Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » Бругге » Дорога в Данциг


Дорога в Данциг

Сообщений 1 страница 30 из 44

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/32-Brugge/br1.png

«Сколь много книг разбросано по миру, сколь много мыслей веет в облаках».
И правда, сколько книг о путешествиях можно насчитать сейчас? Тысячу? Сотню тысяч? А сколько из них хоть немного похожи на правду. Одна или пять?
Прогулка зимним трактом — это не развлечение. В ней нет романтики, что присуща книжицам, чьими читателями являются пылкие девицы добрачного возраста. Мороз прокрадывается сквозь одежду, а пальцы ног кажутся вообще скованными единым куском льда в сапогах. Из носа постоянно сочится. Руки и уши ежесекундно саднит. Так еще и обезумевшие от холодов, прогоняемые из лесов и пещер наступлением сугробов гули, норовят напасть на задержавшегося путника из темноты. Ну и напившийся до беспамятств от безделья деревенский житель с товарищами, тоже, знаете ли, проблема немалая. Чем еще заняться деревенскому мужику зимой, кроме как кулаки чесать да глотку смачивать. Какой бы писатель-романтик описал в таком ключе поездку через зимние просторы к любимой, на тайное венчание?!
Хотя для человека привычного и подготовленного, такие прогулки сплошное удовольствие. Ведь доводилось вам втянуть носом бодрящий морозный воздух. Да втянуть так, что каждый волосок склеивался инеем. Одно только ощущение этого способно отрезвить даже самого горького пьяницу. Буйство цвета меж снежинками играет с вашими глазами. Мерное позвякивание колокольчика на хомуте, бескрайнее зимнее поле, везде, где только охватывает глаз. Ничто так не наталкивает на размышления о вечном и бесконечном.

(Кристофер Андерс)

0

2

[Окрестности Бругге] Замок Уорлин  https://forumstatic.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (скачок в один день)  https://forumstatic.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Шум снаружи разбудил Адама; казалось вот только-только он успел закрыть глаза, как вдруг крики, доносящиеся в дом с улицы, мгновенно вырвали его из мягких облачков сна. Открыв глаза, граф не сразу осознал, что это уже не сон, а он лежит на простой деревянной кровати, завернувшись в одеяло, и натягивая его на себя, словно прикрывался щитом. Одеяло было добротным, плотным, явно сделано самим обитателями этого дома, но было слишком коротким для богатырского роста Адама, и ему приходилось сгибать ноги, отчего они затекли. Но все равно было холодно. Открыв глаза, граф напряженно вслушался в разбудившие его звуки, но как назло, снаружи доносился лишь шум ветра, да ветка дерева царапала окно, а в камине трещали поленья, стреляя на каменную подкладку искрами. Обведя полутемную комнату взглядом, граф зажмурился и снова открыл глаза, пытаясь сфокусироваться после неспокойного сна. Снизу слышались голоса и стук посуды, очевидно де Браз и Далтон с несколькими командирами еще сидят.
Сославшись на головную боль, Адам покинул компанию незадолго после ужина, оставив друзей в компании карт, костей, вина и хозяйки дома, обслуживавшей чинное руководство. Настроения играть не было никакого, после встречи на балу с той ведьмой, Адаму было над чем подумать. Их приезд в Данциг ознаменовался большим волнением среди местного населения, преимущественно приняли их дружелюбно. Зная о приближении со стороны Данцига крупных сил Хастиаса, горожане пытались оказать союзниками все возможное радушие, охотно пуская солдат в свои дома на постой. Адам заранее побеспокоился о том, чтобы разместить своих стрелков в наиболее комфортных условиях, зная, что простые солдаты были недостаточно тактичны в своих манерах; было совестно доставлять неприятности лояльно настроенным людям битыми окнами, лицами, и сломанной мебелью. Расквартировав своих конников, граф отдал общий для всех войск приказ к умеренности в алкоголе, не исключая его полностью. И тут произошла первая приятная неожиданность, в Зибенвюргене, так назывался этот городок, неподалеку от тракта, по которому двигалась их половина войск, они наконец-то объединились с пехотными полками Иеремиаса Грасса, бруггианского полковника, которые имелись при нем во время созыва. Всего под его рукой насчитывалось около шести тысяч солдат, из которых кавалерия составляла около шестисот человек, которых он уже разместил: часть в городе, часть — в окрестных фермах.
Адам как раз выходил на городскую площадь для встречи с бургомистром, в окружении адъютантов и своих офицеров, свободных от вахты, когда чей-то басистый голос окликнул его откуда-то из шумной толпы местных ополченцев.
— Graf Adam der Marisko. Ich bin Sie teuflisch froh zu sehen, mein Herr.*
Адам обернулся на звук, отвлечась от подсчетов обозного. Среди моря колышущихся шляп и шапок восседал на грубо сколоченном из досок помосте полковник Иеремиас Грасс, которого точно так же окружало кольцо офицеров и помощников, эффектно смотрящийся на фоне нескольких богато украшенных бахромой и кисточками знамен, тяжелыми складками ниспадающих вниз вдоль слегка наклоненных древков. Рядом с ним стояло несколько столов с кучей бланков и бесконечными лентами пергамента. Небольшие пирамидки чернильниц, пучки гусиных перьев и множество разбросанных вокруг исписанных или испорченных листов довершали картину походной канцелярии. Перед рядом столов сгрудились кучи галдящих горожан, требующих записать их в ополчение. Граф невольно вздохнул: под его началом было шестьсот ополченцев, набранных в окрестностях Уорлин-Кастла, и он знал, что это за народ. На всех не хватало формы и оружия, поэтому часть их хоть внешне напоминала регулярную армию, остальные же были кто в чем и походили на сброд. Все основные силы добирались отдельно от них, поэтому экипировать новобранцев было возможно лишь непосредственно на месте и Адам посочувствовал офицерам Грасс. Здесь же, неподалеку от столов, стояло несколько повозок, груженных формой и снаряжением, из которых амуниция выдавалась на месте. Их охранял взвод солдат, оттесняя ружьями особо ретивых от армейского имущества. Переодевались новобранцы тут же, прямо на снегу, и сразу становились в строй, перед которым прохаживался кто-то из людей Грасса, подсчитывая количество человек по десяткам. На площади толпилось много простого народу, кто-то провожал своих сыновей и мужей, кто-то просто пришел поглазеть на интересное событие, дети или стояли с родителями, или приставали к проходящим мимо солдатам, восхищенно рассматривая красивые мундиры или гладя по морде лошадей. В общем, в тот день городская площадь была оживленной, как никогда. Граф слегка улыбнулся, и поправил стоячий воротник зимнего плаща, защищаясь от ветра, и приподнял руку, велев своему обозному подождать.
— Oberst Jeremias Grass!** — крикнул в ответ Адам на ломаном бруггианском, направившись к помосту полковника. Граф плохо знал этот язык, и не был уверен в правильсности построения своих фраз, но это было не обязательно — полковник говорил на дракенфуртском и немного на орлесианском, так же как и сам Адам говорил на родном языке Далтона, поэтому это было данью уважения к полковнику и к той земле, которую они оба собрались защищать от вторжения Хастиаса. — Wie Sie leben? Du stellst dir nicht vor, inwiefern ich über dieses Treffen gerade hier, mein Freund froh bin.***
Солдаты Грасса расчистили перед графом дорогу и Адам беспрепятственно взошел на помост к вставшему со своего кресла полковнику. Этот крепкий мужчина отличался пышными бакенбардами, торчащими под его полковнической шляпой с перьями, и выбивающимися из-под нее темными с проседью кудрями. Крепко пожав друг другу руки, мужчины по-солдатски сдержанно обнялись.
— Und du hast dich nicht geändert, es sei denn noch stärker wurde,**** — отметил Грасс с отцовской улыбкой осматривая Адама, завернутого в тяжелый походный плащ с меховым воротником. В таком одеянии Адам больше походил на старомодный гардероб, чем на вампира, но Далтон, очевидно, решил, что такое тяжелое одеяние способен носить на себе только сильный человек.
— Und dich auch.*****
— Die alte Klotz,****** — полушутя отмахнулся полковник и мужчины засмеялись. Офицеры обеих сторон переглянулись между собой, и тоже поддержали своих командиров, приняв это за сигнал к знакомству.
Позже они разместились в одном из самых зажиточных домов города, ближе к окраине и подальше от шумных улочек городка, по которым нескончаемо сновали горожане и группы солдат, стучали копытами кони и гремели повозки. С наступлением ранней темноты везде зажигались костры, вокруг которых собирались солдаты из разных армий для совместного времяпровождения, а так же любопытные горожане, по домама не спешил никто. Внизу, в просторной гостиной разместилась наша немногочисленная компания для сытного ужина вместе с хозяевами дома, госпожой Гердой, и ее двумя сыновьями Вильгельмом и Фридрихом, которые глаз не сводили с гостей, рассматривая каждую деталь их пышных мундиров. Теперь уже говорили на общеизвестном языке, хотя офицеры Адама иногда перебрасывались между собой парочкой фраз на родном, но Адаму больше не пришлось ломать язык и напрягать голову, припоминая бруггианский. Де Браз время от времени развлекал общество пылкими рифмами, основном посвященными госпоже Герде.
— Ну вот, что я говорю, мне пришлось слишком долго провозиться с Матильдой прежде, чем я собрался выступать. Она слишком впечатлительна, особенно после того случая, с оленем. Я не рассказывал? Моего младшего зверь едва на рога не поднял, во время нашей прошлой охоты, так, лишь слегка проткнул плечо и сломал ногу копытом, но это ничего — пусть привыкает парень. Он просился со мной, но куда ему, ребенок ведь еще, — весело гремел Грасс, откинувшись на спинку резного стула, и постукивая пальцами по столешнице, устланной дорогой скатертью. В камине весело полыхал огонь, горели свечи, а вечер обещал быть долгим и приятным. Но слова полковника вновь напомнили ему о ведьме и праздное настроение мгновенно улетучилось. Извинившись, он сдал карты, и поднялся наверх в комнату, приготовленную для него.
Теперь, свернувшись под одеялом, он облизал пересохшие губы и покосился на массивные часы с кукушкой, висящие на стене. Но они ему ничего не сказали, так как их давно уже не заводили. На улице снова послышались крики, внизу заскрипели отодвигаемые стулья и голоса теперь звучали скорее заинтересованно. Послышались шаги нескольких пар ног, скрипнула дверь. Адам резко отбросил одеяло, усевшись на кровати. Протер глаза, попутно взъерошив на голове волосы, и принялся натягивать на ноги свои сапоги со шпорами. Рядом на ночном столике, возле подсвечника с оплавленными свечами, лежал его пистолет, часы и мешочек с порохом, к нему была прислонена сабля в богато отделанных ножнах. Взяв оружие, Адам какое-то время постоял над тазиком с водой, словно собираясь с сонно разбредшимися мыслями, быстро умылся и спустился вниз, натягивая перчатки. Внизу за столом сидели только трое драгунов Адама, вернее за столом осталось двое, а третий что-то высматривал в окне. Его товарищам больше были интересны карты и кучка монет, чем события снаружи.
— Что там происходит? — поинтересовался граф, прикрывая рукой рот, ибо как раз в тот момент его настигла зевота.
— La bagarre,******* — ухмыльнулся тот, что выглядывал в окно, и отошел от него, присоединившись к своим товарищам. Адам набросил на плечи свой плащ и вышел на улицу.
Его взгляду предстала довольно любопытная картина, в которой серьезность граничила с комичностью. Главным действующим лицом выступал огромный, как медведь, мужчина в косматой куртке мехом наружу и такой же закрытой шапке, отчего казалось, будто это и есть медведь-оборотень. Он совершенно мирно стоял в освещенном костром круге, а трое солдат нацелили на него свои ружья, целя штыками в разные части его тела. Неподалеку стоял де Браз, задумчиво почесывающий пальцем по линии волос надо лбом, и осматривая могучую фигуру великана, словно примеряясь, сколько штыков понадобится для того, чтобы свалить такого человека как можно быстрее. Адам машинально подумал, что сейчас он сочиняет очередной куплет. Находящийся рядом Грасс тоже был спокоен, даже слегка весел, но его рука предусмотрительно лежала на эфесе сабли. Усы полковника немного топорщились, свидетельствуя о том, что под ними играет легкая улыбка. И только потом граф заметил стоящего позади всех унтер-офицера полковника, гневно сверкающего глазами на громилу. Один глаз у него был заметно распухшим, волосы взъерошены и блестели от снега.
— Представляете, граф, что здесь произошло. — заметив его появлении, молодой виконт тут же обернулся к Адаму. — Этот мощный бык, явился сюда, чтобы записаться добровольцем, и в качестве рекомендаций, отметелил шевалье Брома. Жаль, что вы это пропустили. Право, было на что посмотреть.
— Да, не стоило тебе так делать, — беззлобно сказал полковник, глядя в глаза гиганту, и без страха подходя к нему ближе. Солдаты, держащие его на прицеле, еще больше напряглись, готовы пронзить его при малейшей угрозе командиру.— За это я вполне могу тебя казнить и выбросить за городом в канавы, как засланного диверсанта. Бить своих же солдат, да еще в такое время! Не хочешь ли ничего сказать мне в свое оправдание?
Но человек был спокоен, и без страха взглянул сверху вниз на вампира-аристократа, словно вокруг него не было холодной, отсвечивающей багровыми отблесками костра, стали багнетов. Адам был готов поклясться, что если бы этот мужчина был врагом, то он без тени сомнений выхватил бы из-за пояса свой короткий широколезвийный топор, и зарубил бы высшее командование на месте, невзирая на свою расу, невзирая ни на что.
-----------------------------------------------------
* Граф Адам де Мариско, я чертовски рад Вас видеть, милсдарь! (бругг.)
** Полковник Иеремиас Грасс! (бругг.)
*** Вы себе не представляете, как я рад Вас видеть именно здесь и сейчас, мой друг! (бругг.)
**** А ты ничуть не изменился, разве что еще больше возмужал (бругг.).
***** Так же, как и Вы (бругг.).
****** А, старый пень (бругг.).
******* Драка (орл.).

Отредактировано Адам Де Мариско (07.12.2010 01:58)

0

3

[Окрестности Бругге] Замок Уорлин  https://forumstatic.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Сразу после происшествия на балу Эдмунд двинулся в путь, он собирался присоединиться к войску Аскаров в новом лагере. Он ничего не чувствовал, просто делал, так как ему велели. Совершенно не задумываясь о том, что может случиться на поле боя, Эдмунд старался побыстрей добраться до места. Это не было патриотическим жестом, ведь, по правде говоря, он давно наплевал на отношения людей и вампиров, его волновало лишь благополучие клана... хотя наверное все-таки и это скорее только желание угодить дяде.
Дорога была долгой, а Эдмунд не спал уже два дня, поэтому его вскоре уже начало клонить в сон, тем более что размеренные шаги лошади укачивали. Он задремал и перестал следить за дорогой, а проснулся лишь через полчаса от того, что лошадь резко качнулась. Сонно потирая глаза костяшками пальцев, Эдмунд оглянулся кругом, и с радостью обнаружил, что лошадь не сошла с дороги. Но радость сошла на нет, когда он заметил, что она прихрамывает. «Черт, возми! Только этого не хватало».
Юноша спешился и осмотрел лошадь. В копыте он обнаружил кусочек стекла, видимо от разбитой кем-то на дороге бутылки. Аккуратно вытащив предмет доставивщий трудность в дороге, Эдмунд присел и задумался. «Теперь вряд ли получится добраться в срок, а если попробовать поменять лошадь в какой-нибудь деревне, то я все равно потеряю время, ведь придется сойти с дороги и ехать в обход». Поднявшись на ноги, Эдмунд легонько потрепал лошадь по загривку и прошептал ей на ухо:
— Если не доберемся к завтрашнему утру, то придется сдать тебя на колбасу.
То ли по случайности, то ли на самом деле кобыла поняла хозяина, но она тут же сдвинулась с места и зашагала по направлению к Бругге. Эдмунд шел рядом, схватившись за поводья. Дорога обещала быть долгой...

(Продолжение следует...)

0

4

[Бругге] Имение семьи Ленокс  https://forumstatic.ru/files/0005/6e/de/42980.png

— Откуда тогда знаете, что мы ведьмой вас считали? — фыркнула девчонка.
Даниэль мысленно застонал. Неужели этим сорванцам даже не объясняли, что такое псионические способности? Отдали бы в школу, раз не удосужились позаботиться о достойном образовании и воспитании собственных отпрысков! Закрытая частная школа на субъективный взгляд Даниэля была бы идеальным решением проблемы. Правда, там детей разделят, и они вряд ли увидят друг друга раньше, чем лет эдак через десять. Но какое ему, Даниэлю, до этого дело? Он даже готов был из собственного кармана оплатить их обучение, чтобы избавиться от этой головной боли, вот только де Вирр вряд ли согласится разлучить их.
И тут началось.
— Дядя Даниэль! Я в туалет хочу! — выдала маленькая бестия.
Карета остановилась. Сразу же. Без всяких видимых причин. Посреди чистого поля. Даниэль не изменил позы и не открыл глаз. Не изменились ни голос, ни интонация, когда он все так же негромко произнес:
— Называйте меня: «Господин Даниэль», мазель Ленокс. Я ни в коей мере не довожусь вам родственником.
«И вечная моя благодарность за это св. Розе!»
Даниэль открыл глаза и чуть наклонился вперед.
— Горшок находится за спинкой вашего кресла. Полагаю, вы в состоянии справится с этим несложным предметом обихода самостоятельно в то время, как мы с вашим братом покинем карету, или вы хотите, чтобы я вам помог?
— Я тоже! Тоже хочу, — активно поддержал сестренку Альбус, — а можно мне из окошка?
— Нельзя, — Холодно произнес Даниэль. — Ветер боковой. А производить вышеозначенное действо против ветра — дело неблагодарное, как известно. Извольте покинуть карету, милсдарь.
При его последних его словах, дверца экипажа открылась, и Морис опустил подножку. Даниэль выжидательно смотрел на Альбуса:
— Вам помочь выйти, или вы в состоянии сделать это самостоятельно? — полюбопытствовал он с совершенно серьезным выражением лица, так, что не оставалось никаких сомнений, что он не только поможет выйти, но еще и за карету проводит. А как иначе? Вдруг бандиты, волки или дикие гули? Место пустынное — как раз только путников грабить. До деревушки, что скрывалась за поворотом резко уходящей влево дороги, было рукой подать, но дети об этом не знали. И доводить эту информацию до их сведения Даниэль не собирался.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (15.10.2011 17:47)

+5

5

[Бругге] Имение семьи Ленокс  https://forumstatic.ru/files/0005/6e/de/42980.png

«Точно ведьма!», — решила Альба, поднимаясь с пола кареты и потирая ушибленную пятую точку. Экипаж остановился столь резко, что дети даже пикнуть не успели, зато с грохотом повалилась к ногам даже не шелохнувшегося Даниэля. За такое вообще-то следовало сразу же огреть противного сопровождающего кулачком по коленке — благо что и нужная часть тела была перед носом, но девочка почему-то пожалела рыжеволосого мужчину. Почему? Она и сама не знала. Наверное, слишком разнесчастным стало выражение его лица, когда он услышал о желании Леноксов сходить в туалет и непременно поскорее. Настоящий колдун их бы уже съел, а этот вон терпит и молчит.
— Называйте меня: «Господин Даниэль», мазель Ленокс. Я ни в коей мере не довожусь вам родственником, — тут же поспешил исправиться Даниэль, чем мгновенно убил жалкие ростки сочувствия к себе. И слава Розе! Снежка была уверенна, что с таким-то родственником она бы и до первого юбилея не дожила. Ну или он бы не дожил до ее десятилетия. «А ведьм же раньше сжигали...» — мечтательно подумалось девочке, но вслух она смиренно произнесла совсем иное:
— Прошу прощения, господин Даниэль.
Судя по странному сдавленному хрипу, доносящемуся откуда-то сбоку, Умка был шокирован поведением сестрички, но та лишь вежливо улыбнулась сопровождающему и терпеливо стала дожидаться пока мужчины покинут карету...
... Минут пять из экипажа не доносилось ни звука, но потом из окошка высунулась довольная мордашка Альбы.
— Гоподи-и-и-ин Ло-о... Ой! Росси-и-и-и! — пронзительно закричала девочка. — Я перехотела-а-а-а! Возвращайтесь!

+5

6

[Бругге] Имение семьи Ленокс  https://forumstatic.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Умка сразу понял, что этот Господин Лоси не так-то прост. Не иначе — телепат. Нет, только подумать! Читает мысли... читер. Этот тонкий, по мнению самого Альбуса, каламбур позабавил мальчишку и на мгновение отвлек его от коварных замыслов детского разума. Но всего на мгновение. Когда надзиратель попросил его из кареты, мальчик метнул искру глазами в сторону этого непробиваемого зануды, но покорно, хотя и с неохотой, выбрался на улицу. Альбе, как и подобает, предоставили лучшие условия, но это как посмотреть. Здесь, на открытой местности, Альби мог быть уверен, что Даниэль Росси не станет подглядывать. Но, на всякий случай, стоит подстраховаться.
— Отвернитесь и считайте до десяти, — сказал он строго, расстегивая ширинку.
Ухо всегда нужно держать в остро, никогда не знаешь, чего можно ожидать нынче от вампиров. Альбус не стал дожидаться, какой эффект возымеет на Даниэля Росси его бескомпромиссная просьба и просто справил нужду, пристроившись за каретой, не особо замарачиваясь над тем, чтобы не задеть струей ее роскошную отделку. А в голове тем временем вертелась навязчивая зудящая мысль: «Что же задумала Альба?». По большей части сестра была генератором идей, а не реализатором, но сейчас возможность выдалась превосходная.
Даниэль Росси оказался на редкость крепким орешком, но это лишь сильнее раззадоривало малышню. Путь предстоял долгий, и дорога еще все поставит на свои места. Если хотите испытать кого-то на вшивость (в переносном смысле, разумеется, хотя нужно быть готовым ко всякому), нет ничего лучше утомительного совместного пребывания в одной сфере влияния.
Однако от пребывания с эти рыжим, обозвавшим себя серым волком, в чистом поле по спине пробегал холодок. От балды себя волком не всякий станет называть. А столь неряшливо брошенная фраза приобретала от того еще более устрашающий смысл. Но если эта псина посмеет полезть к Альбочке, то ему точно несдобровать.
«Хвост в узел завяжу», — мысленно пригрозил Альбус, догадываясь, что письмо дойдет до адресата.
Кто знает, что еще вырвалось бы из сего ментального потока сквернословий, если бы не победный крик сестрички о том, что она передумала.
«Моя умница!», — Альбус послал девочке самые теплые эмоциональные обнимашки. Эмпат с него хиловатый, но Альба, будучи близнецом, должна почувствовать.

Отредактировано Джулиан Ассман (27.06.2012 19:41)

+5

7

На костре Даниэлю тоже еще гореть не доводилось. Наверное, это было неприятно и крайне болезненно. Мимоходом подивившись кровавым и жестоким помыслам девчушки с ангельской внешностью («А ведь сожгла бы, дай волю, безо всяких колебаний, наверное»), Даниэль прикрыл дверцу кареты и проследовал по пятам за младшим Леноксом.
То, что дети относились к нему с отвращением и неприязнью, Даниэля ни в малейшей степени не смущало. Было бы странно ожидать от них любви к тому, кто увез их из родного дома. В этом плане судьба распорядилось как нельзя лучше. Будь на его месте де Вирр, ему бы пришлось нелегко. Эмпатия та еще мерзость, особенно, если беда затрагивает тех, кого ты любишь. Эта поездка была бы похожа на похоронную процессию. А сейчас детям, увлеченным идеей свести Даниэля с ума, ну или хотя бы в могилу, было некогда задумываться о своих печалях. И Даниэль считал, что лучше уж пусть выдумывают каверзы, чем ревут на два голоса.
До деревушки, где он собирался пообедать, было рукой подать. И этот факт был как нельзя кстати. У Даниэля со вчерашнего полудня маковой росинки во рту не было. Он был голоден и намеревался в полной мере насладиться здоровой деревенской пищей. И дабы не портить предстоящее удовольствие, Даниэль решил, что пятнадцатиминутный таймаут будет на пользу и ему и детям. Поэтому он лично проследил за тем, как Альбус, преисполненный самых оскорбительных мыслей насчет своего провожатого, вернулся к сестре, на мордашке которой застыло смиренно-лукавое выражение, и захлопнул дверцу кареты, оставив детей наедине со своими коварными замыслами, а сам вскочил на сидение рядом с Морисом.
Небольшая, харчевня (явно, предмет гордости и неустанной заботы своих хозяев), выходившая фасадом на самый тракт, и о которой у Даниэля остались самые теплые воспоминания, почему-то теперь вызвала смутной беспокойство. Были ли тому причиной собаки, которые вопреки обыкновению не путались под ногами лошадей, а были привязаны где-то на заднем дворе, о чем возвещал хриплый отрывистый лай и громыхание цепи, или дело было в лихорадочно-возбужденных, скачущих мыслях, возникающих в головах тех, кто был внутри, Даниэль так и не понял.
Дверь распахнулась, и хозяин радушно приветствовал гостей, хотя на взгляд Даниэля, приветствие было излишне горячим, а вид у трактирщика — несколько бледноватым. Но Даниэль не был эмпатом. Совсем. Поэтому не стал разбираться в эмоциях, обуревающих трактирщика, и с легкостью отнес некоторую суетливость и нервозность хозяина на несварение желудка. Хотя причиной повышенного интереса хозяина к вновь прибывшим гостям могли быть и четверо постояльцев крайне сомнительного поведения и самой что ни на есть разбойничьей внешности, если судить по тем двоим, что ошивались сейчас у дверей. Но что за дело было Даниэлю до них? Впрочем, как и до проблем трактирщика.
Морис вопросительно взглянул на Даниэля, но тот лишь качнул головой:
«Нет. Лошадей не распрягать. И не поить. Обедаем и едем дальше».
Морис только вздохнул и открыл карету.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (16.10.2011 11:27)

+5

8

...Спустя мгновение с веселым писком из экипажа вывалились растрепанные и покрасневшие дети, которые под тяжелым взглядом Даниэля тотчас умолкли и навесили на мордочки серьезное и даже немного скорбное выражение. Близнецы всегда находили себе занятие даже в самые скучные часы, и эта поездка не стала исключением. Сначала озадаченные побегом сопровождающего Леноксы немного всплакнули, вспомнив о причинах своего путешествия, но потом решили, что родители обязательно найдутся и заберут своих отпрысков обратно домой, а пока нужно вести себя так, чтобы папочка с мамочкой не огорчались где-то там. Придя к такому умозаключению, брат с сестрой чинно расселись и какое-то время молча глядели на однообразный пейзаж за окном. Спать им не хотелось, а тряска и ничегонеделание ужасно утомляли. Первым развлечение придумал Умка — он стал подкидывать и ловить плюшевого бегемота, с которым Альба не расставалась ни на минуту. Вскоре к увлекательной ловле игрушки присоединилась и девочка. Малыши толкались, смеялись и пытались удержать равновесие в трясущемся экипаже. И надо же было им навалиться на дверку в тот момент, когда возница почтительно ее распахнул перед господином Росси...
Альба взяла брата за руку и послушно засеменила вслед за Даниэлем, чуть ли не наступая ему на ноги. Невдалеке грозно лаяли собаки, и девочка старалась не отставать от мужчины, умудряясь еще и тащить за собой глазеющего по сторонам брата. Даниэль остановился и с крайне скучающим видом выслушал приветствие суетливого трактирщика, изредка поглядывая на двух странных дядек, что прогуливались вокруг трактира. Для Снежки такое окружение было в новинку, и оно ей определенно не нравилось. Если бы не бегемот, она бы и господина Росси схватила за руку, а так пришлось лишь прижаться к нему и одним пальчиком вцепиться в штанину.
— А мне кушать совсем не хочется, дядя... то есть господин Даниэль, — шепотом сообщила ему Альба и покосилась на Альбуса, ожидая, что тот ее поддержит.

Отредактировано Альба Ленокс (16.10.2011 16:18)

+5

9

Если вы когда-нибудь были ребенком, то должны быть в курсе, во что верят дети. В дисциплину! Что-что? Сомнительно звучит, говорите? Не спорю, дисциплина в детском восприятии реальности выглядит весьма искаженной, но, как и должно, главной мерой воспитания должна быть железная хватка. Все как у пиратов. Тебя ослушался жалкий матрос? Отправь его к русалкам, пусть им выскажет свое недовольство. Сила и устрашение — вот они, столпы власти. Тогда и не придется прибегать к демонстративному наказанию. Вам может показаться, что Альбус жесток, но это, право же, огромное заблуждение. Альбус не жесток. Это все дети таковы. Борьба скрашивает жизнь (спросите у любого мальчика, упивающегося приключенческими романами), и никто так не готов бороться, как дети. Альбус был готов. И он всегда был на чеку. Будь он немного постарше, то еще на подъезде к трактиру почуял бы неладное. Но там, где подводила псионика, срабатывало врожденное детское свойство — чутье пятой точкой. На один короткий миг в штиле даниэлевского эмоционального фона всколыхнулась одинокая волна беспокойства, но, как и начертано на ее короткой доле, растворилась мелкой рябью. Что-то было явно не в порядке, и Даниэль Росси это заметил, хотя и плевать хотел на все с высокой колокольни. «Ну какой же тугой!». Двое типов, маячащих у входа, малость привлекли внимание рыжего, да и то презрительно-безразличное. Зато Альбочка, судя по тому, как костяшки ее пальцев впились в руку брата, взволновалась более остальных.
— Не боись, сестренка, я со всем разберусь, — храбро, заикаясь, шепнул ей на ухо Альбус, упорно нащупывая в кармане рогатку.
Больше ничего не оставалось. Булавкой особо вреда не нанесешь и фантиками их не заинтересуешь. При желании можно дунуть в свисток, да так, чтобы мозги вытекли через уши, но не взбесит ли это псину?
«Это я о собаке. Снаружи», — мысленно заключил он, как бы обращаясь к самому себе.
Даниэль Росси еще раз многозначительно вздохнул и направился к трактирщику. Как и следовало ожидать, Альба была не голодна. А вот мальчишка, напротив, голоден аки волк. Злой и страшный. Он бы и от Даниэля Росси откусил со всех сторон, только дай дорогу. Но это место было Альби явно не по душе, и желание набить брюхо еще не возобладало над инстинктом самосохранения. Хотя оный, признаться, у Альбуса всегда прихрамывал. Стоит только вспомнить тот случай, когда дуралей полез в кастрюлю с кипящими яйцами, чтобы проверить, не вылупятся ли из них драконы. Ну, ведь и ежу же известно, что драконятам нужна высокая температура для вылуплевания... вылупляния?... вылупления?. Это он и пытался потом объяснить их семейному доктору, когда тот обрабатывал ожоги.
— Да, Господин, — крайне учтиво заговорил Умка, — мы бы предпочли не трапезничать в этой х... харчевне. Может, откушаем в карете?

Отредактировано Джулиан Ассман (22.02.2013 14:44)

+5

10

Даниэль вздохнул. Чтобы откушать в карете, нужно, чтобы было чем откушать. Тащить продукты от Бругге по такой жаре — глупость несусветная. Даниэль предпочитал свежую пищу. Желательно, чтобы она еще была живой и дергалась. Но об этих подробностях детям знать было необязательно.
— Здесь совсем неплохо кормят, — рассеяно отозвался он на робкие доводы детей. — Возможно, у вас проснется аппетит.
Солнце клонилось к закату, но даже после его умеренного света, глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к полумраку обеденного зала. И вот тут Даниэль впервые пожалел, что не оставил детей в карете. Кто бы мог подумать, что в цивилизованной стране подобное возможно? Зато стало понятно, откуда у здешних лесов такая репутация.
Даниэль метнул взгляд на хозяина, который с разнесчастным видом прятал глаза. Тоже своего рода заложник обстоятельств. Даниэль пожал плечами и с философским спокойствием решил, что если уж стычки не избежать, то пусть это произойдет на сытый желудок. Да и детей следовало накормить. И дать время Морису.
Даниэль сделал заказ и с непринужденным спокойствием откинулся на спинку стула. Умопомрачительный аромат слабо прожаренного мяса отодвинул возникшую проблему на второй план. Бледная, как тень, девушка сноровисто выставила на стол тарелки и блюда с самой разнообразной снедью, кувшин с вином, разбавленным кровью для Даниэля и со свежим молоком для детей.
Глядя на расстроенную девицу, Даниэль даже на некоторое время позабыл о том, что голоден. Мягко коснулся разума, вызвав к жизни подспудные, тщательно скрываемые, желания. Девушка вспыхнула, вскинула на Даниэля блестящие перепуганные глаза. Эх, прижать бы ее в темном коридоре к теплой стенке. Как легко отозвалась. Он смотрел вслед девушке и задумчиво крутил в пальцах острый нож для резки мяса.
К печальным реалиям Даниэля вернули нетерпеливые мысли главаря этой теплой компании. В этом были все неприятности с людьми. Они всегда торопились. Торопились жить, торопились любить, торопились умирать. Хотя как раз сейчас убивать было нельзя. Не хватало еще, чтобы де Вирру пришлось вытаскивать Даниэля из местной тюрьмы. Да и не его это дело наводить порядок в чужой стране. Даниэль не хотел неприятностей. Он хотел поесть, забрать детей и уехать. Пожалуй, Даниэль бы даже заплатил. Но беда в том, что им не нужна была часть, им нужно было все.
«Жадность — зло».
— Что, и пообедать не дадите? — полюбопытствовал Даниэль, не поднимая взгляда от стола.
— Ну отчего же? — осклабился предводитель и пересел за соседний стол как раз напротив Даниэля. — Кушайте-кушайте. Коли аппетит есть, что ж не пообедать?
Даниэль кивнул, не размениваясь на благодарность, посмотрел на детей:
— Ешьте. У нас мало времени.

+5

11

Обычно Альбусу хватало намного меньше времени, чтобы сообразить, что ситуация становится устрашающей. Но когда корчишь из себя героя, объективное восприятие реальности несколько искажается. Если вернуться к теме туго срабатывающего инстинкта самосохранения, то можно припомнить еще один случай. Как-то раз, года три назад, когда Альба как раз научилась читать, Альбус открыл для себя воздушных пиратов. Герои сказки, которую по слогам читала сестра (долгая же была сказка), занимались незаконным сбором молний, чтобы после так же незаконно сбывать. Ну и несложно догадаться, какая очередная бредовая идея пришла на ум тогда еще совсем мелкому Альбусу — гоняться за молниями. Мальчишка тогда свято поверил, что пираты обязательно возьмут его и Альбу на свое судно, когда увидят, на что он, Альби, годится, и близнецы прослывут самыми юными воздухоплавателями в истории. Если уж с драконами не сложилось, то на дирижаблях еще есть шанс полетать. Несложно представить, чем бы закончился его марафон по полю с сачком для бабочек под раскаты грома, если бы ему тогда не посчастливилось (конечно, в контексте происходящего — большая удача) подвернуть ногу и расквасить нос. Если бы не это, то наблюдавшая за действом, не без любопытства, признаться, сестра не сочла бы, что Альбусу нужна помощь и не позвала бы гувернантку. Ох, и влетело же ему тогда от Перри! Кажется, он еще недели с две ходил с румяной попой, которая в тот день познала очень важный жизненный урок: никогда, никогда (!) не делай ничего дурного, опасного или пакостного... если тебя могут поймать на этом. Собственно, тогда Альбус понял, что героем быть некошерно — герои получают по заднице. Но как же заманчиво! Не получать по попе, а искать на нее приключения, разумеется. У взрослых свои зависимости (некоторые из них и по заднице получать любят, да), у юного Ленокса — своя. Ему только дай погеройствовать, хлебом не корми.
Казалось бы, ситуация, сложившаяся в харчевне, одна из многих. Но с одним лишь существенным различием — прежде опасности были случайными, они не были умышленной угрозой. А угрозу мальчонка чувствовал. То ли, как обычно, пятой точкой, то ли заработала таки эмпатия. Если подумать, двоих он успеет уложить рогаткой. Благо, с собой были стеклянные шарики для игры в мини-крокет. Интересно, Даниэль Росси справится с остальными? Рогатки то у него нет.

+6

12

Никогда в жизни Альба так быстро не запихивала в себя обед. Умка даже позабыл о своей порции и, разинув рот, завороженно смотрел, как его сестра уминала все, что ей было предложено. Не канючила, не капризничала и уж тем более не хныкала, а молча орудовала ложкой. Забавно? Да уж. А с какой скоростью вы бы трапезничали, когда перед вами сидит огромный бугай и так недобро ухмыляется, нетерпеливо постукивая пальцами по столу? А в защитниках у вас восьмилетний брат с самодельной рогаткой да суровый, но до обидного худощавый сопровождающий. Не мог что ли дядя Эдгар кого-то повнушительней им выделить? Девочка с тоской сравнивала кулаки рыжеволосого и незваного соседа по столу. Последний шел с огромным отрывом и всем своим видом обещал неприятности обедающей троице.
Но что уж сейчас об этом думать — кушать, кушать надо! Снежка с тревогой покосилась на «колдуна» и решила — без боя они с Альбусом не сдадутся. А то вдруг дядя Эдгар не простит им убитого Даниэля и отдаст Леноксов кому-нибудь другому? Они же не переживут! Господин Росси тем временем являл собой образец спокойствия и хладнокровности. «Вот уж прости, Святая Роза, дурень», — совсем как взрослая мысленно сетовала Альба, — «нет бы поголодать до Орлея...». Судя по испепеляющему взгляду сопровождающего, он категорически не был согласен с этим выводом, но вслух комментировать мыслишки крохи не стал. А Умка так и сидел истуканом над полной тарелкой, таращась на белокурую сестренку. И чего, спрашивается, заснул? Альба быстро схватила кусок мяса у брата с блюда и засунула в рот — Даниэль же сказал, что времени в обрез. А оставлять еду этим образинам было жалко.
Главная образина тем временем нетерпеливо засопела и стала медленно наливаться краской. Снежка с потрясающей синхронностью стала бледнеть. Сопение усилилось, крошечная ручка нашарила вилку. Морда бугая стала пунцовой, дыхание Альбы участилось в пару раз. И вдруг тарелки со странным грохотом резко подскочили на столе и дружно опрокинулись на бандита. Девочка поежилась — телекинез проснулся совсем не вовремя.

Отредактировано Альба Ленокс (19.10.2011 23:54)

+5

13

Даниэль опустил взгляд на светлую макушку Ленокса-младшего, и уголки его губ чуть дрогнули, словно он хотел улыбнуться. А мальчонка — кремень. Вот только с рогаткой и шариками переть против двуствольного пистолета, с убойной силой, способной остановить разъяренного быка, и трех шестизарядных револьверов, один из которых, почти теряясь в тяжелом кулаке громилы, сидящего напротив, из-под стола смотрит Даниэлю в живот, а еще парочка из-за двери — в грудь, глупость та еще.
Обстановка накалялась. На то, чтобы разъяснять мальчишке положение вещей, времени почти совсем не оставалось. Но, как оказалось, времени было еще меньше, чем Даниэль ожидал. Девочка, вызывающая трогательное умиление своим аппетитом, очень красноречиво выразила отношение к происходящему вообще, и к неприятному типу напротив − в частности.
Все остальное произошло очень быстро и совсем не так, как планировал Даниэль. Тяжеленный большой дубовый стол, за которым они сидели, опрокинулся на громилу, одновременно с грохотом выстрелов. Даниэль метнулся в сторону. Пола его плаща, как черное крыло, на мгновение закрыла обзор. Вилки и ножи со столов со звоном взвились воздух. Часть из них вонзилась в деревянную обшивку стен, но некоторые, судя по воплям, нашли свою цель.
Дверь, ведущая на кухню и в кладовые, распахнулась, и Морис, как коршун, схватил ребятишек в охапку. Через мгновение, проскочив путаницей узких коридорчиков и закутков, он через дверь черного хода уже выскочил на улицу как раз напротив открытой дверцы кареты.
Даниэль двигался быстро. Но будь он даже в шкуре зверя, по всем законам физики, он не мог бы двигаться быстрее, чем пуля. А с расстояния менее десяти метров трудно промахнуться. Даниэль не был факиром и не умел эффектно ловить пули зубами. Потому словил, как сумел. Одну довольно удачно — в правый бок навылет. Другая вошла в плечо, ударилась о кость и застряла довольно глубоко, лишив правую руку подвижности. Зато, благодаря Альбе, та, что была направлена ему в живот, всего лишь выбила щепку из стола, который погреб под собой незадачливого грабителя.
Кухонная дверь, вовремя захлопнувшаяся за спиной Даниэля не без помощи бледной девицы с блестящими глазами, украсилась несколькими аккуратными черными дырочками.
«Спасибо, милая...»
Он навалился здоровым плечом на тяжелый шкаф с какой-то утварью, уронил его с грохотом, заклинив дверь. Даниэль провел теплой ладонью по щеке перепуганной насмерть девушки. Однако же на выражение большей благодарности времени совсем не оставалось.
Морис запихнул детей в экипаж, закинул подножку, но оставил дверцу открытой, после чего ловко вскочил наверх и хлестнул лошадей. Шестерка вороных фризов резко взяла с места в карьер. Даниэль запрыгнул уже на ходу, потеснив детей и неловко завалившись на бок. Дверца с грохотом захлопнулась за ним. Карета ощутимо подпрыгивала на ухабах.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (21.10.2011 09:30)

+5

14

Если бы мадам Браунфельс увидела, как Альба захомячила предложенную ей еду, а потом уплела еще и альбусову порцию, у нее бы волосы выпали. На самом деле Умка никогда не видел, как у удивленных людей выпадают волосы, но ему такая вероятность казалась, как минимум, забавной. Да, что и говорить, это был Альбин звездный час. Сначала она доказала что таки умеет работать челюстью (а не только манку уплетать), а потом еще и вычудила то, чего ее брат так ждал всю дорогу — шутку юмора ее телекинеза. Он, телекинез, умел скрасить серую реальность, когда никогда этого не ожидал. Альба еще не умела его контролировать. Проявляйся он просто слабо, не было бы так весело. А на деле все обстояло так, что у Альбы, в силу ее малой подвижности, накапливалась скрытая энергия, которая с охотой находила выход в телекинезе. Повезло же — у Альбуса только обнимальная энергия накапливалась. В общем, мальчишка снова возгордился сестренкой, когда увидел летающую тарелку с объедками. И все было бы еще более уморительно, если бы на троицу не воззрились мерзкие рожи бандюганов и устрашающие дула их револьверов. Все, что произошло после, можно описать одним словом — «Опупеть!». И Альбус опупел. Еще бы, такое дело... В общем, слушайте. Сначала стол превратился в баррикаду, отрезав Даниэля Росси и детей от мужика напротив. А потом — о, чудо — в воздух взмыли все столовые приборы и почикали пару человек. А он был крут, этот Даниэль Росси! Не в обиду Аьбочке, но ей до него далеко. Умка еще ни разу не видал, чтобы кто-то так ловко швырял предметы силой мысли. Хотя и Альба давала жару, если на то пошло. Может, в пылу сражения и легко было ошибиться, но мальчик был почти уверен, что его сестра только что спасла жизнь рыжему, когда пуля, устремленная в его живот, оказалась редкостной дурой. А ведь сам Даниэль Росси в этот момент смотрел в другую сторону. Да, сестренка не промах... К слову, о пулях. Если бы возница пулей не влетел в помещение и не вылетел оттуда с охапкой брыкающихся (ну, один точно брыкался) белобрысых детей, Альбус смог бы рассмотреть еще больше. Возможности задать кому-то оставалось все меньше, и отважный герой не хотел упускать свой шанс. Пока парень практически за шкирку волок Умку, тот, что есть духу, натягивал резинку рогатки. Тааак, осталось прицелиться... «Да, ты, жирный, стой на месте, будь так любезен». Бамс! Есть! Прямо в лобяру! А следом хлопнула входная дверь, и трактир стремительно начал удаляться. Альбус почувствовал себя мешком сена (в лучшем случае), когда возница зашвырнул его на сиденье кареты. Сверху приземлилась, а точнее прикаретилась, и Альба. Сердечки малышей так и клокотали, как маленькие птички в их маленьких клетках. Но уже не от страха. «Опупеть!», — снова очнулся комплекс Дон Кихота. Конечно, Альбус был еще слишком мал, чтобы рисовать себе образ некой прекрасной дамы сердца. Но у него и так была своя дама, которая, как выяснилось, тоже не пальцем делана («Да-да, я перестану так говорить, обещаю»), и может сама защитить кого угодно.
— Опупеть! Альба, мы участвовали в настоящем сражении! Уииии!

Отредактировано Джулиан Ассман (22.02.2013 14:47)

+5

15

Судя по воинственным воплям брата, он одобрил летающие тарелки и, будь его воля, повторил бы трюк девочки, но сама Альба расстроилась — нужно было потолок обвалить на этих гадов. Но предаваться размышлениям и жалеть о так неразумно растраченной силе времени не было. Послышались выстрелы, одновременно с ними грохот опрокинутых стола и стульев и забористые ругательства огорченных нежеланием путешественников тихо умирать бандитов. Самый воспитанный из присутствующих ограничился рыком «с девчонки я кожу сдеру» и выстрелил в Даниэля. В их Даниэля! Перспектива лишиться кожи не так возмутила Снежку, как пуля, летящая в господина Росси. Крошка похолодела, когда поняла, что увернуться мужчина просто не успеет. Пусть он злой и противный, пусть колдует и что-то замышляет против них с Умкой, пусть он дурак в конце-концов, что решил тут остановиться, но это не повод убивать их сопровождающего!
— Не сме-е-е-ей! — завизжала девочка, бросаясь к стрелявшему. Но добежать не успела — Альбус был начеку и схватил расхрабрившуюся сестренку за шиворот, чуть не придушив при этом. А самого Альбуса сгреб в охапку неизвестно откуда взявшийся возница. Малышка попыталась вырваться, но брат не хотел оставлять Снежку одну на поле боя. Нет, не потому что переживал (хотя и это тоже было, но в гора-а-аздо меньших количествах), просто нечестно выходило — Умка-то тоже хотел наподдать этим гадам. Морис поудобней перехватил младших Леноксов, но Альба все равно успела пнуть ножкой в пах самого крайнего безоружного (вилка, воткнутая в руку благодаря Даниэлю, заставила обронить револьвер, а Альбусу нужно было всего-ничего, чтобы отфутболить оружие подальше) бандита, который попытался остановить слугу с детьми. Дальше маленькая ревенантка просто зажмурилась и позволила себя волочь, а потом и куда-то кидать, твердо и больно, к слову, кидать. Открыла глаза девочка, лишь когда кто-то на нее навалился, тяжело дышащий, но живой «кто-то».
— Опупеть! Альба, мы участвовали в настоящем сражении! Уииии! — слова брата почему-то не обрадовали Альбу — совсем не так рисовались девочке настоящие приключения. Она всхлипнула раз, второй, а потом... потом прижалась к Даниэлю, уткнулась носом ему в грудь и заплакала. Сил практически не осталось — последние ушли на то, чтобы ту проклятую пулю в сторону отправить. Она хотела обратно запулить, но увы... Зато теперь все хорошо. Господин Росси рядом, живой и невредимый... Невредимый? Снежка почувствовала, что ее ручка, которой она держала их сопровождающего за правый рукав, становится мокрой и липкой. Девочка поднесла ладошку к глазам и замерла — не получилось у нее спасти Даниэля от всех пуль...
Конечно, убить вампира (да и ревенанта) парочкой пуль было крайне затруднительно, но кто об этом вспомнил бы в такой ситуации? Альба затряслась, но плакать перестала, а лишь пнула брата локтем, хотя тот и так прекрасно учуял кровь и испуганно притих.
— Вы только не умирайте, дядя Даниэль, — дрожащими голосами попросили сопровождающего дети с трогательным единодушием решив, что будут скучать за рыжеволосым колдуном. Правда, они даже не знали — хватит ли у господина Росси сил прочесть их мысли, или же он совсем слаб. Кто вообще этих дядек взрослых поймет — молчит, не стонет даже. То ли боль терпимая, то ли уже вот-вот Розе душу отдаст...

Отредактировано Альба Ленокс (20.10.2011 23:57)

+6

16

Карету вновь швырнуло в сторону, и Даниэль, скрипнув зубами, выпрямился. С детьми, благодарение небу и Морису, который привык выполнять приказы Даниэля четко и беспрекословно, все было в порядке. Мальчишка еще горел боевым азартом. И был не прочь вернуться и накостылять врагам еще разок. А вот девочка, после очередного толчка оказавшаяся у него на коленях, от пережитого волнения всхлипнула, ткнулась носом в рубашку на его груди и разревелась.
Даниэль растерялся. Святая Роза в свидетели, ему было проще, когда его ненавидели, строили козни и сжигали на воображаемых кострах. А как прикажете успокоить ребенка, если отвлечь-то его внимание от горестных рыданий решительно не на что? Даниэль неуверенно поднял левую руку и неловко погладил девочку по белокурым волосам.
Он прекрасно понимал, что из верных четырех пуль словил только две благодаря двум восьмилетним детям. Расскажи кому, не поверят, что взрослого, умудренного жизнью, вампира может спасти стеклянный шарик, выпущенный недрогнувшей рукой непоседливого мальчишки, и внезапно проснувшиеся способности перепуганной девочки, которая совсем немужественно хлюпала сейчас носом. Сложись все иначе, дети с Морисом мчались бы сейчас в карете, а он... Даниэль не хотел об этом думать.
Всхлипывания прекратились. Вот только причиной была вовсе не неумелая ласка Даниэля.
— Вы только не умирайте, дядя Даниэль...
— Такого удовольствия я никому не доставлю, — очень серьезно, без тени улыбки заверил детей Даниэль. Он, как обычно, говорил негромко, с заметным оресианским акцентом, немного растягивая слова на гласных и четко произнося все звуки. Разве что голос стал чуть более хриплым.
— Вам нужно пересесть, мазель Ленокс, иначе вы испачкаете платье, — Даниэль, вытер краем своего плаща измазанную кровью ладошку малышки, снял притихшую девочку с коленей и пересадил на переднее сиденье, кивком отправив мальчишку туда же. С некоторым сожалением окинул взглядом лиловую обивку, неловко, левой рукой расстегнул у горла застежку плаща, накрыл им сиденья, в надежде, что это хоть в какой-то мере убережет их от безобразных пятен крови.
Экипаж влетел под сень высоких деревьев. Данцигский лес, издавна пользующийся дурной славой, принял их под свое сомнительное покровительство. Ночь им предстояло провести в лесу, поскольку соваться в горы в темноте было чистой воды безумием. Карету нещадно подкидывало на ухабах.
«Растрясет...», — отрешенно подумал Даниэль и откинулся назад, прикрыв глаза. Словно услышав его, Морис перевел лошадей на неспешную рысь, а вскоре экипаж и вовсе остановился.
Морис открыл дверцу:
— Здесь ручей неподалеку. Лошадей бы напоить и дать им отдохнуть.
Даниэль кивнул, не открывая глаз. Нужно было дойти до ручья. Вымыть и перевязать раны. Он терял непозволительно много крови. Но двигаться не хотелось. Бросив тревожный взгляд на хозяина, Морис преувеличенно бодро обратился к детям:
— Ну что, поможете хворост собрать, пока я лошадей распрягу? А то дело к ночи, а мы без костра. Непорядок.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (22.10.2011 11:42)

+6

17

Даниэль ответил не сразу, и за это время бурная фантазия Альбы уже нарисовала картинку похорон их сопровождающего — печальный Эдгар де Вирр, она с братом, обряженные в черные костюмчики, и рыдающие девушки... Много юных девушек. В сказках колдуны всегда нравились хорошим и прилежным барышням, это девочка знала точно. Она, конечно, уже догадывалась, что никакой господин Росси не колдун, но воображать, что едешь рядом с могучим волшебником, было куда интересней.
— Такого удовольствия я никому не доставлю, — обещание вампира заставило отвлечься от нездоровых фантазий и немного успокоило детей. Снежка позволила себя отсадить, хотя была уверена, что раненому мужчине нужны женское сочувствие и забота. Альбус приткнулся рядом, тихо сопя от напряжения. От брата пахло манкой и пылью или пыльной манкой? Но пахло хорошо, уютно так и вкусно. Леноксы таращились на господина Росси и боялись даже пикнуть — вдруг тому хуже станет. Даже когда карета подскочила на каком-то особо зловредном ухабе, и дети свалились на пол, они тихо поднялись и вновь устроились на сидении, стараясь лишний раз не шевелиться...
Когда возница распахнул дверь, то весь съеденный обед Альбы уже вот-вот грозился явить себя усталым путешественникам. Девочка подскочила и пулей выскочила из экипажа, зажимая рот руками, на которых еще остались следы крови Даниэля. На свежем воздухе стало немного легче, но желание лечь и умереть никуда не делось. На просьбу Мориса бледная Снежка лишь кивнула и схватила брата за руку, который, кряхтя от напряжения, неторопливо вывалился с кареты. Умка дураком не был, поэтому он прекрасно понимал, что стоит сестре открыть рот — и авария будет неизбежна. Собственно, наклоняться тоже не стоило. Ну что за невезение? Альбус вон никогда не переедал, да и тошнило его всего пару раз, а ее только за время знакомства с господином Росси — второй.
Девочка совсем приуныла, сделала пару шагов в сторону, глянула под ноги и завизжала — перед детьми лежал полуистлевший скелет неизвестного, сжимающего некогда бывшими пальцами костяшками какую-то сгнившую деревяшку. В наступающих сумерках маленькие ревенанты видели лучше возницы, поэтому тот не сразу даже сообразил, почему спустя мгновение заголосил и мальчишка, причем с легкостью перекрикивая свою сестренку.

+5

18

Альбус никогда не понимал, почему все вокруг такие серьезные и скучные. Ну да, бывают в жизни огорчения, но не нужно из-за них портить себе всю малину. Ну, ели-пали, приключение, настоящее! А они.. эх. Альба раскисла, а Даниэль Росси и вовсе помирать собрался, ну или, по крайней мере, грозился. Конечно же, Умка был не настолько безрассуден. Все он понимал. Но одного вида крови было мало, чтобы ему поплохело. Да и расчувствовать его было не так-то просто. Если уж по-честному, он тоже испугался за их рыжего надзи... сопровождающего, и малодушно пропищал что-то в духе «не умирайте, дядя Даниэль», но ведь нельзя же сходу ударять в грязь лицом. Того и гляди, можно прослыть плаксивой девочкой. Альбе того можно, она девочка и есть, но настоящие мужчин типа Альбуса должны всегда держать марку. Нееет, отважное сердце Альбуса Ленокса колотилось в такт неслышному героическому маршу в исполнении духовых инструментов. Если немного подключить воображение, то можно рассмотреть, как солоновато-горький ветер теребит белокурые волосики, а лиловый взор детских глазищ устремляется далеко за горизонт. Сраженный враг позади, а впереди новые приключения. Опасные и неизведанные. Ритм подхватили барабаны. Духовые стихли, а фортепиано взяло верх. Эпос сменился лирикой. Заплакала скрипка. Что за дела? Эта слащавая тягомотина не в духе Альбуса. С мерзковатым звоном Умкины грезы осыпались на пол кареты, когда сестра, тиская Даниэля, как какую-то кошку, нащупала кровь. Умка сглотнул. Тогда уже и ему стало не по себе. Как и было уже сказано, вид крови Альбуса не пугал, но перспектива потерять защитника в невообразимой дали от дома его нисколько не тешила.
— Такого удовольствия я никому не доставлю... — прозвучало на удивление утешительно.
Даниэль Росси, парень не промах, с крепкими орешками такой. То ли он боялся показать слабость, то ли пребывание в обществе детей и впрямь давалось ему чертовски сложно, но он так и не смягчился, не проявил большего радушия. «И это после того, как мы так отважно сражались! После того, как Альба спасла его шкуру!». А по отношению к волку это была особо удачная метафора. Умка недовольно запыхтел, но зернышко сочувствия было посеяно. «Не так и плох... хотя бы без блох».
Пока карета мерно и ритмично подскакивала на ухабах проселочной дороги, ситуация постепенно утрясалась. Альба перестала сопли тягать, а Даниэль Росси хотя бы дышал ровнее. Но выглядела сестрица похуже раненого, неважнецки, мягко говоря. На бледном личике красовались серые разводы от слез и пыли с дороги, глаза раскраснелись от плача, а кожа приобрела какой-то зеленоватый оттенок, словно Господин Желудок не желал держать свои мысли при себе. А еще руки, яй... кармин запекшейся крови привносил еще одну жуткую ноту во весь Альбин загробный образ.
Наконец, карета заскрежетала на повороте и кони сбавили ход. День уже клонился к закату и обещал не преподносить более сюрпризов, до поры до времени. Детвора кубарем выкатилась из кареты. Ноги затекли от продолжительного сидения, а попа стала походить на лепешку. Надо бы размяться. Тут и пришлось как нельзя кстати поручение возницы (как же его зовут, в конце концов?) насобирать веточек для костра. Альбус хотел было фыркнуть по привычке, но с удивлением осознал, что совсем не против это организовать. Теперь они уже были на необитаемом (на первый взгляд ) острове, где им предстоит найти пищу и кров, отбиваясь периодически от аборигенов-людоедов. Кстати, о людоедах... Это что еще за дрянь такая? Йой! Мамочки!!!

Отредактировано Джулиан Ассман (22.02.2013 14:49)

+4

19

Блаженная минута тишины и покоя длилась... минуту. Во всяком случае, не больше. Не успел Даниэль мысленно поблагодарить Мориса, ведь парень все делал правильно: и остановил вовремя, когда Даниэль уже готов был наплевать на свою гордость и сам просить об этом, и место нашел подходящее (а оно было подходящим, потому что не чуял Даниэль в округе ни одной твари крупнее белки), и с лошадьми управится, и костер разведет, и детей увел. Все верно. Не дело детям смотреть на то, как мерзко он будет выглядеть, когда попытается покинуть экипаж. Насчет пули Морис знать не мог, но почувствовал ведь что-то, даром, что человек. Наверное, и у людей в минуты опасности просыпается какое-то обостренное чутье.
Бессвязные размышления Даниэля были прерваны самым душераздирающим образом. Детский крик оглушил, резанул по нервам. Лошади отозвались на этот вопль храпом и диким ржанием, прянули в сторону и, гонимые стадным инстинктом, рванулись прочь. Было бы конечно эффектно, если бы Даниэль выбрался из кареты и остановил несущихся вскачь лошадей. Но он не был супергероем. Он был живым существом из плоти и крови. Причем, последней было явно меньше нормы. Так что ничего героического Даниэль сделать не успел. Только зарычал глухо, когда со всего маху врезался раненым плечом в угол.
Карету бросило вбок, оба левых колеса на мгновение повисли в воздухе. Даниэля швырнуло о стенку, противоположную открытой дверце, а почти сразу назад, на сиденье. А через миг, неуправляемый экипаж, влекомый шестеркой испуганных лошадей, исчез в сгущающихся сумерках. А еще через несколько секунд раздался грохот, треск и все стихло.
Морис, на крик метнувшийся было к детям, бросился назад, чтобы остановить лошадей, но не успел. Проводил взглядом удаляющийся экипаж, и вновь кинулся к детям, наступив впотьмах на останки несчастного. Когда под сапогом хрустнуло, он невольно опустил взгляд, присел, обнял детей, сказал растеряно и невпопад:
— Вот так вот... — и зажмурился, когда за спиной раздался грохот опрокинувшейся кареты.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (22.10.2011 10:46)

+5

20

Даже в самом отвратительном явлении есть доля прекрасного — это Альба усвоила в тот момент, когда поняла, что тошнить ее перестало. Скелет с остатками ссохшейся кожи и мышц напугал девочку настолько, что все остальные ощущения не просто отошли на задний план, а испуганно забились в самый дальний и темный угол, предпочитая не напоминать о себе до поры до времени. А вот Умке, судя по нежно-зеленой моське, основательно поплохело только сейчас. Бандиты, кровь, тряска ему были нипочем, а какие-то безобидные останки вызвали такую вот бурю эмоций, смешно же. Сама Альба — девочка храбрая, заверещала она от неожиданности, что тут бояться-то? Маленькая ревенантка собиралась и дальше оглашать окрестности воплями (надо же брата поддержать), как послышалось тревожное ржание и топот быстро удаляющихся лошадей. Снежка в миг закрыла рот и захлопала глазками, глядя как возница бросился к экипажу. Такого вероломства от господина Росси дети ну никак не ожидали. Пройти вместе через такое приключение, едва спастись от бандитов, а потом... Потом он их бросил в лесу! На растерзание волкам и гулям! Одних! Какая там польза от этого человека? Да восьмилетние ревенанты даже бегают быстрее, чем возница, не говоря уже о какой-то защите или помощи!
На смену растерянности пришло возмущение и жгучая обида на гадкого Даниэля Лоси. Как он мог! А она его жалела, просила не умирать. Снежка покраснела и нахмурилась, пожалуй, впервые за свои восемь лет жизни. Даже когда Умка сломал ее любимую куклу, решив проверить как работает сделанная им маленькая гильотина, девочка так не сердилась. Кстати об Умке. Альба покосилась на молчавшего брата и решительно взяла его за руку. Они выберутся из этого страшного леса, отыщут рыжеволосого колдуна и покажут ему, где оборотни зимуют! Леноксы так просто не сдаются.
Парень тем временем направился к детям, звучно пройдясь по истлевшим костям. Брат с сестрой одновременно вздрогнули, шумно вздохнули и дали себя обнять. Удивительно — еще неделю назад слуга за такую вольность получил бы по коленке и был укушен за ухо, а сейчас малышей это даже немного успокоило. Но не настолько, чтобы крохотные сердечки перестали клокотать от обиды.
Тишину и возмущенное сопение Леноксов прервал оглушительный грохот, сменившийся жалобным треском.
— Эт-т-та там чего? — почему-то шепотом спросила Альба, не шевелясь. — Дядя Даниэль того самого? Помер что ли?

+5

21

Говорят, не повезет, если волк в лесу вас насмерть загрызет.
А еще говорят, что беда не приходит одна. Стоило детям немного отойти от перестрелки, избавиться от созерцания истекающего кровью Даниэля Росси и пережить испуг, вызванный нежданчиком в виде чьи-то останков, как их ожидал еще один фантастиш сюрприз. Ржание лошадей и стук колес красноречиво давали понять, что недавний спаситель бросил их на произвол судьбы в самых что ни на есть диких условиях.
— Он просто не может... — выдохнул Альбус, сначала белея от ужаса, а потом краснея от злости.
Мысли суматошно заметались во встревоженной головке. Зачем он сделал? Что теперь будет? Зачем он их похитил, если не хотел взять с собой? Может он просто решил захватить их дом? Поэтому вывез детей подальше? И тут страшная идея ворвалась в сумбурный поток соображений. Родители! Его и Альбу ждет то же самое, что и старших Леноксов! И, быть может... О, нет! Это все Даниэль Росси! Это он похитил родителей и завез куда-то. Это он бросил окровавленную карету в лесу, и, небось, своей же кровью и испачкал. Но родителей нет уже неделю, а это значит что они... И дети тоже... По пухлой щечке скатилась одна скупая мужская слеза. Пара мгновений, и где-то в полусотне ярдов раздался глухой треск, а за ним — грохот. «Ну вот, — Альбус обреченно потупил взгляд в землю, — он это сделал...». Воображение уже рисовало Даниэлля Росси, удаляющегося от разбитой кареты со злобным смехом, под звон монет в карманах. «Ему даже не хватило мужества убить нас собственными руками». Да, пуля была бы милосерднее перспективы быть съеденными волками или гулями.
Альба была ошарашена не меньше, а возница... он вел себя странно. Какой-то подозрительно живенький. «Чего это ты обниматься полез? Задушить хочешь? Выкуси!» — Альбус оттолкнул парня в сторону, и тот был вынужден оставить свои нелепые попытки.
— Дядя Даниэль того самого? Помер что ли? — нарушила Альба повисшее в воздухе молчание.
Умка отрицательно покачал головой и ненавязчиво потер нос, словно пытался сдержать чих. Они давно разработали с сестрой тайную систему знаков, и этот означал: «нас водят за нос» (очень популярный жест, невозможно не прибегнуть к нему в обществе насквозь лживых взрослых). Само собой, возница ничего не заметил.
— Так, детишки, — сказал он, откашлявшись, — я пойду взгляну, что там случилось, а вы пока сложите вооот здесь — палец указал на небольшую ямку, присыпанную листвой, — все мелкие веточки, какие найдете. А потом я вернусь, и мы разведем костер. Если что случится, кричите, меня зовут Моррис.
Так вот оно что... Даниэль Росси оставил Моррису всю грязную работу. Он наверняка обозлился на них, за то, что подумывали сжечь его, и теперь приказал слуге сделать то же самое с ними!
— Ничего он не пошел проверять! — зашипел Альбус прямо в ухо сестре. — Сейчас вернется с огнивом и веревками.
Пока юноша удалялся, дети стояли неподвижно. Но когда его силуэт исчез среди деревьев, а шаги стихли, Умка из всех сил сжал руку сестры, давая понять, что пора рвать когти.

+4

22

Возница наконец-то разжал руки и растерянно сделал пару шагов в сторону скрывшейся из виду кареты, а Альбус тем временем активно стал тереть нос грязным кулачком. На заданный вопрос о смерти Даниэля Росси мужчины почему-то не ответили. Слуга вообще как-то слишком бодро улыбался (не иначе как разума лишился), а Умка с гордо поднятой головой разглядывал окружающий их лес, пытаясь удержаться на дрожащих ножках. И что теперь с ними делать прикажете? У брата похоже что чесотка началась — вон как нос вытирает, или у него просто насморк? Так кто же голой ладошкой утирается? В рукав сморкаться надо, ох уж эти нечистоплотные мальчишки... Альба молча протянула руку, предлагая горячо любимому родственнику свой рукавчик, и тут же получила от него ментальный пинок. Нет, Умка конечно же был слишком слаб для таких проделок, но испепеляющий умудрившуюся забыть об их шифре сестричку взгляд и без всякого руко- и ногоприкладства пояснил, о чем сейчас думает его хозяин. Девочка виновато улыбнулась — какой Умочка молодец все-таки. И коварный план Даниэля разгадал, и ее предупредил. Теперь нужно было лишь бежать! Причем как можно дольше и дальше. Вот только что с возницей делать? Вдруг он с Лоси заодно? Оглушить, отвлечь, связать?
— Так, детишки, я пойду взгляну, что там случилось, а вы пока сложите вооот здесь все мелкие веточки, какие найдете. А потом я вернусь, и мы разведем костер. Если что случится, кричите, меня зовут Моррис, — излишне ласковый голос слуги разом оборвал все сумбурные мысли Леноксов, оставив место лишь мрачной решимости спастись во что бы то ни стало.
На шепот брата Альба даже не обратила внимания — и так понятно, что ничего хорошего возвращение Морриса им не принесет.... И стоило верному слуге скрыться за деревьями, как дети бросились бежать изо всех сил и в совсем противоположную сторону. Крохотные сердечки грозились выскочить из груди, легким не хватало воздуха, какие-то коряги пытались удержать малышей, а грозно нависающие кроны деревьев зло шелестели, словно напоминая, что от колдуна им не скрыться, но брат с сестрой не останавливались. Лишь когда Снежка споткнулась и полетела кубарем в кусты, увлекая за собой и Альбуса, они сообразили, что стоило передохнуть. Однако поздно предаваться таким размышлениям, когда почти в полной темноте летишь по склону (и откуда он только взялся?), то и дело натыкаясь на какие-то камни и царапая лицо об колючки. Тем не менее весь этот путь Леноксы проделали молча и с громким кряхтением растянулись на берегу не слишком широкой, но довольно быстрой речки.
— Повешло, — деловито отозвалась Снежка и, заметив вопросительный взгляд брата, выплюнула молочный зуб. — Повезло говорю.
Потирая многочисленные ушибы, дети медленно подошли к воде и опустили в нее ладошки. Вокруг стояла просто могильная тишина, легкий прохладный ветер приятно обдувал саднящие царапины на личиках и ручках, а погоня, если и была, то отстала. Снежка развязала платок, который плотно обхватывал ее талию, и гордо потрясла бегемотом.
— Он всегда со мной, — похвасталась она и улыбнулась очаровательной беззубой улыбкой — еще добрую треть зубов девочка растеряла по дороге к реке. — Здорово я придумала, правда?
Малышка вновь пристроила игрушку на место, устало вздохнула и повернулась к брату.
— Нам надо идти дальше, потому что они могут догадаться, куда мы...
Что сестра хотела сказать, Умка в общих чертах понял и так, но ему тут же стало не до того. Спустя мгновение послышался звонкий всплеск и визг Альбы, почти тут же сменившийся лишь жалобным поскуливанием. Конечно, особо не покричишь — ледяная вода так и норовила залиться в рот...

+5

23

Дети неслись на всех парах, как угорелые. Ветер свистел в ушах, а мелкие веточки — «Ой, больно!» — полосовали нежную детскую кожу. Собственно, бывало и хуже. Когда оба летели с дерева, когда кубарем скатились с лестницы, когда на них обрушилась книжная полка. В общем, перечислять можно долго. Но особую остроту придавало и щемящее чувство паники в груди. Такое всегда бывает, когда тебя преследуют. Обычно Леноксы гонялись друг за другом и максимум, что могли сделать пакостного — это защекотать до слез. Но еще никто и никогда не преследовал их с целью убийства. Конечно, они не могли быть уверены, что за ними погоня, но как иначе? Даниэль Росси неспроста оставил Морриса. Значит, надо завершить начатое. В голове Альбуса снова и снова зудели пугающие тревожны мысли, но больше всего он боялся за Снежку. Сам то он парень хоть куда, может и пендаля дать, и зубы в ход пустить, но Альбочка. Нрав у нее — дай дорогу, а вот ручки да ножки... Ну что она сделает этими ниточками? Нет, нельзя попадаться, иначе их тоже потом назовут пропавшими без вести, а Даниэль Росси займет их дом. И, Святая Роза, перевезет туда своих детей. И они станут жить в их комнатах, и играть с их игрушками (вот не зря им не дали возможности собрать все вещи). Умка уже представлял этих наглых толстых рыжих спиногрызов, которые лапают своими гадкими корявками Альбины книжки и Альбусовы сувениры из путешествий. От этих мыслей волна возмущения поднялась из глубин желудка. Теперь пришла и его очередь зажимать свободной ладошкой рот. Но надо же бежать! Еще быстрее, ради мамы с папой. Ради них они не должны попасться в лапы рыжему колдуну или его приспешнику. Судя по тяжелому дыханию, Альба и вовсе выдохлась, но упорно продолжала бежать. Вот это характер! Но ногам характер не товарищ, и те совсем отказались слушаться. Что это было — сказать сложно, в темноте не разберешь, но, так или иначе, девочка провалилась одной ногой во что-то по самую щиколотку и, потеряв равновесие, смачно шмякнулась оземь и феерично продолжила движение, скатываясь по склону в ближайшие заросли жимолости. Правой рукой она все еще хваталась за Альбуса, посему того постигла та же участь. Отделались дети малым. Альба, обычное дело, лишилась зуба (а вот у ее брата уже больше половины коренных зубов, включая клыки) а Альбуса немного стошнило, совсем чуть-чуточку. Если бы происходящее не было столь опасным, по-настоящему опасным, дети посмеялись бы с этой маленькой аварии, но сейчас было не до смеха.
— Снеж, — серьезно заговорил Умка, — тебе нужно прополоскать рот. Если Господин Лоси — волк, как говорил, то он может учуять тебя по запаху крови.
Альба в страхе зажала рот обеими ладошками, а мальчик и сам с досадой осознал, что его разбитые коленки не хуже привлекут злого и страшного серого волка. Кстати, почему это серого, если он рыжий? Ох уж эти вампиры, в зеркало то не смотрятся... Не суть, в общем. Благо, как и в каждом приключенческом романе, героя ждет награда за мужество. А они очень мужественно бежали через лес, не поспоришь ведь. Обнаружили себя дети на берегу реки, как нельзя стати. Холодная проточная вода успокаивающе журчала... Хотя, нет. Скорее пробуждала кое-какие рефлексы и потребности. Но сейчас не до этого. Нужно как можно скорее смыть с себя кровь, что дети и сделали, не дураки ведь.
В общем, уже говорилось, что Снежка была не робкого десятка, но тельцем хилая. Это касалось и силы, и выносливости, и чувства равновесия. Но это и не удивительно, если вспомнить, из-за кого они загремели в кусты. Все случилось мгновенно. Секунду назад Альба мотыляла бегемотом у него перед лицом, а спустя мгновение уже глотала ртом холодную речную воду, то погружаясь под нее, то снова выныривая за очередным вздохом. Умка ойкнул от неожиданности и бросился к воде. Девочка была совсем рядом, но, вот беда, плавать почти не умела, и не могла даже у берега удержаться при таком то течении.
— Ал! — отчаянно пропищал Умка, цепляясь за сестрины кончики пальцев. — Хватайся, ну давай же! Я тебя вытащу.
Но все тщетно. Скользкие руки, едва соприкоснувшись, разомкнулись коварной стихией. Сделав последний жадный глоток воздуха, девочка снова погрузилась под воду. Сильное течение уносило малышку все дальше и дальше, и лишь по пушистому фиолетовому холмику-буйку можно было отличить девочку от обычной деревянной коряги. Дав себе не более секунды на накопление мужественности, Альбус снял ботиночки, глубоко вдохнул и плюхнулся следом.

Отредактировано Джулиан Ассман (22.02.2013 14:56)

+4

24

Даниэль выцарапался из наползающего небытия и открыл глаза. В темный прямоугольник открытой над ним дверцы заглядывали бледные звезды. Мыслей на этот счет в его голове не было никаких. Он смотрел в пространство отрешенным остановившимся взглядом, а в памяти некстати всплывали давние воспоминания: запахи леса, воспринимаемые его звериной сущностью с потрясающей четкостью, вкус крови во рту, путанные, смутные мысли, когда он подчинялся не разуму, а инстинктам. Или это не воспоминания? Запахи, вкус крови, шум в голове − все реально?
Прошло некоторое время, прежде чем он осознал и понял, где находится. Хотелось вернуться в беспамятство, но вспомнилось так опрометчиво данное обещание.
«...я никому не доставлю такого удовольствия...»
В прямоугольнике неба появилась лохматая голова Мориса:
− Милорд? — почему-то шепотом позвал он. — Вы живы?
«Я еще не решил», — усмехнулся Даниэль.
— Милорд! — Морис не сумел скрыть глупую и совершенно неуместную улыбку, расползающуюся чуть не до ушей. — Вы ничего не сломали?
«Что-то определенно сломал. А вот что именно, дверцу, ребра или сиденье, решать будем позже. Где дети?»
— Собирают ветки для костра.
«Лошади?»
— На первый взгляд все целы.
— Морис! — с чувством вслух прохрипел Даниэль, хватаясь за протянутую руку, — Если хочешь дожить до старости и сохранить здравый рассудок, никогда не женись и не заводи детей! Что это было?
— Да нашли кости старые, испугались, — Пропыхтел Морис, вытаскивая хозяина в дверной проем, ставший люком. — Они славные. Вы их не ругайте. Даже хворост согласились собрать. Я их с собой побоялся брать. Вдруг вы здесь мертвый? Зачем им на такое смотреть?
«Вот уж и вправду, смотреть не на что», — Даниэль тяжело опираясь на руку Мориса, остановился и вскинул голову. — «Где дети?»
— Клянусь Розой, здесь были! Может быть, за хворостом отошли?
Но Даниэлю не нужно было особо напрягаться, чтобы понять: детей здесь нет. Он не чувствовал ничего разумного поблизости. А любое разумное существо не может запретить себе думать. В обозримом пространстве стояла тишина.
Даниэль неловко скинул одежду.
— Нет... — у Морриса округлились глаза. Даже в темноте было видно, как он побледнел.
Даниэль его не слушал. Его нынешнее тело, было слишком измученным и слабым, чтобы начинать поиски в сгущающейся темноте.
— Оставайся здесь. Разведи костер, распряги и напои лошадей, стреножь и отпускай пастись. Зверья хищного здесь нет. Поешь, отдохни, но за костром присматривай. Может быть, вернутся на огонь, если заплутали.
— Милорд!
«Не смотри. Это неприятно».
Даниэль вернулся к звериной ипостаси, в которой когда-то провел столько времени, что временами забывал, что он был чем-то иным. Сам процесс, достаточно болезненный, вызвал в раненом теле короткую, мучительную конвульсию и окончился звериным воплем, клокочущем глубоко в горле. Сильно припадая на переднюю правую лапу, огромный золотисто-палевый зверь, растворился во тьме.

+5

25

Противная, гадкая и мокрая вода! И откуда она только взялась? Хотя лучше спросить — как это так хозяйка плюшевого бегемота умудрилась? Оно-то, конечно, ничего удивительного и даже вполне ожидаемо, но все равно ведь обидно! Умка удержался, а она сейчас утонет и не утрет нос господину Лоси. А все лавры победителя достанутся любимому брату! Все будут восхищаться, как Альбус с легкостью сбежал от убийцы, а о ней даже не вспомнит никто. От обиды Снежка чуть не заревела, но тут ледяная вода залилась в нос и желание лить слезы как рукой сняло. Малышка забарахталась активнее и даже успела вдохнуть немного воздуха, прежде чем вновь полностью скрылась в бурлящем потоке. В темноте вообще плохо видно (да-да, проверьте, если кто не верит), а в темной воде — хоть глаза выколи. К слову, и чуть не выколола — что-то тяжелое стукнуло по лбу крохотную ревенантку, благо что она успела зажмуриться, но все равно яй как больно. А вдруг это утопленник? От этой мысли девочка совсем запаниковала, попыталась отплыть в другую сторону и... почувствовала крепкую хватку чьих-то рук. Тут сомнений уже быть не могло — утопленник точно, который и ее сейчас на дно утянет. Загадочный мертвец тем временем резко подтолкнул Альбу вверх, она вынырнула, нащупала холодные крохотные ладошки и завопила от ужаса, впрочем, не собираясь отпускать своего спасителя.
— Чего орешь, Ал? — послышался хриплый голосок ее Умочки, ее родного братика, который не побоялся прыгнуть следом. Снежка тотчас же замолчала и, как полагается любой спасенной барышне, попыталась осыпать поцелуями пухлые щечки братца. Теперь Альбусу стало еще тяжелее — и сам на воде удержаться должен, и сестру не отпустить, и от лобзаний отвертеться...

+4

26

Темная колючая пучина угрожающе пузырилась на мальчика, снова и снова укутывая его в холодные и до безобразия мокрые объятья. И хотя малыш плавал отменно, но в таком стремительном потоке его телодвижения с трудом можно было назвать изящными. Как-то раз Альбус видел муху, которая тонула в варенье. Она так забавно и нелепо барахталась. Наверное, сейчас он и сам не многим лучше смотрится. Но на него никто не смотрел, и это уже радовало. Если он не выживет то, по крайней мере, никто не вспомнит, как глупо выглядел сам процесс умирания. Но, благо, Умка еще не поддался упорствующей стихии, а это значит, что у него есть шанс наломать планы убийцы его родителей. А Снежка, чтоб ей век манки не есть, умудрилась же так глупо усугубить их и без того не завидную ситуацию. Она никогда не горела желанием принимать участие в активных играх брата, а лишь забавлялась, наблюдая со стороны. Умка всегда пытался вталдычить ей, что так никогда не стать пиратом, если постоянно сидеть на заднице. Но разве она послушала? Нетушки. Небось, мечтала стать принцессой пиратов, которая ничего не делает, а только наблюдает, как в бою играют их мышцы. Это все должно было однажды вылезти ей боком, и вылезло, но им обоим. Сначала Умка улавливал ее очертания, но Альба стала все чаще и чаще пропадать под водой. И мальчику стало по-настоящему страшно. Разбойники, покойники и волки-колдуны так не встревожили его нежную ранимую психику, как мысль о том, что он может потерять свою сестричку. Эта ужасающая перспектива окатила юного Ленокса ледяным дыханием похлеще бурлящей стихии. Глаза, как ни силились, но уже не могли уловить образ Снежки в черно-синей пучине. Оставалось только одно, самое неприятное — нырять. В более спокойной толще воды у него еще был шанс выхватить взглядом девичий барахтающийся силует. Вдохнув как можно глубже, Альбус опустился под воду, гадкую, колючую и кусючую. И хотя веки безбожно пощипывало, мальчику пришлось открыть глаза. Ах, вот же она — его нерадивая сестренка. Болтает ногами из стороны в сторону, словно так вообще можно всплыть. Но, если продолжать в том же духе, то, возможно, удастся рассмешить местных обитателей. Наверняка такие нелепые поплавки у них редко встречаются. Что есть духу подавшись вперед, Альбус схватил сестру сначала за лодыжку, а потом, немного поравнявшись с девочкой, за руку и потянул вверх, к воздуху. Альба вынырнула и, не успев даже вздохнуть, дико заверещала.
— Чего орешь, Ал? — грозно шикнул Умка на свою несдержанную сестрицу. — Не утонула, так решила сдаться на расправу прихлебале Господина Лоси?
Увидев брата, Снежка просияла и смачно чмокнула мальчика в щеку. А потом еще раз. И еще, и еще. Конечно, щуплая Альба весила не более 20 килограммов, но усталость уже нагло навалилась на детские альбусовы плечи. А когда на них навалилась еще и сестра, стало совсем худо. Вернуться к берегу оказалось намного сложнее, чем предполагалось. Стремительное течение уносило их все дальше вдоль реки, не давая ни единого шанса повернуть и грести поперек оной.

Отредактировано Альбус Ленокс (28.10.2011 22:54)

+3

27

Черные ветки хлестали по бокам. Продираясь сквозь кусты, зверь оставлял на них клочья золотистой шерсти. Но запах! Четкий запах свежей крови был столь явственным, что зверь не желал сворачивать в сторону.
След привел к неширокому, но стремительному потоку, несущемуся по дну старого оврага, глинистые стенки которого легко оползали под натиском воды. И под тяжестью зверя. Коротко рыкнув, оборотень заскреб лапами, но пласт земли, камней и глины с песком упал в воду, обнажив корни кустарника, которые теперь торчали над водой, словно клубок змей.
Оборотень с головой погрузился в воду, напоролся боком на корягу, клацнул зубами, и отчаянно замолотил лапами, поднимая кучу брызг. Он выбрался на противоположный берег, привычно встряхнулся и тут же взвыл. Рык перешел в визг и жалобное поскуливание, сродни тому, что издает обычный дворовый пес, если в него кинуть камнем.
Зверь поджал лапу и вскинул тяжелую лобастую голову, принюхиваясь к запахам, которые приносил слабый ветер. Мокрая шерсть свисала сосульками, ребра тяжело вздымались. Оборотень выглядел весьма непрезентабельно. Куда только подевалась лоснящаяся, блестящая на солнце шкура, холеный вид и благородная осанка?
Зверь прижал уши, ткнулся носом в траву. Нет, этот берег был чист. Оборотень прохромал вдоль берега сначала вверх по течению, потом вниз. Неохотно вошел в холодную воду и вновь пересек грязный, мутный поток. Пробежался вдоль берега, обнюхал ботинки Альбуса и вновь вернулся в воду.
Его звериная сущность, далекая от бесстрастного, холодного разумения хозяина, подчинялась не разуму, а инстинктам. И этот инстинкт вел его вниз по течению. Он выполнял приказ, заложенной Даниэлем глубоко в собственное звериное сознание: найти и вернуть к месту стоянки. Так овчарка сгоняет заблудших овец в стадо, не задумываясь над тем, кому и зачем это нужно.
Зверь не испытывал жалости и сострадания к детям, попавшим в беду и не думал о том, живы ли те, кого он искал. Он просто двигался вперед. И с этого пути его не могли сбить даже заманчивые запахи мелкой ночной живности, хотя оборотень был очень голоден и не побрезговал бы сейчас даже мышью.
Барахтающихся детей он услышал, а не учуял — бурлящая вода забивалась в пасть и нос, заставляя его время от времени болезненно чихать и скалиться. Потом — увидел, благо темнота не была помехой. Хорошо, что плыть приходилось по течению. Несколько ударов мощных лап и зверь оказался рядом с детьми.
Оборотень погрузился вводу, скребанул когтистыми лапами по дну, и всплыл между детьми. Те, кому довелось тонуть, знают, что в такой ситуации цепляться будешь даже за соломинку, не то что, за мохнатый загривок, потому что из всех смертей предпочтительнее та, которая будет позже. Зверь повернул лобастую башку и схватил девочку зубами за шиворот, повернул к берегу так, что течение прижимало мальчонку к раненому боку. Можно было, конечно, выбраться и на противоположный берег, приложив к этому меньше усилий, но зверь выбирал кратчайший путь. Еще один рывок, и девочка оказалась на берегу, а ее брат — по колено в воде.
На всякий случай слегка прижав лапой Альбу, зверь лег на брюхо и теперь по-собачьи отфыркивался, пытаясь избавиться от воды, попавшей в нос.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (29.10.2011 18:36)

+4

28

Радость от встречи с братцем вскоре поутихла, а спустя пару минут и вовсе исчезла. Оно, конечно, чудесно, когда рядом с тобой в воде барахтается защитник и твердая опора (то и дело норовящая, правда, уйти на дно), но толку от такой защиты — ноль. Вода по-прежнему заливалась в нос и рот, щипала глаза, кусала жгучим холодом все тело и не хотела отпускать измученных детей из своих объятий. Альбе казалось, что напилась она на всю оставшуюся жизнь и теперь водичка, мерзко хлюпая, колышется у нее в горле, то и дело норовя излиться обратно. Девочка попыталась покрепче ухватиться за брата, но руки уже почти не слушались хозяйку, и малышка чуть было не разжала ладошки... Умирать не хотелось, но даже наивный ум восьмилетних детей подсказывал Леноксам, что долго им так не продержаться. Поэтому когда на шивороте Альбы защелкнулись чьи-то зубы, она даже не оглушила своих спасителей воплями, лишь вяло попыталась пнуть оборотня ногой. Попытка удалась, но судя по сдавленному писку Умки, пнула девочка совсем не того, кого собиралась. Надо же... Не обманул, выходит, их надзиратель — действительно злой волк. А она не поверила сначала. Ну и Моргот с ним, с этим Даниэлем Росси. Хочет их съесть — пусть кушает, все равно подавится. Уж она-то постарается стать поперек горла этому колдуну. Ни один лекарь потом не спасет. Зверь фыркнул прямо в затылок Снежке, от чего та скривилась. Теперь, небось, все волосы в соплях господина Лоси. Какая гадость! Мог бы и лапой прикрыться!
Волк тем временем выволок гневно сопящую девочку на берег и выплюнул свою добычу себе под лапы. Альба мгновенно приободрилась, сообразила, что еще можно побороться за свою жизнь, и ползком, не поворачиваясь к «колдуну» спиной, начала сдавать в сторону леса. Оборотень маневры малышки просек в ту же минуту и совсем по-хозяйски придавил ее лапой к грязному и мокрому берегу. Снежка нахмурилась, покраснела от негодования и попыталась скинуть явно лишнюю на ней конечность. Судя по продемонстрированным клыкам, господину Лоси это не понравилось. Крохотная ревенантка послушно замерла и стала рассматривать огромного зверя, изредка скашивая глазки на обессилевшего Альбуса, который тихо глазел на эту картину, но даже не пытался вмешаться. Но недаром в этой сладкой парочке более находчивой считалась Альба. Девочка мгновенно вспомнила сказку о злом Чудовище, которое убивало всех и вся, и прекрасной Красавице, которая не побоялась подарить поцелуй жуткой страховампирине. Среди них троих мокрый, до клычного скрежета злючный волк больше всех тянул на Чудовище. Снежка, разумеется, — на прекрасную и отважную принцессу. Малышка задумчиво наморщила носик, оценивающе поглядела на зверя, а потом решительно протянула ручки и схватила его за уши. Прежде чем оборотень смог клацнуть зубами и лишить нахалку верхних конечностей, девочка притянула к себе морду ошалевшего в конец «Чудовища» и смачно чмокнула его в нос. Ответом было фыркание и куча слюней на испуганном личике Альбы. Хотя... Судя по округлившимся глазам оборотня, он перепугался не меньше. Только вот в сердитого и гадкого, но такого родного Даниэля Росси превращаться не собирался...
— Умка, — шепотком позвала брата Снежка, — по-моему, это не дядя Даниэль. И по-моему меня сейчас стошнит. И точно знаю, что ему это не понравится.
Девочка замолчала, странно икнула и совсем робко пробормотала:
— Дяденька волк, Чудовища не едят принцесс. Отпустите...

+5

29

Когда силы тебя покидают, и тело становится сплошным болезненным сгустком материи, остается только одно — двигаться дальше. Альбусу случалось заиграться и забегаться до состояния «ноги отпадают», но это было не то состояние. Оно прошло давным-давно. Сейчас ему казалось, что отпало уже все, что могло отпасть, и только мышцы ребер, сокращаясь, продолжают грести. Альба странным образом потяжелела и даже вода не скрадывала ее вес. Любые попытки отпустить девочку хоть на мгновение успехом не увенчивались. Стоило ослабить хватку, как малышка сжималась в комок и сродни горбу прирастала к спине брата. Ее неестественно крепкие объятия и без того сковывали дыхание, а холодная речка и чудовищная усталость увенчивали готовность Умки вот-вот сдаться. Вот только незадача. Когда кто-то сдается в игре, это означает, что ему лишь придется слыть трусом до тех пор, пока он не докажет обратное. Поцелует пса, например, или засунет лягушку в трусы. После этого считалось, что позор снимается. Чаще всего это был Альбус, конечно, потому что сильно душить сестру ему не позволяли манеры, несмотря на их отсутствие. Так что в удушении Альба была непобедима. Хотя в привычной жизни это было не так обременительно, как сейчас. Как бы там ни было, мальчик не сдавался. На самом деле он даже не догадывался, что способен на такое. Ведь, если уж по-честному, в глубине души он подозревал, что несколько переоценивает свои возможности. Совсем чуточку. Но вот с Альбой было хуже. У девочки уже зуб на зуб не попадал. Маленькие ручки как клешни впивались в плечи и в ключицы с такой силой, что, видно, Снежка сама перестала ощущать их. Девочка сдалась, это Альбус понимал отчетливо и не без горечи осознавал, что, если сдаться сейчас, перспектива называться трусом будет завидной. Кажется, и надежда уже остыла, но девочку нужно было подбодрить. Она больше братца нуждалась в этом.
— Стеж, — кряхтя, но, пытаясь придать голосу больше оптимизма, выдавил из себя Альбус, — твоя очередь быть трусихой.
Девочка что-то полупискнула-полувыдохнула, и на мгновение ее хватка ослабла. Мокрый братец чуть было не выскользнул из ее удушающих объятий. Альбус почувствовал, как скоро и неровно забилось ее сердечко, а его — вторило точно попугай. Снежка только облегченно вздохнула, если в данной ситуации это вообще уместно, как чья-то огромная дурно пахнущая туша разомкнула объятья детей, разбросав их в разные стороны. А за мгновение до этого Альба еще и успела наградить его незаслуженным пинком, когда мерзкое клыкастое чудовище схватило его несчастную сестричку за шиворот. К ужасу своему Альбус понимал, что не способен сейчас ни по коленке врезать (если она вообще есть у этой твари), ни вцепиться зубами руку. Фу, гадость какая. А течение, будь оно трижды проклято, вжало мальчишку всем телом в это плывучее, воняющее псиной, Нечто. Это мучение продолжалось долгих полминуты, и Умка отчаянно прикусил до крови губу, пытаясь не заплакать от мысли, что спасение пришло не с той стороны. Да и спасение ли это? Тварь уже швырнула Альбу на твердую землю, когда ее брат еще барахтался в воде у берега. Руки, ноги — все стало походить на вареные макаронины и совершенно отказывалось подчиняться хозяину. Силясь подняться, Умка вскинул голову и увидел, как неестественных размеров волк (волков он никогда на самделе не видал, но полагал, что они меньше) скалится и сопит над его его испуганной Снежкой, а та, хоть и бессмысленно, пытается пятится от страшного зверя. Умка, конечно, отважен, но что он может против настоящего хищника, которому даже рогатка нипочем? Конечно, можно устроить запрещенный прием — ударить исподтишка (из-под кишка; видно, бок то в крови, весьма кстати), но то, что случилось следом, привело его в полнейшее замешательство. Девочка и волк были достаточно далеко, чтобы некоторые детали происходящего скрылись от зорких глаз Альбуса, но выглядело это не менее загадочно и отвратительно. Зверь, как-то неестественно, склонил голову к малышке, а та... та подалась ему навстречу, как зачарованная. «Сама в пасть просится!», — ошалел Умка и бросился к зверю. И кто знает, где отсиживалось все это время его третье дыхание (поскольку второе уже давно выдохлось)? Мальчонка уже было готов услышать рык и испуганные вопли сестренки, но вместо этого волк заурчал, зафырчал и едва ли не отшатнулся, когда девочка почти без колебаний звонко поцеловала влажный волчий нос, как совсем недавно альбусову щечку. «Ход конем!», — мысленно восхитился Ленокс, завидев реакцию зверя.
— Умка, — дрожащим голоском заговорила сестра, — по-моему, это не дядя Даниэль. И, по-моему, меня сейчас стошнит. И точно знаю, что ему это не понравится.
Но вот сам Умка сомневался на этот счет. Не про тошноту, нет, а про то, что это не Даниэль Росси. Ну, конечно же, это он! Кто ж еще? Он сам признался, что волк, и он тоже ранен. Вот только почему не нападает? Неужели Альба его настолько ошарашила? Умница, девочка!
— Ал, — басовито ответил Альбус (наглотавшись воды, мальчик сам не узнавал свой голос), — позор снят! — и с хриплым воплем боднул псину в бок.

Отредактировано Альбус Ленокс (29.10.2011 23:34)

+4

30

Зверь не обладал властью своего хозяина над мыслями разумных существ. Потому, когда маленькие ручки вцепились в уши, это привело его в немалое замешательство. Он прожил на белом свете более шестисот лет, и еще ни разу добыча не пыталась его съесть таким экзотическим способом. Посему, на звонкий поцелуй в нос, зверь отреагировал с крайней степенью изумления. Оборотень чихнул и попятился.
Краем глаза зафиксировав движение с воинственным воплем метнувшегося к нему мальчишки, зверь прянул в сторону с завидной верткостью и скоростью. Позволив силе инерции пронести Альбуса вдоль раненого бока, зверь клацнул зубами, ухватив в последний момент его за подтяжки. Оборотень задрал голову так, чтобы мальчишка беспомощно повис в воздухе, перенес его к сестре и, разжав зубы, не слишком церемонно уронил мальчишку на землю.
Отступив от этой опасной и совершенно неадекватной на взгляд оборотня парочки, зверь попытался привычно встряхнуться, но взвыл, поджав переднюю лапу. И тут же ощерился, показав миру, а заодно и строптивым агнцам, не желающим возвращаться в загон, внушительных размеров зубы.
Однако даже по его звериному разумению было понятно, что малышня испугана (запах страха отчетливо витал в воздухе) и измучена. Гнать их сквозь ночной лес туда, где горел костер, были теплые одеяла и корзина с едой, которую Морис умудрился выудить из перевернутого экипажа — совершенно неразумно. И хотя внутренний приказ вызывал смутное беспокойство, зверь все же ограничился демонстрацией клыков и улегся на брюхо, не сводя с детей настороженного взгляда, установив тем самым некое подобие перемирия.
Ночь вступила в свои права, и из-за верхушек деревьев выбралась крутобокая луна. На мокрую, примятую их совместной возней траву, легли полосы лунного света. Немного успокоившись, оборотень принялся вылизывать рану на боку, но довольно скоро, утомленно положил тяжелую голову на передние лапы и закрыл глаза. Казалось, он спит, но уши продолжали настороженно двигаться, улавливая малейшие звуки.
Холодало. Золотистая шерсть, не промокшая до основания благодаря густому подшерстку, подсохла. Ветер перебирал ее ласковыми пальцами. Золотисто-палевый оборотень грезил наяву. Ему виделись леса Сен-Мишель-Лорана. Пятнистые олени, воды озера, омывающие разгоряченное тело. Кровь. Запах крови был слишком силен. И это был запах собственной крови. Зверь издал странный звук, рождающийся где-то в глубине широкой груди, похожий одновременно на глухое ворчание и хриплое кошачье мурлыканье.

Отредактировано Даниэль Арман Эриан Росси (30.10.2011 20:20)

+5


Вы здесь » Дракенфурт » Бругге » Дорога в Данциг


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC