Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » Отыгранные флешбэки » На абордаж!


На абордаж!

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/42-Otygrannye-fleshbehki/3.png
Участники: Рамир Ассман, Эдгар Лоран де Вирр, НПС Фрай.
Локация: Коралловое море.
Описание: молодой, подающий надежды адвокат по злой усмешке судьбы оказывается в заложниках у некоего Фрая, разбойника, пирата и, как выясняется впоследствии, отличного друга и собеседника. Военный корвет «Северная звезда», под командованием Фрая, вот уже три года наводит ужас на торговые суда в Коралловом море. Но, ничто не вечно под луной и небесами Нордании. И в этом им вскоре предстоит убедиться, потому как навстречу уже плывут пираты, с которыми предстоит вести тяжелый бой. А из Базильи в Паннакоту — фрегат с ценным грузом, на борту которого молодой Рамир Ассман командует группой вольных наемников, охраняющих судно.
Дата: 17 мая 1524 года.

0

2

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Otygrannye-fleshbehki/3.png
Рамир конечно же, нанялся охранять судно ради денег... Или ради славы? Ради приключений?
В любом случае, работа не пыльная и платят хорошо. Они плывут уже несколько дней, без всяких происшествий. Скука...
Море, море, море. Бескрайнее.
Всполохи недалекого боя в вечернем небе заставили оживиться не только наемников, но и обычных моряков. Трудное решение, которое предстоит принять капитану и Рамиру. Помогать ли терпящим бедствие? Вступить в бой или спасать тонущих? А вдруг там преступники? Или просто проплыть мимо, обрекая терпящих бедствие на верную смерть? Жалость и сострадание присущи ведь не только кисейным барышням. Капитан принял решение приблизиться на безопасное расстояние, чтобы выяснить, что происходит.

0

3

Под ногами мерно покачивалась палуба, как и день, и два, и три назад. Кроме как махать оружием, тренируясь, делать особо нечего. Разумеется, не под палящим солнцем, когда отраженные от водной глади лучи бьют по глазам, а вечером и ночью, когда в темноте и тишине слышен лишь легкий шорох собственной одежды, свист клинка, да поскрипывание корабля.
Сейчас как раз был вечер, и Рамир выбрался на палубу, устав находиться в замкнутом пространстве. Ветер ласково растрепал волосы молодого ревенанта, заставив его вспомнить о ленте. На ходу собирая длинные волосы в хвост, он добрался до капитана, хмуро разглядывающего горизонт. На горизонте вспыхивали огни, недвусмысленно намекающие на идущий неподалеку бой.
— О, как интересно. Какие наши действия?
— Море не терпит равнодушия. Пройти мимо будет плохой идеей.
— Даже несмотря на ценный груз? — Рамир удивленно приподнял бровь, завязывая последний узел в волосах.
— Я все прекрасно понимаю не хуже вас, молодой человек, — проворчал капитан, — но попомните мои слова, лишиться удачи, прогневав море, будет куда более опасно. Поэтому я приказал идти на сближение — разберемся и там решим, что делать.
— В таком случае, пойду соберу своих ребят.
— Не задерживаю вас, Ассман.
Оставив капитана напряженно вглядываться в приближающиеся суда, Рамир оперативно организовал свою команду, рассредоточив наемников по палубе. Люди (да и не только люди) подобрались опытные, выполняющие команды моментально и точно. Впрочем, с другими бы Ассман, обладающий завышенными критериями оценки, любовью к жесткой дисциплине и нетерпимым характером, не связался бы.
Вернувшись через некоторое время, он обнаружил капитана на том же месте.
— Итак, вы решили?
— Да. Я опознал один из кораблей, это «Северная звезда». Если не вмешаемся сейчас, вполне можем стать следующий жертвой.
— Моя удача всегда со мной, — радостно оскалился Рамир, — третий день — и уже такая встреча!
Ревенант любовно погладил рукоять клинка. Будущее казалось очень многообещающим...

Отредактировано Рамир Ассман (16.02.2012 18:10)

+5

4

Позже, на протяжении многих десятков лет де Вирру снился этот бой. Не первая судьбоносная встреча с Фраем, во многом предопределившая его существование в последующие несколько лет; не постоянная качка под ногами, к которой он привыкал долго и мучительно; не теснота крохотной, но отдельной и роскошной по морским меркам, каюты; не плеск волн за бортом; не штормы, треплющие «Северную звезду» и не штили, сводящие с ума всю командую.
Они догнали клипер на закате. Уже почти неделю два корабля кружили, как два коршуна над неаппетитным куском падали в районе безымянных островов близ крохотного архипелага. Черный флаг никогда не останавливал Фрая. Он считал себя не пиратом, а вольным охотником. То, что его деятельность попадает под юрисдикцию всех государств, как преступная, ни в малейшей степени не смущало бравого капитана, ускользающего от преследования властей с завидным постоянством.
— На меня не рассчитывайте! — заявил де Вирр. Он никогда не участвовал в бою, но считал своим долгом уведомлять Фрая о своих намерениях всякий раз, когда «Северная звезда» ввязывалась в очередную битву. Скрестив руки на груди, он с мрачным видом наблюдал за суетой, царящей на палубе. Залп с правого борта, заставил его поморщиться. Поймав насмешливый взгляд Фрая, Эдгар только пожал плечами. Однако в этот раз все было иначе.
По мачтам бежали огненные язычки. Клипер горел. Пламя пожирало паруса. По бортам кипела смола. Корабли, сцепившиеся борт в борт раскачивались в унисон. От чада и дыма было трудно дышать. Звенела сталь, заглушая крики ярости и боли. Фрегат, вмешавшийся в битву, решил ее исход отнюдь не в пользу «Северной звезды». В этот раз удача и невероятное везение, помноженное на мастерство, не спасли Фрая и его легендарный корабль.
Де Вирр почти не глядя отразил удар, ориентируясь лишь на взрыв ярости нападавшего и блеск клинка.
— Какой к Морготу абордаж?! Вы сошли с ума, Фрай?!! — лезвие шпаги Эдгара с хрустом вошло в тело противника, зацепив ребро. Однако сила удара была слишком велика, чтобы такая малость остановила клинок, разве что слегка изменила направление движения, но оно и к лучшему. В конце концов, он не в тренировочном зале, чтобы демонстрировать чистоту удара. Хотя, если так пойдет и дальше, то и демонстрировать будет некому. Де Вирр тяжело закашлялся, чувствуя в горле привкус крови и гари.
С ужасающим треском рухнула фок-мачта. Палуба со скрипом накренилась. Кажется, Фрай опять назвал его конторской крысой, но за грохотом Эдгар не стал бы ручаться за точность формулировки.
— Сам ты крыса, — проворчал де Вирр, пытаясь сохранить равновесие.
Так или иначе, Фрай, как обычно, был прав. Либо они прорывались на фрегат, либо сгорали заживо вместе с кораблем. Впрочем, еще можно было прыгнуть за борт. Но эта восхитительная перспектива не прельщала Эдгара ни в малейшей степени.

Отредактировано Эдгар Лоран де Вирр (16.02.2012 20:48)

+5

5

На сцепившихся в схватке кораблях, полыхали языки пламени, пожар уже перешел в ту стадию, когда тушить его смысла и времени не было.
— Фрай пойдет на абордаж, — задумчиво прокомментировал происходящее капитан, наблюдая, как его канониры готовят следующий залп, — это его единственный шанс. Знаете, Ассман, я видел ваши тренировки и видел, как вы гоняете своих людей. Я всерьез надеюсь, выйти из этой схватки без особых потерь. Мы понимаем друг друга?
— Конечно, — белозубо улыбнулся Рамир, — вам — слава человека, положившего конец репутации непобедимого Фрая, мне -признание моих профессиональных навыков, нескромное вознаграждение и рекомендации от столь уважаемого капитана, как вы.
— Ваше чувство юмора мне нравится.
— Стараюсь. Знаете, у меня совсем недавно умер отец... и я собираюсь привезти матери что-то особенное, дабы немного отвлечь ее от горя.
— Что ж, давайте подведем итог. С вас — победа, с меня — рекомендации и нечто, достойное вашей родительницы.
— С вами приятно иметь дело.
— С вами тоже, но давайте не будем делить шкуру неубитого кракена.
— Вы льстите этому Фраю.
Капитан выразительно приподнял бровь.
— Намек понял, замолкаю и вперед, на подвиги.
— Ваше чувство юмора...
— Если бы не мое чувство юмора, собственные наемники давно выкинули бы меня за борт.
— Ассман!
— Уже!
«Северная звезда», тем временем, действительно пошла на прорыв, отцепившись от прежней жертвы. «Приятно иметь дело с умными людьми, которые не ошибаются», — сделал мысленный комплимент капитану Рамир. Рядом напряглись, приготовившись к бою, его люди, рукоять абордажной сабли и парного кинжала к ней привычно скользнули в ладони. Предвкушение и азарт бродили в крови, вызывая на лице ревенанта сумасшедшую усмешку. Корабли сблизились, абордажные крючья вонзились в борта, и Ассман легко перепрыгнул на вражеское судно. Приземляясь, он перерезал горло ближайшему противнику и блокировал кинжалом выпад следующего. Рассмеялся, демонстрируя пиратам клыки, и кинулся в гущу схватки. Удар, блок, брызги живой, горячей крови, попавшие на лицо; пинок под колено, чтобы вывести очередную жертву из равновесия, увернуться от падающего сверху горящего каната; пригнуться, пропуская вражеский клинок и подрезая сухожилие еще одному неудачнику... Разве может быть хоть что-то прекраснее ощущения собственного всемогущества, которое дарит очередная победа?

Отредактировано Рамир Ассман (16.02.2012 18:13)

+5

6

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Otygrannye-fleshbehki/3.png
Пламя поглощало его корабль полностью, взбираясь по парусам, расползаясь по палубе. Потеря собственного корабля для капитана — сродни смерти. Поэтому Фрай, где-то на границе с подсознанием знал, что сегодня должен погибнуть вместе со своей «Северной звездой».
— Идем на абордаж! — браво крикнул он, умело орудуя шпагой в гуще подступающих врагов. Голос де Вирра потонул среди лязга и шума, но Фрай читал его мысли, как открытую книгу.
— Вперед, конторская крыса! Давай! Либо мы перейдем на их фрегат, либо сгорим здесь заживо! — привычный уже шум в голове, россыпь чужих мыслей, способность, которая всегда помогала капитану в боях. Всегда, но не сегодня.
— Сам ты крыса, — проворчал де Вирр, а Фрай повернул к нему покрытое копотью лицо и белозубо улыбнулся, коснувшись пальцами виска:
— Я все слышу! И да, мне прекрасно известно, что вы обо мне думаете, — расхохотавшись, он насадил на шпагу очередного не слишком удачливого оппонента. Фрай искал смерти. Но это совсем не значит, что он хотел того же для своей команды и случайного попутчика, который сначала был заложником, а затем стал прекрасным другом и собеседником. Нужно было прорываться на фрегат. Он уже перестал считать, сколько душ сегодня отправила на тот свет его шпага. А сколько ещё отправит? Он вновь улыбнулся и рванул в самую гущу боя.
В противники ему достались три совсем молодых ещё, но умелых бойца-наемника. Выпад-удар-блок. Совершенно механические действия, которые за свою долгую жизнь Фрай исполнял не раз. Неистовая пляска смерти. Опьяняющий восторг боя. Выгадав момент, он насмешливо отсалютовал де Вирру шпагой, легко коснувшись его разума:
«Браво, господин адвокат! Умеете же, когда хотите!»
Фрай легко справлялся со своими противниками. Вот уже один упал на палубу, сраженный его точным ударом, вот уже другой удивленно отстранился, рассматривая кровь на своих руках. Капитан усмехнулся, отражая удар, и снова посмотрел на Эдгара, с ужасом осознавая, что тот опустил оружие и отвернулся от своего врага.
«Что ты творишь?» — Фрай в ярости сделал выпад, прокалывая последнего противника точным ударом шпаги. Невозможно долго он доставал пистолет, осознавая, чем грозит Эдгару его неожиданная жалость. Грянул выстрел, но Фрай не успел остановить мальчишку наемника. Эдгар упал одновременно с застреленным Фраем врагом. Капитан глухо зарычал и двинулся было к другу, но был остановлен ещё одним наемником. Привычный выпад, удар и можно двигаться дальше. Сейчас ему хотелось только одного — помочь де Вирру, если тот ещё жив. Но соперник оказался не так уж прост. Ещё удар... Внезапно навалившаяся слабость качнула палубу под ногами, и сознание пронзила внезапная боль в боку. В слепом страхе за жизнь де Вирра и запале боя он не заметил, что сильно ранен. Небо перевернулось, больно стукнув по голове деревянными досками корабельной палубы.

Последним соперником, с которым сцепился Фрай, был капитан наемников Рамир Ассман.

+4

7

Как же Эдгар ненавидел все это. Боль, ярость и желание убивать превращали людей в деградирующих животных, которым не ведомы жалость и сострадание. Он шагнул назад, высвободив свой клинок из тела мертвого противника, который еще не знал об этом и с изумленным выражением на лице оседал к ногам де Вирра. Можно было бы поставить ментальный щит, отгородить свой разум от бушующего вокруг безумия, но это бы сделало его слепым и глухим, а значит, мертвым. Судя по всему, тот, кто сейчас умирал от удара его шпаги, был наемником. А эти не станут разбираться кто ты такой. Их девиз прост: убивай, а там Моргот и Святая Роза разберутся.
Эдгар нашел взглядом Фрая, который, даже в противостоянии с тремя противниками умудрился отсалютовать ему обагренным в крови оружием.
«Браво, господин адвокат!» — прозвучал в голове насмешливый голос капитана «Северной звезды». — «Умеете, когда хотите!»
«Будьте вы прокляты, Фрай!»
Де Вирр с чувством выругался, принимая на клинок еще одного врага. Обводящий удар, выпад, и вот молодой, не старше Эдгара, человек отпрянул в сторону, зажимая рукой рану в боку. Несколько секунд они смотрели в глаза друг другу (юноша − с ужасом подступающей смерти, де Вирр с постепенно угасающей яростью во взгляде), потом Эдгар опустил шпагу и отвернулся, не желая добивать раненого противника. Напрасно. Взрыв затмевающей разум злости оглушил его, а в следующую секунду кинжал с противным хрустом вошел под ребра де Вирра. В глазах потемнело. Выстрела Фрая он уже не слышал. Удержаться на ногах вдруг показалось жизненно важным, но в голове мутилось, а проклятая палуба словно взбесилась.
Де Вирр лежал на залитых кровью досках палубы и бездумно смотрел в небо, где уже зажглись первые звезды. Время от времени их облизывало пламя горящих парусов и заволакивало черным дымом.
— Вон там, видите? Самая яркая... Северная звезда. «Северная звезда»... Она погибла... Она мертва, слышите? Да остановитесь же вы, наконец...
Его не слышали. Да и не могли слышать. Слова можно было прочесть лишь по движению бескровных губ. Де Вирр повернул голову. Фрай все еще сражался. Сражался без надежды, просто потому, что не умел жить иначе. Он никогда не сдавался.
Эдгар попытался встать. Мучительно и бесконечно долго. Взял шпагу и, все же, поднялся, цепляясь обожженной рукой за горящие части бегущего такелажа. Кровь из раны щедро заливала некогда белую рубашку. Шаг по горящей палубе туда, где поет сталь. И еще один. У непобедимого Фрая всего один враг. Это нестрашно, Фрай легко справляется и с тремя, только вот почему-то он падает, разметавшись черными волосами по палубе умирающего корабля, а его противнику остается лишь один удар, чтобы добить капитана «Северной звезды».
— Остановитесь! Остановитесь, или я убью вас...
Де Вирр не слышал своего голоса, зато его услышал наемник, обернулся с азартным блеском в глазах. Наверное, такая угроза того, кто сам едва держится на ногах, по меньшей мере, забавна. Впрочем, это все равно. Главное, что он остановился. Еще несколько шагов. Шпага выпала из ослабевших пальцев. Де Вирр споткнулся и, чтобы сохранить равновесие, уцепился за первое, что попалось под руку — плечо наемника, облаченного в черный камзол, но не удержался и опустился на колено перед поверженным капитаном.
— Будьте вы прокляты, Фрай... Живите... Слышите? Живите... я вытащу вас... из-под любого приговора... Что вы стоите? − Эдгар повернул голову, глядя в темные глаза наемника. — Помогите мне.
Тому услышать такое требование от врага, наверное, тоже было забавно. Но де Вирр об этом не думал.

Отредактировано Эдгар Лоран де Вирр (17.02.2012 13:43)

+6

8

Азарт схватки пьянил, наполняя тело обманчивой легкостью и даря выверенным движениям особенную красоту и смертоносность. Ради таких моментов и стоит жить, безжалостно гоняя себя, до изнеможения и темноты в глазах, повторяя блоки и выпады. Все бесконечные тренировки в конечном счете имеют одну цель — вознести тебя над остальными, подарить ощущение собственного всемогущества, полностью тобою заслуженного. Награда воина — его победа, где беспристрастнейшим из судей выступает сама жизнь, одаривая достойных и сметая тех, кто оказался недостаточно хорош и упорен.
Ближе, еще ближе, в самой гуще схватки, взрываясь вихрем ударов и позволяя идущим следом наемникам добивать тех, кому посчастливилось выжить. Временно, разумеется, ведь Рамир набирал лучших, таких же, как он, одержимых искусством убивать. Вокруг полыхает огонь, сквозь рев пламени, звон стали и грохот падающих мачт слышатся крики умирающих, а Ассман просто не может не смеяться, чувствуя жизнь каждой клеточкой своего тела. Его личное, персональное бессмертие, ах, как глупы алхимики, пытающиеся, запершись в своих лабораториях, сотворить философский камень!
Рывок вперед, чужой клинок скользит по подставленной сабле, запястье плавно изгибается, перенаправляя силу удара, ноги делают шаг вперед и вбок, а кинжал в левой руке тем временем вспарывает горло. Брызжет кровь, капли попадают на рубашку, рядом кто-то из его ребят радостно скалится и кричит что-то одобряющее, а в него летит лезвие шпаги, которую Рамир принимает на свой клинок, отталкивая наемника плечом. Короткая схватка и место пирата занимает его товарищ, а потом еще один и еще, рукоять становится мокрой от чужой крови. Щепка, выбитая выстрелом из ближайшей мачты, рассекает бровь, удар, блок, блок, кто-то особо удачливый оставляет длинную царапину на левом предплечье, уворот, блок, удар, ноги периодически оскальзываются на чьих-то внутренностях, удар, блок, отскочить, мокрые волосы липнут ко лбу, подсечка, удар, прыжок в сторону, пригнуться, удар, рывок вперед, ох, твою мать, борт! Увлекся! Развернуться, с трудом уходя от выпада шпаги, прикрыться телом очередной жертвы, ловя им выстрел в упор, безумно рассмеяться в лицо следующего противника, краем глаза заметить летящее за борт тело, его пытаются оттеснить в огонь, но нет, спасибо, я туда не пойду, уж лучше вы получите сталь под ребра...
Ритм схватки, ритм сердца, ритм жизни захватывает полностью, но уже явно стихает. Кто-то особо шустрый пронзает сердце наемника, и Рамир быстро занимает место павшего товарища. «Попробуй справиться со мной, шакал! От меня не отмахнешься парой взмахов клинка... куда же ты спешишь, какая невежливость!» И как приятно видеть искреннее недоумение в чужих глазах, когда лезвие кинжала рассекает податливую плоть. «Мнил себя непобедимым? Жизнь рассудила иначе!» Рука заносит саблю для добивающего удара, когда в разум толкается чья-то сила. Псионик?!
— Остановитесь! Остановитесь, или я убью вас...
«Попробуй заставить меня», — хочет сказать он, — «попробуй меня остановить, глупец, а я посмеюсь потом над твоим телом, ведь ни ты, ни твой приятель не заслуживаете жизни».
Только вот дар эмпатии, до этого послушно накачивающий ревенанта адреналином и отчаянной обреченностью пиратов, уловил странное отличие этого парня от остальных. Он что... не хотел убивать? Рамир застыл, хищно втягивая в себя пахнущий порохом и кровью воздух, и пристально вгляделся в лицо «спасителя». Тот, тем временем, шагнул вперед, роняя оружие, роняя оружие! Что за бред! Ассман напрягся, сдерживая желание прирезать этого типа так же, как и остальных. «Спокойно. Бой окончен. Хватит». Он не собирался уподобляться уродам, кидавшимся на всех подряд, он воин и убивает лишь тех, кто этого заслуживает. Странный парень, в котором не было желания убивать, зато было желание спасти жизнь валяющемуся у ног Рамира тела, был не похож на остальных пиратов, следовательно, причин отправить его к Морготу не было. Светловолосый тем временем уцепился за его плечо и сполз вниз, упав на колени.
— Живите... Слышите? Живите... я вытащу вас... из-под любого приговора... — и столько стремления спасти. Из монастыря его украли что ли? — Что вы стоите? — этот ненормальный требовательно развернулся к Ассману, — Помогите мне.
Скептически скривившись, Рамир воззрился на эту коленопреклонную композицию, окончательно успокаиваясь и беря себя в руки, разгоняя дурман боя, загоняя клинки в ножны. Если он правильно понял, то сейчас перед ним истекал кровью знаменитый Фрай... Конечно, разумнее всего добить этого шакала, не доверяя столь ответственное дело судьям, но к ним уже спешил капитан, который благие намерения ревенанта явно бы не оценил. Моргот с ними! Отшвырнув ногой оружие пирата, Ассман закатал рукава изорванной рубашки и опустился вниз, поморщившись, встал на колени в лужу крови и внутренностей.
— Я экстрасенс. Сейчас попробую его немного подлатать, а потом отправлю к лекарю.
Соблазн вместо лечения разорвать к троллям внутренности пациента и сказать «простите, я старался, но...» был велик, однако Рамир привычно заткнул в себе этот порыв, расценив как недостойный. С трудом расслабился и направил силу на сращивание поврежденных тканей. Практика у него была весьма обширной, все-таки наемники получают травмы часто и помногу, так что особых проблем не возникло. Устранив опасность для жизни, ревенант остановился.
— Все, — прокомментировал он свои действия, — хорош. Дар нестабилен, это раз, и лекарь вполне справится с остальным, это два. А теперь ложись рядом и дай мне посмотреть на твои повреждения, великий герой, — добавил он с нескрываемым сарказмом.
Ранение спасителя Фрая оказалось немногим легче. Велика сила сострадания, или чего там еще, что заставила парня кинуться к пирату.
Закончив со вторым, Ассман поднялся и приказал оказавшимся рядом наемникам перетащить обоих на корабль и доставить к лекарю. Оставаться на разрушенной и объятой пламенем «Северной Звезде» смысла больше не было. По лицу и рукам стекала кровь, рубашка была пропитана ею насквозь, ныли царапины над бровью и на предплечье, ветер теребил выбившиеся из хвоста волосы, команда ставила паруса и носилась по палубе. Следовало оценить потери среди своих, поговорить с капитаном и привести оружие в порядок. Жизнь была прекрасна.

Отредактировано Рамир Ассман (21.02.2012 18:59)

+7

9

Эдгар сидел устало закрыв глаза, откинув назад голову и прижимаясь затылком к поскрипывающей переборке. В тесной, темной каморке, куда их с Фраем впихнули после того, как лекарь на скорую руку подлатал их раны, было темно и душно. Фрай, всю ночь метавшийся в беспамятстве, под утро затих и забылся беспокойным, тревожным сном. Судовой врач не слишком церемонился с пленниками (оно и понятно — хлопот и с другими ранеными хватало), но дело свое сделал, а остальное закончит хваленая вампирская регенерация.
Эдгар шевельнулся, звякнула цепь. Таковы были печальные реалии. Даже будучи пленником Фрая, де Вирр не знал подобного унижения. В первый раз при заходе в порт его заперли в каюте. После Фрай просто взял с него слово и это оказалось достаточно. Теперь же... Эдгар очень надеялся, что везут их не в Орлей. Ему не хотелось, чтобы кто-то узнал о его судьбе. Для родных он пропал без вести почти три года назад, когда уехал из Орлея читать лекции по истории права, соблазнившись доступом к библиотеке университета.
Скрипнула дверь. Свет резанул по глазам. Лекарь деловито осмотрел сначала Фрая, потом его. Без намека на сострадание, без отвращения или ненависти. Холодный, рациональный, равнодушный профессионализм, за что де Вирр был ему благодарен. Самому Эдгару такому отношению к работе и жизни было еще учиться и учиться.
— Вас хотят допросить. Встать сможете?
Эдгар кивнул, неловко поднялся, скрипнув зубами. На каждом корабле свой закон и свой высший суд в лице капитана. Требовать соблюдения процедуры было глупо. Наручников с него не сняли. В сопровождении двух вооруженных людей он вышел на палубу и остановился, жмурясь от солнца, ослепленный бликами на воде. После затхлого трюма воздух казался упоительно-сладким. Де Вирр подставил лицо ветру.
«А ведь вполне может получиться так, что меня не повезут в Орлей... Вообще, никуда не повезут. Все вполне может закончится здесь и сейчас...»
Однако эта мысль никак не отозвалась в нем. Эдгар не ощутил ни страха, ни тревоги, лишь накатила усталость и захотелось спать.
«Скорее бы...»
Долго стоять на солнце не хотелось. Его подтолкнули к навесу, под которым удобно расположились трое (Трибунал?). Лиц Эдгар разглядеть не мог — мешало солнце, медленно, но верно заставляющее вскипать кровь. Де Вирр опустил взгляд и теперь смотрел под ноги на выдраенные до блеска доски палубы.
Вопросы, касающиеся «Северной звезды», заставили его качнуть головой:
— Я не являюсь членом команды «Северной звезды», и капитан Фрай не уполномочивал меня отвечать на ваши вопросы.
Вот и все. Эдгар и не рассчитывал, что ему поверят, ведь любой на его месте искал бы лазейки для спасения. Он просто отгородился ментальным щитом от насмешливых голосов, скептического недоверия, от ощущения чужого превосходства. В конце концов, они были в своем праве. Его взяли на палубе пиратского корабля с оружием в руках, которым он убил нескольких нападавших. Еще, кажется, он угрожал кому-то из наемников, но это уже помнилось совсем смутно.
Эдгар отвернулся, со спокойным равнодушием посмотрел туда, где в туманной дымке бескрайняя водная гладь медленно перетекала в лазоревое небо. Бывают ситуации, когда падать дальше некуда и остается только один пусть — наверх. Он тоже был в своем праве, в праве оставаться тем, кем он был.

+6

10

Потери среди команды были, по единодушному мнению Рамира и капитана, приемлемыми, особенно учитывая то, что вчера вечером за кормой осталась догоравшая «Северная Звезда», а в одной из кают валялся в наручниках легендарный Фрай. Лучше было сейчас заплатить за победу над ним жизнями профессиональных воинов, чем позволить этой жертве алхимии и дальше грабить торговцев.
Ассман, хоть и являлся наемником, был воспитан герцогиней, высшей чистокровной вампиршей, вбивавшей в сына понятие о морали и чести всеми доступными способами. Мазель Валери была крайне категорична по отношению к разного рода преступным элементам, живущим за счет причинения вреда добропорядочным людям. То, что тебе принадлежит, ты должен заработать сам, а не отнять у слабейшего. По глубокому убеждению Рамира, любую силу, любой талант, любую энергию можно было направить во благо.
Например, он сам. Ревенант не обольщался на свой счет — он был жестоким, нетерпимым, склонным к агрессии, к тому же ему нравилось убивать. Единственное, что не дало ему опуститься до уровня пиратов, разбойников, убийц и прочего сброда — дисциплина, сила воли и воспитание. Сын герцогини не имеет права уподобляться отбросам общества. Если уж некуда девать энергию — взял меч и вперед, защищать тех, кто себя сам защитить не может. Желающих обогатиться за чужой счет всегда было полно, поэтому работа для хорошего воина найдется.
По мнению Ассмана, место Фрая было на рее. Можно ли простить того, кто идет по жизни, калеча чужие? Можно! Святая Роза простит. Задача Рамира — организовать их встречу.
Ночка выдалась не из спокойных, ревенант помогал корабельному лекарю и вымотался так, что еле стоял на ногах, но не оказать помощь своим людям он просто не мог. Перевязка, сращивание тканей, лечение ожогов... С первыми лучами рассвета упав на койку в своей каюте, он вырубился моментально, искренне попросив небеса, чтобы ни один самоубийца не трогал его минимум до полудня.
Капитан, в очередной раз доказав свою мудрость и проницательность, отправил за ним юнгу только после обеда. Наскоро расчесав волосы и задумавшись о том, что их стоит срезать к Морготу, Рамир натянул свежую рубашку и отправился узнать, что, собственно, от него понадобилось. Встреченный по дороге лекарь заверил, что с ранеными все в порядке. Ревенант искренне поблагодарил его и вышел на палубу.
— Звали, капитан? — улыбнулся он, подставляя лицо ветру.
— Звал. Я более чем доволен вами и считаю, что будет правильным дать вам возможность решать судьбу пленных наравне со мной. Фрай все еще без сознания, так что я попросил привести его спутника. Зачем вы его вытащили, кстати? Раньше за вами милосердия я как-то не замечал.
— Да странный этот парень какой-то, — пожал широкими плечами Рамир, — особенно для морского разбойника. Я эмпат, слабый, конечно, но во время боя дар обычно работает на полную. Так вот, его эмоциональный фон очень сильно отличался от фона остальных. Если я правильно понял, к убийству он испытывал отвращение. Правда, меня несколько смутило то, что спасать Фрая он кинулся самоотверженно — может, и правда пират. Думаю, прежде чем решать его судьбу, стоит во всем разобраться. Не хотелось бы убить невиновного.
— Ваш найм стал моей огромной удачей, Ассман, — серьезно сказал капитан. — Редко можно встретить действительно хорошего наемника, обладающего моральными принципами.
Рамир склонил голову, принимая комплимент. Хоть кто-то способен оценить его убеждения, не цепляясь за дурной характер и оставленные за спиной трупы.
Тем временем привели пленника. Парень явно был рад свежему ветру, но почему-то упорно не желал поднимать глаза, да еще и ментальным щитом отгородился. С чего бы это?
Капитан попытался расспросить о пиратах, но потерпел неудачу.
— Я не являюсь членом команды «Северной звезды», и капитан Фрай не уполномочивал меня отвечать на ваши вопросы.
И все. Опущенная голова и взгляд в сторону горизонта. Как это понимать?
Капитан повернулся к Ассману, приподнимая бровь. Ясно, пленник его больше не интересует, и он доверяет решать его судьбу наемнику.
— В таком случае, оставим тему Фрая и займемся лично вами. Меня зовут Рамир, я являюсь ответственным за охрану этого корабля. Я обладаю слабым даром эмпатии и уловил вчера ваши эмоции, они меня заинтересовали. Считайте, что у меня повышенное содержание жажды справедливости в крови — не хотелось бы совершить ошибку и отправить вслед за разбойниками невиновного. Поэтому я хочу знать, кто вы такой, как оказались на судне пиратов и чем занимались в их обществе.

Отредактировано Рамир Ассман (21.02.2012 19:10)

+6

11

Сказать, что он удивился — значит, ничего не сказать. Эдгар вскинул голову, пытаясь рассмотреть говорящего. Но проклятое солнце било в глаза, принуждая его вновь отвернуться. Следовало найти убедительные доводы и нужные слова. В зале суда они приходили сами. Даже в самых сложных и запутанных ситуациях де Вирр знал, что сказать, четко, ясно и по существу. Но сейчас... болело в левом подреберье, изнутри поднимался жар, кровь стучала в висках, а в голове была восхитительная, звенящая пустота.
Кто он? Преуспевающий адвокат из Орлея? Заложник обстоятельств? Пират? Пленник? Осужденный? Как в паре слов можно рассказать о трех годах жизни, превративших его существование в ад с редкими моментами просветления в те дни, когда «Северная звезда» никого не преследовала, и никто не преследовал ее? О пьянящем восторге, когда легкий, маневренный, быстроходный корвет летел навстречу Северной звезде, оставляя далеко позади вражескую эскадру? О зимних штормах, когда ему впервые пришлось помогать сильно поредевшей команде управляться с потерявшим все паруса кораблем? О Фрае, который после учил его перетягивать в кровь ободранные ладони полосками тонкой, хорошо выделанной кожи, обзывая сухопутной крысой.
Как он попал на «Звезду»? Да просто стал живым щитом Фрая, словив две предназначенные капитану пули от не слишком разборчивых представителей закона. Де Вирр никогда не спрашивал, что подвигло морского разбойника сохранить ему жизнь, вместо того, чтобы сбросить ставшего ненужным заложника за борт. Тогда Эдгар еще надеялся, что единожды проявивший милосердие, Фрай высадит его в первом же порту. Но «Северная звезда» еще четыре месяца бороздила океан, успев пустить на дно двух пиратов, трех торговцев и оставить без парусов семь кораблей конвоя.
И когда на горизонте, наконец, появилась земля, Фрай сказал:
— Я отпущу вас, де Вирр. Но при одном условии: ни кому и ни при каких обстоятельствах вы не расскажете о том, что видели здесь.
— Я не ваш адвокат, а вы не мой подзащитный, — холодно отозвался Эдгар. — Полученная мной информация не является конфиденциальной. Я не могу мешать отправлению правосудия. И если будет необходимо, я дам против вас показания.
— Так станьте моим адвокатом.
— Никогда. Слышите, Фрай? Никогда я не стану защищать вас. Вы этого не заслуживаете.
— Очень жаль, господин адвокат. Значит, вы никогда не сойдете на берег. По крайней мере, живым.
Де Вирр мотнул головой, отгоняя давние воспоминания. Понимая, что пауза слишком затянулась, он звякнул цепью:
— Прикажите снять это. И позвольте мне уйти с солнцепека.
Интересно, как долго можно испытывать терпение фортуны и того, кого Эдгар не видел, но чей голос казался смутно знакомым?

+6

12

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Otygrannye-fleshbehki/3.png
Сознание медленно возвращалось к Фраю. А это значило только одно — он не погиб в яростной схватке за корабль, как сам того хотел. Он ошибся, посчитав противника слишком слабым или сам, опасаясь за жизнь Эдгара, позволил себя тяжело ранить. Тяжело, но не достаточно для того, чтобы уйти, как подобает воину, а не болтаться на рее, как преступнику.
Темная, тесная конура, в которую его запихнули, предварительно заковав в кандалы, говорила о том, что он здесь пленник. И судьба его, увы, обещает быть не утешительной. А тот факт, что рядом не оказалось де Вирра, говорил о том, что друг его все же погиб.
— Пр-р-роклятие, — прорычал он, неловко поднимаясь с вонючей подстилки. Бок тотчас же пронзило острой болью. Он покачнулся, но на ногах удержался, лишь скривившись от собственного бессилия. Непобедимый Фрай оказался далеко не так непобедим, а ещё и слаб телом. «Так тебе и надо, старый дурак».
— Дур-р-рак. — он злился только на самого себя. Все что случилось с ним, его командой и де Вирром, все на его, Фрая, совести. Но, видит Роза, он не желал молодому юристу смерти. Чего же он хотел, три года таская парня за собой по морю? Научить его проще смотреть на мир и на вещи? Радоваться каждому дню? Умению убивать и растаптывать оппонентов? Уже не важно.
Боль стихала. Нет, она не становилась меньше, он просто учился с ней жить. Уже привычным, отточенным усилием воли он начал забираться в чужие головы, копошась в незнакомых мыслях. Он пытался нащупать капитана: «О чем же ты думаешь, сукин сын? О том, что поймал неуловимого Фрая?»
Он усмехнулся, именно так тот и думал. Но, внезапно, среди гомона мыслей и ярких образов — смутно уже знакомый узор.
«Никогда я не стану защищать вас. Вы этого не заслуживаете». Фрай хорошо помнил тот разговор, который произошел три долгих года назад. С тех пор многое изменилось.
«Значит, вы никогда не сойдете на берег. По крайней мере, живым». О, да! Тогда он был уверен в своих словах, сейчас же Фрай отдал бы многое, чтобы де Вирр сошел на берег. Живым... живым, здоровым и чистым. Без грязных, лживых обвинений в пособничестве и разбоях. И то, что молодой адвокат пока жив, давало ему такую надежду. Фрай оскалился в подобии улыбки.
— Эй, вы! Я требую разговора с капитаном! Слышите, морготовы дети? — он загремел тяжелыми кандалами, молотя об дверь и стены. — Я хочу признаться в своих преступлениях! Сейчас же! Отведите меня к нему.

+5

13

Говоря с пленником, Рамир попытался быть дружелюбным, но, видимо, не преуспел. Он знал, какое впечатление обычно производит на людей: выше двух метров, здоровенный — от матери-вампирши ему досталась разве что гибкость и скорость, но уж никак не телосложение, вооруженный... Да еще и голос, привыкший отдавать команды. Как минимум, его опасались, особенно при первой встрече. Ассман всерьез заподозрил, что собственная суровая рожа внесла вклад в состояние пленника, упорно не желающего поднять голову. Пауза затягивалась, ревенант начинал подыскивать нечто вроде успокаивающих аргументов. Если уж они решили быть цивилизованными существами, то надо договариваться, а не вытягивать ответы силой.
Тем временем пленник мотнул головой, видимо, придя к какому-то решению, звякнул цепью и наконец-то заговорил.
— Прикажите снять это. И позвольте мне уйти с солнцепека.
Если это было единственным, что мешало плодотворному сотрудничеству, то хвала Святой Розе. Что ж, рискнем. Даже если парень и притворяется, что еле стоит на ногах, все равно ничего сделать не сможет — вокруг полно наемников, да и сам Рамир внимательно следит за ним.
— Ключ, — скомандовал ревенант и практически мгновенно получил желаемое. Наручники звякнули, раскрываясь. Ассман отдал железо одному из матросов и обратился к светловолосому, судя по отсутствию тени, вампиру.
— Проходите под навес, если хотите — можете присесть на свернутые тросы. Чтобы не возникало вопросов, мы — законопослушные граждане, самосудом не увлекающиеся. Поэтому, что бы вы ни натворили — как минимум можете рассчитывать на судебное разбирательство на берегу. К моему сожалению, Фрая это тоже касается, но, раз уж мы цивилизованные — будем последовательны.
— Капитан! — к ним подбежал матрос, — очнулся Фрай и требует отвести его к вам.
Капитан приподнял бровь, обменявшись взглядом с Рамиром. «Требует? Этот недостойный сын шакала и гиены, по недомыслию не утопленный во младенчестве, осмеливается что-то требовать?!» Видимо, мысли отразились на лице ревенанта, потому что капитан улыбнулся и сказал.
— Веди его сюда. Думаю, ему полезно будет пообщаться с господином Ассманом.
Не вовремя очнулась эта недоделанная легенда. Нет бы ему еще пару часов проваляться, пока Рамир разговаривает с другим пленником... Ну, не судьба.
Приведенный Фрай еле стоял на ногах, был бледен, однако горел каким-то нездоровым азартом. Ревенант развернулся к нему, скрестил на груди руки и уперся тяжелым взглядом. Рядом раздался голос.
— Итак, я капитан этого корабля. Что вы так отчаянно желали сообщить мне?
Уголки губ Рамира дрогнули в намеке на улыбку. Может, Фрай тоже владеет телепатией? Пусть полюбуется на его мысли, будет полезно.

Отредактировано Рамир Ассман (21.02.2012 19:12)

+6

14

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Otygrannye-fleshbehki/3.png
Его требование удивительно быстро выполнили. Он был слаб и тяжело ранен, но, тем ни менее, старался держаться с достоинством. Пусть он повержен. Это рано или поздно должно было произойти. Фрай повержен, но не сломлен.
Мысли присутствующих на палубе были у старого морского волка, как на ладони. Капитан относился к своему так называемому коллеге с долей уважения и толикой неприязни, а вот наемник... Фрай, усмехнувшись, вскинул бровь, с интересом рассматривая высокого и, судя по всему, не обделенного силой ревенанта: «Даже так?»
А ведь это был он. Тот, что ранил его на палубе «Северной звезды».
«Почему не убил?» — спокойный, ментальный посыл. Без тени раздражения или злости. А правда, почему? Ведь Фрай мог легко расправиться с этим крепким парнем. Что такое гора мускул, когда за спиной почти пять сотен лет жизни, большая часть которых прошла в бою.
— Щенок, — констатировал Фрай.
Но мало того, что эти морготовы дети позволяли такие мысли в его, Фрая сторону, так они ещё и устроили тут какой-то самосуд над де Вирром, который уж точно, ни в чем не был виноват.
— Итак, я капитан этого корабля. Что Вы так отчаянно желали сообщить мне?
— Сообщить? Я желал известить вас, что вы не капитан, а кракенова отрыжка! — он хотел по своему обыкновению громогласно рассмеяться, но его остановила невыносимая боль в боку, поэтому он только скривился, закашлявшись, что, разумеется не помешало ему снова зло прокричать:
— С ума тут посходили, сучии потрохи? Вы хоть спросили у него, как он оказался на корабле? Он был моим заложником, понятно? И суд над нами будет вершить закон, а не вы. Иначе чем вы лучше меня? — Фрай оскалился в подобии улыбки, распрямляясь и выравнивая сбившееся дыхание.

+5

15

Суд? Вот, значит, как. Де Вирр потер ссаженное железом запястье.
— Спасибо.
Он понял, где слышал этот голос. На борту горящей «Звезды». При воспоминании о погибшем корвете болезненно сжалось сердце. Кто еще остался в живых? Все... мертвы? Подспудно он всегда знал, что «Северная звезда» обречена, что рано или поздно ее час придет, но от этого знания весь ужас постигшей ее катастрофы не стал менее значимым. Перед глазами вновь бушевало пламя, небо затягивало черным дымом, а в горле была гарь и кровь.
Эдгар шагнул в тень навеса. Капитан, первый помощник и наемник. Да, он не ошибся. Взгляд он узнал, а вот лица совсем не помнил. Рамир, значит. Без титула, званий и регалий. Ну что же, обойдемся без титулов.
— Мое имя Эдгар Лоран де Вирр. Кажется, я несу ответственность за неприятный инцидент, произошедший вчера на «Северной звезде»? Приношу вам свои извинения. — он коротко склонил голову. Ни миллиметром выше, чем предписывают правила. Ни миллиметром ниже, чем позволяет гордость. — Если вы будете настаивать на сатисфакции, я к вашим услугам.
Удивление, издевательский смешок за спиной. Кто-то выразительно звякнул оружием. Чужие нескрываемые эмоции считывались легко. Плевать. Первые недели на «Северной звезде» под прицельными, внимательными взглядами были куда хуже. Гадко, мерзко, навылет. Когда каждый шаг, словно шаг на эшафот. Он тогда не выносил качку. Совсем. Его мутило даже на невысокой волне.
Эдгар со спокойным достоинством посмотрел в темные глаза наемника.
«Не понимаете, милсдарь? Ну, да... я бы, наверное, тоже не понял. Только умереть здесь от вашей руки мне куда проще, чем предстать перед судом в качестве обвиняемого».
— Капитан! Очнулся Фрай и требует отвести его к вам.
Капитан фрегата, наконец, отвлекся от созерцания пленника ради куда более интересной и значимой фигуры.
— Веди его сюда. Думаю, ему полезно будет пообщаться с господином Ассманом.
Де Вирр закусил губы. Как неудачно. Ему нужно было поговорить с Фраем. Поговорить до того, как этот обезбашенный вояка еще более усугубил их и без того незавидное положение. Но по опыту Эдгар знал, что остановить капитана «Северной звезды» так же «просто», как остановить разъяренного носорога.
Как и следовало ожидать, явления Фрая было громогласным. То, что он едва держался на ногах, не добавляло ему хорошего расположения духа.
— Я желал известить вас, что вы не капитан, а кракенова отрыжка! — не замедлил высказаться Фрай.
— Фрай, замолчите.
Но не на шутку разошедшийся Фрай не услышал своего друга.
— С ума тут посходили, сучии потрохи? Вы хоть спросили у него, как он оказался на корабле? — указующий перст в сторону де Вирра. — Он был моим заложником, понятно? И суд над нами будет вершить закон, а не вы. Иначе чем вы лучше меня?
— Фрай!
Но разбушевавшийся капитан «Северной звезды» явно нарывался на пулю. И судя по тому, как подобрались наемники, мысли их текли в том же направлении. И тогда Эдгар сделал то, чего Фрай, за три года изучивший повадки де Вирра вдоль и поперек, никак не мог ожидать. Коротко, без замаха, но от души Эдгар врезал старому другу в челюсть, да так, что боль от удара отдалась не только в кисти, но и в плече. Ошеломленный и слегка оглушенный вояка осел на доски палубы и как раненый бык помотал головой.
— Извините, Фрай, — пробормотал де Вирр, тряхнул рукой и болезненно поморщился. — Не могли бы вы замолчать?

Отредактировано Эдгар Лоран де Вирр (21.02.2012 22:49)

+7

16

— Мое имя Эдгар Лоран де Вирр. Кажется, я несу ответственность за неприятный инцидент, произошедший вчера на «Северной звезде»? Приношу вам свои извинения. Если вы будете настаивать на сатисфакции, я к вашим услугам.
«Извинения за что?» — не понял Рамир. За то, что не дал убить Фрая? Но де Вирр так отчаянно кинулся защищать пирата, что в такую версию верилось очень слабо... а ничего другого, что можно было бы назвать оскорблением, Ассман вспомнить не мог. Тон? Так в горячке боя еще и не такое сказать можно. Аристократом, цепляющимся к подобным мелочам, ревенант не был, он был наемником, прекрасно понимающим, что во время драки и на Бога случайно можно наорать. Нет, конечно, мать воспитывала его весьма строго, но воспитание в основном касалось его долга и обязанностей, а не «этой новомодной блажи богатых бездельников, цепляющихся к форме и не способных увидеть содержание», как обычно комментировала мазель Валери очередную дуэль из-за «неуважения». Благородный, по мнению бывшей герцогини, должен быть мудр, сдержан и великодушен. Со всем перечисленным у ее сына были проблемы разного масштаба, но он старался их решить. Иногда успешно, иногда не очень...
«Почему не убил?» — вклинился в ход его мыслей ментальный посыл от приведенного пирата.
Надо же, действительно телепат.
«Странный вопрос, Фрай. Потому что ты не заслужил смерти в бою, о которой потом сложат легенды, м? А вот быть повешенным по приговору «сухопутных крыс»... достойная кончина для такого, как ты. Разумеется, есть шанс, что ты как-то улизнешь из-под трибунала, и именно это будит во мне желание прибить тебя немедленно. К тому же... ты преступил закон, и закон должен тебя покарать. Так будет справедливо. Мне никто не дал права судить, как бы мне того не хотелось...»
— Щенок, — бросил Фрай, вызвав у Рамира волну раздражения. «Может, ты и мог со мной справиться. Но не справился. Может, ты старше и опытнее. Но тебе это почему-то не помогло. Проигравший ты — и нечего скалить зубы, которые тебе выбили.»
— Сообщить? Я желал известить вас, что вы не капитан, а кракенова отрыжка! С ума тут посходили, сучии потрохи? Вы хоть спросили у него, как он оказался на корабле? Он был моим заложником, понятно? И суд над нами будет вершить закон, а не вы. Иначе чем вы лучше меня?
«Всем мы лучше тебя, — раздраженно подумал Рамир, — в том числе и наличием воспитания.» Нет, конечно, матросы и его собственные наемники выражались не изысканнее и не тише, но за себя и капитана ревенант был готов поручиться. Вслух он ругался разве что в бою, да и то редко.
Ассману было 45. По меркам вампиров, ну и ревенантов заодно, это означало крайнюю молодость, и, в его случае, еще и плохо контролируемую вспыльчивость. Он пытался, видит Святая Роза, пытался как-то смирить дурной характер, но этот пират его просто бесил. «Молчать, Рамир. Молчать и не уподобляться!»
Тем временем де Вирр, резко развернулся и врезал морскому разбойнику в челюсть.
— Извините, Фрай, — пробормотал вампир, тряхнув рукой и болезненно поморщившись. — Не могли бы вы замолчать?
Определенно, этот парень нравился Рамиру. Хотя какой парень? Угадать, сколько ему лет по внешности возможности не было, может, он старше ревенанта раз в десять. Но здравый смысл у него определенно имеется, да и воспитание тоже. Если то, что сказал пират правда, и де Вирр был заложником — у них есть все шансы найти общий язык.
— Вы ошибаетесь, Фрай, — меж тем начал капитан, которому спокойствия хватило бы на сотню таких как Ассман, — мы здесь собирались принять решение лишь о том, в каком виде доставить вас с Вашим спутником на берег, где, как Вы только что отметили, ваши судьбы решит суд. Так что постарайтесь сбавить обороты, если не желаете провести весь путь взаперти и скованным. Если вы успокоились, — благодарный кивок в сторону де Вирра, — будьте любезны в вежливой форме изложить все, что считаете нужным.

Отредактировано Рамир Ассман (22.02.2012 00:00)

+6

17

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Otygrannye-fleshbehki/3.png
Либо де Вирр не рассчитал силу удара, либо так все и задумал, но челюсть, в которой и так уже не хватало части зубов, угрожающе хрустнула, а сам Фрай осел на доски корабельной палубы, мотая головой и пытаясь прогнать кроваво-красное марево, застлавшее глаза.
Да и черт с ним, что наемники напряглись, только ожидая приказа, чтобы всадить ему пулю в грудь. Парень был прав. Его презрение и гневные мысли отпечатывались в голове с потрясающей четкостью. Фраю лучше было погибнуть в бою, пронзенным шпагой или шальной пулей. Но такой смерти он не заслуживал. Потому что в глазах общественного мнения, со стороны, он всегда останется разбойником и злодеем, не заслуживающим сожаления, которого нужно стереть с лица земли при свидетелях, в назидание.
— Извините, Фрай. Не могли бы вы замолчать?
— Молчу, — пробормотал он, ощупывая лицо. «Отличный удар! Вы вполне успешно лишили меня возможности разговаривать», — тут же добавил вояка мысленно.
То, что думали про него капитан и наемник, очень раздражало гордого командира «Северной Звезды». Фрай никогда не был пиратом. Он никого не убивал и не грабил просто так, ради наживы. Что уж говорить, у Фрая был неплохой капитал в банках Нордании. И он мог вполне позволить себе жить тихо и спокойно в собственном имении, доживая долгий, вампирский век в уюте и роскоши. Вся суть в том, что он этого не хотел. То, что его действия в северных морях Нордании и южных — Хурбастана, на всех материках считали разбойными и преступными... ну что-же, ищущим истину никогда не удавалось быть законопослушными гражданами. Он же всю свою жизнь боролся с пиратами и мстил продажным торговцам. Не убивая и не грабя просто так.
— Вы ошибаетесь, Фрай, мы здесь собирались принять решение лишь о том, в каком виде доставить вас с Вашим спутником на берег, где, как Вы только что отметили, ваши судьбы решит суд. Так что постарайтесь сбавить обороты, если не желаете провести весь путь взаперти и скованным. Если вы успокоились, будьте любезны в вежливой форме изложить все, что считаете нужным. — продолжил невозмутимый капитан. А Фрай кивнул, подтверждая свое спокойствие, снова поднимаясь на ноги, с помощью Эдгара, который поспешил ему помочь. Уж чего-чего, а позволить себе разлеживаться в ногах у этих вампиров он себе позволить не мог.
— Ну уж нет, раз адвокат велел молчать, я, пожалуй, лучше последую его совету! А то, зная щедрость его души, я вполне могу получить в довесок к выбитой челюсти, еще парочку переломов, — он благодарно улыбнулся, опираясь на руку друга, и похлопал де Вирра по плечу, хотя наручники сильно этому мешали.

+5

18

«Отличный удар! Вы вполне успешно лишили меня возможности разговаривать».
«Обращайтесь. Всегда буду рад вам в этом помочь».
Эдгар протянул руку, поднимая Фрая на ноги.
«Я никогда не сомневался в вашей способности управлять кораблем. Не ставьте и вы под сомнение мои профессиональные навыки. У меня есть шанс вытащить вас, Фрай. Мизерный, но есть. Если судьи не будут предвзяты и... если я не буду свидетельствовать против вас, потому что других свидетелей, похоже, не осталось. А это возможно лишь при условии, что я буду вашим адвокатом. Дайте мне шанс, Фрай. Дайте шанс всем нам...»
Спокойный голос капитана фрегата прервал их мысленный диалог. Впервые за свою жизнь Эдгар отчаянно жалел, что не владеет способностью своего друга вкладывать свои мысли в чужие головы. Оставалась надеяться, что Фрай понял его. И последующие слова старого вояки сняли возникшее напряжение, позволив де Вирру вздохнуть с некоторым облегчением.
— Ну, уж нет! Раз адвокат велел молчать, я, пожалуй, лучше последую его совету. А то, зная щедрость его души, я вполне могу получить в довесок к выбитой челюсти, еще парочку переломов.
Это была крохотная, но победа. Самый первый шаг на долгом и непростом пути, полном горечи и разочарования. Но лучше сожалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сделал. Шанс был. И Эдгар не мог от него просто так отказаться.
— Это правда, — де Вирр повернулся к капитану фрегата, позволяя Фраю, который едва стоял на ногах, держаться за свое плечо. — Я находился на «Северной звезде» не по своей воле. Правда и то, что вчера, во время боя, я убил нескольких ваших людей, потому что никто не вправе мне запретить защищать свою жизнь теми способами, которые мне доступны.
Позади звякнуло оружие. Кто-то из наемников тихо, с ненавистью, сквозь зубы сказал в спину:
— Ублюдок. Ты не стоил их жизней.
«Спокойно!» — мысленно яростный окрик в сторону закаменевшего лицом Фрая. Де Вирр не умел читать мысли, но намерение Фрая свернуть шею тому, кто бросается подобными словами, было столь явным, что не заметил бы только слепой.
Эдгар не обернулся, лишь перевел взгляд с капитана фрегата на Рамира, едва заметно качнул головой:
«Что теперь?»
Кому дано судить о стоимости чьей-либо жизни? На каких весах измерять ее ценность? Благословен тот, кто не знает сомнений, и не задается такими вопросами. Как не задавался Эдгар там, на гибнущем корабле, бросившись к другу, оценивая его жизнь превыше собственной и выше, чем жизнь наемника, вставшего у него на пути.
«Остановитесь, или я убью вас...»
Убил бы, сложись все иначе? Несомненно, представься такая возможность. Другой вопрос, что возможности не было. Совсем. Но это уже не важно. Достаточно того, что ему хватило бы решимости сделать это. И сейчас, глядя в темные глаза Рамира, он испытывал благодарность за то, что был услышан им тогда, когда сам не слышал себя.

Отредактировано Эдгар Лоран де Вирр (24.02.2012 19:19)

+6

19

— Ну уж нет, раз адвокат велел молчать, я, пожалуй, лучше последую его совету! А то, зная щедрость его души, я вполне могу получить в довесок к выбитой челюсти еще парочку переломов.
«Какое трогательное постоянство в поведении», — мысленно отметил Рамир. «Сначала он орет, потом, получив по морде, он молчит. И, самое забавное, мотивирует это тем, что не желает очередных травм». Привлекательности в глазах наемника пирату такое поведение не добавляло. Ну, хорошо что хоть замолчал...
— Это правда, — де Вирр повернулся к капитану фрегата, позволяя Фраю, который едва стоял на ногах, держаться за свое плечо. — Я находился на «Северной звезде» не по своей воле. Правда и то, что вчера, во время боя, я убил нескольких ваших людей, потому что никто не вправе мне запретить защищать свою жизнь теми способами, которые мне доступны.
«За что я не люблю адвокатов, так это за их поразительный талант при очевидной вине абсолютно официально доказать обратное. Только вина от этих доказательств никуда не денется. Что же ты делаешь, де Вирр? Зачем ты кинулся спасать жизнь этого шакала, и сейчас пытаешься его выгораживать?»
— Ублюдок. Ты не стоил их жизней.
Рамир перевел тяжелый взгляд на рискнувшего подать голос. Наемник сверкнул глазами, но кивнул, признавая ошибку. В данном случае команда исполняла роль охраны, а охрана высказываться права голоса не получала. Сторонник жесткой дисциплины и иерархии, Ассман не любил, когда вмешиваются в разговоры вышестоящих. Нет, он, конечно, учитывал мнение своих людей, всегда отстаивал их интересы и бережно относился к их жизням, но в данном случае им следовало молчать. Если уж будут пожелания, то лучше их высказать позже в личном порядке. Окинув взглядом остальных и убедившись, что больше никто не вмешается, он вернулся к беседе, поймав взгляд де Вирра. Вампир будто спрашивал его о чем-то. Интересовался дальнейшей своей судьбой?
— Вы имели право защищать свою жизнь, мои люди — профессиональные наемники и знали, на что идут. Но степень вашей вины решит суд. Суд, а не я.
— Господин Ассман прав, — добавил капитан. — Я нанял его и его команду для охраны собственного корабля и вполне полагаюсь на его профессионализм. Поэтому доверяю ему решить, в каком виде вы будете доставлены на берег. Что ж, если вы настроены на сотрудничество, думаю, можно оставить вас с Рамиром и не раздражать таким количеством вооруженных людей. Полагаю, это поспособствует открытому диалогу. Ассман, когда закончите — сообщите мне. Я буду на мостике.
— Я пришлю кого-нибудь, — согласно кивнул головой Рамир и взглядом выпроводил наемников следом. Никакого удовольствия от безмолвного приказа его люди, разумеется, не испытывали, но послушались. Лишь двое остались, отойдя к противоположному борту, так, чтобы не слышать обычную беседу, но среагировать в случае неожиданностей.
— Располагайтесь, господа, разговор, судя по всему, предстоит долгий, — ревенант жестом указал на места для сидения, устроившись на стоящей у борта бочке. — В данный момент я склонен считать, что... господина Фрая, — с изрядной долей ледяной насмешки выделил Рамир обращение, — следует как минимум ограничить в передвижении. Но я бы хотел выслушать вас, де Вирр. Признаться честно, я не понимаю Вашего стремления сохранить Фраю жизнь. Мне хотелось бы узнать причины столь странного для заложника пиратов поведения. Так же прошу сообщить все, что, по вашему мнению, может помочь мне в принятии решения относительно вас двоих. Видит Святая Роза, я постараюсь быть объективным.

Отредактировано Рамир Ассман (24.02.2012 16:31)

+4

20

Долгие три года де Вирр мечтал о свободе. Но никогда не думал, что это случится именно так. Он, не колеблясь, покинул бы «Северную звезду» и Фрая, в лучшие времена, оставив и корвет и друга в свом прошлом без грусти и сожалений. Почему же теперь он не мог бросить все, сдаться, уйти, предоставив Фрая своей судьбе? Чем это было? Жаждой справедливости? Желанием поведать миру правду о неуловимом Фрае? Обелить по мере сил его имя? Но черного кобеля при всем желании не отмыть до бела...
Капитан умыл руки, оставив решать их судьбу Рамиру Ассману. Пожалуй, это было к лучшему. До сих пор наемник проявлял завидное терпение. Что двигало им? Любопытство? Или он просто хотел избавиться от скуки, которая будет верной спутницей в долгом плавании?
— ... Признаться честно, я не понимаю Вашего стремления сохранить Фраю жизнь. Мне хотелось бы узнать причины столь странного для заложника пиратов поведения.
— А чего вы ждали, господин Ассман? — тихо спросил Эдгар. — Что я попытаюсь перерезать глотку тому, кто в течение трех лет хранил мою жизнь, вместо того, чтобы при первом удобном случае сбросить меня за борт, как не нужный балласт?
Фрай, который и до того едва держался на ногах, покачнулся. Де Вирр едва успел подхватить его.
— Позовите врача!
Не было никакой суматохи. Все четко и быстро. Фрая унесли, де Вирр проводил взглядом удаляющуюся процессию.
— Он уже не молод, вы знаете...
Эдгар сел, воспользовавшись приглашением Рамира. Он тоже чувствовал себя не лучшим образом, однако в голове прояснилось — свежий воздух был явно на пользу. Эдгар зябко обхватил свои плечи, словно соскользнувшая рука Фрая забрала с собой последние крохи тепла. Изодранную, в пятнах крови и копоти, рубашку трепал ветер.
— Он не пират, Рамир. «Северная звезда» никогда не ходила под черным флагом. Когда ваш фрегат ввязался в бой, это именно вы выступили на стороне пиратского клипера. Я много повидал за три года. И я знаю, о чем говорю. Слава Фрая основана на страхах и домыслах. За три года он потопил больше пиратских кораблей, чем все эскадры Нордании вместе взятые. Что касается торговцев...
Де Вирр замолчал, глядя перед собой. Все было странно и сложно. Эдгар не знал причин той ненависти, что Фрай питал к Восточной Торговой Компании. Их корабли Фрай преследовал и уничтожал с маниакальным упорством. В последние два года они не ходили без конвоя, но Фрая это не останавливало. Он никогда их не грабил, просто топил, позволяя команде эвакуироваться на корабли конвоя, либо уничтожал вместе с командой, если они принимали бой.
— Фрай ходил под собственным штандартом... голубым с золотым гербом. Я никогда не видел его вблизи и не смогу, сказать какому из кланов он принадлежит, но...
Он вновь умолк. На длинные фразы не хватало дыхания. Во всей это истории, сложившейся в его голове, как складывается витраж из цветных осколков стекла, было слишком много белых пятен. Фрай не говорил о своем прошлом. И не скажет, в этом де Вирр был уверен. Но именно в нем таились ответы на все вопросы.

+5

21

— А чего вы ждали, господин Ассман? — тихо спросил Эдгар. — Что я попытаюсь перерезать глотку тому, кто в течение трех лет хранил мою жизнь, вместо того, чтобы при первом удобном случае сбросить меня за борт, как не нужный балласт?
Раздражение, несколько поутихшее, опять подняло голову. «Откуда мне знать, что вы делали эти три года?!»
— Господин де Вирр, я задал вопрос именно потому, что в курсе ситуации и тем более не в курсе, кто из вас что для кого сделал. Вам не кажется, что подобные ответы для адвоката... несколько неуместны?
«Я тут пытаюсь быть объективным, вежливым и сдержанным... И вместо того, чтобы получить исчерпывающие объяснения я получаю это?!» Ассман прикрыл глаза, незаметно сделав глубокий вдох. «Спокойно, Рамир. Он просто ранен, потерял много крови и сил. Спокойно.»
Тем временем Фрай покачнулся и повис на руках у де Вирра. Следовало ожидать, что ранение так просто не позволит ему бегать и орать...
— Позовите врача!
«Я поражен. Какого Моргота этот парень пытается командовать?»
Остановитесь! Остановитесь, или я убью вас...
Что вы стоите? Помогите мне.
Прикажите снять это.
Это становится традицией. Наглость де Вирра с одной стороны его развлекала, с другой — удивляла. Неужели он думает, что имеет на нее право? Если да, то почему? Если нет, то ему что, жить надоело? Разумный вроде бы вампир... Неужели не понимает, что, обнаруженный на пиратском судне, убивший нескольких наемников, он, мягко говоря, находится в весьма двусмысленном положении?
— Унесите Фрая, и пусть им займется лекарь. Наручники не снимать, запереть и оставить охрану. Как очнется — поставить меня в известность.
Подошедшие наемники быстро выполнили указания, пролив бальзам на душу ревенанта. Ну хоть кто-то его не раздражает...
— Он уже не молод, вы знаете... — раздался рядом задумчивый голос.
Эдгар сел, воспользовавшись приглашением, и зябко обхватил свои плечи. Еще один любитель игнорировать свои ранения.
— Не знаю. Точнее, не знал, — Рамир ухмыльнулся. — Мне 45, кстати. Не лучший возраст для вершителя ваших судеб, не так ли?
Лучше сразу предупредить о таких вещах, дабы потом не было вопросов. Да, он уже умудрился собрать собственную команду профессионалов, беспрекословно его слушающихся... Но молодость накладывает свой отпечаток на поведение.
Тем временем, вампир продолжил, задумчиво разглядывая что-то, Ассману недоступное.
— Он не пират, Рамир. «Северная звезда» никогда не ходила под черным флагом. Когда ваш фрегат ввязался в бой, это именно вы выступили на стороне пиратского клипера. Я много повидал за три года. И я знаю, о чем говорю. Слава Фрая основана на страхах и домыслах. За три года он потопил больше пиратских кораблей, чем все эскадры Нордании вместе взятые. Что касается торговцев... Фрай ходил под собственным штандартом... голубым с золотым гербом. Я никогда не видел его вблизи и не смогу, сказать какому из кланов он принадлежит, но...
Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Честное слово, де Вирр, неужели вы всерьез верите в то, что говорите? Неужели вы всерьез пытаетесь его оправдать?
— Не пират? Вы уверены? Закон весьма четко определяет свое отношениям к... членам общества, пускающим на дно торговые суда и режущим людей. Все убитые им просто по определению не могли быть виновны. В чем виноваты экипажи уничтоженных им кораблей? Вы всерьез считаете, что месть единицам может стоить жизней сотен? К тому же... кто давал Фраю право судить? Каждый рано или поздно получит по заслугам. Каждый.

Отредактировано Рамир Ассман (27.02.2012 20:09)

+5

22

— Мне 45, кстати. Не лучший возраст для вершителя ваших судеб, не так ли?
Де Вирр спокойно взглянул на наемника, ощущая его глухое раздражение, уже понимая, что слова его канули в пустоту неуслышанными. Он едва заметно пожал плечами.
— Закон весьма четко определяет свое отношениям к... членам общества, пускающим на дно торговые суда и режущим людей.
— ... и дает им право на защиту, в которой вы отказываете Фраю с завидным упорством, — тихим эхом отозвался Эдгар.
«Никогда я не стану защищать вас. Вы этого не заслуживаете», — он горько усмехнулся своим мыслям. Жизнь странная штука. Иногда святая вера в правильность своих поступков не спасает.
— К тому же... кто давал Фраю право судить? Каждый рано или поздно получит по заслугам. Каждый.
Непоколебимой уверенности Рамира Ассмана можно было только позавидовать. Бескомпромиссность суждений свойственна юности. Попав на «Северную звезду», первые полгода, возможно больше, де Вирр держался с такой же упертой непримиримостью.
— Почему, Ассман? — Эдгар с любопытством разглядывал наемника. — Почему вас так раздражает то, что я берусь защищать его? Вы полагаете, что такая позиция заставит меня разделить его участь? Разве вам не все равно казнят ли меня вместе с ним или оправдают?
Де Вирр встал, сделал несколько неуверенных шагов и свесился за борт так, что со стороны могло бы показаться, что он решил поставить точку в этом странном споре самым кардинальным образом: свалившись за борт и не дав собеседнику в полной мере выразить свое неудовольствие. Эдгара вырвало желчью и кровью. Растревоженная рана отозвалась резкой болью. Он поморщился, отцепился от борта и виновато улыбнулся:
— Извините. Не выношу боковую качку.
Ему вдруг показалось, что идти назад невообразимо далеко, и он просто съехал спиной по борту, усевшись на прогретые солнцем доски палубы, закрыл глаза.
— На «Северной звезде» был юнга. Подкидыш. Мальчишка-ревененант девяти лет. Три месяца назад Фрай отбил его у каких-то подонков в порту, и тот увязался за ним. Я учил его читать. Вчера. Утром. А вечером его убил кто-то из ваших людей, просто отреагировав на движение. В бою не разбирают правых и виноватых, Ассман. Я не удивлюсь, если к тому времени, когда вам исполнится столько же, сколько Фраю, на ваших руках будет столько же безвинной крови.
Де Вирр замолчал, чувствуя собственное тяжелое и хриплое дыхание. Кинжал, вошедший под ребра, вспорол легкое, и теперь открывшаяся рана вновь наполняла его кровью. Нужно было уйти с солнца, но двигаться не хотелось. Хотелось спать.
— Давайте остановимся на выбранных позициях. Вы оставляете за собой право вершить чужие судьбы, отказывая в этом праве другим. Не мне переубеждать вас, не вам обращать меня в свою веру. Вы — вершите чужие судьбы, я по мере сил буду защищать обреченных. Каждому свое.

+5

23

— ... и дает им право на защиту, в которой вы отказываете Фраю с завидным упорством
Рамир устало потер лицо ладонями. Все-таки он сильно не выспался, а с де Вирром они друг друга категорически не понимают. Соленый ветер сушил губы, оставляя неприятный привкус. Он не любил море. Пожалуй, после этого рейда он впредь без особой необходимости не ступит на доски палубы...
— Вам не кажется, господин адвокат, что, если бы отказывал, я просто запер бы вас обоих и доставил в таком виде в суд? Или, того лучше, оставил на «Северной Звезде». Но нет, я вытащил вас, рисковал, применяя дар и выдирая из лап смерти, а сейчас честно пытаюсь разобраться в ситуации.
— Почему, Ассман? — Эдгар с любопытством разглядывал наемника. — Почему вас так раздражает то, что я берусь защищать его? Вы полагаете, что такая позиция заставит меня разделить его участь? Разве вам не все равно казнят ли меня вместе с ним или оправдают?
Вампир добрел до борта и его вырвало. Потом он устало сполз по борту и устало продолжил.
— На «Северной звезде» был юнга. Подкидыш. Мальчишка-ревененант девяти лет. Три месяца назад Фрай отбил его у каких-то подонков в порту, и тот увязался за ним. Я учил его читать. Вчера. Утром. А вечером его убил кто-то из ваших людей, просто отреагировав на движение. В бою не разбирают правых и виноватых, Ассман. Я не удивлюсь, если к тому времени, когда вам исполнится столько же, сколько Фраю, на ваших руках будет столько же безвинной крови. Давайте остановимся на выбранных позициях. Вы оставляете за собой право вершить чужие судьбы, отказывая в этом праве другим. Не мне переубеждать вас, не вам обращать меня в свою веру. Вы — вершите чужие судьбы, я по мере сил буду защищать обреченных. Каждому свое.
Рамир слушал внимательно, разглядывая бессильно опирающегося на борт вампира. Ревенант сидел, опираясь локтями на колени и переплетя пальцы, немного наклонившись вперед.
— Мы друг друга не поняли. Но я попытаюсь объяснить еще раз. Меня раздражает не то, что вы его защищаете, а то, что я не понимаю, почему. Поэтому задаю вопросы,— Рамир выпрямился и достал из-за пояса кортик. Посмотрел на него и крутанул между пальцами. Хищное лезвие замелькало в руках наемника, помогая сосредоточиться и еще раз попытаться подобрать правильные слова, — я прекрасно осведомлен обо всех своих недостатках, связанных с возрастом и характером — мне их перечисляли не раз, не два, и даже не десять. Я действительно довольно категоричен и склонен судить резко. Но это не значит, что я не слышу то, что мне говорят.
Этот вампир, способный на то, на что не способен сам Рамир, заслуживает того, чтобы попытаться ему помочь. Таких, как он, должно быть больше в этом мире. Тех, кто имеет совесть, умеет сопереживать, сочувствовать... Они делают этот мир чище. Они помогают верить в лучшее. В то, что для этого общества не все еще потеряно... Мать заставляла развивать дар эмпатии с тех пор, как ему было пять, кажется. Эмоции окружающих привели в маленького ревенанта в ужас, тем более мэтресса Валери считала, что скрывать неприглядную действительность от сына не стоит. Мелочность, зависть, неумение и нежелание видеть никого и ничего, кроме себя, целый букет пороков и слабостей... Так что Рамир действительно был рад встретить того, кто поставил жизнь и судьбу другого, даже обреченного, даже тысячу раз виноватого, выше собственных интересов. И сделать это, не задумываясь. И, истекая кровью, угрожать, кинуться чуть ли не под удар... Как бы ему теперь это объяснить?
— Не преувеличивайте, вершить ваши судьбы я могу только в пределах решения о свободе ваших перемещений. Я прекрасно знаю, что мне, по крайней мере, сейчас, большее доверять не стоит. Я и не замахиваюсь. Я не имею ни права, ни соответствующих качеств, чтобы быть судьей... — ревенант кинул взгляд на горизонт, все так же крутя в пальцах острую сталь. — Я хочу помочь. Вам в первую очередь. Верите или нет, де Вирр, Вы — первый из тех, кого я лечил просто так, понятия не имея, кто вы. А меня этому учили с 8 лет. Весьма показательно, не находите?

+5

24

Плавился и дрожал воздух, на полуопущенных ресницах плясала радуга. Вязкий воздух было трудно протолкнуть в легкие.
— ... Меня раздражает не то, что вы его защищаете, а то, что я не понимаю, почему...
Блеск металла, чередование ярких вспышек на лезвии. Голос Рамира пробивался сквозь назойливый шум в голове.
«Потому что, я вижу обе стороны медали... потому что, волею судьбы, мне довелось побывать по обе стороны баррикад. Потому, что три года − большой срок, достаточный, чтобы среди черных красок научиться разбирать полутона...»
Он бы мог о многом рассказать. О милосердии одних, оборачивающемся трагедией для других. О беспрецедентной жестокости, считающейся нормой там, где ему довелось побывать. О проклятом даре эмпатии, который в каждом бою заставлял его умирать с теми, кого он не убивал. О том, как он метался по каюте в паре шагов от такой близкой свободы, исходя ненавистью к Фраю и призывая на его голову кару небесную, и после, когда земля растаяла в туманной дымке на горизонте, выплеснул ему в лицо все, что думал, не скупясь на крепкие выражения и упреки. И только спустя год, когда они снова были у тех берегов, де Вирр понял, что высади его тогда Фрай, он был бы обречен. Он о многом мог рассказать. Может быть... Но это заняло бы слишком много времени и сил. И если первого у них было более, чем достаточно, то сил сейчас совсем не осталось.
— Потому что кто-то должен это делать...
Де Вирр пожал плечами и закашлялся. Губы окрасились алым.
— Я хочу помочь. Вам в первую очередь. Верите или нет, де Вирр, Вы — первый из тех, кого я лечил просто так, понятия не имея, кто Вы. А меня этому учили с восьми лет. Весьма показательно, не находите?
— Спасибо... — Эдгар поднял голову и глянул на наемника снизу вверх. — Жаль, что... так вышло.
Солнце отражалось в глазах де Вирра, слепило, позволяя разглядеть лишь темный силуэт на фоне безмятежного синего неба перечеркнутый ярко вспыхивающими проблесками металла. Тогда, сидя на досках палубы, Эдгар не мог предполагать, что это странное, сумбурное знакомство, замешанное на крови и смерти, выльется в не менее странную дружбу, пронесенную через несколько сотен лет. Странную, потому что они не походили друг на друга, как не походят вода и скалы, лед и огонь. Он не мог тогда знать, что Рамир Ассман приедет в зал суда, чтобы дать показания, что именно его тяжелая рука ляжет на плечо де Вирра во время казни Фрая, даст силы достойно пережить смерть того, кто был благословлением и проклятием Эдгара долгих три года и это не позволит ему сорваться в последний момент.

Флешбэк отыгран

+5


Вы здесь » Дракенфурт » Отыгранные флешбэки » На абордаж!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно