Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Цена спокойствия


Цена спокойствия

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/19-Volkogore/32.png
Участники: Алик Риверо, Афина Линтон-Тинес.
Локация: Дом «Седая черепица», принадлежащий кайтифам из рода Тинес
Описание: деловая или, если угодно, дипломатическая встреча, организованная братьями Афины Сетом и Лютером для решения семейных проблем. И всё бы хорошо, если бы не пришлось привлекать Алика Риверо, ведь что можно предложить тому, у кого всё есть? Разве что...
Дата: 1 мая 1822 года.

0

2

Время тянулось крайне долго. Афина сидела на краю кровати и читала. Пальцы крепко сжимали корешок книги, а странички под большим пальцем девушки, кажется, уже смирились со своей участью и прогнулись по форме пальца. Так прошло не меньше получаса. Девушка нервно вздохнула и, наконец, отложила книгу в сторону.
— Как вообще можно было меня запереть? — фыркнула она, направляясь к двери. Покрутив ручку, она стукнула по ней ладошкой, а потом даже кулаком.
— Это вообще невыносимо! Я ведь пообещала, что не сбегу. Пообещала же.
Поджав губы, она направилась в противоположный угол комнаты. Плавные, неторопливые движения, легкое покачивание шлейфа в такт шагам. Её безупречно одели. Как куклу. Снова.
Возможно, братья бы и не пошли на столь радикальные меры, если бы не визит, так давно ожидаемый в этом доме. И если бы не «замечательный» характер их сестры. Её непременно следовало представить в нужном свете.
Афина взглянула на себя в зеркало критическим взглядом. Поправила юбку, потом пальцы ловко скользнули между камней на корсете, вверх, и остановились на изгибе шеи. Она улыбнулась, в глубоких янтарного цвета глазах словно плясали огоньки. Сет и Лютер очень рассчитывали на ту обольстительную Афину, которая смотрела из зеркала.
Слишком много ожидания и, наконец, ключ заскрипел в замочной скважине. Дверь отворилась, Афина взглянула на вошедшего холодным взглядом. За несколько секунд её бурлящее негодование было собрано в комок. Это был Сет. Он остался в дверях, глядя на сестру. Она вопросительно изогнула брови.
— Я вас слушаю, — прозвучало тоном Снежной королевы.
— Да ладно тебе, — хохотнул Сет. Он точно знал, что уж на него-то она точно не будет сердиться. По крайней мере, очень долго.
Афина улыбнулась в ответ и пошла навстречу. Оказавшись наравне с братом, она подняла чуть прищуренные глаза, и шепнула:
— Я вам потом устрою. Сет явно не ожидал именно такого поворота событий, а девушка уже спешила по коридору в сторону парадной лестницы.
Коридор был слабо освещен, но особой проблемы это не составляло. Огоньки канделябров слегка подрагивали, причудливо играя тенями. Майский вечер, плавно перетекающий в сладкую майскую ночь. Хотелось, наконец, покинуть эти стены, так надоевшие за день, да и было интересно, что же за птица такая важная, ради которой братья задействовали этот козырь.
Вот и парадная лестница и много-много ступеней из белого мрамора. Афина плавно положила ладонь на перила и начала спускаться, борясь с желанием поскорее-таки рассмотреть пришедшего. Но, увы, пришлось немного подождать, он уже был в летней беседке с Лютером. Из окна можно было слегка рассмотреть того, для которого её так нарядили. Афина искренне недоумевала к чему такие меры. Однозначно, дело с этим артефактом серьезное, отлагательств не потребует. Тем более это касалось её родного отца. Но ведь Лютер — очень умен и хитер, неужели нельзя было придумать обходного манёвра. Почему именно мистер Риверо? Афина была наслышана о нет, и даже слегка побаивалась.
— Ну, братец, придумал мне занятие.
Маро с детства недолюбливала сухого и расчетливого Лютера, но он как спасительный ключик оберегал их семью и был надежен. Ровно настолько, чтобы использовать общество в качестве оплаты услуг. Но Афина пока об этом не догадывалась.
Пока девушка приостановилась, отчасти поглощенная мыслями, отчасти любопытством, Сет, младший из братьев, уже успел спуститься вниз. Он был полной противоположностью Лютера и отлично ладит с Афиной, даже иногда покрывая её проделки. Он также был не в курсе замысла Лютера.
— Дорогая, спускайся, мистер Риверо уже ожидает нас в беседке с Лютером. Поспеши, негоже заставлять такого гостя ожидать. Даже таким леди, как ты, Афина.
И она поспешила.
В саду пахло сиренью, пели птицы. От дуновения ветерка, Афина невольно обхватила ладонями плечи, а крупные локоны, на мгновенье тронутые ветром, снова укрыли всю спину. В беседке на диванчиках уже сидели брат и гость, чей взгляд она почувствовала, как только появилась в поле зрения. Она учтиво кивнула обоим в знак приветствия. Брат поприветствовал всех, толи, избавив девушку от этой формальности, толи, не доверяя её тону разговора. Мало ли что.

0

3

Сейчас стояла именно та майская пора, когда первые почки превратились уже в маленькие, сочного зеленого цвета побеги, но температура воздуха не превышала грани, за которой лежит жаркое лето. Алик довольно удобно устроился в уютной беседке, закинув ногу на ногу и откинувшись спиной на деревянный поручень. Весь он находился в тени свода домика, только часть темно-стального цвета волос, освещенная падающими сзади лунными лучами мерно переливалась при любом незначительном его движение. Одна рука господина, увенчанная гранатовым перстнем в серебряной оправе на безымянном пальце, вольготно покоилась на металлической трости Риверо. Второй рукой гость расстегивал пуговицы камзола, сделанного на манер военного. Расквитавшись с последней, тот откинул полы верхней одежды в стороны, словно вампир старался избавиться от назойливого тепла. Его легкая льняная рубашка имела V-ный вырез, обнажающий мраморную кожу груди. В целом, весь его внешний вид выражал полное спокойствие и расслабленность, разве что пристальный взгляд детально следил за своим собеседником.
Пока девушка спускалась, советник обсуждал незначительные дела с бароном Тинесом старшим, стараясь отвлечь беседу в более непринужденное русло до тех пор, пока не придет его сестра, о которой Алик был наслышан от Лютера. Тот, к слову, еще вчера ввел аристократа в курс дела и сейчас ожидал каких-либо прогнозов или обещаний. Не то, чтобы серому Кардиналу Филтона были особо интересны чьи-то семейные тайны или возможные судебные процессии, но Лютер заинтересовал его способом оплаты за это, достаточно пустяковое, дельце для герцога. На самом деле, когда они впервые встретились с Тинесом прошлым днем, вампир еще в тот же день получил бумагу о закрытии процесса по делу их семьи, сейчас та находилась в конверте во внутреннем кармане камозола. Он бы и вряд ли взялся за чьи-то проблемы, если бы не хорошее настроение, да то, что в тот же день у него была партия в покер с капитаном расследовательского отдела, который последние пятьдесят лет числился в списке его приятелей.
Первым, кто нарушил их внештатную беседу был младший брат Лютера, кажущийся более жизнерадостным, нежели его родственник. Вампир представил себя и леди, которая появилась следом за ним. Не задерживаясь долго на парне, советник переметнулся взглядом на девушку, чьи волны каштанового цвета взметнулись в воздух под порывом свежего и прохладного весеннего ветерка. Этот жест, вкупе с положенными на аккуратные плечики ручками, сделал ее появление таким милым. Алик благосклонно улыбнулся баронете, чуть склонив голову. На лице его обрисовалась лукавая улыбка играющая с заинтересованным взглядом весьма коварную игру.
Не сказать, чтобы советник Риверо не был подонком, нет, профессия обязывала совершать темные делишки и деяния, да и натура у аристократа далеко не пушистая. Только вот расплату, едва ли не натурой, не за каждый банковский договор предлагают, и господину далеко не все равно было кто, как и по какой причине составит, если не его пассию на вечер, то приятную компанию в ресторане. Впрочем, его холодный и расчетливый образ должен оставаться таковым.
— Классический пример семьи, где жизнью членов рода заправляет старший, — советник хмыкнул про себя, радуясь, что стараниями его и природы, семья Риверо состоит из него одного. Полная свобода.
Вампир небрежно вытащил из внутреннего кармана камзола бежевый конверт, демонстрируя коричневую печать службы безопасности. Зажав лист меж двух пальцев, Алик хитро улыбнулся, что не предвещало никогда ничего хорошего, и продолжил вкрадчивым бархатным голосом:
— Часть моей работы выполнена, господин Лютер, — советник равнодушно пожал плечами, показывая, насколько пустяковой была для него работа, — никакие процессии больше не возникнут, касательно вашей семьи и этого артефакта, вы вне опасности. Но, — последнее слово прозвучало короче, с почти незаметным прищелкиванием, — сможет ли семья Тинес расплатиться так, как обещал ее глава? Я не настаиваю, — проговаривая последнее, Алик заметно приблизил к себе конверт.

Отредактировано Алик Риверо (28.05.2011 23:37)

+1

4

Гость в беседке, на первый взгляд, ей сразу не понравился. Он даже не соизволил поднять своё бренное тело на минуту и поприветствовать даму стоя, как было положено по этикету.
— Или он думает, что, раз уж приглашен моим братом, так я должна с разбегу оказаться у его ног? А как же, конечно. Неси седло, — парировала в уме Афина, всё еще мило улыбаясь, глядя в глаза господину Риверо. Он до сих пор продолжал бесцеремонно разглядывать её, как выставочный экспонат.
— А чего ты ожидала? — вела сама с собой диалог Маро. — Что он тут же решит не обращать внимания на все достоинства твоей внешности и тут же заинтересуется твоей внутренней вселенной? Зачем тебе это нужно? Он — еще одно полезное знакомство для твоей семьи.
О том, что она в этой игре маневр компенсирующий, но никак не отвлекающий, Афина не догадывалась. Пока. Но поведение её брата, вкупе с этим напыщенным павлином было крайне неестественным. Девушка продолжала рассуждать в лучших традициях дедукции.
— Ну, неужели меня решили выдать замуж за этого... кхм... господина. И что он делать со мной-то будет? Я же спеку за два дня весь его мозг и съем ложечкой. Но не похож он на пылкого воздыхателя, хотя как для почитателя женской красоты — вполне похож. Значит... и что же это значит?
Пока она рассуждала, как-то незаметно для себя очутилась на диване, сидя полубоком к господину Риверо. Еще раз, взглянув из-под ресниц, она ненавящиво, украдкой рассмотрела вальяжного гостя. Тот как раз в этот момент протягивал конверт Лютеру, причем с таким дьявольским сочетанием эмоций на лице, что Афина невольно прислушалась к беседе. Там шла речь об оплате услуг, оказанных семье Тинес.
Лютер растянулся в улыбке, заглядывая в конверт, а затем и вовсе спрятал его куда-то в недра одежды.
— Наш договор в силе, — сказал он, глядя уже гораздо более серьезно на господина Риверо. — А теперь позвольте откланяться на некоторое время. Дела не требуют отлагательства, сами понимаете. Нам с Сетом срочно нужно отлучиться, — в этот момент Сет удивленно вскинул брови, явно услышав об этих планах в первый раз, — надеюсь, общество нашей сестры скрасит для вас наше отсутствие. Лютер, еще раз кивнув всем на прощанье, а потом, положив ладонь на спину брата, направился в сторону дома. Афина осознала, что осталась наедине с этим господином, и что отворачиваться от него дальше просто неприлично, повернулась к нему лицом.
Сет в это время терроризировал брата и выпытывал правду, и, наконец, получив объяснения, был готов оторвать Лютеру голову, на что тот ответил, наблюдая за беседкой сквозь небольшой просвет в занавесках:
— Дорогой брат, ты что, Афину первый день знаешь? Мне показалось это беспроигрышной идеей, так как с ней справиться — еще уметь надо. Если она какой-нибудь финт не выдаст — это же не она будет. Да и еще целый вечер отдыха от её капризов — вообще блаженство. Кажется, господин Риверо еще это не осознал или они просто еще не завязали беседу и Афину просто-напросто еще ничего не разозлило.
Сет пожал плечами, но был согласен с братом.
Тем временем девушка рассуждала, что просто сидеть в беседке как-то глупо, когда сады так благоухают. Да и оставаться на месте ей было неинтересно, её деятельная натура не позволяла девушке долго сидеть на месте. К тому же было бы обоснованным, наконец, завязать беседу с этим павлином. Да красивым, безупречно одетым, умеющим подать себя, но павлином. Афина улыбнулась этим мыслям, но осознала, что гость далеко не худший вариант для вечернего времяпрепровождения. Представилась ведь отличная возможность развлечься вне поля зрения братьев, что открывало гораздо больше перспектив.
— Что-ж, милсдарь, осмелюсь предложить вам прогуляться по нашему саду, насладиться ароматом жасмина и ночных фиалок.
Хитрый, вкрадчивый взгляд Маро слетел с ресниц, изящным движением пальцев она взяла бокал красного вина и поднесла к губам, всё еще глядя в глаза господина Риверо.

Отредактировано Афина Машимаро-Тинес (25.05.2011 12:47)

+1

5

Риверо оказался в самом удивительном для ситуации восторге, почувствовав всплески предвзятой неприязни на общем фоне, исходящей от девушки. Как в полном стакане движется вода, рискуя выйти за грани, так и ей нужен был повод для словесного поединка, свойственных этой отчасти скандальной даме. Самому же герцогу, просто не хватало чьих-то эмоций, выходящих за грань уважения, как не хватает гулю крови, не пившему ее около недели. То есть, терпеть — то терпится, а соблазн покушать велик.
В целом, советник пригрелся на в этой атмосфере, как кот на солнце, и с самой масляной улыбкой, изредка проскальзывающей на бесстрастном выражении его лица, с удовольствием двинулся на прогулку. Сад, и правда, был прекрасен в вечернем сумраке, и господин с присущей ему бесшумностью, двигался по мощеным дорожкам, мельком рассматривая цветы.
— О да, конечно, я с радостью буду лицезреть ваш сад, но судя по вашему довольству, вы не против были бы закопать пару медвежьих капканов среди всех цветочных красот? — советник неплохо знал девушку, которая сейчас составляла ему компанию. Во всяком случае, все каверзные и комичные ситуации, в которых фигурирует эта фигура, мужчине доводилось слышать, не раз они становились темой для пересудов в тесных мужских и женских кружках. И каждый раз они вызывали на его губах искреннюю усмешку, поэтому герцог ожидал чего-нибудь специфичного в этот вечер. А пока другие планы на вечер лишь мельком фигурировали в ее внутренне записной книжке, потому что к ним надо было подобрать еще ключик, если, конечно, в его желаниях это еще будет.
— Миледи, — Алик испытующе окинул взглядом бокал, с наигранной серьезностью продолжая, — где бы мне не доводилось видеть вас издалека, вы фигурируете с бокалом. Пагубное пристрастие для молодой дамы, чей образ должен быть невинным и нежным. Хотя, нежность давно уже перестала быть вашей визитной карточкой, не правда ли? — господин с безобразной открытостью пробежался глазами по деталям ее туалета и фигуре, удовлетворительно хмыкнув, хотя явно давая понять, что падать в обморок от ее прелести не собирается. Эту прерогативу он оставит ее обожателям, да и не по его части это. В его же действиях было исключительно эгоистично желание завязать самую прекрасную словесную дуэль, которую просто не могла позволить себе иная дамочка.
Ну-с, и если я потрачу это время бездарно, обсуждая погоду и последние писки женской моды, то имя Афины Тинес будет обязано числиться в списке женщин, кто мало на что способны, окромя скрасить ночь. Хотя, легенды не строятся на пустом месте, да и мне еще предстоит мероприятие, на котором подобные беседы будут весьма и весьма в ходу.
Герцог с неким скептицизмом окинул несколько клумб, выискивая в них сорнячок, дабы придраться и к этой мелочи. И не сколько, в силу своего желания, сколько из-за нелюбви к подобным казусам. Вампир вообще обладал характерной щепетильностью по мелким вопросам, и прогулка в парке давала ему тысячу поводов напакостить. Надо было только разойтись.
— У вас платье чудесного цвета, ровно как вон тот цветок, — мужчина указал концом трости на какой-то бутон, мерно покачивающийся на свежем воздухе, — хотя, насколько я знаю, эта порода должна быть чуточку ярче. Недочет садовника или сомнительная дизайнерская задумка? — Риверо сказал это с таким прелестным видом участия, что смешило и его самого. Но это пока мелочи.

Отредактировано Алик Риверо (29.05.2011 00:04)

0

6

— Ты ж моя ласточка золотая, — съязвила мысленно Афина тоном какой-нибудь старой торговки базарного происхождения. — Ты, я смотрю, до зубов вооружился, идя сюда. И поспрашивал, и поузнавал. Я что, злая тётя Афина, обижающая маленьких графинчиков? Какие глупости.
Отчасти разочарованная тем, что соблазнять его ей перехотелось так и не начав хотеться, она поднялась, как всегда в обнимку с другом-бокалом. Не то, чтобы Афина была любитель выпить, просто на вампира алкоголь примерно как водичка. Другое дело выпить крови, например.
Девушка покосилась на шею Риверо.
— Да ну, еще скажет, что я, коварная, пыталась его совратить и изнасиловать. Маро погрустнела, хотя собиралась повеселиться.
Риверо сканировал сад на предмет изъянов, а Афина сканировала на этот предмет его. Фраза о капканах её, наконец, развеселила.
— Если бы уж я и захотела, чтобы кто-то упал у моих ног, то точно уж капканы не использовала, — парировала она.
— А будешь много выделываться — возьму садовые ножницы, — заулыбалась Афина, явно уже в прекрасном расположении духа, а может быть и количество вина подходило к допустимой дозе.
— Если ему так нравится общаться с расфуфыренными клушами, обсуждая преимущества кринолина перед нижними юбками, то что ж он тут со мной расхаживает.
Маро вспомнила рассказы о людях, о её собственном отце, который мог выпить несколько бокалов вина и веселиться потом, а наутро ничего не помнить. Земля тихонько уходила из-под ног, хотелось что-то вытворить, да и Алик словно провоцировал её каждой своей репликой. Она крайне хотела сейчас быть пьяной.
Алик, будто нарочно, подметил её крайнюю неразлучаемость с бокалом. Девушка не растерялась и ляпнула первое, что пришло в голову.
— Увы, есть такая слабость, — констатировала она с наигранным сожалением, не желая вдаваться в подробности, для каких именно целей бокал, а обычно его содержимое используется ею.
Они прошли далее, а Афина всё не могла отвести взгляда от его шеи, иногда отвечая открытым рассматриванием гостя в ответ на его поведение.
— Ну всё, мальчик. Ты мне надоел.
Афина резко остановилась и встала перед Аликом, сочувственно глядя на его воротник.
— Какая неловкость. Кажется, птичка выбрала неудачную траекторию полета и обед. Но ничего, — она приблизилась почти вплотную, — я сейчас посмотрю, может, я ошиблась. Девушка завела руки за его спину и обняла за плечи. Скользнув губами по его шее, она уже было приоткрыла ротик, обнажив клыки, но потом передумала, оттянула свободной рукой шиворот камзола Алика и вылила туда вино.
— Ну, вот бокал и выполнил своё предназначение. Афина резко отпрянула.
— Простите, я наверно ошиблась, ваш ворот абсолютно чист, но вот камзол... он абсолютно испорчен и вам, вероятно, неприятно находиться в мокром, так что снимайте всё немедленно. Не переживайте, я смущаться не буду.
— Ну-ну. Сбежишь через 10 минут со мной, бриллиантовый мой?
Девушка вскинула брови, припомнив последний вопрос.
— Моё платье черное, милсдарь, а этот цветок, ну что ж с ним делать, в семье не без урода, — сочувственно покачала она головой.

0

7

Алик почувствовал причину объятий раньше, нежели миледи остудила его. Пока брюнетка, обнимая его рукой, начинала свою мстительную программу, Риверо разглядел шнуровку корсета на платье его спутницы. Уже чувствуя, как некоторые капли заползают за шиворот, тот незаметно, острым кончиком набалдашника своей трости в виде головы дракона, резко провел по большей части шнуров или лент, поддевая их. Моментом позже, когда леди предложила ему раздеться, герцог с улыбкой ответил, начиная стягивать пиджак:
— Я не имею ничего против, но все-таки краснеть сегодня ваша прерогатива, вам как, не дует еще? — советник повесил на руку испорченную верхнюю одежду и принялся расстегивать пуговицы на рубашке, ясно понимая, что при движении девушки остатки ее порванной шнуровки разболтаются и платье далеко не будет так хорошо сидеть, а то и вовсе начнет сползать. И если Афина надеялась одного его выгулять без части одежды, то в ее планы Риверо внес свои коррективы.
Мужчина разделался с пуговицами и снял промокшую сзади белоснежную рубашку, по ткани на которой безобразно расползалось алое пятно. Его ничуть не смущало остаться в таком положении рядом с много младшей его спутницей, да и вообще идеальный по природе своей мраморнокожий вампир уже продолжил свою прогулку, довольно ощущая приятный и ласкающий свежий ветерок. Его поездка начинала окупать потраченное время.
— Хотя, скажем, вы оказались чуточку банальны, самоуверенность скольких вы уже попытались подмочить бокальчиком? — аристократ наигранно зевнул, качая головой, словно расстроенный оттого, что на его долю не выпало ничего пока более. Хотя, его немного и подивило пристальное внимание баронеты к его шее, которое та ничуть не скрывала. Во всяком случае, свои клыки герцог пока держал при себе, однако, они уже знавали вкус крови вампиров и других существ, поэтому ничего не помешает им выйти при первой возможности. Скажем так, у всех есть свои маленькие слабости, и хозяйка этого сада имела нескромность приблизиться к его тайне.
— Не думал я, что вам так хочется меня раздеть, могли бы попросить, я не скромный, — весь вид его выдавал ничуть не уменьшенную уверенность и свободу положения, даже окрепшие за последние пять минут. Афина создавала самую благоприятную для него атмосферу, за что он был безмерно ей благодарен, привыкший к дебатам всякого рода за свою длинную, насыщенную перепитиями жизнь. Он все еще продолжал провоцировать ее, теперь с удвоенным интересом, — ваше любопытство удовлетворено?
Еще пять минут и можешь кинуться мне на шею, так уж и быть, — советник мысленно милостиво разрешил леди такое действо. Во всяком случае его второе я не имело ничего против женщин, — но как же вы быстро выходите из себя, ох и ах. Я — то ожидал куда более хладнокровного приема. Впрочем, действуйте, моя миледи. В принципе, я пока даже ничего не имею против обещанного мне продолжения банкета.
Советник начинал приходить к выводу, что о том окончании «праздника», на которое намекал ему Лютер, Афина ничего не знает, или, во всяком случае, очень уверенно предпочитает умалчивать.
Какая комичная выходит ситуация.

Отредактировано Алик Риверо (29.05.2011 11:29)

0

8

О том, что корсет собирается покинуть её — Афина узнала по звуку трескающихся шнуровок верхнего корсета. Это, по сути, и корсет то не был, просто верх платья, который одевался обычно на более жесткий нижний корсет, а пышность обычно создавал или кринолин или нижние юбки. Поэтому, даже если бы корсет упал незамедлительно, то максимум неудобства для Афины было бы остаться, так сказать, в нижнем белье. Но этим её не напугаешь.
Лицо господина Риверо просияло самоуверенностью — он был доволен собой, пафосно раздеваясь при Афине, словно пытаясь представить себя в лучшем свете. Но к чему это? Из жизненного опыта девушка знала, что вампиры — идеальные существа, и что всё со всем у него в порядке — она была уверенна. Но приятно было проверить. Тем более теперь его шея, запястья и другие удобные для укусов места были на полном обозрении. Алик устремился с непринужденным видом вперед по аллее, Маро последовала за ним, находясь за его спиной не дальше чем в двадцати, максимум тридцати сантиметрах. Бокал полетел в кусты за ненадобностью — садовник уберет — ему не впервой.
Платье она пока что придерживала рукой так, что глядя на неё спереди было даже и не видно нижнего корсета. Пока что это было Афине на руку. Просто нижний корсет был с передней шнуровкой, что, собственно и дало ему выжить, а это говорило о том, что он был гораздо глубже вырезан, да и шнуровка открывала в своих просветах весьма интересные пейзажи. Девушка, понемногу идя за Аликом, прикидывала, как ей лучше поступить, и, незаметно для себя, облизывала губки, глядя на шею Риверо.
Тем временем он продолжал что-то говорить, но Афина была увлечена пульсирующей веной на его шее и пропустила большую часть его вопросов.
— Ваше любопытство удовлетворено, — эту фразу вырвало её сознание из общего потока.
— Хм, — задумалась, причем искренне Афина, — пока не совсем, — сказала она, не стесняясь, так как вся их прогулка от начала и, возможно, до самого конца, выходила за все нормы и рамки. Ведь, по сути, Алик шел перед ней по безлюдному саду полуголый, а Маро следовала за ним в нижнем белье и с порванным платьем. Так, к чему стеснения и наигранное непонимание. Афине показалось, что на этот час она просто одичала. Но вот уверенность Алика, что всё идет по плану, начала тревожить мысли Афины. Недолго порассуждав, она, наконец связала слова там, в беседке с происходящим сейчас.
Такое положение вещей, так внезапно открывшееся взору Афины, открыло больше перспектив. Но вот в чем загвоздка, Девушка точно помнила со слов Сета, своего братца, что Алик вампир древний, то есть старший. Рассудив далее в подобном ключе, Маро была на сто процентов уверена, что ей ничего не грозит с этим старичком. Это подбросило дров в её дурную голову, но о том, что в ней течет, осложняющая ситуацию, человеческая кровь она как-то не вспомнила.
Решив поразвлечься и подразнить вволю господина Риверо, она стянула с себя платье и осталась в пресловутом нижнем корсете и нескольких нижних юбках. Снова подойдя почти вплотную к Алику, она провела атласной тканью перчаток по линии его позвоночника и остановилась лишь там, где начинались брюки. А потом обошла его и с невозмутимым видом пошла дальше, на полшага опережая своего спутника.

0

9

Алик затылком чувствовал заинтересованность в его крови, которая играла в воздухе за его спиной. Что-что, а эмпатия, особенно относительно его самого, у советника включилась автоматически. Искушенный в пробах различного рода крови, и, будучи в этом особо требовательным, Риверо знал цену своей. Как никак, а высший вампир дорожил ей не менее своего капитала в банках, так что покушение чужих зубок на его достояние будет для их обладателя, конечно, приятным, но недолговременным действом. Зато, будет потом чем похвастаться.
На фразу о том, что любопытство девушки удовлетворено еще не полностью, господин игриво повел плечами:
— Вы можете предложить мне продолжить, однако, не обещаю, что соглашусь, но обязательно подумаю над тем, чтобы вас осчастливить, — с присущей коварностью продолжил вампир.
Впрочем, и сама девушка не медлила, сзади послышался шелест верхней одежды, и, когда он полуобернулся, Афина стояла уже в нижних юбках и корсетах из тонкой ткани. Дивно сочетаясь с шоколадными локонами, образ невинности и нежной прелести, как ни странно очень ей шел. Но, у нашего ангела оказался весьма дьявольский характер. Догнавшая его баронета провела прохладной тканью перчаток по чувствительной коже на позвоночнике, а затем легко обогнала аристократа, игриво уходя вперед. Герцог изобразил печаль из-за скоро прекратившейся ласки, напоминая девушке о себе с толикой наигранной жалобности:
— А могли бы и по лопатке еще провести, ничего против не имею, — в его словах игривости было больше, чем комаров во всех болотах окрестностей Орлея, — да и от полноценного массажа тоже не откажусь.
Пепельноволосый советник сорвал пальцами какой-то длинный стебелек и, быстро избавив его от симпатичного бутона, провел травинкой по шее девушки, ловко проникая сквозь крупные локоны. Кончик зелени сновал именно по тому месту на вене, которое пожирала глазами брюнетка на его теле. Вампир дразнил ее, как дразнят кошек, словно доказывая неприкосновенность свою, вопреки ее собственной. Во всяком случае, бокал ревенант выкинула и защищаться вряд ли бы могла еще чем-то, разве что попробовала бы ткнуть в него розочкой с куста рядом. Это было бы комично, — усмехнулся про себя Алик, представляя подобную картину.
— А вы так и даете вездесущей желтой прессе поводы упомянуть вас в самом пикантном для женского общества свете, — он кивком головы указал на прутья высокой ограды, намекая на то, что если бы кому-то приспичило узнать, что здесь творится, то ему достаточно было бы затаиться в кустах с пером и пергаментом, — полураздетой в компании старого ловеласа. Впрочем, если вас это утешит, могу сказать, что вас не захотел или вы не в моем вкусе, — Алик изобразил самое милое выражение лица, на которое был способен, похлопав завидно длинными ресницами. Впрочем, сквозь этот облик так и пер, другого слова нет, сарказм.
Советник вспомнил о былинке в руках и ловко переключил ее кончик на вене на руке, пробегаясь травинкой по ее дорожке, шагая рядом с Тинес. Герцог вальяжно мотнул головой, делая так, чтобы все его волосы оказались на одном плече, полностью оголяя левую часть шеи.

Отредактировано Алик Риверо (29.05.2011 22:33)

0

10

Герцог хитро завернул фразу о том, что он бы не прочь продолжить, но как незаинтересованная особа и всё в таком роде. Афина усмехнулась.
— Ну конечно. Я не такая — я жду... карету! А сам, пень старый, так и мечтает, чтобы я что-то эдакое вытворила. Ну, ну.
А потом он и вовсе обернулся, в его глазах Маро почувствовала немое восхищение, в белых одеждах она казалась невинной, как новорожденное дитя, но, увы, её мысли сейчас явно не соответствовали. Темные кудри окутывали её плечи, янтарные глаза горели адским пламенем. Но Алик уже нашептывал что-то о массаже и как-то подозрительно начал тыкать в её шею стебельком травы.
— Вообще с умом расстался старик.
— Перестань тыкать в меня травинкой, — заявила она капризным девичьим тоном и посмотрела на Алика так, будто он — господин вселенной и может избавить её от страшного, чего-то очень страшного. Фамильярное обращение её не смущало — они ведь уже были раздеты, так к чему уже этикет. Его придумали лицемеры. Но судя по выражению лица, Риверо был расстроен кратковременностью прикосновений Афины. А потом резко обрезала: — Я вам не лошадь на траву меня приманивать, и к тому же стебельком вы меня точно не удовлетворите, хотя, что вам еще остается? Кто-то бы подумал, что это Афина выжила из ума, что так фамильярно ведет себя с гостем. И он бы ошибся — она вообще не вписывалась уже ни в какие рамки.
Но новый выпад Алика заставил её улыбнуться.
— Какой смысл постоянно следить за тем, что говорят, пишут? Так и до паранои недалеко. Ах, желтая пресса, пересуды. Я уверена, любая дама, осуждающая меня, втайне мечтает пережить хоть одно из моих приключений на собственной шкуре. Самые интересные мне джентльмены желают меня, а слабые даже не претендуют на пыль моих стоп.
Она точно не знала, зачем была так откровенна с Аликом, толи располагала обстановка, толи ей хотелось убежать от правил. Да и вообще, судя по тенденции, она бы без проблем разгуливала по саду нагая. Но еще было не время. Но Риверо не унимался, разжигая в ней азарт.
— Вы не в моем вкусе, — наложил резолюцию гость, на что Афина почти сразу ответила: — Ну и славно, — девушка повернулась, наконец, лицом к гостю.
— Раз уж обстоятельства складываются таким прекрасным образом, что я не в вашем вкусе и мне опасаться нечего вас, хотя ваш возраст вам ничего бы и не позволил, но об этом мы промолчим, — Маро сделала небольшую паузу, — да и опасаться, как бы токсикоз у вас не случился ненароком, от нашего общения. Короче, ложитесь. Будет вам массаж.
Девушка прошла еще немного и уселась на лужайке под деревом, указав Алику на место возле себя. Откинув волосы за спину, она невзначай поправила немного сползший корсет, подтянув повыше, и расправила юбки.
— Ложитесь на живот вот тут, — указала она еще раз на траву изящным движением руки, а потом аккуратно взяла перчатку двумя пальчиками и лениво стянула прочь. — Расслабьтесь, ну не укушу же я вас, в самом деле, — с легкой улыбкой, но уже более спокойно сказала. Сейчас было абсолютно непонятно, что она могла придумать в своей голове. Стянув так же вторую перчатку, она отложила обе неподалеку, и, переложив копну волос набок, она подняла глаза на Алика.
Хотя на самом деле очень даже и укусила бы. Афина еще раз глянула на так заманчиво оголившуюся часть шеи господина Риверо, облизнула губки, и дальше смерила взглядом того, кому собиралась делать массаж. И тут же подвела итог — хорош. Особо привлекали её длинные пепельные волосы Риверо. Сама обладая изумительными кудрями, она всё равно залюбовалась гладкости его волос, так прекрасно сочетающимися с цветом кожи. При столь яркой луне, которая освещала полянку, Алик мог вообще показаться произведением искусства из мрамора, если бы замер, хоть на мгновение. Сама же Афина поспешила сложить руки на груди, чтобы луна не осветила еще одного интересного факта — корсет Афина был почти полностью прозрачный, за исключением редких вышивок. Немного подумав, она еще и несколько прядок переложила на плечи с целью прикрывания того, что открывать пока было рановато.
— Ну, чего застыл, или думаешь, что мои пальчики могут неосторожно сыграть на твоих ребрах?
Маро поднялась и вышла к Риверо из-под тени дерева, свет луны, казалось, тонул в её глазах. Сочетание вида и качеств доходило до оксюморона, а потом она улыбнулась, сначала мило и, возможно, капельку застенчиво. Но потом улыбка открыла острые клыки и стала хищной, выдавая нечеловеческое происхождение девушки.

+1

11

Кошачье самолюбие внутри Алика екнуло и заурчало, недовольно потягиваясь и напоминая о собственном существовании. Его репутация ловеласа, страстного любителя женского общества и виртуозных похождений с баснословными подробностями начала меркнуть, и все из-за полу-вампирессы, наивно бьющей именно в эту мишень — возрастную категорию. Риверо изобразил самое скорбное выражение лица, пожав плечами, выражая нечто: увы и ах. Сам же он между тем хихикал, уж больно улыбнула его фраза о токсикозе. Давно по кардиналу так не проезжались.
Как на важных политически собраниях, лишь бы что-нибудь вставить. Хотя, возраст и правда один из моих редких, немногочисленных недостатков. Но меня не испортит ничто, — Алик успокоил себя этими мыслями, ибо искренне считал именно так, предпочитая напоминать себе об этом.
— Ага, мне прям пятьдесят лет и я из мужского монастыря вышел, а вы благородно решили меня спасти от сексуальной голодовки, потрогать тогда что ли дайте! — герцог рассматривал и такой вариант, но вовремя предложенный массаж его отвлек от пошлых и ехидных мыслей, которые вертелись на языке. Все бы ничего, кабы не откровенный кровожадный взгляд госпожи Тинес, в котором советник фигурировал скорее как долгожданный донор. Но Алик по природе своей жмот до мозга костей, а тем более на такое состояние, как его собственная кровушка. Подозрительно прищурившись, словно изучая Афину на предмет посторонних мыслей, аристократ подметил еще и все прелести сползшего платья, а точнее именно те, которые вполне могли бы быть открыты и еще больше — он против бы не был, отнюдь.
— Нам, старичкам же только лицезреть и остается, — однако брюнетка нетерпеливо опустилась возле дерева, лишив при этом герцога возможности детально изучить вышивку на ее корсете, конечно, весьма и весьма его интересующую. Видимо, госпожа Тинес тоже оказалась скупой на зрелища. Хотя, в его желания и, может, даже возможностях были мысли исправить это недоразумение, но они пока залегли дружным роем. Пока.
— Да, конечно, разомните мой старческий ревматизм, окажите услугу, — советник спустился на колени, изображая при этом, якобы все его движение скованы и неуклюжи, впрочем, все с характерным вальяжным оттенком. Прилегши на живот, Алик убрал рукой густые пепельные волосы на траву над плечом, и удобно повертел шеей, стараясь найти самое удобное положение, при этом не давая девушке начать.
— Да, кстати, если массаж приобретет эротический уклон, то кусать меня не надо, разве что за ушко и то ласково, причем, левое, — он говорил это так, словно делал заказ в ресторане. А что? Раз уж Афина милостиво согласилась помочь, как сказала, сыграть пальчиками, то пусть делает это с максимальной выгодой! Ибо лежать под деревом на траве, когда пятку щекочет какой — то непонятный куст, есть не самое большое удовольствие в его жизни. Герцог, к слову, подрыгал этой самой ногой, ибо что — что, а вот щекотку он не любил, даже при наличии мышц в прекрасной форме.
— Старый, пФ-ф-ф-ф, нет, ну надо же! Действительно, можно в отставку. Жениться, завести по быстрому внуков... Купить пони. Мило. О пресловутая святая Роза избави меня от этого наказания.
Удивительно, но до этого разговорившийся герцог замолчал, может, он действительно предвкушал расслабление, а может, притих, ибо в голове его пепельной готовилось очередная шуточка, либо выходка, либо и то, и то вместе взятое. Главное, чтобы госпожа Афина не сбежала заранее, а то сорвет эдакой выходкой всю программу, детали которой он уже разрабатывал. Во всяком случае, не добившись полного морального удовлетворения он отсюда ни ногой. Это факт. Остальное — небольшая ехидная дуэль с одной из знаменитейших проказниц.

Отредактировано Алик Риверо (03.06.2011 21:28)

+1

12

Удивившись тому, как разошелся Алик, она улыбнулась и, накрутив на палец локон, ответила:
— Не дам. Тем более потрогать. Глазками, сер Риверо, гла-а-а-азками, — протянула она мурчащим тоном. — Особенно тем, кто из монастыря. Где ж ваша ряса? Износилась за столько то лет, м? — непрестанно колола она, как оказалось, по единственной уязвимой точке — возрасту. Но потом Алик и на этот момент нашел выход. Он стал откровенно подыгрывать ей, хвататься за спину, изображая радикулит, ревматизм и такое прочее. Это очень веселило Афину, ведь она думала, что он просто напыщенный фазан, а у него еще и чувство юмора нащупалось, к удивлению.
Алин, охая и ахая, начал укладываться на траву, и это было так точно по плану Афины, что она хотела уже, было, сложить ладони от умиления, приговаривая в такт его возгласам «хорооооший мааальчик». Когда он наконец-таки улегся, она, долго не церемонясь, уселась на него, немного ниже поясницы. Ничего такого, просто так удобнее. Она еже немного поерзала, поправляя юбку, и наконец-таки положила ладони на его плечи.
— Я там вас не сильно придавила, живы? — с наигранным участием поинтересовалась она, и проскользила ладонями вниз, прорисовывая большими пальцами линию позвоночника, а потом так же вверх. Она прикасалась нежно, но довольно ощутимо, прекрасно соизмеряя силу давления. Накрыв ладонями его плечи, она немного сжала пальцы, так, что к коже прилила кровь и оставила отпечатки бледно-розового цвета. Афина наклонилась и прикоснулась губами к каждому из отпечатков, рисуя дорожку поцелуями. Корсет прижимался к его спине, Маро чувствовала, как бьется его сердце, качая кровь по телу. И вот даже по этой артерии на шее, девушка сглотнула, потянулась чуть выше и аккуратно прочертила линию сонной артерии кончиком языка. Соблазн попробовать этого нахала на вкус был так велик, что она закрыла глаза и отстранилась.
— Еще не время. Пусть расслабится, примлеет. А потом, может, и попробую. Главное, чтобы у него такой идеи в голову не пришло.
Девушка продолжила, так сказать, разминать ревматизм. Потом рука скользнули еще ниже, она подалась корпусом еще дальше. Линия брюк с имеющимся поясом казалась такой привлекательной, что Афина захватила тот самый пояс ладонью и, прижав Алика бедрами посильнее к земле, резко дергнула. Тонкая кожа изделия лопнула от натяжения. Остатки ремня она сложила пополам и сжала ладонью. Подвинувшись обратно на те несколько сантиметров, она провела кончиком ремня по линии позвоночника, едва ощутимо.
Не то, чтобы она собиралась применить ремень по назначению, но ведь так интересно было играться с господином Риверо. Он начинал ей в этом плане всё больше и больше нравиться. Еще можно было получившуюся петлю закинуть ему за шею, можно было заткнуть ей рот. Или вообще снять с него штаны. Да что угодно. Она хохотнула.
— А вы щекотки боитесь? — зазвучал медовый голос девушки. — А-то как-то смирно тут улеглись, а я стараюсь, вот, устала уже, — надув игриво губки жаловалась Афина, проверяя терпение господина Риверо. А потом, поджав губы, она полоснула его по ребрам петлей ремня. Не то, чтобы она делала это для того, чтобы он злился, просто хотела узнать его пределы, края, и что бывает, когда он за эти самые края выходит.
— Ой, простите меня, так неаккуратно. Но туда села мошка. Она хотела укусить вас. Дайте поцелую и всё пройдет.
Отпечаток на спине был алый, девушка нагнулась в миллиметре от полосы, но не трогала, можно было почувствовать её легкое дыхание, как слетающее с губ, так и ритмичное движение корсета, прижимавшегося к спине Риверо.

Отредактировано Афина Машимаро-Тинес (04.06.2011 20:07)

0

13

— Какое решительное, а главное, подействовавшее на меня, нет! Я весь дрожу! — такие резкие заявления о возможности только просмотра ничуть не смутили Риверо, даже пыл разожгли. Полу улыбнувшись, он внезапно почувствовал на себе нахально воссевшую баронету. Ему было даже комфортно. И, несмотря на обилие складок на юбке, он прочувствовал... как там говорится, всю мягкость и приятность женского обаяния? Да, порой мужики из трактиров подбирают самые чуднЫе названия и обозначения женским прелестям и достоинствам.
— Вы предпочитаете сверху? — герцог не мог отказать себе в удовольствии ехидно прокомментировать такую перестановку сил.
В целом, массаж оказался очень даже ничего, что удивительно для аристократических белоручек, не умеющих с толком управлять конечностями. Нежные прикосновения Афины, хоть и не заставили его стонать с придыханием в голосе, но оказали положительное воздействие на настроение. Он готов был улечься и продолжать получать заслуженное, однако коту внутри так и не удалось пригреться под ее нежными руками. В один момент девушка предпочла сменить тон происходящего, щелкнул бляшкой ранее сорванного ремня по его голой лопатке. Мужчина удивленно вскинул бровь, ибо такого поворота событий не ожидал. Алик дернул лопаткой в сторону, чувствуя, как обжигает изнутри ударенное место. Нет, такие повороты он, конечно, приемлет, однако происходящее напоминало нечто другое.
— Нежности в вас, однако, как в комарике, которого вы «прибили». Хотя это уже напоминает садо-огородо, — аристократ, уложенный в траву хрупкой ревенанткой, хмыкнул, решив, что пора брать дело в свои руки, — а я, знаете ли, предпочитаю комфорт. Мне тут что-то под ребро колет, травинка.
Поэтому, уж решивший кардинально менять положение, советник внезапно приподнялся на руках, ничуть не скованный в движениях ношей сверху. Несколько развернувшись корпусом в сторону своей очаровательной наездницы, тот одной рукой потянулся к баронете, второй продолжая опираться об землю. Как только пальцы его коснулись ткани на корсете, рука обвила талию Тинес, насколько это было возможно, и уверенно потянула ее вниз. Впрочем, из-за обилия ткани, стянуть ее чудесную фигурку не составляло труда. Вовремя подхватывая девушку второй рукой, тот предостерег ее от падения на землю, мягко уложив ровно под собой, вампир удовлетворился нынешним положением обоих.
Невинно хлопая ресницами, советник рассматривал свою спутницу с нового для себя ракурса, который ничуть не портил ревенантку, наоборот, наконец, вся вышивка корсета, чьи движения несколько минут назад заставили соскучиться по нему, теперь была им изучена. Риверо не скрывая облизнул кончиком языка нижнюю губу, замкнув доступное девушке пространство своими руками по обеим сторонам от плеч.
— Вот так вот мне нравится больше, — он удобно поставил колени вокруг ее ножек, нависнув над брюнеткой. В голосе появились новые нотки, более властные, — да, кстати, вот ваша юбка мне мешает, я скоро запутаюсь в ее подоле, — одной рукой он крепко схватился за ткань под корсетом, и дернул в сторону. Послышался треск ткани, и в следующий момент часть юбки уже лежала в стороне, остался лишь неровный край.
— Один-один, вы испортили мне ремень, — кстати о последнем, благо покрой держал одежду не на нем одном, да и, теперь не надо было не вовремя корпеть, его снимая. Быть может, он бы и почувствовал укол совести за то, что сейчас лишает «гостеприимную» хозяйку поместья части одежды, но как-то с моральными укорами у него не складывалось. Его пальцы как-то вольготно пробежались «человечком» по корсету вверх, на лице появилась уверенная улыбка. В следующий момент ладонь легла на бедро девушки, резко, чуть щелкнув на коже:
— Мошка! И правда, разлетались! — его глаза смеялись в игривом прищуре.

0

14

Вопрос о предпочтениях по поводу сверху Афину слегка смутил. Было непонятно, толи ему интересно, толи на будущее, толи просчитывает. Но начинало «пахнуть жареным», каким-то седьмым чувством, к Афине пришло понимание, что она, таки допрыгалась.
— А что еще делать порядочной девушке, когда джентльмен пассивно изображает бревно, — философским тоном рассуждала Маро, к тому же, как мне вам делать массаж, избавлять вас от ревматизма. Мне же неудобно.
Соната имени ремня на ребрах Алика сыграла своё предназначение, — господин Риверо решил-таки что-то предпринять, чем немало повеселил Афину.
— Какое садо-огородо, милсдарь, вы шутите. Что ж вы сразу-то не сказали, что вы к ним на должность садовника, — говорила Афина таким тоном, будто теперь, и именно теперь всё стало ясно как день. А если травинки колют, так я к вашему садо-огородо могу косу принести, или серп. Можно и ножницами, но траву косить будете до второго пришествия Розы.
Она откровенно показывала, что при всех его маневрах, хоть сальто ей тут крути, она его не боялась и была уверена, что он перетрудит скорее мозги, чем другие части тела, поэтому ни она всерьез не воспринимала ни одного намека, до того момента, как он не сорвал ей юбку. Это уже было слишком. Она замахнулась и влепила ему пощечину. Сузив глаза, она сверлила взглядом Алика.
— Послушай-ка, ты, гос. резерв в сапогах. Это уже не смешно.
Она попыталась вывернуться, но он навис над ней, не давая места для маневра.
— Зачем ты это делаешь, ты же всё равно ничего не можешь, м? — она потянулась к нему, и, приблизившись, шепнула на ушко, — может, я лучше кузнеца позову? — издеваясь, спросила Афина, а потом прикусила мочку уха Алика, слегка проткнув кожу клыком.
Она не собиралась, идя сюда, оставаться без одежды. Тем более, она думала, что всё вообще будет по-другому. Эти братья, будь они неладны, что они ему обещали, чем они думали... Афина судорожно рассуждала, чем ей это грозит. А ничем. Кроме собственной жизни.
Положив изящные пальчики на шею Алика, она их достаточно сжала. — Пусти. Но не тут-то было. Ладонь Риверо шлепнула её по голой коже бедра, девушка потянулась и увидела, что, собственно, осталась в корсете, а юбка как-то перекочевала в разряд подстилок. Но Афина не хотела вслед за юбкой. Ну совсем никак. От удивления и негодования она приоткрыла рот. Такого хамства никто еще не позволял. Нахмурившись, она презрительно посмотрела на Риверо, а потом и вовсе плюнула ему в лицо.
— Получай!..
До неё еще не доходило, что она вполне может доиграться, для неё это пока была игра «взбеси Алика». Да и, что, разве не она одна из самых известных на город проказниц? Так что, еще посмотрим. Девушка, поерзывая под вампиром прошлась голыми ладонями по его торсу, немного царапая ноготками, рисуя какие-то завитушки, то заводя руки ему за спину, то возвращая обратно. Всё это время она смотрела в его глаза. А потом взяла, да и потянула его штаны вниз, стянув до колен. Но взгляд пока не опускала, по-прежнему глядя в глаза Алика.
— А теперь не позорься и убирайся.
Она перевернулась под ним, явно намереваясь таким способом выползти и оказаться, наконец, на воле...

Отредактировано Афина Машимаро-Тинес (05.06.2011 00:13)

0


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Цена спокойствия


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC