом:
— Как же тебя так угораздило? Нет ну я понимаю драгоценности, люди на них падкие, но сжимать так простой кусочек стекла... и вообще, что ты тут забыл?
Незнакомец поднял на Арлет большие и бездонные глаза. Лучезарно ему улыбнувшись, она что было силы рванула его рукав. Ткань затрещала и довольно легко поддалась ее усилиям.
— Я так и знала! — с гордостью заявила Арлет, — Тебя даже глаза выдают, ты точно благородных кровей!
То, что она говорит о мальчишке, как о породистом жеребце, нисколечко ее не смутило. Ей просто некогда было об этом задумываться. Она, сосредоточенно мастерила повязку из обрывков рукава.

0

5

— Отстань! — Шед попытался вырвать руку из цепких лапок девчонки, однако держала она крепко. Рукав затрещал по шву.
— Дура! — констатировал Шед и поднялся. То, что девчушка миленькая, он отметил в последнюю очередь, а в первую — она ниже ростом, скорее всего младше и, не смотря на неплохие физические данные, слабее. Он позволил ей проделать нехитрую операцию над изрезанной ладонью — «Ничего. Под перчаткой никто не заметит. Могло быть куда как хуже» — резко выдернул руку и прижал девчонку к холодной стене, крепко стиснув ее запястья железной хваткой, нимало не смущенный тем, что на нежной коже могут остаться синяки. Повязка мгновенно пропиталась кровью, он, кажется, этого не заметил.
В сумрачных тенях проулка волосы девчонки отливали темным золотом, россыпь веснушек на побледневшем личике, округлившиеся от удивления карие глаза в обрамлении пушистых ресниц. Изумление ее быстро сменялось праведным возмущением хамским поведением Шеда. Теперь на ее лице явственно читались эмоции, которые Шед охарактеризовал про себя фразой: «Ах ты, неблагодарная скотина!». И ни капли страха.
«Занятно».
Шед мерзко улыбнулся, склонился вперед, так что его все еще сбивающееся дыхание обожгло ей ушко и шею.
— А тебе не рассказывали, что бывает с маленькими дурочками вроде тебя в темных подворотнях? — прошипел он, зло сузив глаза и вдруг рявкнул ошалевшей девчонке в лицо:
— Кто тебя сюда звал?! Ты что, совсем ненормальная?!
Шед бесцеремонно схватил девчонку за руку и поволок за собой, не обращая ни малейшего внимания на ее слабое сопротивление.
Он свернул было к набережной, но быстро передумал и нырнул в очередной переулок. Бежать в таком виде по людной улице, да еще с девчонкой — «Заорет ведь, дура!» — значит, привлекать к себе излишнее и ненужное внимание. Еще один переулок. Хрипящее, сбивающееся дыхание, дергающая боль в руке. Снова закололо в боку. Из очередного переулка Шед выскочил к берегу у невысокой каменистой гряды. К воде вела узкая извилистая тропинка. Берег, заваленный скальными обломками и поросший осокой, казался диким и безлюдным. Да и что здесь было делать? Ни тебе достойных пейзажей, ни глубокой воды.
«Не успеваю».
Девчонка оказалась на удивление выносливой. А вот Шед выдохся. В глазах потемнело. Он остановился, выпустил руку Арлет, уцепился за нависающую скалу и зашелся хриплым, лающим кашлем. Наконец, с трудом подавив приступ, Шед выпрямился, с вызовом глянул на девочку и сплюнул на камни ни мало не заботясь об эстетической стороне вопроса.
— Помоги мне спуститься вниз.
Голос его был хриплым и совсем не похожим на тот, каким он декламировал «Песнь Мары» в грязном переулке, да и слова мало походили на просьбу. Скорее — короткое требование, не подразумевающее отказа.
— Или ты боишься? — в его голосе явственно прозвучала насмешка.

0

6

Арлет просто ошалела от неожиданности, когда руки мальчишки прижали её к стене. Она даже подумывала не вцепиться ли зубами ему в плечо, чтобы показать этому хаму где раки зимуют, но он стоял так близко, что можно было различить его дыхание. Двусмысленность положения нисколечко ее не заботила, потому, что все ее мысли были заняты продумыванием следующего шага, закричать ей, укусить, или попытаться сбежать. Внезапно Арлет поняла, о чем он, собственно говорит, и почувствовала, что её щёки всё больше и больше становятся горячими.
«Что бы сказала мадам Рене, если бы увидела это!»
Однако, бросив полный смятения взгляд в сторону этого психа, Арлет поняла, что он уже не смотрит на неё. И только она собралась с духом, чтобы высказать этому гаду все, что о нем думает, как вдруг он рванулся, и Арлет почувствовала, что ее волокут прочь из переулка.
Нет, конечно можно было попытаться вырвать руку, оттолкнуть его, или просто вцепиться в фонарный столб, использовав его как якорь, но Арлет была шокирована. Вот она минуту назад благородная, храбрая, спасает этого мальчишку, и?! Нуууу, может, не совсем спасает... хотя нет! Спасает! Может он бы там кровью истек совсем насмерть! И за это её называют дурой?! Странный он. Мысли Арлет переклинило.
«Там у стенки, он был так рядом, что можно было различить его дыхание. И совсем он не похож манерами на господ! Быдло подзаборное! Да простит меня мадам Рене, я обещала ей так не ругаться».
Пока они бежали, Арлет все больше распалялась. Перед её глазами мелькали непонятные образы, она не понимала, кто же он такой. Ее странный спутник в воображении Арлет перекочевывал из романтической категории «джентльмен из Дракенфурта в стесненных обстоятельствах» в категорию «последний ублюдок» и обратно так быстро, что она не успевала подобрать достойные аргументы в пользу той или иной номинации. Она все еще пребывала в сомнениях, когда мальчишка остановился. Арлет по инерции налетела на него и больно стукнулась носом об его плечо.
Привстав на цыпочки, Арлет выглянула из-за плеча своего странного провожатого и невольно попятилась назад. Ей показалось, что он собирается сигануть с обрыва и утащить ее с собой за компанию. Видимо, для того, чтобы не было скучно. Она уже хотела возмущенно завопить, но тут оборванец выпустил ее руку, и ему явно резко поплохело.
Обретя долгожданную свободу, Арлет даже немного растерялась. Она подошла к краю и заглянула вниз. Нет, грохнуться вниз и свернуть себе шею было вполне реально, но спуск оказался не таким уж бесперспективным делом. Тем более, если учесть, что в наличии имелась узкая каменистая тропинка.
— Помоги мне спуститься вниз, — услышала она за спиной наглое требование, — Или ты боишься?
Возмущенная таким идиотским предположением, Арлет с трудом подавила в себе страстное желание спихнуть этого гада вниз. Разве это не самый быстрый и лучший способ спуститься?
Вел себя он вызывающе, а выглядел жалко. С изодранным рукавом, извозяканный в крови и бледный, как... как... как вампир! Нет, как больной вампир! Как совсем-совсем больной на голову вампир.
Арлет вздохнула, положила его руку себе на плёчо, и обхватила этого поганца за пояс.

+1

7

Шед замер, навскидку оценивая ширину тропинки. Вообще-то он собирался спуститься, опираясь на руку этой шальной девчонки, и никак не ожидал столь близкого... контакта. Без всякого смущения эта дуреха потянула его к краю, но он не двинулся с места.
«Ладно, пусть. Главное — результат»
Он снял руку с ее плеча, обхватил за талию и, прижав к себе, шагнул к обрыву. Но теперь остановилась она.
— Что опять не так? — язвительно осведомился Шед. — Ты свалиться вниз хочешь или закатить мне оплеуху? Или сделать и то и другое, но в определенной последовательности? Давай уже определись, и идем, у меня мало времени.
Не дожидаясь реакции девчонки, он осторожно ступил на узкий карниз, которым начиналась тропа, и потянул ее за собой. Затем шагнул на следующий камень, потом на другой, то поддерживая свою провожатую, то опираясь на нее.
Какой-то серый куст зацепил подол платья девчонки, И Шед едва удержал равновесие, по цепочке получив рывок назад. Он выругался сквозь зубы. Из-под ног горе-провожатой вниз посыпались камни.
Когда они, наконец, вполне благополучно достигли осыпи каменистого берега, Шед вздохнул с облегчением и отцепился от своей спутницы.
— Стой здесь.
Оставив девчонку обирать подол от репьев, Шед вошел в воду. Проще было бы добраться до пещеры вплавь, но соленая вода обожгла изрезанную руку. Шед зашипел от боли и почти сразу ощутил короткий дыхательный спазм.
«Проклятье. Проклятье! Проклятье!!!»
Он вошел в воду по пояс, предусмотрительно удерживая на весу раненую руку, и с трудом отвязал от каменного зубца скрытую в высокой осоке лодку. Когда он вернулся к берегу, толкая лодку перед собой, девчонка справилась с репьями, но вид все равно имела встрепанный. Тащить ее с собой, было, конечно, безумием, но время. Время. Проклятое время.
Шед никогда не останавливался на полпути. И пока был хоть один шанс выполнить задуманное, он не собирался сдаваться обстоятельствам. О том, что делать с девчонкой, он подумает позже. Проблемы следует решать по мере их поступления.
Скептически оглядев результат ее титанических трудов, Шед только пожал плечами и подтолкнул лодку к берегу:
— Грести умеешь?

Отредактировано Шед Даррен Эгерт (13.06.2011 15:46)

0

8

Арлет уже рванулась вперёд, но парень стоял как вкопанный. И чем ближе к нему прижималась Арлет тем становился медленнее Шед. Арлет уже начала подумывать о том, что что-то тут не так. Как Шед, ощутив твёрдую почву, поймал Арлет за талию. Арлет вновь захотелось спихнуть наглого мальчишку с обрыва, но его ехидный вопрос, предвосхитивший ее действия, убил это желание на корню, и они вместе зашагали по узкой тропке, которая и не тропка вовсе, а просто обтёсанные непонятно чем камни. Ей на минуту показалось, что он не столько сам пытался удержаться на камнях, сколько поддерживал её. Арлет в который раз поверила в принадлежность этого маленького оборванца к благородным людям.
Когда они вышагивали в обнимку по мокрой от росы траве, цепляющиеся за подол платья репейники одёргивали Арлет, на что она одергивала Шеда, что бы получить возможность остановиться и высвободить платье. Шагали они медленно, потому не прошло и полгода, как она завазюканная, в платье которое больше напоминала место сбора семян репейника добрались до места назначения. Арлет посмотрела вверх и перепугалась. Она сама не понимала, как они прошли к этому выступу?
Сквозь собственные панические мысли на тему: «А что было бы, если бы мы оттуда навернулись?!!!!», Арлет услышала (лучше бы не слушала) вопрос:
— Грести умеешь?
Это прозвучало ещё более нагло, чем можно было бы подумать по выражению его лица. Что бы она, будущая наездница и не умела?! Конечно она не умеет!
— Умею! — с вызовом произнесла она только для того, чтобы стереть усмешку с его искусанных губ. Арлет пихнула мальчишку в лодку. Торопиться так, торопиться! Бедный парень чуть не плюхнулся в воду, когда Арлет аккуратно спрыгнула следом. Арлет едва сдержалась, чтобы не показать язык, но посмотрела в его ошарашенные глаза, и решила не добивать. Она достала весла и подумала: «Может признаться ему?»
«Вот ещё!» — с такими мыслями Арлет начала плюхать по воде веслами. Лодка, конечно, двинулась, но казалось, что парень остался недоволен результатом. Лодка выписывала круги, странные объекты на воде, но не как не прямые линии которые бы привели их к необходимой цели.
«А куда мы, собственно, гребем?»

Отредактировано Арлет Дюмон (18.06.2011 11:02)

0

9

Шед едва не свалился в воду, когда эта ненормальная пихнула его в лодку. Он ударился коленом о бортик и злобно зашипел, готовый ее придушить. Не ожидавший такой прыти от девчонки, которая на тропинке казалась очень робкой, Шед уже собирался высказать все, что думает по этому поводу, не особо стесняясь в выражениях, но не успел: девчонка с энтузиазмом ударила веслами по воде, окатив его брызгами с ног до головы. Лодка подпрыгнула на невысокой волне, закрутилась, описала круг вокруг собственной кормы и странными зигзагами начала удаляться от берега в сторону открытого моря.
Обозленный Шед готов был влепить девчонке оплеуху, и это с трудом подавляемое желание отчетливо читалось на его бледном лице. Но, внезапно Шедом овладел приступ истерического смеха — он оценил ситуацию со стороны. Злость ушла. Шед с некоторым усилием разжал пальцы, судорожно вцепившиеся в борт обычно покладистой лодки, которая неожиданно высказала такой скверный нрав, наклонился вперед и положил ладони на плечи девчонки, принуждая ее замедлить бурно развиваемую деятельность по их возможному утоплению. Вздохнул в ответ на непонимающий взгляд:
— Подвинься.
Он сел рядом с недоумевающей девчонкой, взял весло в здоровую руку.
— Ты будешь делать все одновременно со мной. Поняла? Не раньше и не позже. Погружать весло в воду нужно лишь на половину лопасти. Это понятно? И гребешь все время одинаково, в одном и том же ритме. Ни быстрее, ни медленнее, ни сильнее и ни слабее. Всегда одинаково, если я не скажу, что нужно что-то делать иначе. Это ясно? Поехали.
Он пустил весло вводу и вновь получил порцию соленых брызг, когда весло девочки скользнуло по поверхности и вывернулось у нее из рук. Шед затравлено глянул на нее из-под челки огромными печальными глазами раненого оленя. Сил злиться у него не осталось.
Однако все вышло не так уж и плохо. Уже через пару минут они приноровились друг к другу, и лодочка послушно понесла их в тени скалистого берега к нужной цели. Кроваво-красные блики на воде, подкрашенные заходящим солнцем резко контрастировали с почти черной тенью скал. Низко над водой с противными, пронзительными криками метались чайки.
Теплое тело девчонки грело ему бок. Она старательно пыхтела над веслом, удерживая его обеими руками, и время от времени старалась сдуть с курносого носика растрепанные ветром волосы. Шед покосился на нее, вздохнул и свободной рукой убрал от ее мордашки выбившуюся прядь. Он не вкладывал в этот жест особого смысла и только пожал плечами в ответ на ее возмущенный взгляд:
— Как тебя зовут?
Лодка скользнула в узкую щель между скал, вошла в темный сумрак пещеры и ткнулась носом в песок. После вечернего освещения снаружи, понадобилось некоторое время, чтобы глаза свыклись с темнотой, которая оказалась вовсе не беспросветной. Из-за скального выступа за поворотом ясно мерцал свет факела. Шед спрыгнул в воду, вытащил лодку подальше на берег, накинул веревочную петлю на вбитый в камень багор и, взял девчонку за руку, помедлив, повернул горячей ладошкой вверх и провел пальцем по натертым мозолям, усмехнулся:
— Неженка...
И не дожидаясь возмущенного ответа, потащил за собой.
Пространство пещеры, освещенное светом двух факелов, было сухим, уютным и обжитым. В углу был сложен самый настоящий очаг, чуть в стороне стоял большой, окованный железом, сундук, внушительный камень с плоской поверхностью вполне мог служить столом, а охапка сухих водорослей — постелью.
— Где ты был?! — возмущенный возглас принадлежал высокому, стройному юноше, который порывисто шагнул вперед и замер, растеряно разглядывая девочку.

0

10

Отыгрыш от НПС Тимми Риган.

Тимми растеряно метался по набережной. Шеда нигде не было. Договоренное время давным-давно прошло, близился отлив. Один из мальчишек выскочил в узкое пространство между двумя магазинами и, поймав вопросительный взгляд Тимми, отрицательно мотнул головой.
Это было немыслимо! Невозможно! Так не должно было быть!
«А если он уже добрался до пещеры? Просто не смог дать знать по каким-то причинам...»
Тимми распорядился снять наблюдение и на всякий случай, оставить лодку в условленном месте, а сам на ялике отправился к их тайной обители. Он был почти уверен, что Шеда там нет, потому не удивился тишине, царившей в каменном гроте, служившем своеобразной прихожей в их уютном каменном пристанище.
То, что лодки не было, еще ни о чем не говорило. Для Шеда преодолеть вплавь расстояние до пещеры было делом привычным. Хотя ни один адекватный человек не решился бы на это в здравом уме и твердой памяти: хищные водовороты, вода, пенящаяся вокруг острых каменных зубьев и глухой рокот прибоя, разбивающегося о каменную гряду, которая возносилась к самому небу неприступной, отвесной стеной, служили достаточным предостережением для любого нормального существа. Но Шед никогда не было нормальным существом. И никто лучше Тимми не знал об этом.
Тимми зажег факелы и нервно прошелся по пещере. Потом со вздохом сгреб в кучу просохшие водоросли. Ему нужно было чем-то себя занять. План, детально продуманный, требовавший колоссальной подготовки, на который ушло больше полугода, летел в тартарары только потому, что Шеду вздумалось все переиначить в последний момент, и он не удосужился сообщить об этом остальным. Так уже случалось, но то были действия не влияющие на результат. Теперь же... Столько времени и сил потрачено впустую!
А может быть, с ним просто что-то случилось? Но с Шедом никогда ничего не могло случится помимо его воли. Тимми был свято в этом уверен.
Время. Время — вязкая субстанция. Оно тянется бесконечно, когда ждешь чего-то важного. Ждешь, даже если почти не остается надежды. Тимми лег на кучу водорослей и закинув руки за голову, уставился в черный, закопченный чадом факелов, высокий потолок. Если ни о чем не думать, то кажется, что лежишь под ночным небом, где-то далеко слышится мощный, неумолчный шум прибоя, слабо потрескивают факелы и кричат чайки. Где-то в совсем-совсем другом мире...
Он уснул. Разбудило его шуршание днища лодки о песок. Проснувшись, Тимми не сразу сообразил где он, и что происходит. Но это было лишь короткое мгновение неведения. Через секунду он вскочил, как ужаленный.
«Шед! Будь все проклято! Где ты был?!»
Последние слова он, кажется, произнес вслух по чистой инерции, ошалело глядя на встрепанную, но невероятно хорошенькую девчонку, которую Шед держал за руку с покровительственно-пренебрежительным видом шейха, снизошедшего до одной из своих наложниц. Тимми растеряно мигнул, сопроводив недоуменный взгляд взмахом длинных черных ресниц.
«Этого еще не хватало!»
Он требовательно уставился на Шеда, ожидая разъяснений.

Отредактировано Эдгар Лоран де Вирр (19.06.2011 13:02)

0

11

Мысленно Арлет проклинала этого хама, когда он бесцеремонно подвинул ее. Она вполне могла бы высказать свои претензии вслух, но он был так близко. Арлет опасалась, что ему это не понравится, и в порыве чувств он выбросит ее за борт. Судя по взгляду, которым этот оборванец одарил ее (почти леди, между прочим!), он вполне был способен на это.
Чтобы немного прийти в себя, Арлет сосредоточилась на каких-то мимолётных деталях: то, как они сели в лодку; то, как он сидит с ней сейчас очень близко, и можно почувствовать его холодный, мокрый бок. От этого прикосновения Арлет начала усиленно загребать веслом, как будто пыталась убежать, не слушая его объяснения.
Окатив всех брызгами в очередной раз, Арлет немного успокоилась и начала обращать внимание на происходящее вокруг. Грозное и опасное море норовило сбросить бедную лодочку на острие камней, которые были не так далеко от обрывающегося берега и торчащих скал. Она вертела головой, и время от времени пыталась сдуть со лба выбившийся локон, который кричащим раздражением ознаменовал возвращения былого возмущения. Куда они гребут, в конце концов?!
Арлет повернулась к мальчишке, чтобы раз и навсегда выяснить этот вопрос и, неожиданно для себя, смутилась его взгляда. Он совершенно спокойно, по-хозяйски поправил выбившийся локон и спросил без особого интереса в голосе:
— Как тебя зовут?
Арлет не ожидала от этого проходимца, такой наглости.
— Арлет, — буркнула она. Слегка повернув голову, Арлет посмотрела на мальчишку, чувствуя что-то странное. Она хотела придушить его, и одновременно ей хотелось вцепиться в его руку и не отпускать. Что это было? Мелкое помешательство? Может, ей просто стало дурно? А кому не стало бы?!
Огромная каменная глыба впечатляла своими габаритами. Волны с грохотом бились о скалу. И какие волны! Их лодочку швыряло словно щепку. Арлет зажмурилась, надеясь на чудо. Чтобы лодочка обернулась перышком, и ее унесло ветром назад к берегу.
Но, чуда не произошло. Хотя как сказать. Мальчишка, на лице которого появилось очень сосредоточенное выражение, теперь не казался хулиганом, он был похож на аристократа, на художника, ни как не на того, кем являлся на самом деле. А кем он был на самом деле? Лодочка подпрыгнула на волне, проскочила в узкую расселину. Они вплыли в большую пещеру, и причалили к песчаному берегу.
Мальчишка схватил ее за руку и бесцеремонно поволочил её за собой, туда, где сквозь узкие проходы пробивался свет, свет факела. И Арлет увидела Его! Высокий, красивый. Настоящий принц! Арлет смутилась, когда парень заметил, что она уставилась на него с открытым ртом, и тоже растерялся. Лишь тот, что привёл её в это тайное место, сохранял непоколебимое спокойствие.

+1

12

— Где ты был?!
Шед не ответил. Он не считал нужным отвечать на глупые и неуместные вопросы. Предоставив Тимми возможность таращиться на девчонку, Шед попытался развязать повязку. Но затянувшийся в воде узел не поддавался даже его острым белым зубам. Шед раздраженно сплюнул горькую соль.
— Покажи! — нужно отдать Тимми должное, он быстро пришел в себя. Тимми бесцеремонно дернул руку приятеля, замотанную тряпкой мокрой от морской воды. Шед руки не отнял и с усмешкой смотрел, как меняется выражение лица юноши, когда в темных разводах тот опознал пятна проступающей крови. Тимми передернуло. Чужая боль вызывала в нем большее сострадание, чем собственная. Повернувшись к «столу», Тимми взял перочинный нож и сноровисто вспорол мокрую ткань. Представившееся ему зрелище было крайне неприятным: разошедшийся «розой» глубокий порез на ладони в виде звезды с неправильными лучами, более мелкие порезы на пальцах, разъеденные морской солью.
— Вот дьявол... Где тебя так угораздило?
Очередной вопрос, не подразумевающий ответа.
Тимми отошел к сундуку. Достал из него и положил на отполированную крышку аккуратно сложенную одежду и, покопавшись в углу, извлек на свет пачку отбеленных бинтов. Видимо в этой странной пещерке не раз приходилось оказывать первую помощь пострадавшим.
Тем временем Шед, стащил через голову рубашку, небрежно швырнул ее в угол на ворох водорослей и попытался промыть искалеченную руку, неловко орудуя деревянным ковшом у бочки с пресной водой. Затем обернулся через плечо к Арлет, которая смотрела на них круглыми от удивления глазами:
— Может, отвернешься?
Недолго думая, Шед освободился от остатков одежды, нимало не смущаясь своего худого обнаженного тела, и вылил на себя несколько ковшей ледяной воды. Его белая до синевы кожа моментально покрылась мурашками. Тимми смущенно отвел взгляд и покраснел. Не глядя, кинул дрожащему и клацающему зубами Шеду выбеленную холстину.
Наспех стерев с тела капли воды, и оставляя на холстине кровавые пятна, Шед швырнул импровизированное полотенце в тот же угол, куда и рубашку. Тимми быстро и сноровисто перевязал его руку и помог одеться в черный костюм. Через пять минут в пещерке не было светловолосого оборванца. Вместо него стоял тонкий, хрупкий юноша, с аристократически бледным лицом, черноглазый с черными волосами, которые падали на плечи шелковистыми блестящими прядями, в одежде, явно шитой на заказ у дорогого портного, в одной перчатке, надежно скрывающей раненую руку. Поверх перчатки тускло поблескивал тяжелый перстень с гранатом.
— Коготь выкупил? — теперь даже его голос звучал иначе. Манера произносить слова неуловимо изменилась. Тимми поспешно кивнул и начал рыться в карманах. На какой-то тягостный миг показалось, что он не найдет искомое. Но вот, просияв, он вытащил из внутреннего кармана потрепанной куртки серебряное... кольцо? Нет, кольцом это назвать было сложно. Странное украшение, которое надевалось на верхнюю часть пальца, оплетая его серебряной сетью тончайшей резьбы с орнаментом в виде плюща, и оканчивалось острым коготком поверх ногтя владельца.
— Не понимаю, зачем было отдавать такую кучу денег за серебряную безделушку, — проворчал Тимми, глядя, как Шед надевает коготь на руку, не прикрытую перчаткой.
— Не знаешь? — голос Шеда был тихим, в нем появились мягкие вкрадчивые интонации. Он подошел к Арлет, отвел от лица девочки спутанные золотистые волосы, приподнял за подбородок ее голову, плавно провел по нежной щеке холодным серебряным коготком, одним непрерывным движением обрисовал овал ее лица и резко, неуловимым гибким кошачьим движением повернулся к Тимми. Тот отшатнулся к стене, закрыв лицо руками. Когда Тимми опустил руки, на скуле его быстро набухала кровью короткая царапина.
— Вот видишь, — Шед рассматривал странное серебряное украшение так, словно ничто иное его больше не интересовало. — Будь в этих желобках яд, ты был бы уже мертв.
Тимми побледнел, но не издал ни звука.
— Идем, — Шед улыбнулся. Если бы змеи умели улыбаться, они улыбались бы именно так. — Времени совсем мало. Ты останешься здесь.
Последнее замечание относилось к Арлет.

+2

13

Они были совсем непохожи. Этот оборванец швырял свои вещи так, словно кто-то был обязан за ним прибирать! Да за такое Арлет незамедлительно бы получила скрученным полотенцем по загривку! А вот Принц, тот был совсем другой. Аккуратный. Обстоятельный. Заглядевшись на него, Арлет даже не сразу поняла, чего хочет от нее белобрысый. Но когда он пожал плечами и начал раздеваться, тут уж, вспыхнув, как маков цвет, Арлет сама отвернулась с такой поспешностью, что чуть не шлепнулась, зацепившись каблучком за неровный каменный пол пещерки. Она застенчиво колупала стену, прислушиваясь к возне за спиной и воображая себе такое... такое! От чего ее щеки наливались стыдливым румянцем.
Незнакомый голос за спиной заставил ее вздрогнуть. Арлет резко обернулась и растеряно моргнула. Ей казалось, что в пещерке не было второго выхода. Но он должен был быть! Иначе откуда тут взялся этот утонченный аристократ? Арлет нервно хихикнула:
— А блондинчика куда дели? Съели?
Черноволосый красавчик подошел к Арлет, окончательно смутив девочку, приподнял ее лицо, и она почувствовала прикосновение холодного металла к своей пылающей щеке. Возмущение мгновенно взяло верх над смущением. Да как он смеет?! Она дерзко посмотрела в его глаза, намереваясь высказать этому наглецу все, что думает, и... Этого не может быть! Так не бывает! Но взгляд этих бархатистых глаз Арлет бы не спутала ни с каким другим. Слова застряли в горле. Ненадолго. Потому что этот хамелеон посмел ударить ее Принца! Да как он смел?! Да что он себе позволяет, в конце концов?! Да кто испугается серебряной безделушки?! Коготь? Пф! Да у нее их десять!
«Ах, как было бы приятно располосовать его смазливую мордашку, чтобы стереть с этих губ противную усмешку!»
Она смотрела на его губы, а мысли медленно и верно уносило другим потоком. Там, на улице, его губы казались обветренными и запекшимися, здесь и сейчас — припухшими от жадных и страстных лобзаний.
— Ты останешься здесь.
«Чего? Это он мне?! Я здесь одна в темноте и сырости?!!! Да ни за что!»
Не долго думая. Арлет вцепилась в его руку, облаченную в перчатку. Почему-то цепляться за ту, на которой был серебряный коготь, ей не хотелось.
— Еще чего! — возмутилась Арлет, — Если ты собираешься оставить меня тут, то тебе придется отрывать меня от себя вместе со своей рукой!
Или к нему теперь стоило обращаться на «Вы»?
Арлет как-то не задумалась о том, что под перчаткой должна быть повязка. А под повязкой... бррр, лучше не вспоминать.

Отредактировано Арлет Дюмон (11.07.2011 19:07)

+2

14

Нет, он бы ее ударил. Не для того, чтобы принудить разжаться цепкие пальчики, заставляющие его кривиться от боли. А просто за тем, чтобы прекратить зарождающуюся истерику, дать ясно понять, кто тут хозяин, раз и навсегда расставив все точки над i. Но его руку на коротком замахе перехватил Тимми. Одарив приятеля «благодарным» взглядом, полным боли и ненависти, Шед повернулся к девчонке и рванул ее к себе так, что она, потеряв равновесие, ткнулась мордашкой в его грудь. Он наклонился к девчонке. Теплое дыхание Шеда колыхнуло спутанные пряди ее волос.
— Отцепись от меня и садись в лодку, — процедил он сквозь зубы. На препирательства не оставалось времени. Как, впрочем, и на то, чтобы объяснять этой дурочке, что в пещерке, скрытой от внешнего мира зубьями скал и неудержимой силой прибоя, куда безопаснее, чем в лодке, сносимой отливом к выходу из бухты. Безопаснее, чем у борта «Нерки», безопаснее, чем в сумерках портовых улиц.
«Дура», — уныло подумал он про себя, — «Угораздило же связаться».
Рука снова пульсировала болью. Шед чувствовал, как кровь пропитывает тонкую кожу перчатки.
Если бы его не толкнули в дверях портового кабака, если бы он не налетел на подвыпившего громилу. Если бы тот был пьян настолько, что перспектива преследования перепуганного мальчишки в путанице портовых улиц показалась бы ему слишком утомительным делом. Если бы он был один, и приятели не присоединились бы к нему, возбужденные азартом погони. Если бы... Этих «если бы» было слишком много для одного дня.
— Садись в лодку, — повторил Шед устало.
Тимми, словивший неприязненный взгляд Шеда и исчезнувший сразу после его первых слов, обращенных к девчонке, появился с черным плащом и заботливо накинул его на худенькие плечи Арлет:
— Закутайся, а то промокнешь. Там прибой. Брызги. — Его голос был мягким и тихим, — Не бойся, если хочешь, поплывешь с нами. Ты только обещай не шуметь и молчи, что бы не случилось, ладно? И капюшон накинь.
Шед презрительно усмехнулся и плотнее запахнул свой плащ. Тимми подтянул лодку и кивнул своим спутникам, предлагая занимать места на деревянной скамье.

0

15

Даниэль ни слова не мог понять из эмоциональной и изобилующей экспрессивными выражениями речи Орландо. В мыслях главного тренера был еще больший беспорядок.
— То есть, как пропала? — единственное, что из всего вышесказанного понял Даниэль, это то, что мелкой заразы по имени Арлет нет в номере, — Она собиралась погулять по набережной. Ей было велено спросить разрешения.
— Я не видел ее после аукциона! — Орландо был в панике.
Даниэль бросил быстрый взгляд в окно, за которым царила непроглядная тьма.
— Оставайся в номере. Она может вернуться в любой момент, — Даниэль не верил в то, что говорил, — Я найду ее.
Он подхватил плащ и сбежал вниз по лестнице. Город дохнул жарким, не успевшим остыть, летним воздухом. Даниэль остановил наемный экипаж. Поиски следовало начать с набережной.
Узкие портовые улочки встретили разгульными песнями подвыпившей низкосортной публики, вонью сточных канав и далеким, едва уловимым солоноватым запахом моря.
Благословенны летние ночи: темные, хранящие отпечатки дня так же надежно, как банковский сейф. До поры. Проулок Даниэлю не понравился. Тот, кто следовал рядом с Арлет, нес запах соленой воды и крови. И это было хорошо, потому что со свежего кровавого следа Даниэль никогда не сбивался. Этот след провел его по кромке осыпи и оборвался у воды.
Найти в доках свободную лодку не составляло труда. Но куда, во имя Моргота, они могли отправиться?!
Боковая волна мягко покачивала лодку. Справа ревел прибой, разбивающийся об отвесную каменную стену. Даниэль мог бы поклясться, что ни к одному из судов, стоящих на рейде, Арлет и ее странный спутник не приближались. Стоило вернуться. Где-то они должны были выбраться на берег.
«Пррроклятая девчонка!»
Сейчас Даниэль готов был собственноручно прибить Арлет. Чтобы еще раз когда-нибудь он взял ее с собой в поездку! Проще сразу придушить.
Едва заметный отблеск где-то на границе прибоя, между водой и небом привлек его внимание. По логике, на отвесной каменной стене неоткуда взяться огню, но на зрение Даниэль никогда не жаловался. Довольно скоро он ощутил беглый рисунок мыслей. И если они как-то сумели проскользнуть меж каменных зубьев, то и он сможет.
Даниэль развернул лодку носом к каменной стене, навстречу рокоту прибоя, разбивающегося о гранит. Лодка проскочила в узкое пространство меж скалами, зацепив бортом камень, но волна уже приподняла, пронесла в тихую заводь грота.
Их было трое. Арлет, благодаренье Святой Розе, в полном порядке и воинственном настроении, и два сопляка ее же возраста. Хотя нет. Один чуть старше. Увлеченные собой, они не видели в темноте чужую лодку, и не слышали тихий плеск весла за шумом волн. Лишь когда лодка Даниэля скользнула в круг света, зашуршала днищем по песку и ракушками, а Даниэль беззвучной тенью легко соскочил на мокрые камни, самый старший попятился, воззрившись на вампира в немом изумлении. Его реакция была проста и понятна, а вот второй...
От него все так же пахло морской водой и кровью. Даниэль мог бы поклясться, что мальчишка не испугался. Рисунок его мыслей был четким и ясным. Это было забавно. Нимало не смущенный этической стороной вопроса, Даниэль бесцеремонно вторгся в его сознание.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (09.08.2011 20:15)

+3

16

Шеду все-таки удалось освободить искалеченную руку из цепких лапок девчонки. Незваный гость избавил его от необходимости отстаивать свою свободу и неприкосновенность, но добавил новую проблему. Незнакомец не был контрабандистом. Наметанным взглядом Шед легко отличал сухопутных крыс от морских. И к тем и к другим относился с презрительной настороженностью. Но этот вампир не имел отношения к привычному кругу. Судя по тому, как он двигался, скорее убийца. Но если бы это было так, они все были бы уже мертвы. А если нет, то...
Властное вторжение в мысли оказалось столь сокрушительным, что Шед отшатнулся, прижавшись спиной к каменной стене, ладони вспотели, его замутило. Он судорожно вздохнул, откинул назад голову, ударившись затылком о холодный гранит, и закрыл глаза. В первое мгновение перед его внутренним взором была лишь чернота, потом, потом зажглись далекие огни, похожие на звезды в ночном небе.
Жестокая и целенаправленной сила, бороться с которой не представлялось возможным, ощущалась сгустком непроницаемой тьмы. Существо, бесцеремонно перетряхивающее его воспоминания, выдергивающее из памяти картинки далекого детства, которые сам Шед давно предпочел бы забыть, было невероятно сильным и древним настолько, что Шеду с его пятнадцатилетним опытом жизни казалось почти вечным.
Шед глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки.
— Привет! — внутренний голос был по-мальчишески звонким и чистым, — Тебе это нравится, да?
Темная чуждая сущность оторвалась от созерцания отцовской картины, вытащенной с задворков памяти. В этой картине что-то было не так. Она была не такой, какой была нарисована, она была такой, какой ее нарисовало воображение Шеда. Почему бы и нет? Шед недобро улыбнулся:
— Это мой мир. Мои правила. Ты сам пришел, я тебя не звал. Сыграем?
Шед почувствовал удивление и легкое, смутное раздражение. Не-по-ни-ма-ни-е. Вот что это было. Тварь обрела форму. Ту, которую придал ей Шед в соответствии с собственным мироощущением. И все равно, она была грандиозна. И великолепна в своей мощи.
Картины? Мешают! Шед отмел их. И они оборвались и рухнули в пустоту, в медленный круговорот спиральных галактик.
— Беги, — шепнул Шед, но тварь попятилась от разверзшейся бездны.
— Беги! — рявкнул он, и воздвиг вокруг твари хрустальный лабиринт, висящий в звездной пустоте. Закружилась голова, к горлу подкатила тошнота. Хрустальный пол создавал слишком хрупкую иллюзию опоры.
— Беги!
Позади твари взметнулось жгучее едкое пламя, опалив шерсть. Боль пульсирующей волной прокатилась по телу, заставила дернуться в короткой, мучительной судороге. Тварь чувствовала эту боль так же как Шед. Он это знал, потому что сейчас они были единым целым, частью безумного мира, который начал рассыпаться на куски. Сверкающие осколки хрустального лабиринта рушились в пустоту в полной и торжественной тишине.
— Беги...

+2

17

Появившийся из ниоткуда в этой обители тьмы, Даниэль был похож на кота, загнавшего трёх мышат в тёмный угол. Арлет, как самая умная мышка, даже не дергалась, да и стоило ли? Сейчас было необходимо до мельчайших подробностей вспомнить сегодняшний день. Кто знает, что творилось в голове маленькой бестии? Она думала обо всем сразу. Как сказать Даниэлю, что она, пренебрегая элементарными принципами самосохранения, пришла сюда, с мальчишкой которого она знает лишь пару часов и разговаривали они из которых минут пять чистого времени. Хотя Даниэль, скорее всего, как и многие обитатели имения скажет, что это в духе Арлет, но если Даниэль проделал такой путь, вряд ли у него хорошее настроение. Да и от обязательного разбора полетов с отцом это не спасет. В эту минуту Арлет и поняла всю нелепость своего положения.
Пока Арлет обдумывала свои сегодняшние знакомства, события приняли неожиданный оборот. Буйное воображение уже рисовало гнев Даниэля, разносящего уютную пещерку по камешкам. Но, сейчас всё было похоже на картину написанную маслом: тишина, и ни кто не двигался. Даниэль поедал глазами мальчишку, и ничего хорошего этот взгляд не предвещал. Совсем.
Арлет поняла, что если не вмешаться, то блондинчика можно будет выносить из этой пещеры вперед ногами. Она подбежала к Даниэлю, резким движением обхватила его и прижалась к нему.
— Не еееешь его! — пронзительно завопила Арлет на всю пещеру. Но Даниэль даже не пошевелился.
— Пожалуйста,- как овечка заблеяла она. На минуту Арлет стало жалко мальчишку, он уже не был похож на благородного вампира, теперь он был простым мальчишкой на которого вот-вот сорвется с цепи пес. Огромный такой пес.
— Пойдём, пойдём, пожалуйста! — Арлет вцепилась в рукав Даниэля, пытаясь утянуть его подальше. А ведь ей сейчас точно влетит. Уходить с Даниэлем ей совсем не хотелось, но ей ещё менее хотелось видеть, как два психопата вцепятся друг в друга. И хотя было ясно, что блондинчик и пискнуть не успеет, как Даниэль свернет ему шею, сдаваться он, похоже не собирался. Арлет повисла на руке Даниэля. Ощущая, как под одеждой перекатываются железные мускулы, она поняла, что он напряжен, как натянутая струна.

+4

18

Мир рушился. Как завороженный, Даниэль смотрел на самую величественную и грандиозную катастрофу, какую сам никогда не смог бы даже вообразить. Это было похоже на сон. На один из тех кошмаров, что сводили с ума, и от которых он никогда не мог пробудиться. Боль разливалась по сведенным судорогой мышцам.
Зверь, заключенный в прозрачные стены метался с воем и рыком внутри хрустального лабиринта. Рывок — лапы бешено скользят по гладкой стенке, оставляя длинный царапины, высекая искры и оставляя на стенках смазанные кровавые следы.
— Беги! — приказ, как удар хлыста, — Беги!
Он мчался в лабиринте, из которого нет выхода. Бегство в никуда. Бегство от безысходности под ударами огненной плети.
— Беги!
Сердце заходилось в безумном, ненормальном ритме. Даниэль почувствовал острую, резкую боль в груди. И очнулся. Очнулся от отчаянного вопля Арлет, дергавшей его за рукав. Он мигнул, обрывая мысленную связь, вырываясь из омута неестественно черных глаз.
Мальчишка был бледен, его била дрожь.
«Беги...», — прочел Даниэль по беззвучному движению бескровных губ.
Как только зрительный контакт прервался, тело парня обмякло и он сполз по стенке, как тряпичная кукла, как сломанная марионетка, у которой подрезали нити. Даниэль неосознанно шагнул вперед, желая избавить мир от этого исчадия ада. Чем бы оно ни было.
Арлет висела на руке и что-то жалобно пищала. И Даниэль остановился, глубоким вздохом прогоняя остатки наваждения. Он сам был сильным псиоником. Но природа того, с чем он столкнулся, была совсем иной и не имела ничего общего со способностями такого плана. Парень был совершенно безумен. Наверное.
Даниэль неохотно подчинился Арлет, которая настойчиво оттаскивала его от мальчишки, взял ее в охапку и запихнул в лодку, запрыгнул сам. Ему хотелось убраться отсюда, в висках все еще бился беззвучный крик: «Беги!». Лодка качнулась, полоска черной воды между ней и небольшим пространством грота, освещенного факелами, росла. И в этот момент его слуха коснулся тихий, отчетливый смех. Маленький мерзавец смеялся.
«Еще раз встречу — убью!», — Даниэль позаботился, чтобы эта мысль достигла разума адресата.

Флешбэк отыгран

+3


Вы здесь » Дракенфурт » Отыгранные флешбэки » Благие намерения


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно