Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » Отыгранные флешбэки » Навстречу судьбе...


Навстречу судьбе...

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/19-Volkogore/17.png

Участники: Дантес Обер и Камилла Девон.
Локация: зимний лес; особняк «Примавера».
Описание: неожиданная встреча Дантеса Обера со своей суженой.
Дата: декабрь 1825 года.

Отредактировано Камилла Девон (03.02.2011 14:29)

0

2

Белая гладь, морозный воздух и хлопья снега, спускающиеся с небес, всю дорогу сопровождали карету, медленно ехавшую по бесконечным лесным дорогам. Камилла, крепче кутаясь в свою тёплую белую шубку, смотрела в окно, за которым каждую минуту менялся пейзаж. Деревья, поля, водоёмы — все было укутано льдом и снегом. Вечный холод спустился на эти земли и крепко сковал их в своих объятьях. Потрясающая картина. Тишина, одинаково манящая и отталкивающая, придавала лесу, как сказочности, так и некой зловещности. Подобную двойственность можно встретить только в пору зимы. В это время года даже день может показаться страшнее глухой ночи. Но сейчас герцогиня не думала об этом. Её занимала красота природы, свежий морозный воздух и покой, который она всегда чувствовала во время прогулок. Мерный стук копыт и покачивание кареты действовали усыпляюще, как колыбель на дитя. Чуть прикрыв глаза, она смотрела на мерцающий снег и чувствовала себя счастливой. Дракенфурт, как она и надеялась, принёс ей счастье. Она исполнила свою мечту, нашла место, где чувствовала себя, как дома, и теперь находилась в поиске новой цели. Перед ней были открыты почти, что все дороги, но она пока не могла определиться. Каждая сулила особую награду, свойственную только одной мечте из многих.
Резкий рывок, и дремота вампирессы пропала без следа. Карета затормозила, слегка наклонившись набок. Открыв дверцу, девушка вышла из кареты, и тут же утонула в пушистом снегу, которого за время дороги намело довольно много.
— Карл? Карл, где вы? — подойдя к козлам, спросила герцогиня, но кучера, как и не было. Четвёрка жеребцов, изредка ударяя копытами о землю, тихо фыркала или издавала нервное ржание, от чего Камилле становилось не по себе. Словно по чьему-то зловещему замыслу вокруг кареты стал сгущаться туман, будто предупреждая о наступающей угрозе.
— Карл, где вы?! — отступив на пару шагов, крикнула вампиресса, но её голос лишь эхом разошёлся среди деревьев. Пара птиц взметнулась ввысь, на миг, нарушая тишину, которая после вновь затаилась в лесу.
«Вот нужно же было мне поехать сегодня на эту глупую прогулку. Как чувствовала, что этого делать не стоит, но нет же. Я ведь интуиции не доверяю».
— Госпожа, с вами всё в порядке? Здесь заднее колесо немного поломалось, но я его уже починил, мазель, не беспокойтесь, — произнёс скрипучий голос карлика за спиной герцогини, но она и повернуться не успела, как почувствовала, что нечто острое коснулось её спины. Девушка дёрнулась, но кучер тут, же с силой схватил её за руку, тихо посмеиваясь над ней, — Слишком поздно, герцогиня. Не стоит пытаться сбежать, здесь вам никто не поможет, — прохрипел Карл, сильнее сжимая её запястье, — Если будете паинькой, я оставлю вас в живых. Так что, советую, отнестись почтительно к бедному старцу. Отдайте добровольно мне ваш кошель с деньгами, и я отпущу вас целую и невредимую. Вы ещё молоды, мазель, так, что хорошенько подумайте, прежде чем принять решение. Не забывайте, оно может стоить вам жизни, — не скрывая злорадного смеха, проскрежетал старик.
Вампиресса, тяжело дыша, просчитывала в мыслях все шансы на благополучный побег, но они были ничтожно малы. Несмотря на свою дряхлость, у старика хватило бы сил её прикончить в этом лесу. С другой стороны, если он бросит её здесь, а он непременно это сделает, её прикончит холод. Быстрая смерть или долгая? Одно другого не лучше, ибо исход всё равно один. Но девушка все, же решила попытать судьбу, и медленно протянула карлику свою сумочку.
— Возьми деньги и исчезни, отвратительный старик.
— Ну, что вы, госпожа. За что такая жестокость? Я ведь к вам отнёсся со всей своей сердечной добротой. У вас столько денег, та малая часть, которую я заберу, вас не разорит, а мне обеспечит счастливую старость. Не до гробовой же доски мне возничим работать, — прошипел Карл и, отняв сумочку, с силой швырнул девушку в снег. Запрыгнув на одну из лошадей, он, смеясь, продолжил свой монолог:
— Здесь часто проезжают кареты, так что, вы не умрёте. Сегодня или завтра вас кто-нибудь найдёт, если не сойдёте с дороги. В противном случае, в ваше поместье доставят заледеневшую фигурку, что тоже не слишком уж ужасно. Достойный вашего положения приём вам организуют в любом случае. Удачи, герцогиня, — рассмеявшись во весь голос, сказал кучер. Одним движением обрезав ремни, он освободил лошадей и с силой хлестнул их кнутом. Те, заржав, тут же помчались вперёд, разметая в стороны снег. Карл ещё раз взглянул на разгневанную герцогиню и, довольно ухмыльнувшись, пришпорил лошадь. Жеребец встал на дыбы, а затем последовал за тройкой уже исчезнувших за поворотом коней.
— Будь ты проклят, мерзкий карлик! — прокричала ему в след Камилла, но он её уже не слышал. Встав с земли, она отряхнула платье от снега и оглянулась по сторонам. Тишина. Вокруг не было ни души. Лишь лес в голубоватом тумане и падающем снегу, пустая дорогая да сломанная чёртовым кучером карета.
«Превосходно. Ну, и куда мне теперь идти? Этот подлец возил меня исключительно кругами». Обернувшись, она увидела за собой высокий белоснежный холм, как трон, возвышающийся над лесом. Вздохнув, она подобрала юбки платья и стала подниматься по крутому склону, и вскоре оказалась на самой его вершине. Весь лес открылся перед ней, как на ладони, и от подобной красоты девушка пришла в невероятное удивление. Подобного очарования она не видела никогда, и на мгновение все её невзгоды отошли на второй план, уступая место восхищению дивной прелестью природы.
— Просто невероятно, — прошептала вампиресса, окидывая взглядом бесконечный лес, как за спиной услышала еле слышный топот копыт, заставивший её обернуться и узреть волю удачи, на благосклонность которой она уже и не рассчитывала.

Отредактировано Камилла Девон (08.12.2010 21:23)

+1

3

Это был обычный зимний день. Дантес Обер уже скучал в Дракенфурте, день за днем осознавая, что дел здесь у него всё меньше и меньше. Откровенно говоря, у герцога была легкая паранойя, насчет чрезвычайно огромного количества свободного времени. Представители отколовшихся семей так и не появлялись, контракты о поставках были все уже подписаны. Проще говоря, все дела были сделаны, а новых дела даже и не намечались.
Проснувшись, дворянину сообщили о подарке одного из купцов. Это была белая лошадь, как говорили, привезена с далеких краёв. В принципе, кобылка выглядела благородной, но вот скорей всего была не столь дорогим подарком, каким хотели её представить.
Герцог, решив, что всё равно заняться ему нечем, решил опробовать её в деле — на охоте. Он любил скакать на коне вдаль, любуясь сменной пейзажей. Процесс травли животного — на самом деле был лишь предлогом, что бы ускакать куда-нибудь далеко, выключить разум, да устремиться вдаль.
Дантес уже был близок к своей первой жертве. Он её слышал, даже скорей чувствовал. Он ещё не знал, что это за животное. Но тут его отвлекла его же собственная интуиция. Ему показалось, что кто-то есть здесь неподалеку... И скорей всего это не просто дичь. Охотник направился в глубь леса, неспеша, как заметил следы. Герцог слез с коня, присмотрелся к ним и решил, что их владелец убегал, но любопытство дворянина повела не за ним, а к источнику его бед. Источником же оказалась заброшенная, сломанная карета. Рядом с ней были еще и другие следы. Решив, что в принципе ничего не остается, как узнать кому они принадлежат, он направился далее.
А дальше следы его привели на высокий холм. Где увидел красивую даму, одетую абсолютно неподобающе местности, что напоминало Оберу о глупых сказках, в которых всегда присутствовали подобные разряженные женщины, в абсолютно неподобающих им местах. Хоть Дантес всегда, как и сказкам, так и к реальности, относился с излишней долей скептицизма, он не смог себе сказать, что это картина, открывшаяся перед ним не красива.
— Просто невероятно, — тихо прошептала она. Дантес еле-еле расслышал, но понял, значение слов. Также он был уверен в том, что дама его не заметила. Почему-то ему казалось, что ежели он сейчас к ней обратиться, то та наверняка испугается. Но не стоять же у неё втихоря за спиной?
— Действительно, просто невероятно, столь прекрасно наряженная дама, в столь не тронутом руками цивилизации месте, — как всегда с вежливой улыбкой обратился к новой своей собеседнице. Всё же, определенно она ему кого-то напоминала. Он не мог определиться с тем, кого же. Может быть они были уже знакомы? Вполне возможно, Обер предполагал, что скорей всего с ней виделся на очередном знатном мероприятии. Ибо дама, судя по одежде, точно была не из простого рода.
— Прошу простить меня за такой вопрос, но не ваша ли там внизу карета? — поинтересовался дворянин, желая продолжить разговор.

+1

4

— Действительно, просто невероятно, столь прекрасно наряженная дама, в столь не тронутом руками цивилизации месте.
Камилла обернулась на голос и её взору на фоне белоснежной глади и леса, запорошенного снегом, предстал незнакомец, держащий под уздцы белоснежную лошадь. Герцогиня никогда не любила сказки за их лживость и чрезмерно неправдоподобную красоту, но с этого момента она явно подумывала о том, чтобы пересмотреть своё отношение к ним.
«Если бы мне кто-нибудь о подобном рассказал — в жизни бы не поверила».
— Тоже самое я могу сказать и о вас, — ухмыльнувшись, ответила вампиресса, спрятав в муфточку руки, — Вельможа с белым жеребцом в гордом одиночестве и в глуши леса — довольно редкая картина, — рассматривая мужчину, ответила девушка.
Что-то в нём было такое, что не позволяло отвести от него взора. Да, он явно был аристократом, явно вампиром, со всеми прикладывающимися к этой расе прекрасными качествами, но Камилла на своём веку видела довольно много подобных представителей знатного сословия, но никто ещё прежде так не привлекал к себе её взгляд. Смотря на него, с каждой минутой ей казалось, что каким-то образом он ей знаком, хотя она точно знала, что прежде не видела его. По каким-то неведомым причинам она его не опасалась и воспринимала, чуть ли ни как родного. Да, именно этим эпитетом она охарактеризовала бы его. Но это было странно, ведь у Камиллы не было больше близких. Она осталась одна в этом мире. Правда, у неё были родственники по линии матушки в клане, но герцогиня всегда чувствовала к ним лишь холод и была уверена, что появись перед ней какой-нибудь представитель клана, она с отчуждённостью отнеслась бы к этой личности. Потому этот вариант для неё исключался изначально. Однако кроме Венганзовских родственников у неё не осталось никого, это доподлинно известно. Но почему, же тогда тень сомнения закралась в её душе? Почему ей кажется, что этот мужчина как-то с ней связан, хотя он не подходит ни под одну группу знакомых и незнакомых ей существ?
— Прошу простить меня за такой вопрос, но не ваша ли там внизу карета?
— Да, милсдарь, когда-то это была моя карета, до тех пор, пока мерзкий карлик не превратил её в груду бесполезных механизмов, — улыбнувшись, ответила Камилла, — У вас красивая лошадь. Словно сошедшая со страниц детской сказки. Специально выбирали, чтобы привлекать дам?

Отредактировано Камилла Девон (08.12.2010 00:16)

+1

5

Незнакомка обернулась. Дантес внимательно всмотрелся в черты лица, она его немного озадачила. У него была потрясающая память на лица, но он не мог вспомнить, где же он видел её до этого момента. Затем в голове сверкнула мысль, что возможно у неё есть родство с Венганзой. Это было вполне возможно, судя по её внешности. Но почему-то, вампиру как-то в это не верилось. Слишком удачной случайностью это могло бы оказаться.
— Тоже самое я могу сказать и о вас, вельможа с белым жеребцом в гордом одиночестве и в глуши леса — довольно редкая картина, — парировала она его комплимент. Вполне умелый ответ, это подтверждало то, что она принадлежала высокому обществу. Герцогу всё сильней казалось, что это знакомство чем-то, да обернётся. Правда чем — было пока что загадкой.
— Уже не в одиночестве, — прокомментировал слова дамы, продолжая не выдавать свою яркую заинтересованность в ней. Как всегда, говорил он с незнакомцами с улыбкой на лице, а в голове прокручивал все возможные исходы событий.
— Да, милсдарь, когда-то это была моя карета, до тех пор, пока мерзкий карлик не превратил её в груду бесполезных механизмов, у вас красивая лошадь. Словно сошедшая со страниц детской сказки. Специально выбирали, чтобы привлекать дам? — разговор постепенно становился обыденно светским. Правда, антураж разумеется был не подобающим, но весьма прекрасным. А насчет лошади, герцогу кобыла не нравилась. Не любил он яркий белый цвет. Слишком сильно это привлекало к нему внимания. Дантесу нравились тёмные оттенки всех цветов, но никак не белый. Спустя несколько секунд, Обер слез седла, спустившись на землю.
— Привлекать дам в лесах? Вполне интересная теория... Если же мне удалось привлечь ваше внимание, то можете считать и так. Кстати, вам наверное нужно добраться до города? И мы все же еще не познакомились... Я Дантес Обер, — представился он, подойдя к девушке, для свойственного приветствия, принятого среди благородных господином, когда встречают даму. Это был свойственный этикету поцелуй в руку. После же него, герцог терпеливо ждал, когда она представится. Ему хотелось побыстрей расставить все точки по своим местам.

+1

6

— Привлекать дам в лесах? Вполне интересная теория... Если же мне удалось привлечь ваше внимание, то можете считать и так.
Камилла рассмеялась, смотря в глаза вампиру:
— В лесах, мазелей, думаю, вы найдёте немного. Ища здесь прелестниц, вы только потеряете время. Принцев и рыцарей девушки ждут на балах, охотах и подобных светских мероприятиях. Наша же встреча — чистой воды случайность. Если бы не мой кучер, мы бы навряд ли встретились с вами, да ещё и при таких обстоятельствах, — улыбнувшись, добавила вампиресса, — Что же до поездки в город — буду весьма признательна, если вы убережёте меня от нескольких километров ходьбы по холоду и заснеженным дорогам.
— И мы все же еще не познакомились, — продолжил незнакомец, и Камилла еле заметно кивнула в знак согласия. Герцогиня достала руку из белоснежной муфточки и протянула мужчине, как в этот момент он назвал своё имя. Вампир поцеловал ей руку, но она даже не заметила этого. В её мыслях эхом кружилось его имя, открывая в книгах памяти все различные воспоминания, связанные с этими двумя словами — Дантес Обер.
«Глава клана? Здесь? В Дракенфурте? В этом лесу? Это наверняка ошибка. Простое совпадение. Иначе просто невозможно. Вся Венганза проживает в Орлее, но не в Дракенфурте!»
Когда она пришла в себя, то заметила, что её новый знакомый смотрит на неё в ожидании ответа. Настала её очередь назвать своё имя. Но стоило ли это делать? Стоило ли говорить правду или лучше было бы солгать? Кто знает, каковы нравы у нынешних представителей клана? Девушка слабо улыбнулась, и негромко произнесла:
— Дантес Обер. Красивое и редкое имя. Рада знакомству с вами. Меня зовут — Камилла Девон, — сделав книксен, ответила она, внимательно смотря, как отреагирует на её имя мужчина.
«Скорее всего, что он не глава Венганзы, а просто его тёзка, хотя внешне он весьма похож на моих соклановцев. Однако, даже если это и так, то он, скорее всего понятия не имеет обо мне и моей семье. Отец давно порушил связи с кланом, так что, о моём существовании ему в большей вероятности неизвестно, а, значит, мне не о чем беспокоиться».
— Вы родом из Дракенфурта или прибыли сюда откуда-то? — задала весьма значимый для себя вопрос герцогиня. Если только он сообщит, что прибыл из Орлея, то, значит, он точно глава Венганзы. Два совпадения — слишком много для столь короткого промежутка времени, тем более что к совпадениям вампиресса относилась весьма недоверчиво, как и к знакам судьбы, и к чудесам. Всё это было слишком мистично, сказочно и лживо, а главное, не поддавалось логике, что особенно влияло на отношение девушки ко всем этим причудам.

+1

7

Как оказалось, Дантесу крупно повезло. Ещё бы, его цель, ради которой он приехал в Дракенфурт, стояла перед ним. Сейчас, главное, как умелому охотнику, выждать, когда цель наступит на капкан.
— Дантес Обер. Красивое и редкое имя. Рада знакомству с вами. Меня зовут — Камилла Девон, — разумеется её имя для него стало сюрпризом. Он себя не выдал, спокойно продолжая вглядываться в неё. Возможность того, что она окажется всего лишь тёзкой была меньше одного процента. Ведь внешность, да к тому же ещё и имя...
— Камила Девон... — задумчиво начал он, — не менее редкое, и куда уж не менее красивое имя, да к тому же довольно знаменитое, — потихоньку начинал развевать сомнения дамы. Герцог предполагал, что она сейчас невероятно нервничает. Ведь ещё бы, встретиться с главой клана, одной в лесу... А если ещё вспомнить, насколько жесток был отец Дантеса. Вполне возможно она сейчас уже строила планы о побеге. В любом случае, даже если она решит бежать — то шансов у неё нет, ведь дорогу преграждал герцог, а с другой стороны обрыв.
— Вы родом из Дракенфурта или прибыли сюда откуда-то? — этот вопрос, наверное, был последним, в котором девушка пыталась себя разубедить в том, кто стоит перед ней. Дантесу это показалось даже забавным. Ведь как-то странно было спрашивать это у того, кто явно говорит на Орлейском. Его произношение в Дракенфурте возможно кому-то и резало слух, но его же куда сильней раздражал местный говор.
— Камилла... Я думаю вы прекрасно знаете, кто я такой и откуда я прибыл, рад наконец-то встретиться. Значит, слухи не врут... — придав на последней фразе в голос несколько ноток серьезности, внимательно взглянул ей в глаза.
— Я думаю, у вас в Дракенфурте немного дел, ведь так? — вежливо улыбнулся, выжидая действия дамы. На всякий случай рука была неподалеку от охотничьего ножа, висячем на поясе. Разумеется наносить ей увечья при неблагоприятном исходе событий он не собирался, но если что-то пойдет не так, то этого хватит, что бы её припугнуть. Она была нужна ему живой и в Орлее.

+1

8

— Знаменитое? — с лёгким удивлением, спросила вампиресса, — Вы меня озадачили этим высказыванием. Все мои старания были направлены на обратный результат, но, как я вижу, обратились прахом, — усмехнулась девушка. Ни то, чтобы Камилла боялась быть на виду и пряталась в тени — нисколько, она вполне спокойно переносила многолюдное общество, хотя, по правде говоря, не любила его. Но, при всём этом, она держалась от него на некой дистанции, ибо, если находишься в центре светского общества, то непременно жди беды. Череда праздников в высшем сословии, в которых принимала участие герцогиня, с лихвой это доказали. Что ни день — то приключения катастрофического масштаба.
Девушка задала вампиру ещё один вопрос, который мог бы развеять пелену неведения. Она ждала его ответа, но увидела лишь еле заметную ухмылку. Он забавлялся её сомнением, её осторожностью. Этот факт разжёг негодование в душе Камиллы, но она тут же утихомирила свои чувства, ибо понимала, что сейчас воля должна быть лишь у разума. Не тот случай, чтобы пускать в ход эмоции. Чуть вскинув голову, она пристально смотрела на него, слушая, с какой серьёзностью Дантес ей отвечает.
«Какая умело скрытая ирония. Он настоящий сын Венганзы, что ещё здесь скажешь».
— Камилла... Я думаю вы прекрасно знаете, кто я такой и откуда я прибыл, рад наконец-то встретиться. Значит, слухи не врут...
— Что весьма удивительно, — ответила девушка, смотря мужчине в глаза и подходя к нему, — Они лживы по своему определению, — улыбнулась она и остановилась по другую сторону лошади, которую он держал под уздцы, — И что же вам сообщили слухи? Что я живу в Дракенфурте или, что вы повстречаете меня в глуши леса?
Герцогиня положила руку на морду животного и аккуратно погладила её. Поначалу лошадь слегка фыркала, но затем спокойно стала относиться к незнакомке. Вампиресса слегка потрепала её по гриве и перевела взгляд на герцога, держащегося за рукоять ножа, весящего у него на поясе.
— Я думаю у вас в Дракенфурте немного дел, ведь так?
— Так вы искали меня, чтобы покрошить на салат? — тихо рассмеялась Камилла. Она абсолютно не переживала за свою безопасность, хотя, в данной ситуации это было бы весьма уместно, — Ну, как сказать. Для кого-то немного, а для кого-то совсем наоборот. Здесь теперь мой дом, мои... — девушка усмехнулась, — Друзья. В общем, здесь началась моя новая жизнь. А к чему, собственно, эти вопросы, герцог?

+1

9

Время тикало, Дантесу начинало надоедать играть со своей находкой. Ему хотелось просто взять, закинуть её на седло, да поехать в Орлей. Там он её привел бы домой, гордо сказал бы, что Девоны вернулись. Посадил бы её под несколькими замками, да принялся бы за свои дела. Заработал бы кучу политических очков, да отправился бы искать другие, отколовшиеся семьи.
— Что весьма удивительно, они лживы по своему определению. И что же вам сообщили слухи? Что я живу в Дракенфурте или, что вы повстречаете меня в глуши леса? — слишком самоуверенно вела себя она. Герцог мог такое терпеть от всех, кроме представителей Венганзы. К ним он был более строг. Даже к своей собеседнице.
— В мире случайностей не бывает... — спокойно ответил ей, когда маска деспота постепенно сменяла маску дружелюбия. Еще немного, и вполне был бы вероятен исход, что он её увезёт насильно. Возможностей было предостаточно. Особенно, учитывая то, что она вела себя так, словно бы она не должна ему подчиняться. Это его определенно злило. Любая реакция, страх, ненависть, была бы лучше, чем её самоуверенность.
— Так вы искали меня, чтобы покрошить на салат? Ну, как сказать. Для кого-то немного, а для кого-то совсем наоборот. Здесь теперь мой дом, мои... Друзья. В общем, здесь началась моя новая жизнь. А к чему, собственно, эти вопросы, герцог? — все, её ощущение, что она в полной безопасности окончательно заставило Дантеса окончательно сменить маску. Он прекрасно умел быть тем самым тираном, ведь у него был лучший учитель, который только может быть — его отец. Но по правде говоря, его методы он считал слегка грубоватыми, им не хватало, как предполагал сын, немного изящества.
— Ах... Я? Вас? Покрошить на салат... Неужели вы так можете обо мне говорить? — прошел немного вперед, достав нож, играючи подкидывая его в воздух, пока девушка любовалась лошадью, затем он резко развернулся, прижал даму к себе, так, что бы она не могла вырваться, и рукоятью ножа провел рядом с ее лицом, — ай-ай-ай, плохо, вас видимо не учили манерам... Это мы исправим... А вас дома ждут друзья, родственники, все за вас переживают, даже я за вас переживаю... Так не хотелось бы, что бы столь очаровательная дама пропала бесследно... Ведь это будет огромная потеря для Венганзы, прошу же, вернемся в Орлей.
Дантес в этот время был действительно ужасным. Мало того, что он как истинный убийца стоял сзади с ножом в руках, так ещё в его голосе звучали ноты веселья, столь свойственные праздным гражданам Орлея. Разумеется, резать он её не собирался, он всего лишь хотел поставить все точки над i.
— Ну, я думаю, нам пора, — отпустив её, жестом пригласил сесть на коня, а сам держал при этом лошадь за поводья.

+2

10

Самоуверенность девушки определённо вывела герцога из себя. Его глаза горели просто таки демоническим огнём, но Камилла не подала и виду, что её это несколько ошарашило. Она была наслышана о темпераменте представителей Венганзы, да, что говорить, она сама легко могла разозлиться, ибо унаследовала все самые выдающиеся черты представителей клана, но ей приходилось проявлять железную волю и сдерживать свои эмоции, так как герцогине чрезмерно ярко гневаться не прилично.
«Так-то лучше. Пусть и не надеется, что я буду тут повиноваться его приказам. Отец давно порвал отношения с кланом, так что я вольна делать, что пожелаю», — самодовольно подумала вампиресса.
— Ах... Я? Вас? Покрошить на салат... Неужели вы так можете обо мне говорить?
— А разве... — начала была девушка, смотря, как Дантес балуется с ножом, но договорить не успела, так как вампир заломил, хоть и не сильно, но всё же, ей руки, и подставил нож к её лицу.
«Второй раз за день!» — негодуя, подумала Камилла, но вела себя довольно смирно, пока милсдарь Обер указывал на её «недостатки».
— Ай-ай-ай, плохо, вас видимо не учили манерам... Это мы исправим... А вас дома ждут друзья, родственники, все за вас переживают, даже я за вас переживаю... Так не хотелось бы, что бы столь очаровательная дама пропала бесследно... Ведь это будит огромная потеря для Венганзы, прошу же, вернемся в Орлей..... Ну, я думаю, нам пора, — отпустив её и пригласил жестом сесть на коня, сказал герцог.
Как только он её отпустил, она отскочила от него на безопасное расстояние и просто «сверля» его взглядом, озвучила свои мысли:
— Что... вы... себе... позволяете! Это неслыханная дерзость! Я вам не служанка какая-то, чтобы так со мной обращаться! — медленно отходя от мужчины всё дальше, говорила девушка, — Ждут меня друзья и родственники, как же! Нет у меня их в Орлее и точка. Я давно распрощалась с этой страной и больше туда не вернусь! Хватит с меня! И не смейте мне указывать, я вам подчиняться не должна и не буду! — высказала на повышенных тонах вампиресса, слегка ударившись спиной о дерево, которое стало препятствием для дальнейшего отступления, как на мгновение пожалела о своих словах. Он не просто прожигал её глазами, он просто был готов ее, в самом деле, раскромсать на салат.
— И только попробуйте что-нибудь сделать со мной, — твёрдо произнесла она, когда Дантес стал к ней приближаться. Не поверив, однако, в то, что он ей вреда не причинит, она не придумала ничего лучше, как стащить с еловой ветки горсть снега и кинуть в него снежок, как, будто он бы спас её от ножа. Женщина, чего ожидать-то? При спасении использует все средства, даже самые нелепые.
«Вот так тебе!»

Отредактировано Камилла Девон (13.12.2010 01:31)

+1

11

Дантес поставил Девон на место. Та уже была не столь самоуверенна. Ещё бы, когда в лесу, где нет никого прикладывают нож к лицу — трудно сохранять самообладание. Только что, она вела себя как на светском балу, а сейчас же у неё что-то в голове изменилось. Герцог, решил что ничего страшного, и не таких ему приходилось подчинять.
— Что... вы... себе... позволяете! Это неслыханная дерзость! Я вам не служанка какая-то, чтобы так со мной обращаться! Ждут меня друзья и родственники, как же! Нет у меня их в Орлее и точка. Я давно распрощалась с этой страной и больше туда не вернусь! Хватит с меня! И не смейте мне указывать, я вам подчиняться не должна и не буду! — в панике девушка от него начала отходить, но все ещё своенравно заявляя, что она никуда не поедет. Обер, к ней двинулся, смотря на неё абсолютно холодным взглядом. Таким взглядом, обычно убивают людей.
— Нет у вас родственников? А как же я? Неужели вы думаете что я стану плохо обращаться со своей родней? — слегка жутковато ухмыляясь, приближался к ней. Правда, та, не успокоилась, лишь продолжила панику, что вполне раздражало Дантеса. Знала бы она, что он её убить не может, так была бы еще наглей... Но это была всего лишь маленькая тайна герцога.
— И только попробуйте что-нибудь сделать со мной, — пригрозила она ему, кинув в него небольшой снежок. Только беда была в том, что снежок был даже толком не слеплен, от чего тот просто напросто рассыпался в воздухе, образовав небольшую снежную пыльцу, которая никак не могла помешать главе Венганзы.
— Милая же Камилла, успокоитесь, не буду я вас трогать, — резко сменив маску, добродушно улыбнулся ей, — у вас есть всего лишь два выбора, один из них вернуться домой, принять на себя обязанности, которые унаследованы родом, неужели вы откажитесь от наследства Венганзы? А если же откажитесь... И решите остаться в Дракенфурте, — сделав небольшую паузу, в которой мимика на его лице опять изменилась в холодную, злую и властную, продолжил, — вполне возможно, вы лишитесь всего, что у вас сейчас есть, даже титула.
Обер знал, что он говорил. Ему вполне хватало средств, для того, что бы ей кардинально изменить жизнь. Учитывая, то что его собеседница была уроженкой Орлея, где у него были связи, способные это осуществить.

Отредактировано Дантес Обер (14.12.2010 22:49)

+1

12

— Нет у вас родственников? А как же я? Неужели вы думаете что я стану плохо обращаться со своей родней?
— Думаю? Это мягко сказано, я в этом просто уверена, — усмехнулась девушка, — А вас я сегодня вижу впервые, так что, родственники мы лишь по факту. Более нас ничего не связывает.
Глаза вампирессы, как это обычно бывает в минуты гнева, потемнели до стального цвета. Она не сводила взгляда с мужчины, ожидая от него подвоха в любой момент. Внешне она была спокойна, лишь жёсткий взор и твёрдость в голосе выдавали её злость. Как и говорил отец, Венганза и коварство — вещи неразделимые. Он был прав, проблемы шлейфом парят за всеми представителями «мстителей», это неоспоримый факт.
Дантес сменил тактику. Весьма разумно и предусмотрительно. Любая глупая барышня повелась бы на подобную доброжелательность, но Камилла знала цену этой маске. Наигранная доброжелательность, особенно в моменты трудностей, воспринимается жертвами с двойной охотой. Герцогиня сама пользовалась этим приёмом, потому ни на йоту не поверила вампиру.
— У вас есть всего лишь два выбора...
«Как я и думала».
— Значит, вот как разговор пошёл, — спокойным деловым тоном произнесла девушка, — Манипулируете. Превосходно, вы целиком и полностью оправдываете свой титул монарха Венганзы. Идеальное воплощение всех самых «прекрасных», — выделив последнее слово усмешкой, произнесла вампиресса, — качеств представителей этого клана. И чем же так я ценна, что ради того, чтобы вернуть меня в клан, вы готовы пожертвовать, а точнее уже пожертвовали, своим спокойствием? Вы даже готовы погрязнуть в бюрократических проблемах, лишь бы лишить меня титула, при моём отказе. Что ценного во мне, Дантес? Ради встречи со мной вы приехали из Орлея в Дракенфурт, угрожаете мне, планируете испортить мне жизнь, что за столь высокая идея сподвигнула вас на такие действия? Зачем я так нужна вам в клане?

+1

13

Девушка всё продолжала свою болтовню, про то, какие Венганза плохие, про то, какой Дантес негодяй, да и вообще про то, что жить плохо. Герцог же слушал её только в пол уха, представляя, как бы ей не повезло, если бы перед ней стоял его отец. Наверняка эта красивая барышня была бы уже изуродована. Порой, герцог считал методы своего отца весьма эффективными, но по правде говоря, вся эта средневековщина была не очень-то и близка ему по духу. Он как-никак хотел быть вампиром нового времени.
— Манипулируете. Превосходно, вы целиком и полностью оправдываете свой титул монарха Венганзы. Идеальное воплощение всех самых «прекрасных» качеств представителей этого клана. И чем же так я ценна, что ради того, чтобы вернуть меня в клан, вы готовы пожертвовать, а точнее уже пожертвовали, своим спокойствием? Вы даже готовы погрязнуть в бюрократических проблемах, лишь бы лишить меня титула, при моём отказе. Что ценного во мне, Дантес? Ради встречи со мной вы приехали из Орлея в Дракенфурт, угрожаете мне, планируете испортить мне жизнь, что за столь высокая идея сподвинула вас на такие действия? Зачем я так нужна вам в клане? — продолжала она. Где-то на половине её слов Дантес перестал вообще слушать её. А всё не из-за его желания заставить её скорей замолчать, а из-за надвигающийся шагов. Звериных шагов. Дантес лишь ухмыльнулся, в нём проснулся инстинкт охотника.
Буквально в мгновенье он достал ружье, направив его на Камиллу, затем выстрелил. Выстрел был слегка правее, этим он её спас от набегавшего на неё волка. Затем же он ловко запрыгнул на коня, выстрелив в ещё двоих. Потом же, прикинув, что оптимальный вариант сменить местность, он протянул руку даме.
— Я думаю, вы всё же согласитесь на мои условия, как-никак, столь очаровательной госпоже не положено быть обедом для жалких животных? — ухмыльнулся он, дав пару секунд девушке для принятия решения. Они у них были. Как-никак, если та согласится добровольно, хоть и в такой экстренной ситуации — в дальнейшем будет проще ею манипулировать. Только что-то она всё не решалась. Затем, герцог услышал какие-то слова, в принципе они были похоже на согласие, но только совсем тихо. До конца он их разобрать не мог. Но времени больше не было, он её поднял на коня, усадив перед собой, и поскакал прочь с этого места, кое-как умудряясь отстреливать животных.

+1

14

Он не слушал её, это было заметно, и это раздражало Камиллу особенно сильно. Приехать из Орлея в Дракенфурт, ради того, чтобы её увидеть, уговорить вернуться в клан, и при этом выказывать ей подобное неуважение. Глаза её пылали, а в голосе чувствовалась явная «сталь», свойственная всем представителям Венганзы.
С ленивым видом герцог терпел её высказывания, ни слова не говоря ей в ответ. Если бы у неё только были силы! Она бы ему устроила по полной программе, да только свои слабые стороны вампиресса хорошо знала, потому ей оставалось только негодующе твердить обо всех недостатках Дантеса и его клана. Но как только Камилла закончила свою речь, вампир, ухмыльнувшись, взялся за ружьё и направил его на девушку. Глаза её просто вспыхнули ненавистью, и она резко вскинув голову, пристально посмотрела на него. Но герцог тут, же перевёл ружьё чуть правее и выстрелил.
— Вы с ума сошли?! По-вашему это смешно? — возмутилась герцогиня, но тут, же услышала за спиной лай. Обернувшись, она увидела вблизи от неё кровоточащее тело волка, раскинувшееся на снегу, а вдалеке — стаю волков, несущуюся из лесу прямо к вампирам.
Пока девушка ошарашено смотрела на весь этот ужас, она не заметила, как герцог уже забрался на коня и подъехал к ней.
— Я думаю вы всё же согласитесь на мои условия, как-никак, столь очаровательной госпоже не положено быть обедом для жалких животных?
Это наглая и самодовольная ухмылка! Он над ней ещё и издевается! Камилла недовольно смотрела на протянутую ей руку мужчины, обдумывая свои дальнейшие действия. Снова раздался волчий вой, от чего она невольно вздрогнула, и тихо прошептала согласие. Нельзя сказать точно, услышал он её слова или нет, но всё равно поступил по-своему. Схватив вампирессу за руку, он усадил её на жеребца и рванул поводья, от чего, заржав, конь бросился вперёд. Хищники изменили направление и побежали за ними, но Дантеса это ничуть не озадачило, и он всё так, же спокойно мчался вниз по склону, в то время, как на лице герцогини был заметен явный испуг.
— Вы хоть знаете, куда держите путь? — недовольно смотря на вампира, спросила Камилла, когда он подстрелил последнего зверя. Они проехали густые и белоснежные сугробы снега, и теперь оказались на дороге, которая могла привести их куда угодно.

Отредактировано Камилла Девон (29.01.2011 21:15)

+1

15

Герцог уже на коне скакал прочь из неудачного места знакомства. Да к тому же у него буквально на руках была его новая знакомая. Той наверное было ужасно неловко, быть чуть ли не в объятиях у того, кого она считала тираном. Это же забавляло Дантеса. Его вообще всегда веселили женщины, ведь они, находясь даже в самых неловких ситуациях пытались казаться неким оплотом нравственности, приличия. Даже сейчас, находясь в неудобном положении, Камилла смотрела то на него, то на дорогу без испуга, а с каким-то странным достоинством, которое казалось герцогу весь забавным. Но почему-то оно его даже слегка восхищало.
— Вы хоть знаете, куда держите путь? — с недовольным видом спросила его Камилла. В ответ Дантес не сдержался и засмеялся. Ему давно не было так весело. Он редко встречал столь наглых существ. Либо глупых. Затем, закончив смеятся, он решил ответить возмущенной даме.
— Ну, если же вы во мне сомневаетесь, можете дойти пешком, и хоть бы раз сказали бы спасибо... Моя милая, неужели так трудно улыбнуться и сказать спасибо? Как-никак я вас спас... А вы даже ни капли не благодарны и готовы воткнуть в меня кинжал... Нехорошо это, знаете ли... — не скрывая улыбки отвечал ей. Она все сильней веселила его. Ему даже захотелось продолжить эту прогулку подольше, но конь постепенно вёз их в сторону Дракенфурта.
— И что же вы так беспокоитесь... И так упираетесь... Нет, честно, я вами восхищаюсь. Вас обязательно надо будет представить двору в Орлее, вы действительно очень яркая личность, не зря я проделал такой путь, — вслух рассуждал, делая двусмысленные комплименты Камилле.

+1

16

Жеребец неспеша шагал по дороге, изредка фыркая, когда падающий снег попадал ему на морду. Вокруг опять воцарилась тишина и прелесть зимнего леса, ради которых вампиресса и отправилась на эту злополучную прогулку. «Вечно мне везёт больше, чем кому-либо», — думала она, смотря куда угодно, только не на вампира, везущего её обратно в Дракенфурт, хотя всё же изредка и бросала на него взгляд. Она смотрела на деревья, мерцающие, словно бриллианты, на летящие, как пух, хлопья снега, на жеребца, чья грива была усеяна «жемчужинами», но никого удовольствия у неё это не вызывало. Мысль о том, что она теперь жизнью обязана наглому, напыщенному и самоуверенному герцогу, да ещё и главе клана, к которому она причислена, но с которым не хочет иметь никакого дела, раздражала её до того, что она была просто не в состоянии оценить всё очарования этого великолепного уголка природы.
«Превосходно, лучше просто и быть не может! Мало того, что я лишилась кареты и кучера, этого отвратного карлика, которого я готова убить, так ещё меня чуть волки не съели! Ну, ладно, это всё я пережила, так что об этом и забыть можно! Но Дантес! Он теперь мне наверняка не позволит жить спокойно. Я ведь теперь ему жизнью обязана. За что, Святая Роза?! Почему я должна была попасть во все эти неприятности, быть спасена этим самовлюблённым вампиром, а теперь ещё и ехать с ним обратно в Дракенфурт? Да так, будто я его собственность! Возмутительно! Жизнь определённо не справедлива ко мне!»
Они уже ехали немало времени, и небо постепенно темнело, потому герцогиня начала сомневаться в том, что этот мужчина знает куда направляется, а оставаться с ним в глухом лесу ей абсолютно не хотелось. И благодаря этим сомнениям она решила задать ему вопрос, на который ответом послужил весёлый смех Дантеса. Подобное взбесило, и в то же время, удивило девушку. Камилле почему-то и в голову не приходило то, что герцог может смеяться. Он представлялся ей жестоким тираном, мерзавцем и подлецом, смысл жизни которого заключается только в том, чтобы испортить жизнь остальным, при этом смакую удовольствие от проведённой работы глубоко в душе, но, никак не смеясь таким чистым и звонким смехом.
- Ну, если же вы во мне сомневаетесь, можете дойти пешком, и хоть бы раз сказали бы спасибо... Моя милая, неужели так трудно улыбнуться и сказать спасибо? Как-никак я вас спас... А вы даже ни капли не благодарны и готовы воткнуть в меня кинжал... Нехорошо это, знаете ли... — улыбаясь, отвечал герцог.
«Он явно надо мной издевается», — подумала вампиресса, посмотрев в тёмно-синие глаза вампира. Мало того, что он смеялся, так теперь и улыбаться начал. Полная противоположность тому образу, какой он создаёт для других при первой встрече и скорее всего при всех последующих тоже. «Взяв себя в руки», Камилла пропустила его едкое замечание на счёт прогулки пешком и ответила:
— После того, что вы устроили ранее, я и вправду готова вас убить, — строго заметила она, сверкая серыми глазами, — Но коли вам так будет легче... то благодарю вас за спасение, вы были весьма любезны, — уже мягче и спокойнее произнесла девушка, но, не забыв нарочито фальшиво улыбнуться, после чего отвернулась и стала следить за дорогой. То, что он спас её, сейчас безумно злило герцогиню. Но ещё больше злило её то, что она, в самом деле, была ему благодарна. Однако это нисколько не мешало ей скрывать подобное чувство от спасителя.
— И что же вы так беспокоитесь... И так упираетесь... Нет, честно, я вами восхищаюсь. Вас обязательно надо будет представить двору в Орлее, вы действительно очень яркая личность, не зря я проделал такой путь, — вслух рассуждал он, делая двусмысленные комплименты Камилле.
Вампиресса повернулась, смотря в упор на герцога.
— Я уверена, что в Орлее и без меня достаточно ярких личностей. А путь, коли верить, что вы приехали в Дракенфурт из-за меня, был проделан зря, ибо я в Орлей не вернусь ни под каким предлогом! — возмутилась девушка, сжав тонкие пальчики в кулачки, скрывая своё негодование, — Спасибо Святой Розе за то, что мне нечего там делать, а вот в Дракенфурте у меня масса важных дел!

Отредактировано Камилла Девон (30.01.2011 15:43)

+1

17

Их время препровождения уже скорей напоминало прогулку влюбленной парочки, чем тех, кто убегает от волков. Впрочем, это было весьма забавно, учитывая сколько ненависти кипело в Камилле. Дантесу на это было всё равно, ему просто было весело. День определенно выдался удачным, ему удалось поохотиться, встретиться со своей целью, да ещё сделать её себе обязанной. Определенно день был прекрасным.
— После того, что вы устроили ранее, я и вправду готова вас убить, но коли вам так будет легче....то благодарю вас за спасение, вы были весьма любезны, — слегка смягчилась Камилла. Видимо, до неё наконец-то дошло, что грубить своему спасителю не самое подобающее дело для благородной дамы. Дантеса ещё непременно забавляло, то что девушка не ворочилась, не желала сменить положение, а судя по всему ей вполне было комфортно в навязанных объятиях герцога. Да и Оберу было вполне себе приятно, не часто он мог позволить себе тратить время на женщин.
— Да не за что, если с вами что-то случится, дайте знать, я обязательно постараюсь вам оказать любую помощь, — мягко улыбнулся, решив, что к ней проще проявить учтивость, чем с ней спорить. Да и как-никак, она всего лишь женщина. С ними порой проще договариваться, используя комплименты, чем грубую силу.
— Я уверена, что в Орлее и без меня достаточно ярких личностей. А путь, коли верить, что вы приехали в Дракенфурт из-за меня, был проделан зря, ибо я в Орлей не вернусь ни под каким предлогом! Спасибо Святой Розе за то, что мне нечего там делать, а вот в Дракенфурте у меня масса важных дел! — продолжила надоевшую речь. В ответ он не смог сдержать улыбку. Всё же определенно ему нравилась эта её черта, в любом положении винить его. Ведь, пока они одни, то можно и не пытаться привить к даме дисциплину, а всего лишь дать ей успокоиться, понять, насколько глуп её энтузиазм.
— Да что же вы так, милая моя, в вас есть что-то такое, чего не хватает нам всем. И разве это не судьба, что мы так случайно встретились? И разве вы мне не давали согласие? И какие же у вас могут быть дела? — с начала он говорил мягко, спокойно, а на последние слова он придал голосу ноты искреннего удивления. Ведь, не могут же быть у Девон дела важней, чем у герцога Обера.

0

18

— Да не за что, если с вами что-то случится, дайте знать, я обязательно постараюсь вам оказать любую помощь.
— Уж я не сомневаюсь, — хмыкнула девушка, устремив взгляд на небо, где сгущались облака. Стая птиц пролетела где-то вдалеке, что-то громко крича всему миру. Камилла подумала о том, что тоже хотела бы стать птицей, свободной и не от кого не зависящей, никому не подчиняющейся. Приятная прохлада царила вокруг, но долгое пребывание в зимнем царстве грозило холодом даже таким стойким существам, как вампиры. Благо вампирессу согревало тепло объятий герцога, что тоже немного злило её, хотя бы по причине ещё одного, так называемого, спасения. Конечно, он был красив, приятен, несмотря на самовлюблённость, но его характер! Оценивая характер Дантеса, мазель Девон тут же вспомнила разговор со Скарлетт и ухмыльнулась. «Я же говорила вам, дорогая Скарлетт, что так и будет, а вы мне не верили!» — подумала девушка, чувствуя вблизи тёплое дыхание вампира.
На все её высказывания, не лишённые смысла и самодостаточности в купе с самоуверенностью, Обер отвечал только лишь улыбкой, смехом и приятными речами. Где справедливость, спрашивается? Риторический вопрос. Герцогиня распылялась словами, выдумывая резкие, изощрённые речи, а он относился к ним с царственной снисходительностью. Как такое можно простить? Да его в пору за такое скинуть с лошади и оставить здесь в наказание. Такие мысли уже не раз посетили за время дороги девушку, но она не знала, чем ей подобная выходка обернётся, потому, будучи существом все, же расчетливым, не спешила испытывать судьбу.
— Да что же вы так, милая моя, в вас есть что-то такое, чего не хватает нам всем. И разве это не судьба, что мы так случайно встретились? И разве вы мне не давали согласие? И какие же у вас могут быть дела? — сначала он говорил мягко, спокойно, а на последние слова он придал голосу ноты искреннего удивления. Ведь, не могут же быть у Девон дела важней, чем у герцога Обера.
«Милая моя? — наконец мысленно акцентировал внимание Камилла на, в который раз уже, мелькнувших словах в речи герцога, — С чего это такие выражения? Он, конечно, мне родственник, но это уж чересчур!»
— Согласие? Конечно, нет, — подчеркнула отрицание вампиресса, — Об этом даже речи быть не может! Дела у меня связанны с торговлей. Мои корабли привозят товары из различных стран, и я не собираюсь бросать всё это ради поездки в Орлей, или передавать собственное дело в чьи-то руки, — серьёзно заверила Дантеса в своих намерениях Камилла, — Что же дело до судьбы. То я не верю в мистические уловки жизни, думаю, как и вы. Глядя на вас никогда не создастся впечатление, что вы верите в подобную чепуху, так что даже не пытайтесь убедить меня в обратном. Вы просто ищите любые способы по неведомым мне причинам увезти меня в Орлей, но у вас это не выйдет, — гордо и самодовольно сказала герцогиня, внимательно смотря в глаза мужчины. Отступать и уступать она не собиралась, несмотря ни на что, потому всячески старалась отбить у главы клана желание вернуть её обратно на родину, но, кажется, у неё это плохо получалось.

+1

19

Герцог сейчас, в отличие от обыденного, просто ехал и наслаждался случаем провести время с дамой в лесу. Хоть весьма упёртой, да к тому же ни капли, да ещё к тому же с ужасно не свойственным женщинам непокорностью. Словно бы она пыталась играть в мужчину, но против природы идти ей не удавалось.
— Уж я не сомневаюсь, — всё с той же недоверчивостью. Ну пусть не верит, значения этого не имело. Дантесу трудно было бы омрачить сегодняшний день. Разве что, его слегка расстраивало, что они уже приближаются к городу, где ему вновь придётся заняться делами, а он ещё так и до конца не разобрался, что же делать, с подарком судьбы.
— Согласие? Конечно, нет. Об этом даже речи быть не может! Дела у меня связанны с торговлей. Мои корабли привозят товары из различных стран, и я не собираюсь бросать всё это ради поездки в Орлей, или передавать собственное дело в чьи-то руки, — всё продолжала и продолжала, герцог опять терял к ней внимание. Но виду он не подавал, он просто предпочитал обращать внимания не на её голос, который излучал сплошное раздражение, а прислушиваться к пению птиц, порывам ветра, цокоту копыт. Город всё сильней приближался.
— Что же дело до судьбы. То я не верю в мистические уловки жизни, думаю, как и вы. Глядя на вас никогда не создастся впечатление, что вы верите в подобную чепуху, так что даже не пытайтесь убедить меня в обратном. Вы просто ищите любые способы по неведомым мне причинам увезти меня в Орлей, но у вас это не выйдет, — и разумеется на этом она не завершила. Если честно, то герцог был с ней в корне не согласен. Особенно про судьбу. Он всегда считал, что все изначально не равны. У всех разные родители, разное положение. Ничто, кроме судьбы не может влиять на качества и социальный статус новорожденного существа.
— Да? Так почему бы нам не заключить новые соглашения? Я уверен, мне есть что вам предложить. Да и к тому же, может хватит уже со мной пререкаться? Оглянитесь, как-никак сегодня прекрасный день, мы на природе, едем к городу, разве трудно полюбоваться окружающим и хоть чуть-чуть пожить настоящим? Может лучше расскажите о себе, почему вы уехали из Орлея. Всё равно это будет лучше, чем вам спорить с неизбежным, — мягко, спокойно, с улыбкой говорил Дантес, надеясь, что та наконец-то успокоиться и будет вести себя так, как подобает знатной даме.

+1

20

— Ах, Венганза! — одной фразой высказала Камилла всё, что думала о складывающейся ситуации, — Боюсь даже представить ту сделку, которую Вы можете мне предложить, — она посмотрела вдаль, на дорогу, которая приближала их к заветному городу, — Я и так живу и наслаждаюсь настоящим, но в последние годы не забываю и о будущем, — она перевела взгляд на неповторимой красоты ряды деревьев, обрамляющие по краям дорогу, которые на фоне темневшего неба выглядели волшебными. Снег не переставал мягко падать на землю, хотя тучи заволокли почти, что всё небо, и герцогиня благодаря нему была похожа на заснеженную куклу, нежели на темноволосую вампирессу.
— Уехала я из Орлея, потому что всю сознательную жизнь об этом мечтала, — после долгого молчания произнесла Камилла, решив, что не стоит ещё раз заострять внимание на упёртости и самоуверенности Дантеса, — Отец постоянно был в разъездах, а когда возвращался, то рассказывал мне разные истории о местах, которые повидал. Он часто бывал в Дракенфурте и рассказывал мне о нём. Так же, как и я, отец был восхищён этим городом, потому, когда у меня появилась возможность, я переехала сюда и нисколько не пожалела, — спокойным и немного задумчивым тоном ответила девушка. Она уже успокоилась после всего случившегося и пришла к выводу, что силой Обер её всё равно не увезёт, а уговорить её сделать это добровольно ему не удастся, а это значит, что можно не беспокоиться и просто поговорить с ним, пока они не приедут в город. Спокойная прогулка и присутствие вампира почему-то резко стали успокаивать герцогиню. Возможно, виной тому её усталость? Или мягкий и спокойный голос Дантеса, к которому прилагась ещё доброжелательная улыбка? Он старался показать себя с наилучшей стороны, той, которая не укладывалась в понятиях Камиллы о представителях Венганзы, но девушка прекрасно знала, что этот мужчина обладает не меньшей коллекцией масок, чем она сама. И хотя вампиресса понимала, что она наверняка права, она не могла не заметить тот факт, что Дантес, если сам того желает, может быть приятным собеседником и вести довольно неплохие беседы, но вот вопрос, часто ли у него подобные желания возникают?
— Теперь ваша очередь рассказывать о себе, — помолчав, сказала девушка, посмотрев на спасителя выжидающим взглядом.

Отредактировано Камилла Девон (31.01.2011 11:28)

+1

21

— Я и так живу и наслаждаюсь настоящим, но в последние годы не забываю и о будущем, — перед этим ещё раз она попробовала разозлить Дантеса, а затем переключилась на более спокойный тон. Всё же герцог был доволен, что ему удалось успокоить девушку. Ему не хотелось больше слушать её мнение, касательно того, что ей не под силу изменить.
— Уехала я из Орлея, потому что всю сознательную жизнь об этом мечтала, отец постоянно был в разъездах, а когда возвращался, то рассказывал мне разные истории о местах, которые повидал. Он часто бывал в Дракенфурте и рассказывал мне о нём. Так же, как и я, отец был восхищён этим городом, потому, когда у меня появилась возможность, я переехала сюда и нисколько не пожалела, — ответила на вопрос Обера. Он всё равно не понимал её стремления остаться в Дракенфурте. Орлей, ему казался куда более привлекательным местом для жизни. А здесь, его не покидало чувство, что в любую секунду всё развалиться.
— Необычно. Как по мне, этот город слишком... Слишком он замкнут сам на себе. Словно бы, он закрыл глаза, и не видит ничего, что происходит вокруг. Он словно музей, в котором необъятное количество посетителей. Но проблема в том, что посетителей столь много, что вполне себе могут случайно уничтожить экспонаты, которые уже столетиями не меняются... Может быть я и ошибаюсь, но именно таковым мне видится этот город, — прокомментировал слова своей спутницы. Он действительно считал Орлей лучшим местом современности, но в Дракенфурте, он желал оказаться тем, кто станет новым хозяином музея. Или как минимум тем, у кого в коллекции окажутся самые ценные экспонаты.
— Теперь ваша очередь рассказывать о себе, — выслушав Обера, решила и она узнать о герцоге. По правде говоря, такие вопросы всегда заставляли Дантеса задуматься. Отвечая на них, необходимо быть предельно аккуратным. Ведь, любая информация о себе, может быть использована и исковеркана. А потом, её будут выдавать за правду, а когда ложь станет чересчур массовой, то она уже станет для всех правдой.
— Родился, с детства меня подготавливали к тем, кем я должен стать. Затем образование, первые поручения отца... Затем он скончался, и я на его месте... В общем, я как не прискорбно, я предельно скучная личность. Я лишь делаю то, что должен, — ответил ей герцог. Всё же этот ответ был предельно сухим. Ведь, трудно было бы рассказать о себе что-то ещё.

Отредактировано Дантес Обер (31.01.2011 12:26)

+1

22

— Необычно. Как по мне, этот город слишком... Слишком он замкнут сам на себе.
— Мне нравится спокойствие и размеренность Дракенфурта. В нём есть энергия, есть стремление к жизни, но всё это так великолепно завуалировано, как будто всего этого и нет. Он и вправду кажется спокойным, но это лишь его главная маска, — улыбнувшись, ответила вампиресса, — Орлей, же для меня слишком пёстрый и яркий. В нём даже перед рассветом слишком сильно бурлит жизнь, и мне это в тягость. Там нельзя чувствовать себя свободно, кажется, что там постоянно за тобой следят миллионы глаз. Моя семья жила в уединении, и мне казалось, что Филтон слишком скучен. Мне не хватало общества, но прибыв в Дракенфурт моё мнение все, же изменилось. Здесь я завела много знакомств, при этом почувствовала себя более раскованно. Но, то уединение, к которому я привыкла, при этом не было нарушено. У Филтона маска буйного маскарада, но на самом деле, для меня он скучен, как лист делового документа, — слегка пожав плечами, ответила Камилла, — Вас учили любить Орлей, а меня не принуждали испытывать к нему привязанность, потому мы и относимся к нему по-разному.
— Родился, с детства меня подготавливали к тем, кем я должен стать. Затем образование, первые поручения отца... Затем он скончался, и я на его месте... В общем, я как не прискорбно, я предельно скучная личность. Я лишь делаю то, что должен.
— У Вас дела обстоят ещё хуже, чем у меня, — усмехнулась вампиресса, — Вы целиком и полностью отдаётесь долгу, но, кажется, абсолютно забываете о себе. Вы не устали так жить?
Девушка с интересом смотрела на герцога, пытаясь понять, в самом ли деле он доволен такой жизнью или только делает вид? То, что жизнь монархов кланов была довольно однообразной, Камилла доказывалась, но чтобы на столько. Кроме дел клана, кажется, Дантес ни на что более своего времени не тратил. Его мысли всегда были заняты кланом, а из чувств для него существовало только чувство долга, но разве возможно было так жить постоянно?

Отредактировано Камилла Девон (31.01.2011 12:49)

+1

23

— Мне нравится спокойствие и размеренность Дракенфурта. В нём есть энергия, есть стремление к жизни, но всё это так великолепно завуалировано, как будто всего этого и нет. Он и вправду кажется спокойным, но это лишь его главная маска, Орлей, же для меня слишком пёстрый и яркий. В нём даже перед рассветом слишком сильно бурлит жизнь, и мне это в тягость. Там нельзя чувствовать себя свободно, кажется, что там постоянно за тобой следят миллионы глаз. Моя семья жила в уединении, и мне казалось, что Филтон слишком скучен. Мне не хватало общества, но прибыв в Дракенфурт моё мнение все, же изменилось. Здесь я завела много знакомств, при этом почувствовала себя более раскованно. Но, то уединение, к которому я привыкла, при этом не было нарушено. У Филтона маска буйного маскарада, но на самом деле, для меня он скучен, как лист делового документа, Вас учили любить Орлей, а меня не принуждали испытывать к нему привязанность, потому мы и относимся к нему по-разному. — неожиданно интересно ответила ему Камилла. Из напыщенной герцогини она вдруг стала чуткой собеседницей. Это впечатлило Дантеса. Он был ею доволен, ибо до этого, он уже был готов предполагать, что всего лишь напыщенная дама, которая пригодится только разве для того, что бы укрепить свои позиции в клане. А к его удивлению, ему показалось, что это окажется лишь малой толикой роли, которая ей в будущем отведена. Правда, ему еще до конца не было понятно, каковой окажется эта пьеса.
— По моему вы не правы. Орлей же в отличии от Дракенфурта, скорей похож на театр. В нём всегда кипит жизнь, ежесекундно появляются новые маски, всех цветов и оттенков. А помимо того, невероятное количество зрителей, и что удивительней всего, каждый из них может стать актёром. Вам вполне может быть там не нравилось, из-за того, что вы ещё не лицезрели пьесу, которая была бы вам по вкусу, — улыбнулся, затем вздохнув, решил ответить на её второе, весьма самоуверенное высказывание, — А насчёт любви... То меня не учили любить Орлей. Как и что либо ещё, ведь я же не говорил, что я люблю это место? Просто, мне оно более по вкусу, чем Дракенфурт.
Закончив ей отвечать, он слегка задумался о последней части своего ответа. Всё же, слишком открытым был этот ответ. Затем, он откинул мысли прочь, решив, что наврятли она сможет когда его упрекнуть в этих словах.
— У вас дела обстоят ещё хуже, чем у меня, вы целиком и полностью отдаётесь долгу, но, кажется, абсолютно забываете о себе. Вы не устали так жить? — это уже был перебор. Что бы какая-то Девон пыталась жалеть самого главу клана Венганзы? Нет уж, это внутренне сильно возмутило Дантеса. Но всё же, он решил не давать виду, и продолжить в спокойной манере. Ведь, если он сейчас он ожесточился, то вполне возможно, что вариант, где он её приводит добровольно домой — рухнул бы. Да и не хотелось ей давать повода верить своим словам. Затем, рассмеявшись, он ответил ей.
— Неужели у меня могут быть дела хуже чем у вас, если вы прекрасно знаете, сколько всего принадлежит мне? Неужели вы думаете, что я могу позволить себе, по личной прихоти, уйти от всего, что построил мой отец и я? Разве я могу себе позволить дать развалиться всему, что строилось не одним поколением? В общем, моя милая, мне некогда уставать жить. Я ещё слишком для этого молод, — под конец улыбнувшись, ответил ей. Дантес почему-то стал слегка призадумываться, о том, что неплохо было бы скорей уже закончить со всеми делами. И даже как-то стало ему жаль, что сейчас в Дракенфурте нет Рескатора, которому можно было бы приказать разобраться с Девон, вместо себя. Это было удобно... Но к сожалению, как всегда, если хочется сделать что-то хорошо, то необходимо делать самому.

Отредактировано Дантес Обер (31.01.2011 13:32)

+1

24

— Вам вполне может быть там не нравилось, из-за того, что вы ещё не лицезрели пьесу, которая была бы вам по вкусу.
— Когда один и тот же постановщик сложно найти что-либо подходящее по вкусу, — ответила вампиресса, — Смысл Орлейских постановок почти что не меняется, а публику составляют только лишь любители маскарада. Не буду спорить, и я порой принимаю в нём участие, но не столь часто, чтобы боготворить его. Для меня маскарад неизбежность, а не предмет восхищения. Будь моя воля, я бы с удовольствием отказалась от него, но в наше время это слишком не безопасно, — девушка пристально всмотрелась в глаза вампира, а затем слабо усмехнулась, — То есть, Вы хотите сказать, что не умеете и не желаете уметь любить? Наверное, это ещё одно отличительное качество Венганзы. Все стремятся к любви, а мы от неё открещиваемся, как от Моргота.
Вампиресса вновь посмотрела на дорогу, и перед её глазами появились совсем уже близкие ворота, ведущие в город. До Дракенфурта оставалось каких-то пять минут езды. Тепло, дом, так и манили из лесу, хотя его дивная красота, тоже не хотела отпускать вампирессу из своих владений, как и интересная беседа с герцогом, заставившая Камиллу посмотреть на него совсем иначе.
— Неужели у меня могут быть дела хуже чем у Вас, если вы прекрасно знаете, сколько всего принадлежит мне?
— Вы думаете, что если Вы обладаете огромными богатствами, то Вы живёте лучше, чем остальные? — искренне удивилась мазель Девон, смотря на Дантеса, — Я не говорю, что Вы должны всё бросить. Нет. От Вас зависят судьбы многих, и к этому нельзя пренебрежительно относиться, но....Вы никогда не пробовали подумать и о себе? Вы тоже вправе хотя бы на редкую свободу от всего происходящего. Да, на Ваших плечах огромная ответственность и власть, но, чтобы вынести все тяготы, которые они приносят, порой нужно делать себе отдых. То, что Вы цените наследие предков и Вашего отца — это несомненно делает Вам честь, но разве будет лучше, если Вы измучаете себя долгом раньше времени и не сможете сделать на много больше того, что сделали? — рассуждала девушка, внимательно следя за тем, как на её слова реагирует герцог, — Я считаю, что все должны порой делать передышку, чтобы накопить сил для новых начинаний, даже тогда, когда, кажется, что сил хватит ещё не на одно столетие. Нельзя растрачивать то, что есть, пускай даже если всего много. Никто ведь так и не нашёл рог изобилия, а, значит, что всё рано или поздно закончится.
Камиллу воистину восхищала ответственность и серьёзность Дантеса, но его пренебрежение к личным интересам немало удивляло её. Он был высокомерным, самолюбивым и самодостаточным мужчиной, в его руках была огромная власть, что как правило, делает таких личностей теми, кто свои интересы ставит превыше других. Но преданность клану в герцоге была настолько велика, что даже такие личные качества не могли её унять. Хотя, при таком характере и отношении к долгу, Оберу не было бы лишнем порой вспоминать и о себе.

Отредактировано Камилла Девон (01.02.2011 15:13)

+1

25

Пейзаж уже окончательно менялся с лесного, на голое бездорожье. Город уже был виден. Место, где тысячи людей ежедневно прожигали свою жизнь, выискивая лишь луч тепла. Сколь не развивался прогресс, но природа всегда брала своё, отнимая жизни у тех, кто не достоин теплиться в уютных помещениях Дракенфурта.
— Когда один и тот же постановщик сложно найти что-либо подходящее по вкусу, смысл Орлейских постановок почти, что не меняется, а публику составляют только лишь любители маскарада. Не буду спорить, и я порой принимаю в нём участие, но не столь часто, чтобы боготворить его. Для меня маскарад неизбежность, а не предмет восхищения. Будь моя воля, я бы с удовольствием отказалась от него, но в наше время это слишком не безопасно, — продолжала гнуть свою линию Камилла. Герцог невольно сравнил её слова с современными критиками, который пишут рецензии на книге, не дочитав её до конца.
— Жаль, значит вы пропустите день, когда все снимут маски, день, когда маскарад будет разрушен, — на его лице появилась ухмылка, а в глазах на мгновение загорелся огонь. Судя по всему, в его голове промелькнула картина дня, когда ему удастся изменить общество ровно настолько, насколько он желает.
— То есть, Вы хотите сказать, что не умеете и не желаете уметь любить? Наверное, это ещё одно отличительное качество Венганзы. Все стремятся к любви, а мы от неё открещиваемся, как от Моргота. — она коснулась не совсем привычной для герцога темы. Любовь — одна из вещей, до которых Дантесу не было дела. Он не считал её слабостью, не считал её благодатью, у него просто не было ни желания, ни возможности акцентировать на этом своё внимание.
— А вы скажите, что мне это так необходимо? Я никогда от этой, — сделав небольшую паузу, подбирая слова, — Вещи не отказывался. Что она есть, что её нет, она никакой роли для меня не сыграет. Есть вещи куда важней... — в спокойной манере, слегка вдумчиво ответил ей.
— Я считаю, что все должны порой делать передышку, чтобы накопить сил для новых начинаний, даже тогда, когда, кажется, что сил хватит ещё не на одно столетие. Нельзя растрачивать то, что есть, пускай даже если всего много. Никто ведь так и не нашёл рог изобилия, а, значит, что всё рано или поздно закончится. — к легкому удивлению герцога, она его сначала похвалила, а сейчас о нём заботится. Неужели в ней, хоть и в таком странном виде проснулась благодарность? Вполне это было возможно.
— Милая, можете за меня не волноваться, но насчет рога... Я думаю, было бы неправильно даже не попытаться его найти, — улыбнулся, под конец слегка пошутив.
Дорога заканчивалась. Они уже находились в паре десятков метрах от городских ворот. Их первая встреча, казалось подходила к концу.
— Куда же вас проводить? — заботливо спросил Камиллу. Как всегда, преследуя сразу несколько целей. Первая — понять получше женщину, вторая — узнать где она живёт.

+1

26

— Жаль, значит вы пропустите день, когда все снимут маски, день, когда маскарад будет разрушен.
— Вы думаете, что такой день когда-нибудь настанет? — поинтересовалась у герцога Камилла серьёзным голосом, с тенью удивления смотря, как в его глазах вспыхнуло пламя, а на губах появилась самоуверенная ухмылка, — Думаете, что истина когда-нибудь восторжествует? Если так, то я, возможно, и смогла бы увидеть нечто привлекательное в Орлее. Но, по правде говоря, мне не вериться, что это когда-нибудь произойдёт. И даже если произойдёт, то неизвестно когда. А жить в ожидании я уже больше не могу, мне хватило тех столетий, что я и так провела в надежде, — улыбнувшись, добавила вампиресса, смотря на стены города. Дракенфурт был величественен. Великолепная архитектура, сочетающая в себе духи прошлого и призраки будущего, манила, как русалки моряков. Конструкция города была настолько логично и эстетически красиво продумана, что даже каменные стены не портили красоты великолепных дворцов и скромных домиков, замастивших город.
-А вы скажите, что мне это так необходимо? Я никогда от этой, — сделал небольшую паузу, подбирая слова, герцог — Вещи не отказывался. Что она есть, что её нет, она никакой роли для меня не сыграет. Есть вещи куда важней... — в спокойной манере, слегка вдумчиво ответил Дантес, когда они уже проехали под аркой, ведущей в стены города.
— Не мне судить о том, что Вам необходимо. И уж тем более ни о том, нужна ли Вам любовь или нет. Каждый решает это сам для себя. Но раз Вы называете её вещью, то осмелюсь сказать, что Вы никогда никого не любили, — улыбнувшись, констатировала факт девушка. В её голосе не было ни возмущения, ни упрёка, ни удивления. Лишь только очевидность, которую она заметила, — Любовь и вправду не самое ценное, что может быть. Для меня куда важнее уважение личности и понимание её со стороны другого существа. Любовь вовсе не гарантирует взаимопонимания, потому, порой, становится неудачной, но взаимопонимание, как раз наоборот, сулит в большинстве случаев счастливый исход. Но, мне было бы интересно узнать, что же для Вас важнее любви? — задала вопрос Камилла, только сейчас заметив, что они находятся по центру главной дороги, в которую вливалось множество дорожек и тропинок, «растекающихся» по всему Дракенфурту.
— Куда же вас проводить? — остановив лошадь и давая возможность герцогине обдумать своё решение, спросил Обер. Забота, прозвучавшая в голосе Дантеса, удивила вампирессу. Слышать и видеть подобное участие со стороны такой персоны, как монарх Венганзы, всё равно, что узреть чудо. Обдумав свой ответ, девушка всё же решила позволить вампиру отвезти её домой.
— Я живу в «Клеверных холмах», что расположены в Волкогорье. Если Вас не затруднит, то я попросила бы Вас проводить меня именно до этого места, — мягко произнесла Камилла, после чего ответила на предыдущее высказывание герцога, — Вполне возможно стоит попытаться найти легенду, но не лучше ли получить то, что требуется, из более реального источника? — поинтересовалась она, когда белоснежный жеребец, шествуя между восхищённо озирающимися горожанами, направился вверх по главной дороге, что вела к поместью герцогини.
«Ох, мужчины, скажешь доброе слово, так они сразу считают, что за них волнуются. Хоть не беснует по этому поводу, как остальные, и на том хорошо. Возможно, домой я доберусь живой и невредимой», — улыбаясь своим мыслям, думала Камилла, смотря на вполне спокойного и даже немного развеселившегося герцога.

Отредактировано Камилла Девон (02.02.2011 00:38)

+1

27

Ворота Дракенфурта. Они их наконец-то пересекли. Заканчивалась насыщенная событиями охота Дантеса. В город он въезжял с самой ценной добычей, которую можно было бы поймать.
— Вы думаете, что такой день когда-нибудь настанет? Думаете, что истина когда-нибудь восторжествует? Если так, то я, возможно, и смогла бы увидеть нечто привлекательное в Орлее. Но, по правде говоря, мне не вериться, что это когда-нибудь произойдёт. И даже если произойдёт, то неизвестно когда. А жить в ожидании я уже больше не могу, мне хватило тех столетий, что я и так провела в надежде, — всё ещё не соглашалась с герцогом. Хотя, их некогда спор, уже перешёл в форму дискуссии. Это не могло не радовать. Его светлость терпеть не мог, когда откровенно с ним пререкаются.
— Не думаю, а знаю. Разве по вашему существует кто-то более осведомлённый о всех этих делах, чем я? Поверьте, настанет день, когда маскарад будет нарушен. И это произойдет не только в Орлее, — посмотрев вдаль, ответил Камилле, последние его слова прозвучали холодно, но решительно. В его последних словах была слышна пугающая уверенность. Но что хуже, трудно было понять, что же они значат.
— Не мне судить о том, что Вам необходимо. И уж тем более ни о том, нужна ли Вам любовь или нет. Каждый решает это сам для себя. Но раз Вы называете её вещью, то осмелюсь сказать, что Вы никогда никого не любили. Любовь и вправду не самое ценное, что может быть. Для меня куда важнее уважение личности и понимание её со стороны другого существа. Любовь вовсе не гарантирует взаимопонимания, потому, порой, становится неудачной, но взаимопонимание, как раз наоборот, сулит в большинстве случаев счастливый исход. Но, мне было бы интересно узнать, что же для Вас важнее любви? — спросила его герцогиня. Всё же, Дантеса удивляла, то что окружающие его, всегда либо хотели понять, как он мыслит, либо оторвать кусок от его дела. Вот и Камилла хотела понять, о чём же он на самом деле думает.
— Всё же вы не правы, как я не правильно до этого выразился. Любовь, самая ценная вещь, что у меня есть. Я люблю всю мою семью, так как и вас, я тоже люблю. Именно это чувство мною движет, — ласково ответил герцогине, судя по всему повергнув её в шок от подобного ответа. В принципе, именно это он и желал. Посмотреть, как она отреагирует на нечто подобное. Хотя, по большому счету, он не врал.
— Я живу в «Клеверных холмах», что расположены в Волкогорье. Если Вас не затруднит, то я попросила бы Вас проводить меня именно до этого места, — обозначила женщина машрут, по которому они и далее не спеша отправились.
— Вполне возможно стоит попытаться найти легенду, но не лучше ли получить то, что требуется, из более реального источника? — на каждое слово герцога, она находила несколько вопросов. Порой это было забавно, порой не очень. То она казалась чуткой собеседницей, то расчетливой дамой. Это немного путало Дантеса.
— Ничто не истинна, всё дозволенно, как ничто не реально, всё иллюзорно, — философски и немного романтично ответил ей, не желая казаться чересчур серьёзным. Всё же, он хотел даже сейчас просто расслабиться. Именно для этого он и ездил на охоту, именно поэтому, он с ней особо и не спорил.

+1

28

— Не думаю, а знаю.
— Вас послушать, Дантес, так Вы — провидец, — усмехнулась девушка, — Ну, да Святая Роза с Вами! Если это правда, то она лишь к лучшему. Если только это не предзнаменование апокалипсиса, — улыбнулась Камилла.
Вернуться в Орлей? Туда, где всё начиналось? Возможно, оно и к лучшему. Возможно, так и стоит поступить. Но душа вампирессы отчётливо сопротивлялась такому исходу. Дракенфурт стал ей безумно дорог. Он принёс столько ярких и живых воспоминаний, сколько не было за все те два с лишним столетия, которые она провела в Филтоне. Герцогиня не могла представить столицу Орлея другой. Она скучная и нудная днями и довольно страстная по ночам. Да только страсть та пропитана не жарким пламенем, а чем-то тёмным, неестественным. В той страсти нет того опьяняющего пламени, скорее же там яд, дарящий наслаждение, за которым мгновенно следует гибель.
— Всё же вы не правы, как я не правильно до этого выразился. Любовь, самая ценная вещь, что у меня есть. Я люблю всю мою семью, так как и вас, я тоже люблю. Именно это чувство мною движет.
Вампиресса недоверчиво смотрела на герцога, не скрывая лёгкой усмешки на губах. Любовь... что ценного в ней? Она скоротечна. Да, ярка, но при этом слишком уж лжива. Для мазель Девон она не стоила ничего. Ведь любовь так просто заполучить, когда знаешь, как именно это нужно сделать. Девушка же ценила чувства более глубокие, более сильные и серьёзные.
— Сегодня Вы видите меня впервые, милсдарь Обер, потому не можете меня любить. Да, мы родственники, но лишь по факту. Как не печально мне это сообщать, но тяги к клану и его представителям я не чувствую. Меня не воспитывали, в отличие от всех представителей Венганзы, преданности, покорности и любви к клану. Всё, что я когда-то любила, кануло в лету, и для меня этого чувства более не существует, — улыбнувшись, добавила герцогиня. Любовь предала её, бросила. Да, Камилла когда-то имела неосторожность любить родных и близких ей по духу людей, но любовь её обманула. Она исчезла вместе с теми, кто принадлежал этому чувству. Любовь оставила её одну на этом свете, и за это вампиресса утратила веру в неё. В осколках памяти о счастливых дня осталась тень того прекрасного чувства, которое воображала некогда мазель Девон, но только не в её сердце.
— Ничто не истинна, всё дозволенно, как ничто не реально, всё иллюзорно.
Герцогиня рассмеялась, ничего не ответив. Дантес удивлял её всё больше. Он был актёром, можно даже сказать, одним из лучших. Менял он маски, как фокусник карты в руке. Мгновенно и незаметно, но при этом невероятно гармонично. Белоснежный жеребец неспешной поступью направлялся к дому вампирессы и в скором времени остановился у кованых ворот уютного и заснеженного поместья. Небо уже было чёрным, и повсюду горели фонари, развевая темноту своим желтоватым светом.
— Вот и мой дом, — улыбнувшись, сказала Камилла, посмотрев на горящие окна её поместья, — Не желаете ли выпить чаю или кофе после столь долгой прогулки? — вежливо поинтересовалась девушка, посмотрев на вампира.

+1

29

У герцога всё ещё было желание уговорить свою спутницу отправиться в Орлей по его же приглашению. Судя по всему, это у него начинало выходить. Безудержная оборона Девон плавно давала трещины, которые его светлость плавно пытался нащупать. Правда, его расстраивало, что на это потребуется время.
— Вас послушать, Дантес, так Вы — провидец, ну, да, Святая Роза с Вами! Если это правда, то она лишь к лучшему. Если только это не предзнаменование апокалипсиса, — весело ответила ему Камилла, даже не представляя насколько она была близка к истинным намерениям Обера. Разумеется, герцог не планировал уничтожить весь мир, но его планы были ещё столь далеки, что о них не было надобности даже распространяться. Поэтому, решив и далее придерживаться образа того, кому не безразлична все чувства, свойственные живым существам — он улыбнулся в ответа.
— Хах, если же когда-нибудь и наступит конец света, я думаю, мы его переживём, ведь мы же куда комфортней себя чувствуем в темноте, разве не так? — парировал Дантес, окончательно решив убрать в общении с родственницей ежедневную маску, сменив её на более парадную, на более светскую. На ту, что понравится ей куда более, чем привычный набор поведения расчётливого главы клана.
— Сегодня Вы видите меня впервые, милсдарь Обер, потому не можете меня любить. Да, мы родственники, но лишь по факту. Как не печально мне это сообщать, но тяги к клану и его представителям я не чувствую. Меня не воспитывали, в отличие от всех представителей Венганзы, преданности, покорности и любви к клану. Всё, что я когда-то любила, кануло в лету, и для меня этого чувства более не существует, — разоткровенничались госпожа Девон. Всё же она сильно отличалась от других детей Венганзы. Слишком, не приспособленная к жизни, как показалось герцогу, слишком беззаботная. Это одновременно и радовало, и огорчало Дантеса. А скорей, это его удивляло. Ведь невозможно, что бы кровь потомков никак на неё не влияла.
— Значит, вы не верите мне, что я испытываю к вам самые искренние чувства? И разве возможно вас не любить? Поймите, в каждом, в ком течёт кровь наших предков, по своему уникален, в каждом, есть то, чем можно восхищаться. А в вас уж поверьте, этого не мало, — сделав очередной комплимент, посвященный Камилле Девон. Герцог продолжал свою игру, словно бы тщательно изучая каждую деталь в сложной конструкции.
— Вот и мой дом, не желаете ли выпить чаю или кофе после столь долгой прогулки? — наконец-то они прибыли к конечной цели. Дворянин слез с коня, затем галантно спустил на землю свою даму и передал коня слуге, который о нём и позаботился.
— Разумеется, я думаю, я не смогу устоять перед вашим чудесным предложением, — улыбнулся, дав согласие. Вполне возможно, что женщина приглашала его только из-за элементарной вежливости, рассчитывая на то, что мужчина откажется. Но ему было всё равно. Ему нужно было узнать, как можно больше о ней. Ведь от неё зависело не мало.

+1

30

— Хах, если же когда-нибудь и наступит конец света, я думаю мы его переживём, ведь мы же куда комфортней себя чувствуем в темноте, разве не так?
— И в самом деле. Я с Вами полностью согласна, только, если бы всё обошлось лишь одной темнотой, — усмехнулась девушка, представив себе мир после апокалипсиса. Выжженная пустыня, где нет ни трав, ни деревьев, ни дождя, ни снега, ни прелого аромата осенних листьев, ни морозной свежести зимы, ни чарующих запахов весенних цветов. После апокалипсиса этого никогда не будет. Лишь только мёртвая, покрытая трещинами и разломами, земля, горячий ветер, несущий за собой песок и жар, и сплошная пустота, которой не будет предела.
— Значит, вы не верите мне, что я испытываю к вам самые искренние чувства? И разве возможно вас не любить? Поймите, в каждом, в ком течёт кровь наших предков, по своему уникален, в каждом, есть то, чем можно восхищаться. А в вас уж поверьте, этого не мало.
— Я никому не верю, герцог. Думаю, как никому не верите и Вы. Общество вокруг нас слишком уж лживо и притворно, чтобы кому-то можно было доверять. Ну, а любовь... мне сложно судить, можно ли любить меня. Я вообще не могу сказать, можно ли любить кого-то? Могу лишь утверждать, что Вы и, как я думаю, Ваши соклановцы, в большинстве своём достойны уважения. Ваш отец был сильным политиком и предпринимателем, держал клан на высоте, и, если верить слухам об успехах Венганзы, Вы ведёте дела не хуже него, а такую властную личность, как милосдарь Пауль Обер, сложно заменить. Вы добились больших успехов, — улыбнувшись, ответила вампиресса.
Что ещё она могла сказать? Она и вправду уважала Дантеса за его талант руководителя, за его ответственность и целеустремлённость, за его смелость и верность клану. И хотя вживую она видела герцога впервые, различные новости, касающиеся клана и его монарха, часто доходили до неё.
Не успели вампиры подъехать к поместью, как герцог, лёгко спрыгнув с жеребца, оказался на земле. Будучи мужчиной галантным, он помог спуститься на землю вампирессе, которая легко вспорхнула с лошади в мягкий и пушистый снег.
— Разумеется, я думаю я не смогу устоять перед вашим чудесным предложением.
— Мало кто смог бы, — рассмеялась Камилла. К вампирам подошёл конюх герцогини и, забрав жеребца, тут же удалился, что-то твердя лошади. Мазель Девон с улыбкой проводила его взглядом, после чего направилась вместе с Обером по широкой дороге к поместью. Не успели они подойти к высоким двухстворчатым дверям, ведущим в дом, как они распахнулись, и на пороге появилась София с перепуганными и, как показалось Камилле, заплаканными глазами.
— Госпожа! Где Вы пропадали?! С Вами всё в порядке?! Мы так волновались за Вас! Мы... — высказав длинную и эмоциональную речь, Софи замолчала на полуслове, увидев Дантеса.
— София, что ты встала на пороге! Немедленно пропусти госпожу! — раздался за спиной девушки строгий голос мужчины, и она, охнув, тут же отскочила от дверей, открывая взору господ дворецкого.
— Миледи, простите это негодницу, — сказал мистер Картер и, зыркнув на горничную, которая тут же исчезла за дверью одной из комнат, продолжил, — О, да Вы с гостем. Добро пожаловать милосдарь, — поклонившись, поприветствовал герцога слуга.
— Здравствуйте, мистер Картер, — мягко сказала вампиресса, когда зашла в дом вместе с Дантесом, — Это герцог Дантес Обер. Глава клана Венганза. милсдарь Обер, позвольте представить Вам, это мистер Картер, мой дворецкий и незаменимый помощник.
— О, мазель Камилла, Вы слишком щедры на похвалу. Все мы очень рады видеть Вас в поместье Девон, господин Обер, — учтиво сказал мистер Картер и подошёл к вельможам, — Позвольте взять Вашу шубу, мазель, — обратился к хозяйке дворецкий и снял с хрупких плеч девушки белоснежное одеяние, — И Вашу куртку, милосдарь, — добавил мужчина, забирая отороченную соболем куртку герцога, — Вы очень долго гуляли, наверное, сильно замёрзли. Изволите подать чай?
— И чай, и кофе, мистер Картер. Мы и вправду с милсдарь Обером сильно замёрзли, так что отведаем всего, — рассмеявшись, сказала герцогиня.
— Как прикажете, госпожа. Прошу следуйте за мной в гостиную.
— Мистер Картер, я надеюсь, мне улыбнётся удача, и я смогу всё же сама проводить нашего гостя в гостиную. А коли нет, то ищите нас в главном коридоре, — шутила девушка, смотря на улыбающегося дворецкого, которой снова строгим взглядом зыркнул на выглянувшую из-за двери Софию.
— Тогда я займусь чаем, мазель, герцог, — поклонившись, сказал мистер Картер и, поднявшись по лестнице, завернул за угол.
— И не серчайте на Софию, — крикнула вдогонку ему Камилла, а затем, улыбнувшись, посмотрела на Дантеса, — Вот так и живём. Что ж, пройдёмте в гостиную, а то что-то мы задержались в холле.
И лёгкой поступью вампиресса поднялась по маленькой лестнице, ведущей в главный коридор. Пока они шли к гостиной, мазель Девон, как и полагается по этикету, показывала герцогу картины и статуи, которые украшали это, по обыкновению пустое пространство.
— А вот здесь я провожу большую часть своего времени, за исключением библиотеки, — добавила Камилла, когда они зашли в просторное помещение с горящим камином, окружённым мягкой мебелью в тёмно-бардовых тонах, и огромным роялем из тёмного дерева, расположившимся у окна.

+1


Вы здесь » Дракенфурт » Отыгранные флешбэки » Навстречу судьбе...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно