Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Долгая ночь


Долгая ночь

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/19-Volkogore/31.png
Участники: Мари фон Блюменфрост, Айлей Льялл Грейг.
Локация: имение «Белый кэльпи».
Описание: допивая вечерний чай и уже готовясь ко сну, Мари расчесывала свои великолепные волосы. О чем она думала? А о чем думают девы, пусть уже и не совсем юные? Она мечтала, по своему обыкновению, витая где-то в облаках...
Её ждала теплая ванна и не менее теплый сон. Но не тут то было. У меланхоличного призрака Айлея на этот вечер были другие планы. Поэтому он совершенно беззастенчиво проник в комнату девы, с твердым намерением найти на сегодня хорошего собеседника и слушателя. А может, что то большее?
Дата: 10 июля 1826 года.

0

2

Как прекрасно это состояние, когда тело готово к полному расслаблению и погружению в мир грез. Все движения плавные и неторопливые, каждая клеточка уже предвкушает теплую ванну, а за ней и мягкую постель. Наслаждаясь этим состоянием, Мари подплыла туалетному столику и опустилась в стоящее рядом кресло. Привычным жестом девушка раскрыла лежащую на столике книгу, а другой рукой взяла расческу. С материнской нежностью расчесывая волосы, она окунулась в мир, придуманный автором романа. Пальцы нежно распутывали локоны, а взгляд скользил по странице, наблюдая за очередным захватывающим приключением. Мари иногда приоткрывала рот, иногда тихо-тихо вскрикивала, а в другой уже момент улыбалась, переживая с героями книги все их горести и радости. Чувства эти всегда казались девушке более яркими и натуральными, чем те, что она испытывала в настоящей жизни.
Это был обычный конец обычного дня. Сейчас Мари начитается, решит, что волосы уже достаточно расчесаны, а история может подождать следующего такого же вечера, и тогда, наконец, вампиресса скинет с себя дневной наряд и отправится готовиться ко сну, все еще прокручивая самые интересные повороты сюжета. Таковы были планы Мари, и ей казалось, что ничто их не нарушит, поэтому девушка находилась в хорошем расположении духа.

Отредактировано Мари фон Блюменфрост (28.02.2012 00:36)

0

3

Эта история приключилась в те далекие и беззаботные времена, когда обаятельный призрак с труднопроизносимым именем Айлей Льялл Грейг и помыслить не мог, что способен на геройские поступки типа спасения невинных душ из самого пекла. В эти самые далекие времена, а именно за месяц до трагедии в дракенфуртской психиатрической лечебнице, лирический герой вел вполне обыденную для бывшего ловеласа жизнь. Растрачивая свое бессмертное существование на разного рода развлечения и бессмысленные блуждания, Грейг не упускал возможности заявить о себе многочисленным представительницам прекрасной половины человечества. Так и проходили его дни, вечера и ночи.
В один из таких вечеров наш герой неторопливо лавировал между гордо вздернувших мезонины домиков Волкогорья, высматривая себе окошко попривлекательнее. Сегодня ему было до чертиков печально, и грешная душа тихенько выла праведным матом, моля об общении. Прекраснейшему из прекрасных так не терпелось поговорить с кем-либо, что мозг сам собой генерировал короткие и оригинальные фразы, которыми можно было бы ознаменовать начало увлекательной беседы. Смерть избавила Грейга от границ и рамок, наделив поистине неограниченными правами. Он мог изучать любую понравившуюся ему науку, просматривать всевозможные архивы, читать запрещенные книги и, конечно же, наблюдать за юными девами во всех позах и состояниях души. Не будь Льялл убежденным пессимистом, не видящим и намека на успешное будущее, он обязательно воспользовался бы этим обстоятельством. Безусловно, беседа в таком случае приобретала бы куда большее значение и важность, чем простой разговор на отвлеченные темы. Но Грейг этим обстоятельством не пользовался.
Наконец необходимый особняк был выбран. Здесь мужчина еще не летал, потому не мог с уверенностью сказать, будет ли его появление приятным для несчастных хозяев. Впрочем, мнение несчастных хозяев призрака ничуть не волновало. Сохраняя сугубую конфиденциальность, то бишь невидимость, Грейг просочился сквозь камень, заплывая на погруженную в полумрак кухню. Было достаточно поздно, и служанки, если они и околачивались здесь в течение дня, давно свернули манатки и разошлись по своим делам. Лукаво сощурившись, призрак исследовал помещение на предмет наличия чего-либо алкогольного. На секунду зрачки привидения чуть расширились, и прозрачная лапа уверенно потянулась к непочатой бутылке вина, обнаруженной в дальнем углу. Впрочем, своей цели она так и не достигла. Доселе особняк был погружен в абсолютную тишину, не нарушаемую и малейшим порывом ветра, как вдруг в этой священной тиши совершенно неожиданно раздался тихий вскрик, а затем не менее пугающее восклицание:
— Святая Роза! Как это могло произойти?
Грейг отпрыгнул от бутылки как ошпаренный, врезаясь в полку и тараня ногой какой-то приплюснутый шкафчик. Бросив быстрый взгляд на дверь, мужчина убедился, что поблизости никого нет, и осторожно направился вон. Голос определенно принадлежал женщине, возможно женщине красивой и молодой. Это соблазняло. Особняк вновь окутала вязкая тишина, и Айлей бесшумно прокрался на второй этаж. Узкий коридор едва освещался тусклым сумеречным светом, а прямоугольник самой дальней от нашего героя двери нехорошо светился. Именно из-за той самой дальней двери и последовало продолжение реплики:
— Нет, мой друг, вы поступаете решительно неверно!
По спине призрака пробежал холодок, а губы растянулись в загадочной ухмылке. Тихой сапой подобравшись к заветной цели, Грейг осторожно проник за дверь и в задумчивости застыл на пороге. За туалетным столиком сидела хрупкого телосложения девушка, напряженно склонившаяся над раскрытой книгой. До конца немаленького тома оставалось не так уж много, и Айлей уже заранее подозревал, что его завершение покажется даме как минимум великолепным. Гребень, которым девушка, по всей видимости, расчесывала свои прекрасные волосы, был небрежно оставлен тут же, а тонкие пальцы его обладательницы нетерпеливо постукивали по столешнице. В широко распахнутых глазах вампирши метались такая страсть и азарт, что дампир невольно отшатнулся. «Черт побери!» — мысленно ругнулся Грейг, обходя девицу с другой стороны. — «Если бы так на меня посмотрела хоть одна из моих любовниц, я в тот же миг отдал бы ей сердце!» Склонившись над девушкой, призрак заглянул в книгу. Бесстрастные губы скользнули по волосам леди, но Айлей не обратил на то и капли внимания, пытаясь разобрать текст. Сощурившись, призрак прошептал пару ничего не значащих фраз и, устав ломать глаза, отвернулся. Дампир плохо видел, но не желал признаваться в этом даже самому себе. Тем временем, не смотреть на рыжеволосую девицу было просто непростительно. Шелковые, блестящие локоны мягкой волной скользили по плечам, падали на столешницу и узкую спину девушки. Завороженный, призрак коснулся пальцами этого рыжего совершенства, на ходу теряя невидимость.
— Разве что-либо может быть прекрасней? — восхищенно прошептал он, не замечая, что произносит это вслух.

Отредактировано Айлей Льялл Грейг (28.02.2012 16:17)

+1

4

С головой окунувшись в книгу, Мари теряла всяческий интерес к окружающему миру. Ее сознание словно покидало тело и отправлялось в те чудесные и далекие края, где автор вершил судьбы своих героев. И это совсем неприятно, когда твои оторванные от реальности мысли силой возвращают на место, пусть даже это будет сделано самой приятной на свете фразой и самым близким человеком. И уж тем более неприятно, если это совершает незваный гость.
Вырванная с корнем из своих фантазий, Мари вскочила от испуга и неожиданности. Книга полетела на пол, шелестя своими страницами, столик испуганно задрожал от нечаянного удара. Вампиресса с бешеными и слепыми глазами, пытаясь разогнать все еще мелькающие строчки, разглядывала вторженца, что так нагло ввалился в ее покои. Негодующе заорать и начать топать ногами в истерике Мари не позволяло осознание, что приличная леди не должна вести себя, как испуганная свинья. Не будь этого маленького барьера, сдерживающего эмоции девушки, Мари тут же высказала бы гостю справедливое предположение, откуда были родом его предки, а также, чем они занимались. А так она просто выпрямилась, разгладила взъерошенные волосы, одернула так некстати задравшееся платье и потерла ушибленный локоть.
Приведя себя в порядок за долю секунды, и окончательно выбросив из головы все неподобающие леди слова, вызванные негодованием, Мари стала разглядывать своего гостя. Осознание, что перед ней стоит мужчина, пусть даже и привлекательный, пробудило только что успокоившиеся чувства. Мари без лишних раздумий приняла своего гостя, что так своевольно проник в ее комнату, одно из самых интимных мест, куда никто не смеет ступать без разрешения, за извращенца, желания которого так же прозрачны, как и отвратительны. Вампиресса не стала скрывать презрения, исказившее ее личико. «Мало того, он еще смел подкрадываться и, вероятно, наблюдал за тем, как я читаю!» — громко погудела мысль в рыженькой головке девушки.
Эмоции так быстро до этого сменяли друг друга, что, наконец, определившаяся в своем отношении к вторженцу Мари, еще какое-то время стояла молча, пытаясь в голове подобрать нужную позу, интонацию и сформулировать более менее приличную фразу, которую будет не стыдно сказать вслух. Наконец, выпрямившись, вампиресса сложила руки на груди, недовольно сжала губы и прищурила глаза, всем телом показывая свое неудовольствие от столь внезапной компании. «Теперь дело за малым. Нужно выпроводить этого мужлана как можно скорее», — отметила про себя Мари следующий пункт плана.
— Добрый вечер, милсдарь. Вы, вероятно, слишком задумались и по собственной невнимательности забрели не в те покои, не в том доме. Надо признаться, вы застали меня в самый неподходящий момент. Я благосклонно приму ваши извинения, после которых вы изволите удалится, — словно давая шанс, произнесла Мари, прекрасно зная, что гость никуда не уйдет, и уж тем более понимая, что для того, чтобы забрести по ошибке в чужой дом, нужно обладать соответствующим талантом.

Отредактировано Мари фон Блюменфрост (29.02.2012 12:48)

+2

5

В такие моменты Грейг всегда думал, что котел с раскаленной сталью вылился на него не просто так. Это же какой феноменальной невнимательностью надо было обладать, чтобы упустить из виду такую мелкую деталь? Ну ладно уж, разговаривать с юными девами тебе никто не запрещал, но являть свою чертовски прекрасную персону им зачем? Призрак поспешил шарахнуться от вскочившей вампирши на пару футов, принимая боевую стойку типа глаза в глаза. Теперь, наконец, он мог рассмотреть девушку с головы до пят, не отказывая себе абсолютно ни в чем. Грейг вообще не понимал, чего извращенного дамы находят в таком настойчивом созерцании, посему менять тактику не собирался. Прочесав взглядом по тельцу девушки, дампир довольно хмыкнул, изображая легкий поклон. Миловидная улыбка скользнула по его лицу, придавая наглой роже поистине сказочное очарование. Правда вот до прекрасного принца Айлей явно не дотягивал. Соперничать наш герой мог разве что с каким-нибудь борцом за права униженных и оскорбленных, храбрым да благородным и без флорена в кармане. Именно так выглядят классические герои-любовники из женских романов: легкая улыбка трепещет на относительно мужественном лице, грива волос мягко ложиться на широкие плечи, а ясные глазища отчаянно блестят во мраке ночном. Тем временем, мучавшие миледи душевные терзания пришли к некоторому компромиссу с их обладательницей, и на лице девушки застыло вполне осознанное выражение абсолютного презрения. Грейг ненавидел такие настроения искренне и всей своей продажной душой, потому пристальный взгляд кобальтовых глаз быстренько перекатился на предметы обстановки. Высказанное дамой предположение по поводу появления героя-любовника в своих покоях решительно умиляло призрака. Да так решительно, что взор его вновь воротился к мазель, а губы растянулись в ласковой усмешке.
— Это уже прямо ирония судьбы какая-то, получается, — развел руками Грейг. — И что вы так злобно на меня уставились? Не уйду же.
Ну конечно же он не уйдет. Когда это призраки слушались чьих-либо поучений? Впрочем, сейчас Льялл мало напоминал приведение в своем классическом агрегатном состоянии. Мужчина приобрел полную материальность всего за несколько секунд до того, как прекрасная мадам соизволила вскочить на ноги и опрокинуть роман на пушистый коврик. К слову о романе. Только сейчас Грейг заметил данную неуладицу и ловко наклонился, аккуратно вознося книгу к своим очам. Небрежно зыркнул на обложку, призрак что-то мысленно для себя отметил и протянул находку ее обладательнице.
— Роман просил передать, что ему холодно и страшно лежать на полу. Более просит не ронять, — дампир весело улыбнулся, наблюдая за реакцией девушки. Возможно, его поведение следовало расценивать как противоестественное, но призрака это мало заботило. Между тем нахальный взор продолжал путешествовать по телу девицы, отмечая каждое его достоинство. К слову сказать, оные находились в меньшинстве. Когда девушка восседала в кресле, непропорциональность ее тела мало бросалась в глаза, а биомеханический протез и вовсе был оставлен без внимания. Глаза Грейга непроизвольно округлились. Взгляд быстро заскользил по железячке, так неуместно заменявшей девушке конечность, и губы призрака тронула безумная улыбка. В голове несостоявшегося любовника мелькнуло страстное желание сорвать перчатки, припасть к этой дряни пальцами, ощупав каждый изгиб без пяти минут совершенного аппарата... Грейг поднял на девушку глаза, стараясь не смотреть на столь соблазнительные отдельные части ее несовершенного тела.

Отредактировано Айлей Льялл Грейг (01.03.2012 02:21)

+3

6

Отшатнувшись от протянутой руки, словно в ней была вовсе не книга, а улей, Мари небрежным жестом указала на столик. Касаться незнакомца, даже косвенно, не хотелось. Может быть, девушка думала, что он может ее схватить, а, может, ударить чем-нибудь, если она хоть на шаг приблизится, а, может, и вовсе небеса разверзнуться и вампирессу поразит молния за то, что она проводит вечер в компании мужчины в собственной спальне, да еще и касается его. Да мало ли что там происходит в голове у женщины, которую застали врасплох. У слабого пола и без того в голове много нужных мыслей, так что загружать себя раздумьем о причине собственного же страха (пренебрежения?) близости гостя, Мари не считала нужным.
— Пусть он полежит там. В компании с расческой ему будет не столь одиноко.
Поняв, что опять расслабилась, вампиресса снова приняла воинственную позу. Задрав голову как можно выше и сощурив глаза, дабы еще более показать свое недовольство, Мари глядела на незнакомца из-под ресниц.
— Злобно говорите? А как же мне смотреть на вас? Вы побеспокоили мой покой! Вы непонятно каким образом проникли в мою комнату! Вы...- она осеклась, немного задумавшись, — А, кстати, как вы здесь оказались?
Вполне логичный вопрос. Конечно, шагов Мари могла не услышать из-за увлеченного чтения, но он должен был открыть дверь и пройти мимо комнаты родителя, который точно еще сидит где-то там в своих записях и формулах. К тому же в доме полно прислуги. Разве что незнакомцу повезло, и он просто ни на кого не наткнулся, а папа слишком увлекся чтением. Лицо и поза девушки сменились. Теперь она пребывала в крайнем удивлении и любопытстве.
Склонив голову набок, вампиресса продолжала разглядывать мужчину. Слишком поздно она заметила, как его взгляд уперся в протез. Мари дернулась и поспешно отвела левую руку за спину, грозно отметив:
— Это смущает, знаете ли. Моя комната совсем не кунсткамера, а я вовсе не центральный экспонат.
Этот гость с каждым мигов все больше раздражал Мари. Еще немного и она готова будет выталкивать его из дома собственными силами. Жаль, что она совсем не умеет драться, а то задала бы этому наглецу жару.

+1

7

Спокойно глянув в глаза девушки, Грейг чуть улыбнулся уголками губ и бесшумно опустил книгу на стол. По правде говоря, он был даже рад тому, что миледи не желает касаться его. По ощущениям кожа призрака ничем не отличается от эпителия мертвеца — такая же холодная и жесткая. Имитировать тепло, запах, дыхание и прочую живучесть было крайне тяжело, и Льялл не желал обременять себя этим. Роману, в отличие от его хозяйки, было решительно все равно, кто держит его в руках — живая девушка из плоти и крови, или материализовавшийся фантом. Отойдя от стола на пару шагов, призрак как бы невзначай показал девушке открытые ладони — знак того, что он абсолютно безоружен и не причинит ей вреда. Впрочем, быть абсолютно уверенным в том, что леди поймет его правильно, Грейг не мог. «Пусть он полежит там», — призрак с улыбкой переварил сказанное девушкой, делая пару шагов вбок. Развернувшись к жертве протезирования спиной, Льялл флегматично дошагал до окна, небрежно зыркнул куда-то по направлению к звездам и обратился к девушке передом, а к лесу, то бишь пейзажу за окном, задом. Леди так и осталась стоять в островке теплого желтого света, гордо вздернув подбородок и презрительно поглядывая на приведение из-под ресниц. Грейг даже растерялся. Спасительная полоска тепла не доходила до него, и дампир казался практически неразличимым на фоне холодного ночного неба. В комнате повисла напряженная тишина, и Айлей даже перестал дышать на радостях. Из-за облака выглянул добрый кусок луны, полоснув мужчину по щеке. На мгновение его полупрозрачный силуэт резко выделился из общей мрачности, и вся конспировка готова была полететь коту под хвост, но этого не случилось. Кусок комнаты, вмещающий в себя господина Айлея Льялла Грейга, опустился в благодатную тьму, и призрак вновь сошел за живого.
— Вы спрашиваете, как я здесь оказался? — Грейг тихо хмыкнул, медленно выступая из мрака. — Ловкость рук и никакого мошенничества! Но не подумайте, я не вор. Я — всего лишь волшебник, который влез в вашу скромную обитель через дымоход. И мне ужасно одиноко, как и всякому волшебнику. Только вот, в отличие от книги, которую вы обронили, рядом с расческой меня никто не положит.
«Точно решит, что вор, да к тому же сумасшедший», — мысленно отметил дампир, возвращаясь к созерцанию миледи. На чем и был замечен. Ай-яй-яй, милсдарь, как же вы вульгарны!
— Я ни в коей мере не считаю вас экспонатом кунсткамеры, — развел руками призрак. — Просто это... красиво.
Да, протез и вправду казался Грейгу красивым. Возможно, женственности в нем было мало, как и эстетики, но он был прекрасен. До чего дошел человеческий прогресс! Призрак застыл в нескольких футах от девушки.
— Вы же не одни дома, верно? — сощурившись, спросил он. Плохая привычка, оставшаяся с тех лет, когда Айлей еще сохранял живучесть. — Только не вздумайте кричать, или звать кого-либо. Просто совет.
Вполне разумный и адекватный, к слову, совет, учитывая сущность ее собеседника. Кидаться в Грейга чем-то тяжелым так же не стоило, но призрак искренне надеялся, что до этого не дойдет. А леди привыкнет, приведения они такие.

Отредактировано Айлей Льялл Грейг (03.03.2012 03:00)

0

8

Мари никогда не встречала призрака раньше. Она совсем не имеет представления, существуют ли они. Поэтому, даже если бы она заметила, что ее гостью не хватает телесности, вампиресса скорей всего бы начала винить свои уставшие от чтения в полумраке глаза.
Следя за передвижениями мужчины, который расхаживал по ее комнате, как по своей, Мари пыталась переварить услышанную информацию.
«Вор? Тогда зачем привлек к себе мое внимание? Вышел бы так же, как вошел, но с награбленным. Извращенец? Нет, слишком много говорит. Хотя, с извращенцами я раньше не встречалась. Может, у них манера такая, сначала жертву заговорить, а потом извращаться.»
Что конкретно девушка имела под словом «извращаться» совершенно не понятно, но это самое подходящее слово, которым она смогла охарактеризовать вторженца.
«Тогда будем говорить», — вынесла вердикт Мари, признавая, что делать ей в этой ситуации больше нечего.
— Кричать? Ох, извольте. Я совершенно не собираюсь будить прислугу, которая утром от недосыпа может не разбудить меня вовремя. Или, что еще хуже, спалить мой завтрак. А я очень не люблю подгоревшую еду.
Вампирессе надоело строить из себя злую ведьму и она сдалась. Тяжело вздохнув, понимая, что остаток вечера ей предстоит провести в компании этого странного волшебника, девушка опустила плечи и раздраженно потерла лоб.
— Я так полагаю, что вы собираетесь развлекать меня светскими беседами, раз уж пожаловали, а уходить не собираетесь. Позвольте, я тогда присяду. А вы можете наколдовать себе кресло поудобней, сер одинокий волшебник.
И не желая дожидаться позволения, Мари опустилась на сиденье, придержав платье, уберегая его от ненужных складок.
Вечер обычного дня скатывался в вечер судного дня. Ванна остывала, книга спокойно ждала своего часа, волосы, словно на зло, опять спутались, а внезапный гость все так же стоял где-то в тени, так, что если чуть прикрыть глаза от усталости, то он превращался в далекий мираж, неуместное видение. Но Мари не будет прикрывать глаза, она вообще не будет отводить взгляд от безумного мужчины, будет следить за каждым его движением, ожидая чего-то неприятного и резкого. И будет продолжать говорить. Спокойным, размеренным голосом. Которым разговаривают с людьми, у которых «птичка в голове».
— Красиво говорите, — девушка вывела левую руку на свет, металл тут же отозвался матовыми бликами, — Да, красиво. Мне тоже нравиться. Но все же не стоит заострять внимание на таких вещах. Мне не нравиться. Хоть эта рука, пожалуй, самое красивое, что во мне есть.
Мари улыбнулась, понимая правдивость своих слов. Но это было не грустное понимание. И улыбка была не грустной, это была улыбка матери, гордящейся своим ребенком.
— И все же. Если отбросить ваши глупые увертки, как вы сюда пробрались? Впрочем, не важно. Вы же пришли скрасить свое одиночество? А я, напротив, хотела бы отдохнуть в уединении, — Мари вернула свой взгляд на мужчину.

0

9

Как и предполагалось, выпихивать Грейга из уютной спаленки на свет Божий никто не собирался. Девушка передислоцировалась в кресло, продолжая чуть раздраженно поглядывать на него. Дампир оглянулся вокруг, обнаружил неподалеку симпатичный стульчик, подхватил оный под спинку и установил перед леди фасадом к себе. Оседлав стул, как мальчишка, воображающий из предмета мебели коня, призрак сложил руки перед собой и опустил на них подбородок.
— Знаете, мазель, у меня отвратительные манеры. Впрочем, вы не засомневались в этом ни на минуту, я полагаю. Так вот, я заранее (или же не совсем заранее) прошу прощения за столь вульгарное поведение. Ну что ж...
Грейг чуть откренился назад, заговорщицки зыркнул на девушку и радостно начал:
— Я вообще не понимаю, откуда у вас такое предвзятое отношение к нашему брату. Чего странного то? По сути дела, таких при... — дампир осекся, на мгновение замолчав, — ...ятных молодых людей как я кругом пруд пруди. Конечно, не все проникают в обители столь интересных леди с явным намерением заявить оным о своем существовании. Большинство избегает последнего обстоятельства, предпочитая оставаться незамеченными. Я же — феерически честный для своего сословия при... ятный молодой человек, ничего от прекрасной дамы не требующий. Подчеркиваю, все дамы прекрасны, чудесны и обожаемы. Тому есть миллион причин, хотя бы та, что Святой Дух явился на нашу бренную землю в облике женщины.
Призрак замолчал, собираясь с мыслями. Задумчиво постукивая по спинке стула пальцами, он внимательно посмотрел на девушку и продолжил уже куда более печально:
— А потом... Одиноко, знаете ли. Ты все живешь, носишься тут, а тебя никто не ждет. И никому нет дела до тебя, будто тебя и нет. И тяжко, тяжко осознавать, что ты ничего не значишь для этого общества, что никаких нет у тебя заслуг перед ним, а формально ты вообще не существуешь. Вот вы, наверное, где-то работаете? Приносите обществу пользу, трудитесь на благо революции. Вы не подумайте, я не считаю, что Дракенфурту может угрожать переворот. Я о революции в человеческих душах, изменении нравов. И знаете, эта революция началась еще давно, в те далекие времена, когда люди только прибыли в Нордандию на своих крошечных лодках. Было ли бы у нас то, что есть сейчас, если бы ни эта кучка ничего не значащих для вампиров людей? Нет, конечно же, нет.
Определенно, Грейг говорил не так красиво, как мыслил. Внезапно он позабыл все слова, которые накопились в его больной голове за все годы, проведенные за рамками своего тела. Да и было ли оно вообще? От него не осталось даже горстки пепла, которую обязательно следовало бы запаковать в пакетик и похоронить под деревцем, дабы приходить на символичную могилку простого деревенского парня хотя бы раз в пару месяцев. Вот Грегори, его дорогому и единственному другу, повезло куда больше. У него хотя бы хоронить что было. Призрак скривился, вспоминая синеватое лицо младшего Уилсона, и неуверенно поинтересовался:
— Так, о чем я там говорил?

0

10

Мари не уверена, что заметила, когда обстановка из раздраженно-переполошённой перетекла в тяжелую и депрессивную. Из-за этих странных рассуждений, странных для человека, который вот так вламывается на досуге в комнаты юных, ну или недавно бывших юными, дам. Каждое слово как песчинка и вскоре из этих песчинок между собеседниками выросла гора грусти и безысходности. Вампиресса так живо представила эту гору, что ей пришлось наклониться влево, чтобы снова лицезреть своего гостя.
— Знаете ли... — протянула она, когда мужчина закончил свой многословный и тяжелый монолог.
Атмосфера давила на Мари невероятно, но не от того, что заставила думать о совсем неважных на данный момент вещах, а из-за того, что её нежданный гость все крепче сжимал поводья владения ситуацией.
«Сначала вломился, куда не звали, подкрался, отвлек от действительно интересного занятия, а теперь еще и философские темы разводит», — прогремела раскатом грома мысль в рыжей голове девушки.
— Знаете ли... — снова начала Мари. — Не находите ли вы такие беседы чересчур серьезными для данной ситуации? А, впрочем, не важно.
Вампиресса махнула рукой, сметая невидимую гору. Но пора было перехватить управление на себя, иначе долго ей тут сидеть и выслушивать подобные умозаключения.
— Я, конечно, не имею права вас учить основам этикета, но не могли бы вы представиться для начала? Мне как-то неудобно совсем не знать с кем имею честь, — последнее было сказано с подчеркнутым сарказмом. — И прекращайте ваши грустные разговоры. Я намерена сегодня отлично выспаться, а не забить себе голову и мучиться от бессонницы из-за слишком бурной работы мысли. Если уж изволите говорить, расскажите мне о бабочках, цветочках или кровожадных морских чудовищах, но, молю вас, только не проблемах насущных. Мне совсем неинтересно слушать ваше нытье по тому или иному поводу.
Мари была довольна сказанным. Грубо, но зато она сразу почувствовала себя здесь главной. Но надеяться, что гость обидится на такие слова и уйдет, хлопнув дверью, она не стала.

0

11

Гость не обиделся. Гость только смерил собеседницу задумчивым взглядом, что-то про себя обдумывая.
— Ах да, — как-то не особо внятно хмыкнул призрак, возвращаясь из мира иного в жизнь насущную. — Можете звать меня Грейгом. Просто Грейгом, без титулов и прочей ерунды. А вот о бабочках мы говорить не будем.
Не дали поизображать трагичность, ох не дали! Дампир сложил пальцы в замок, вздыхая о неуслышанных мольбах: «Вот всегда так, работой клянусь!».
— Бабочки — это, не поверите, тоже очень печальная тема. Бабочки рождаются угрюмыми и совсем не симпатичными гусеницами, ползают по листочкам и съедаются канарейками. Конечно, в определенный момент своей жизни они обращаются в чудесных мотыльков всех цветов радуги, но длится это счастье недолго — всего один день, — призрак развел руками, всем своим видом говоря: «Я погружу вас в бездну страха и отчаяния, я стану самым страшным вашим кошмаром, я — ужас, летящий на крыльях ночи!».
Только сейчас Грейг заметил, что снова отвлекся. Наверняка, ему следовало поинтересоваться именем мазель, покой которой он так нахально нарушил.
— А как ваше имя, ma chere? — тут же нашелся он, заинтересовано заглядывая в глубокие очи девушки. Она была настолько милой и бурчащей, что хотелось немедленно растормошить ее, покружив по комнате, а еще лучше где-нибудь за ее пределами, или же заставить ему, великому и ужасному, посочувствовать. Сочувствовать мазель явно не умела (или же банально не хотела), что неплохо сокращало перспективы.
— Скажите, Мари, — с усмешкой поинтересовалось приведение, — что вы сделаете, когда я уйду? Ну, под утро эдак, когда закончу рассказывать о любимой собачке, которую сожрал оборотень, о том, как бедно я жил, и как трагически скончался мой лучший друг.
Айлей вполне был готов сделать пакость и ныть о тяжкой доле сталелитейщика до раннего утра, прекрасно понимая, что спасения от него не будет. Гром не загремит, ангел с огненным мечом не сойдет с небес, чтобы отсечь его непокорную голову, и никакие затычки не упасут нежные ушки вампирессы от заунывного скулежа бывшего ловеласа.

Отредактировано Айлей Льялл Грейг (11.03.2012 03:30)

+1


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Долгая ночь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно