Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Не проиграть, когда победить невозможно


Не проиграть, когда победить невозможно

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/20-Glavnyj-prospekt/kaz1.png
Участники: Джеймс Уортингтон, Рамир Ассман.
Локация: казино «Гнездо дьявола».
Описание: один — удачливый наемник, считающий себя непревзойденным воином. Другой — коварный аристократ, считающий себя непревзойденным кукловодом. Один считает, что второго необходимо убить. Другой считает, что первого необходимо сломать. Удача и коварство, весь прошлый опыт — ничто не поможет этим двоим, запутавшимся в противостоянии, которое будет длиться всю жизнь. Но они еще не знают этого. Они еще не знакомы. Они еще так уверены в себе... Пройдет совсем немного времени, прежде чем они поймут, что ни одному из них не удастся победить. Пройдет совсем немного времени, прежде чем они поймут, что есть только один выход... не проиграть. Не проиграть, когда победить невозможно!
Дата: 13 января 1530 года.

0

2

Самоуверенный, уставший от самого понятия «жизнь» молодой человек вальяжно разместился в широком кресле. Холодным равнодушным взглядом обвел весь зал и без подготовки с силой швырнул в противоположную стену бутылку с коллекционным красным вином, попутно не задев ни одного из посетителей, однако изрядно напугав одну из маленьких шлюшек, замерших у его ног. Завсегдатаи привыкли, новички боялись встрепенуться, дабы не получить волчий билет в сие заведение. А эта несчастная просто не привыкла, да и не привыкнет уже. Один мах ногой и неудачница уже распластана на полу, прижимает худенькие ручки к окровавленным губам и из последних сил сдерживает стон боли.
— Доигралась, маленькая тварь? — на губах вампира замер презрительный оскал, глаза стали чуть уже, а в тонких пальцах не замедлила объявиться любимая игрушка из черного, неизвестного для всех металла. — Как же мне все надоело, — однако, к огромному удивлению лежащей на полу девушки и всех прочих отбросов, оказавшихся в опасной близости к хозяину, не было ни крови, ни излюбленных вскрытий. Вампир лишь слегка оцарапал нежную кожу на ее предплечье и направился обратно к креслу. Казалось, что-то или кто-то привлек его интерес. Теперь в голове Джеймса значилось только одно — «не переиграть». Уортингтон ухмыльнулся вздохам облегчения и жалким благодарностям за своей спиной, на последнем шаге лишь щелкнул длинными пальцами, вызвав оживление на лице своих охранников, да махнул рукой на замершее позади тело.
— Взять, — псы воистину бойцовые, выращенные из чахлых потомков шальных вампиров и вапиресс. В свое время Джеймс не пожалел на их воспитание ни сил, ни жестокости. Теперь же лишь наслаждался плодами своей работы. Девчонка скрылась за мощными спинами охранников спустя мгновение, путь до ближайшей койки тоже не займет много времени. Потом самому везучему достанется и ее кровь.
— Плевать, — Уортингтон даже не заметил, что слово сорвалось с его губ.

+4

3

Рамир прибыл в Дракенфурт неделю назад. Очередная эскапада для его команды наемников, более чем щедрое вознаграждение, несколько хороших схваток, минимальные потери... Что можно еще желать от жизни? Мать была рада его видеть и, кажется, начала более-менее оправляться от смерти отца.
О Джеймсе Уортингтоне он услышал случайно. Владелец игрового клуба, о чьих жестоких забавах ходят слухи, но, тем не менее, ни одного обвинения ему предъявлено не было. На кой бес Ассман решил в это ввязаться? Интуиция подсказала, что на это стоит посмотреть... или, возможно, жажда принесения в мир справедливости не улеглась после драк с разбойничьими бандами.
В любом случае, через пару дней он уже входил в этот самый игорный дом, хотя точнее было бы назвать это место притоном. Нет, вкус у владельца был безупречен, слуги вышколены, декорации выше всяких похвал... Только атмосфера порока, страстей и отчаяния проигравших заполняла собой все богато отделанные помещения. Все-таки дар эмпатии заставляет на многое смотреть иначе. Ассмана пропустили внутрь без промедления. С чего бы такая честь?
На наемнике была белоснежная рубашка и строгий темный камзол в тон брюкам — мать постаралась, настояв на более-менее элегантном костюме. Тонкая серебряная вышивка змеилась по рукавам и отворотам камзола, создавая причудливые узоры и придавая облику ревенанта некую элегантность.
Заняв место за игорным столом, Рамир поприветствовал кивком партнеров и улыбнулся. Карты легли в руки, и первый же взгляд на них подтвердил, что удача его не покинула. И покидать не собирается, как показал последующий час. Игроки менялись, пытались мухлевать, но все равно проигрывали. Стопка фишек рядом с его правой рукой неизменно росла. Угрызений совести за то, что эти неудачники отдают ему свои деньги, Рамир не испытывал. Да, он не любил такой способ заработка и не считал его достойным, но еще больше он не любил тех, для кого азартные игры стали смыслом жизни. Небрежно откинувшись на спинку стула и благосклонно улыбаясь хорошенькой девушке, строящей ему глазки, ревенант впитывал разлитые в воздухе эмоции. Азарт, торжество, бессилие, отчаяние, слабость... слабость — вот что преобладало — невозможность вовремя остановиться, невозможность вести себя достойно, выигрывая, невозможность просто уйти отсюда навсегда.... Отвратительная смесь. Атмосфера заведения пьянила этих глупцов, подчиняла и дарила мнимое ощущение сиюминутного всемогущества, надежды отыграться.
Ревенант усмехнулся краешком губ, изящным движением скидывая карты — он опять выиграл. Все вокруг завидовали, они так жаждали подобной удачи... жаждали, но не могли получить. Потому что удача улыбается тем, кто смеется! Потому что удача, как истинная женщина, не любит слабых духом.
Внезапно мелькнула тень и раздался звон бьющегося стекла. По одной из стен растекались потеки вина. Эмпатически Рамир уловил повисшее напряжение, однако большинство постаралось сделать вид, что ничего не происходит. Беловолосый парень замахнулся и ударил сидящую у его ног девушку, а публика продолжает делать вид, что все в порядке. Презрение поднимается в душе ревенанта и он позволяет ему проявиться на лице — в чуть прищуренных глазах, уголках губ... Шакалы. Стая шакалов, и ее вожак сейчас собирается обставить свое явление... Что ж, посмотрим, кто ты такой, Джеймс Уортингтон. Посмотрим... Кинжалы в ножнах, закрепленных на руках, вполне могут напиться крови этой ночью. Убеди меня, что я неправ, Уортингтон, что я неправильно расшифровал эмоциональный фон, что ты не такая тварь, как я сейчас полагаю. Иначе та беззащитная девочка будет последней, на кого ты посмел поднять руку.
Рамир улыбается идущему к нему парню, в этой улыбке насмешка и азарт, которого он не испытывал, держа в руках игральные карты.

+3

4

Уортингтон любил свой «Второй дом», словно малое дитя. Все здесь отвечало его изощренному вкусу — ни единой лишней детали. Цвета в драпировках и скатертях, а так же обивка сидений и мягких диванов менялась с такой скоростью, что никто из завсегдатаев и не вспомнил бы, на желтом или на красном шелке он пару дней назад опробовал свежую куртизанку. Все освещение было сконцентрировано в шикарных люстрах, свисающих с потолка, но по мере приближения плотских утех и вымирания карточных столов, зажигались низкие светильники, а огни под потолком оставляли в память о себе лишь дразнящий запах оплавившегося воска. А уж соседство нравов борделя и игорной мастерской и вовсе оказалось золотой жилой.
Джеймс снова подтвердил про себя удачный выбор маленького хобби и отложил вопросы бизнеса в дальний угол сознания, приметив старую знакомую. Она-то и расскажет откуда этот незнакомец.
— Кто этот занятный экспонат? — вопрос брошен почти неслышно проходящей мимо обольстительной вампирше из Дракулитов, одно лишь движение глазами в сторону незнакомца-брюнета и снова вопросительный взгляд на женщину.
— Наемник-ревенант. Кажется, зовут Рамир Ассман, — учтивая улыбка на губах вампирессы практически блокировала для постороннего взгляда шипение-ответ. Джеймс протянул Дракуле руку и умело увлек ее в танец, элегантно сыграв потерю всякого интереса к новому гостю. Во время сложнейших па вампиресса не сводила томного взгляда с партнера, тот же был сосредоточен и холоден, поддерживая репутацию «абсолютного зла». Зрелище во время этого танца развернулось воистину прекраснейшее. Хозяин игорного дома крайне редко участвовал в увеселительных программах, поэтому нанятые им устроители сегодняшнего вечера постарались использовать эти несколько минут с максимальной пользой для заведения. Все присутствующие пары, включая и достопочтенных господ, и шлюх, и убийц с ворами, почти сразу же оказались в центре событий. Посреди огромного зала несколько десятков кавалеров и дам кружились в замысловатом танце, стараясь перещеголять друг друга, но не перегнуть палку. Непредсказуемый характер Уортингтона за последние годы значительно уменьшил количество желающих превзойти его в чем либо. Но, стоит отдать должное Джеймсу, даже без этих условий он выделялся в толпе танцующих. Ни одного неверного поворота головы или лишнего движения ногой, партнерша в его руках казалась юной девочкой, потому как порхала по воздуху, словно невесомая фея из детской сказки. Однако, дьявольское отродье не изменило своим принципам — холодные голубые глаза и губы, растянутые в ледяной усмешке. Он знал, что ему нет равных. Он устал от этого. Ему просто было скучно. Как всегда, после скоропостижной кончины «любимого» родителя.
После завершающего па Уортингтон поблагодарил вампирессу галантным поклоном и отошел на пару шагов привычно меняя личину.
— Рад видеть Вас в моем скромном храме любви и удовольствий, — широкая улыбка обольстителя и заинтересованный блеск голубых глаз должны были произвести подобающее впечатление. — Рамир Ассман, если не подвела меня еще моя память? — Очередная открытая улыбка на белых губах. — Вы не заскучали? Могу предложить на вечер спутницу или юного спутника, — легкая дымка в глазах и чуть более хриплый голос, — а, может, согласитесь составить компанию одинокому потерявшему смысл жизни вампиру? — Легкое движение головой и белые волосы рассыпались по плечам, усиливая антураж «несчастности» маньяка.

+3

5

Спектакль. Пожалуй, именно так следовало охарактеризовать происходящее на глазах Рамира действо. Идеально срежессированный и поставленный, спектакль для одного актера, где все остальное — лишь декорации, неважно, живые или неподвижные. Он блистал среди них и, казалось, все было направлено лишь на то, чтобы подчеркнуть его совершенство... Мнимое совершенство. Блестяшка в красивой оправе. Отблески свечей дробятся, фигуры движутся, подчиняясь ритму танца, звучит музыка, и среди них выделяется Он, Хозяин и Господин.
Рамиру смешно. Рамиру так откровенно смешно, что он с трудом сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос. Да, конечно, это в некотором роде красиво, и искусство, с которым это было сделано тоже стоит отметить, но... Это красота кукол. Неживых. Да, возможно приближенных к идеалу, но кукол — фальшивых и пустых. И он, Король Борделя, Владыка Шлюх и Сброда, конечно, впечатляет. Только вот ржать почему-то хочется.
Ревенант стоит, подпирая плечом стену, и незаметно посмеивается, наблюдая за представлением. Да, он способен оценить несомненный талант Уортингтона, но относиться к этому серьезно — увольте. Он, живой и настоящий от первого и до последнего вздоха, не может понять хозяина игорного дома — ледяного и застывшего. У самого Рамира внутри бьется пламя, а беловолосый — лишь красивая обертка. Да, под ней много чего скрывается, но нет главного — жизни. Будто маски, сменяют друг друга выражения на лице вампира, все до единой — фальшивки. И не важно, насколько правдоподобно они выглядят. Гениальный художник и актер, сотворивший из себя самого произведение искусства... и забывший о человечности. Жаль.
Это безупречное творение раскланивается с партнершей и идет к нему. Надо же... С чего такое внимание? Впрочем, это только к лучшему. Будет неплохо разобраться в ситуации с первого раза. Никакого желания еще раз посещать это место ревенант не испытывал. Не для него такие развлечения, и тем более такая компания.
— Рад видеть Вас в моем скромном храме любви и удовольствий, — широкая улыбка обольстителя и заинтересованный блеск голубых глаз. Как просто поверить... И как глупо. — Рамир Ассман, если не подвела меня еще моя память? — Очередная открытая улыбка на белых губах. — Вы не заскучали? Могу предложить на вечер спутницу или юного спутника, — легкая дымка в глазах и чуть более хриплый голос, — а, может, согласитесь составить компанию одинокому потерявшему смысл жизни вампиру? — Легкое движение головой и белые волосы рассыпались по плечам, усиливая антураж «несчастности» маньяка.
— Вам стоило тщательнее следить за такой ценность, как смысл жизни, мистер Уортингтон... Очень неосмотрительно с Вашей стороны было ее потерять. — Губы ревенанта изогнулись в насмешливой улыбке. — Признаться, в качестве компании на вечер меня интересуете разве что Вы. Я слышал о Вас... разное и решил взглянуть собственными глазами. Вы имеете весьма... интригующую репутацию. Так что приглашение принимаю... с радостью, так, кажется, принято говорить в высоком обществе?
Рамир намеренно играл голосом, выделяя двусмысленные слова. Конечно, до искусства собеседника ему было далеко, но наметить собственное отношение к ситуации он был вполне способен.
Ассман не верил хозяину игорного дома, и верить не собирался.

Отредактировано Рамир Ассман (21.02.2012 19:54)

+3

6

Окунуться в прошлое иногда так хочется... Снова стать беспечным мальчишкой, который впервые увидел свет свечей праздность платьев, яркие бриллианты на светлой коже дев и темные перчатки на руках мужчин. Изумительно-изящные гончие только что были рядом — высокий джентльмен привел их для удовлетворения собственной значимости, видимо претендует на самый необычный подарок виновнику торжества. Отец. Весь неприступный и надменно-холеный, его взор скользит по приглашенным, словно они не равные ему, а лишь отбившаяся от подошв засохшая грязь. Возможно, он и прав. Каждая вторая «прилежная жена» и «невинная наследница» уж согревали многочисленные постели поместья. А то и не только: чего-чего, а фантазии старому дьяволу было не занимать. Что же со второй половиной? — спросите Вы. Да ничего, просто Викториан был очень придирчив, а они не отвечали его тонкому вкусу наличием лишнего веса, редкостью волос и прочими непотребствами.
Ненависть умеет согревать не хуже теплой крови и жарких тел, Джеймс знал это не понаслышке. Вот и сейчас его холодное сердце начали омывать робкие пока волны тихого недовольства. Этот молодой боец, еще такой юный, но уже такой зацикленный на собственной правоте и значимости начинал раздражать героя девичьих грез не хуже покойного папаши. Однако, за раздражением и все нарастающим презрением, абсолютно не скрываясь, стоял банальный в своей простоте интерес. Правда, за последние десятилетия он был настолько забыт Уортингтоном, что при первых же симптомах был расценен как ненависть и желание поскорее разбить очаровательную физиономию об ближайший косяк.
— Интересуете разве что Вы. Я слышал о Вас... разное и решил взглянуть собственными глазами. Вы имеете весьма... интригующую репутацию. Так что приглашение принимаю... с радостью, так, кажется, принято говорить в высоком обществе? — часть монолога незнакомца так и прошла стороной. Глаза медленно, но верно возвращали себе обычный цвет — из белесого дыма начали проглядывать голубые искры, достаточно быстро воздвигнув голубые льдины на исконное место вокруг черных точек зрачков.
— Раз так, прошу за мной, — галантно согнутая в локте рука легко коснулась бока воина, игру подхватили улыбчивые губы и сочащиеся ядом глаза, — привычка, — картинное пожатие широких плеч и в ладонь привычно лег набалдашник устланной драгоценностями трости, — привык приглашать в свои апартаменты все больше мимолетных любовниц, не обессудьте! — Однако безупречный актерский талант и не думал скрывать откровенно-издевательское выражение ледяных глаз или пресекать тихие смешки от верных слуг в поддержку любимого и ненавистного одновременно хозяина.
Блондин медленно двинулся к неприметной двери в конце зала, попутно разрывая толпу во всех направлениях — глупцов, пожелавших перейти дорогу вампиру-садисту, почему-то не находилось. А мысли все возвращались и возвращались к образу Ассмана. Этот экземпляр мог бы стать жемчужиной коллекции... Хотя нет, скорее не ограненным сапфиром — без пошлости прозрачных камней и без грубости оправы из никчемного металла.

+3

7

Сильной стороной Рамира всегда были действия. Резкие, неожиданные выпады, непредсказуемые поступки, мгновенные реакции. А вот слабой — понимание разумных. Он мог догадаться, кому верить не следует, но вот разделить в чужой речи истину и ложь — это была проблема. Интуиция подсказывала, что Джеймс Уортингтон виртуоз лжи и великий мастер недомолвок, но вот что именно он скрывает... Насколько серьезны его пороки? Все ограничивается лишь грубостью по отношению к окружающим или правы те, кто приписывает ему кровавые убийства и прочие чудовищные забавы? Ведь доказательств нет. Как их найти? Да, вампир явно жесток и избалован вседозволенностью, но как далеко это зашло? Действительно хозяин игорного дома был тем, кого стоит немедленно отправить в объятия Моргота? О правомерности собственных действий ревенант мало задумывался. Да, закон требует суда для каждого преступника, да, самого Рамира судьей никто не назначал... Но он прекрасно знал, как искусно можно маскировать темные делишки, храня репутацию безупречной. Умение не оставлять следов не означало, что преступнику стоит оставить жизнь, наоборот. К тому же судей можно подкупить, на них можно надавить, были бы возможности и связи... Люди и вампиры редко бывают святыми. У аристократа возможности и связи явно были, но был ли он действительно виновен?
Ассман пытался быть объективен, даже если образ жизни Уортингтона ему откровенно не нравился — это не повод его убить. Нужны доказательства... Охотничье чутье вело его, точно по следу, за этим вампиром в безупречном костюме. Что-то внутри требовало ввязаться в эту явно опасную игру с неизвестными ставками.
— Раз так, прошу за мной, — галантно согнутая в локте рука легко коснулась бока воина, игру подхватили улыбчивые губы и сочащиеся ядом глаза, — привычка, — картинное пожатие широких плеч и в ладонь привычно лег набалдашник устланной драгоценностями трости, — привык приглашать в свои апартаменты все больше мимолетных любовниц, не обессудьте!
— Рад оказаться исключением из этого правила, — иронично ответил ревенант, проигнорировав прикосновение. Было ли это провокацией? Или намеком на предложение себя не только в качестве собеседника? О нравах аристократии ходило множество слухов, проверять которые Рамир желанием не горел. Впрочем, поспешных выводов тоже делать не стоит. Ассман любил риск. Азарт кружил ему голову, не давая задуматься, насколько опасно следовать за обладателем подобной репутации. В собственную удачу и неуязвимость наемник верил свято, полагая себя более чем опасным противником. «Молодость», — как говорила в таких случаях его мать, одним словом выражая весь набор качеств, которые, по ее мнению, следовало тщательно контролировать. Рамир знал за собой эту слабость, но в данный момент не обратил на нее внимания. Он, воин, практически каждый день изматывающий себя тренировками, способен справиться с изнеженным аристократом.
Стоило поддержать разговор. Наладить контакт. Заинтересовать в себе, чтобы получить допуск к интересующим его тайнам. Нанести удар, если потребуется... или просто уйти, если окажется, что слухи не имеют под собой веских оснований.
— Чем же моя скромная персона заинтересовала Вас, мистер Уортингтон? Мы не были знакомы ранее, и я, признаться, удивлен, что Вы знаете мое имя. Мне сложно догадаться, что заставило Вас предложить свою компанию на этот вечер, ведь, судя по всему, Вы редко приглашаете в собственные апартаменты кого-то кроме любовниц.
Улыбка. Легкая улыбка, смесь иронии и вежливого интереса, и в темных глазах загорается предвкушение.
Охотничий азарт. Именно он. Именно так. Даже жаль будет уходить ни с чем... но что-то подсказывает, что сегодня явно не тот случай.

+3


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Не проиграть, когда победить невозможно


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC