Дракенфурт

Объявление

«Дракенфурт» — это текстовая ролевая игра в жанре городского фэнтези. Вымышленный мир, где люди бок о бок соседствуют с вампирами, конная тяга — с паровыми механизмами, детективные интриги — с подковерными политическими играми, а парящие при луне нетопыри — с реющими под облаками дирижаблями. Стараниями игроков этот мир вот уже десять лет подряд неустанно совершенствуется, дополняясь новыми статьями и обретая новые черты. Слишком живой и правдоподобный, чтобы пренебречь логикой и здравым смыслом, он не обещает полного отсутствия сюжетных рамок и неограниченной свободы действий, но, озаренный преданной любовью к слову, согретый повсеместным духом сказки — светлой и ироничной, как юмор Терри Пратчетта, теплой и радостной, как наши детские сны, — он предлагает побег от суеты беспокойных будней и отдых для тоскующей по мечте души. Если вы жаждете приключений и романтики, вихря пагубной страсти и безрассудных авантюр, мы приглашаем вас в игру и желаем: в добрый путь! Кровавых вам опасностей и сладостных побед!
Вначале рекомендуем почитать вводную или обратиться за помощью к команде игроделов. Возникли вопросы о создании персонажа? Задайте их в гостиной.
Сегодня в игре: 17 июня 1828 года, Второй час людей, пятница;
ветер юго-восточный 2 м/c, переменная облачность; температура воздуха +11°С; растущая луна

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Как корабль назовешь, так он и поплывет


Как корабль назовешь, так он и поплывет

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/27-Portovaya-naberezhnaya/10.png

Участники: Эдвард фон Блюменфрост, Натаниэль.
Локация: cудостроительная верфь компании «Трамп».
Описание: Эдвард прибывает в порт на церемонию спуска на воду корабля, спроектированного Натаниэлем, чтобы сделать фото для репортажа, посвященного этому событию. Дракенфуртцы с восторгом рассматривают превосходное судно, пьют коктейли и поздравляют инженера с успехом. Однако праздник омрачается терактом, и теперь Натаниэль и Эдвард должны выяснить, кто пытается подмочить репутацию талантливого судостроителя.
Дата: 1 июля 1820 года.

+2

2

«Чего ты переживаешь? — не уставал задавать себе этот вопрос вампир с самого утра, пока собирался на работу. — Это всего лишь какая-то церемония. Работа уже закончена, тесты проведены, все исправно». Но все же чувство, что «что-то здесь не так» не покидало вампира.
Добрался до верфи он с горем пополам: долго не мог поймать извозчика, а поскольку вчера в Дракенфурте прошел сильный дождь, то естественно в Казенном квартале, в целом, и в Портовом районе, в частности, грязи было чуть ли не по колено, и, естественно, Натан даже при всем желании (в эти моменты он жалел, что не обладает навыком левитации) не смог не испачкать низ брюк.
Подходя к верфи, вампир заметил непривычный ажиотаж вокруг нее: коляски с гостями приезжали и отъезжали, движение не останавливалось ни на минуту, от чего казалось, что здесь творится просто какой-то хаос. Натаниэль поморщился и глубоко вздохнул: не любил он такие сборища, его интроверсия здесь брала верх над всеми остальными чертами характера, и вампир сторонился всех гостей. Однако, стоило ему вновь увидеть «Беду», как все негативные эмоции и волнение отступали. В свете заходящего солнца корабль выглядел особенно величественным: белый сам по себе в закатном солнце он принимал розовато-оранжевый оттенок. Это был первый корабль, постройкой которого руководил фактически сам Натаниэль. Ему понадобилось больше трех лет, чтобы доказать своим начальникам, что он не просто так пришел на верфь работать, не «из-за своего прошлого» (скрывать судимость не было необходимости — в дракенфуртских газетах об этом коротко, но писали, при этом, естественно, не сильно углубляясь в анализ ситуации и обвиняя во всем Натаниэля). А только потому, что ему действительно нравилось работать с кораблями, потому, что у него были идеи, как и что можно улучшить. И вот, его первый корабль, его первый шанс доказать, что он чего-то стоит.

Бед и происшествий с «Бедой» было немало — начать хотя бы с названия: предполагалось, что этот пассажирский лайнер будет носить имя «Аль-Бедо», но по какой-то мистической причине (или причине глухоты того, кто заполнял документы) во всех бумагах стала фигурировать просто «Беда». Однако, поскольку заказ был государственный, когда уже на этапе сдачи выяснилось, что пассажирский лайнер зовется «Беда» (не самое лучшее название для корабля, Натаниэлю казалось, что пассажиры элементарно будут бояться на нем ездить), градоначальники решили, что это очень умелая шутка судостроителей, и сказали оставить название, поскольку на нем можно было бы сделать неплохую рекламу (Натан даже видел приблизительные варианты: «Новый круизный лайнер сообщением «Дракенфурт-Абаджан» (какая ирония — первый корабль, и тот в Айзу плывет) «Беда»: взойдя на «Беду» вы позабудете о любых бедах!» или «Испытайте незабываемые ощущения на новом лайнере «Беда»: мы увезем вас от ваших бед» — вампиру все это показалось дурновкусием, но он оставил свое мнение при себе: все же косяк за неправильное название лежал на верфи).
«Беда» — пассажирский лайнер на турбинном двигателе (4 турбины), длиной 254 м, шириной 28,6 м, водоизмещением более 50 тыс. т; развивает скорость до 24 узлов (это один из самых быстрых кораблей, построенных за последнее время на верфи). При строительстве обнаружилось, что центр тяжести судна был смещен, из-за чего пароход кренился в разные стороны. Тогда Натаниэль предложил укоротить трубы (коих было две средних и несколько меньшего размера) и заменить некоторые материалы более легкими. Но главной заслугой вампира было не это, а то, что «Беда» стала первым турбоэлектроходом. Механическая энергия, вырабатываемая турбинами, преобразовывалась в электрическую, которая передавалась в электродвигатель, приводивший в движение корабль. Турбоэлектроходы можно было назвать новой ступенью в эволюции кораблестроения: более плавные и маневренные, менее шумные и дискомфортные для пассажиров, они экологичнее своих морских собратьев. Кроме того, срок службы такого двигателя гораздо больше, чем у обыкновенных пароходов. Но вампиру пришлось провести немало ночей и дней на верфи, чтобы все-таки эта система заработала.
Остальные параметры вампира мало интересовали, но, поскольку все же это был его первый корабль, он проверял все данные достаточно дотошно. На корабле могло поместиться 4100 пассажиров (50 — привилегированный люкс, 450 — первого класса, 1500 — второго, 2100 — третьего); на 10 палубах располагаются не только каюты, но и 20 ресторанов и кафе, кроме того есть бассейн, казино и прочие удобства на любой вкус. Однако, сейчас была закончена только мебилировка кают третьего и второго класса. Каюты же первого и премиум-класса были меблированы лишь по одной — просто для демонстрации прессе и гостям.

Натаниэль взошел на помост, где сидели заказчики, начальник верфи, представители от Трампов (он не знал точно, кто из Трампов присутствовал), а также будущий капитан судна, и присел на крайний стул рядом со своим непосредственным начальником.
— Ну что, волнуешься? — шепотом поинтересовался шеф у Натана.
— Да, немного. Но мы все проверили, никаких проблем быть не должно, — также тихо, склонившись к уху своего собеседника ответил вампир.
Раздались аплодисменты, и к микрофону вышел кто-то из Трампов и начал произносить речь:
— Сегодня мы с вами присутствуем на важном для нас всех событии: мы представляем один из наших круизных лайнеров, сообщением... — Натаниэль не вслушивался, что говорили высокие чиновники. Он все время оглядывался на корабль за их спинами. «Беда» казалась величественной и невозмутимой, но что-то было не так. Что-то не давало покоя судостроителю.

Отредактировано Натаниэль (04.10.2015 14:49)

+3

3

Эдвард шел к верфи так быстро, как только мог. Одной рукой он придерживал болтающийся на ходу тяжелый фотоаппарат, а другой — обмахивался, спасаясь от жара, идущего от мокрой со вчерашнего дня земли. По-дендистски приталенный пиджак чернильного оттенка он с неудовольствием снял с себя еще на половине пути и теперь нес его подмышкой. Манжеты рубашки неприятно прилипали к рукам, а влажные капли, выступившие на висках, грозились вот-вот собраться в струйки, отчего Эдварду приходилось постоянно стирать их тыльной стороной ладони.

Он издалека увидел, что верфь уже заполнена народом. Люди и вампиры, среди которых были и любители пышных празднеств, и увлеченные наукой судостроительства ученые, и простые рабочие верфи, прогуливались в тени огромного корабля, на гладком боку которого по странной прихоти судьбы значилось: «Беда». Эдвард остановился и сделал несколько снимков судна, поворачивая объектив так, чтобы получить нужную композицию: половину кадра займет окрашенное оранжево-красным закатом пространство, а вторую половину — мрачная громадина «Беды», отбрасывающая черную тень на ничего не подозревающую толпу. Он провел языком по высохшим губам, представляя себя вкладывающим это фото в свое многотомное портфолио. Затем он быстро сделал несколько стандартных для таких событий снимков, подчеркивающих размеры корабля и важность персон, почтивших событие спуска «Беды» на воду своим присутствием.

Проходя мимо посетителей церемонии, Эдвард слышал их разговоры. По большей части они касались странного названия судна: одни считали, что это удачная шутка, другие — что неудачная, а третьи утверждали, что ничего хорошего корабль с таким названием не ждет. Были и четвертые, которые пытались объяснить, что название появилось вследствие ошибки в бумагах и первоначальный замысел был иным, но их никто не слушал. Вклинившись в толпу, Эдвард стал выискивать главного героя этого дня — инженера Натаниэля, «автора» судна. Он подошел поближе к кораблю и всматривался в лица присутствующих, отыскивая типичные хурбастанские черты, пока не заметил своего коллегу из «Дракенфуртского курьера» — репортера Грегори Блейка, который беседовал с вампиром приятной наружности, безостановочно записывая за ним в крохотный блокнот. «Конечно, — подумал Эдвард. — Этот усатый хлыщ не мог опоздать. Наверняка берет интервью у какого-нибудь аристократа». Эдвард уверенно направился к Грегори, перехватывая камеру поудобнее. Он подоспел как раз к тому моменту, когда вампир, с которым разговаривал репортер, развернулся и пошел к помосту, за которым сидели главные лица этого вечера.

— Улыбочку, милсдарь Блейк! — крикнул репортеру Эдвард и нажал на спуск. — Чье время ты так бессмысленно потратил на свои глупые вопросы?

Ослепленный вспышкой Блейк пару секунд тер глаза, прежде чем злобно взглянуть на фотографа.

— Это же Натаниэль, главный инженер.
— Хурбастанец? — недоверчиво спросил Эдвард.
— Ну да. Ты только что проворонил возможность сделать его фотопортрет. — осклабился Блейк.

Эдвард бросился к помосту, окликая Натаниэля, но шум толпы заглушил его крик. Лишь на мгновение инженер, краем уха услышавший свое имя, остановился на лестнице, рассеянно всматриваясь вдаль, и в этот момент Эдвард нажал на спуск. Через секунду Блейк догнал его.

— Так даже лучше, — сказал Эдвард, подкручивая колесико, перематывающее пленку. — Портрет в профиль, да еще на фоне закатного неба...

Он посмотрел в глаза репортеру:

— Один-один!

Блейк открыл было рот, чтобы сказать еще какую-нибудь гадость, но тут раздались аплодисменты, и к микрофону вышел кто-то из Трампов. Церемония началась.

+3

4

Сначала говорил Трамп, за ним — еще какие-то градоначальники, заказчик и приглашенные гости, на которых Натаниэль не обращал практически никакого внимания. Кто-то говорил о развитии туристической отрасли, кто — упражнялся в юморе на тему названия корабля, кто-то (непосредственный начальник Натаниэля) — заверял будущих пассажиров корабля, что лайнер безопасен. Натану говорили, что он, кажется, тоже должен будет выйти к микрофону и сказать пару слов, но вампир надеялся, что эта участь его не постигнет. Он даже речи не заготовил.
— И сейчас пару слов скажет главный инженер, руководивший постройкой и до последнего дня не покидавший верфь, проверяя готовность корабля, — Натаниэль ..., — ведущий, приглашавший всех выступающих к микрофону, неловко замолчал, замялся и стал судорожно перелистывать свои листочки, в поисках фамилии вампира, которую он не мог даже при большом желании там найти. Натан усмехнулся и подошел к микрофону. — Кхм. Натаниэль, поприветствуем, — закончил все-таки ведущий и отбежал в сторону, попутно активно размахивая руками, очевидно, ругаясь на кого-то. Раздались робкие аплодисменты, но как и почетные гости, так и простые зеваки не были настроены слушать долгие речи какого-то инженера. Им хотелось зрелищ, хотелось, чтобы корабль наконец официально спустили на воду и первые посетители могли войти и осмотреть его изнутри.
— Я не буду долго говорить, — начал вампир. Ему пришлось немного нагнуться к микрофону, поскольку ведущий был на полторы головы ниже его и после своего ухода, разволновавшись, естественно, забыл поправить его для выступающего. Голос, звучащий в микрофоне, показался Натану незнакомым. — Я слышал, что многие здесь обсуждали название корабля. «Беда». На мой взгляд, это довольно поэтичное название, — вампир сделал паузу и улыбнулся. — Все из вас прекрасно знают поговорку, что «все, что ни делается, — к лучшему». Так вот, пускай наша «Беда» и время проведенное на ней, так же станет для вас тем лучшим, что вы испытаете в своей жизни. Как человек, непосредственно принимавший участие и ответственный за создание этого корабля, хотел бы заверить вас, что корабль прошел все необходимые тесты и доказал свою безопасность не раз. Мы также укрепили его обшивку, а новые турбины и электрический двигатель позволят вам с большим комфортом наслаждаться плаванием...
Не успел вампир договорить, как раздался оглушительный шум: казалось, что корабль начали спускать на воду, поэтому вслед за шумом заиграл оркестр, но что-то было не так. Оборвались тросы, державшие корабль, а на самом корабле... На самом корабле кто-то был, и этот кто-то был в капитанской рубке. Через несколько секунд раздался хлопок, звон бьющихся стекол, и повалил черный густой дым (огня не было видно). Началась паника: гости разбегались, с помоста быстро уводили высокопоставленных лиц. Не было гарантии, что корабль в принципе не взорвется в ближайшие минуты.
Один Натаниэль несколько секунд так и стоял, застыв, у микрофона, а затем ринулся в противоположном от всех направлении — к кораблю. «Куда!!!» — услышал он за спиной крик начальника, но это было неважно. «Спасать мой корабль», — прорычал себе под нос мужчина. Вампир догадывался, что, поскольку все это произошло на самой верхней палубе, то тому, кто это сделал, придется потратить немало времени, чтобы спуститься и с менее критичной высоты прыгнуть в воду либо сбежать по трапу (на последнее вампир не надеялся, ибо догадывался, что вряд ли этот субъект будет настолько глуп, чтобы бежать прямо в руки блюстителей закона, которые непременно будут его ждать у трапа).
Корабль начало неспешно относить от причала. Натаниэль был уже более, чем на полпути по трапу до палубы, когда заметил, что бежит не один.

Отредактировано Натаниэль (05.10.2015 23:27)

+4

5

Чиновники, расположившиеся на помосте, вставали один за другим, чтобы произнести речь, которую почти никто не слушал. Люди продолжали переговариваться, прогуливались взад-вперед, отойдя подальше от импровизированной трибуны, или просто нетерпеливо топтались на месте, ожидая, когда же их наконец пустят внутрь.

Эдвард был занят делом: он профессионально снял каждого из подходивших к микрофону, с особым старанием подбирая ракурсы для Натаниэля, когда подошел его черед. Фотограф успел немного остыть после торопливой прогулки, к тому же солнце уже садилось, так что он снова надел пиджак и ласково погладил мягкую ткань рукава. Первая часть съемки была завершена, и он снял ремень фотоаппарата.

— ...новые турбины и электрический двигатель позволят вам с большим комфортом наслаждаться плаванием... — сказал Натаниэль и корабль стали спускать на воду. Оркестр заиграл торжественную мелодию, но практически тут же сбился на какофонию: тросы, державшие судно, лопнули и музыканты, испугавшись, отбежали подальше. Раздался плеск воды, а за ним — громкий удар, от которого выбило стекла иллюминаторов. Из зияющих дыр повалил черный густой дым.

— Взрыв! — прокричала какая-то мазель и все бросились врассыпную. Чиновники торопливо спускались с помоста, оркестранты бежали, надрываясь под тяжестью труб и виолончелей. Эдвард повернулся к Блейку, но того и след простыл. Люди и вампиры бежали мимо фотографа, задевая и толкая его.

— Куда?!! — крикнул кто-то, и Эдвард заметил Натаниэля, бегущего к трапу. Фоторепортер взглянул на палубу и увидел какое-то шевеление в капитанской рубке. Помедлив секунду, он бросился вслед за Натаниэлем, уворачиваясь от бегущих навстречу. Когда Эдвард достиг трапа, инженер уже поднялся на палубу и остановился, вопросительно смотря на фотографа.

— В рубке! — крикнул фоторепортер вместо объяснений, и они оба побежали вперед. Однако пробежав сквозь дымное облако, они обнаружили, что в рубке никого нет. Боковым зрением Эдвард заметил мимолетное движение и молниеносно сделал снимок того места, где, как ему казалось, находился неизвестный. Натаниэль тоже повернулся в этом направлении.

— Он спускается вниз! — сказал он и они снова бросились в погоню.

+4

6

Заметив фотоаппарат на шее у молодого мужчины, бежавшего вслед за ним, вампир догадался о роде его деятельности, однако вопроса «зачем» он побежал вслед за Натаном это не снимало. Но ситуация была неподходящая, чтобы тратить время на вопросы, поэтому Натаниэль просто направился к капитанской рубке, в надежде успеть схватить диверсанта.
Увы, мужчины опоздали, и когда они прибежали, рубка была уже пуста, но оба уловили движение, а незнакомец даже успел сделать снимок. «Хорошая реакция», — отметил про себя Натаниэль, но он не надеялся, что на снимке можно будет что-нибудь разглядеть.
— Он спускается вниз! — произнес фотограф. Натаниэль кивнул, и они вновь ринулись в погоню.
Тень была впереди них на несколько пролетов, мужчины едва ли не перепрыгивали целые лестничные пролеты, чтобы догнать преступника.
Когда они спустились уже ниже последней пассажирской палубы и погоня перешла в механическое отделение, вампир отметил про себя, что беглец вполне осознанно выбирает путь и не плутает в коридорах судна, и это наводило на мысль о том, что их диверсант вполне себе неплохо знаком со строением корабля. «Значит, кто-то из рабочих», — мысленно заключил Натаниэль.
Вот они уже оказались в отделении багажа, в котором фактически царила кромешная тьма. Отсюда был только один выход — ворота и дверь в них, через которые предполагалось загружать чемоданы будущих пассажиров лайнера. Хотя, учитывая нынешние события, Натаниэль уже сомневался, что «Беда» когда-нибудь выйдет в свое плавание.
Понемногу глаза привыкали к темноте, но идти приходилось все равно гораздо медленнее, поскольку не везде еще были окончены отделочные работы, так что можно было лихо оступиться и повредить себе что-нибудь. Судя по звукам, их цель тоже замедлила свой ход и пробиралась с трудом. Натаниэль поравнялся с незнакомцем и шепотом произнес:
— Слышишь, откуда доносятся звуки? Будь готов, когда я зажгу свет, сразу сфотографируй его, — не уверенный в том, насколько можно положиться на молодого мужчину, который в этот момент оказался единственным его союзником, и в том, согласился ли вообще последний с его предложением, вампир, стараясь идти как можно тише, направился в противоположную сторону, к стене с выключателем.
В этот момент, как ему показалось, тот, кого они преследовали тоже затих и стал прислушиваться. Тогда Натаниэль, найдя обломок какой-то доски под ногами, с помощью телекинеза направил его в к выключателю и нажал им на кнопку включения света. «Давай!» — только и успел крикнуть он, сигнализируя фотографу, что нужно действовать.
Мгновенно друг за другом начали загораться лампы, освещая помещения и немного слепя глаза (в багажном отделении, как и по всему кораблю были установлены новейшие типы ламп, предоставленных специально для этого лайнера — Трампы и высшие чины не поленились выделить денег на этот проект, который обещал не только окупиться за несколько месяцев, но и приносить достаточно большую прибыль). Натаниэль зажмурился. Услышав сбивающиеся шаги, он понял, что их цель оказалась ближе к выходу, чем он рассчитывал. И как только вампир открыл глаза и смог посмотреть в сторону двери, то увидел в дверях лишь черный силуэт, прыгающий в воду.
— Ну что? — подбегая к фотографу, с волнением произнес Натан.

Отредактировано Натаниэль (06.10.2015 22:44)

+5

7

— Пока не знаю, — тяжело дыша после гонки, сказал фотограф. Он встал, уперевшись в колени, и глубоко вдохнул, приводя дыхание в порядок. Оба вампира смотрели на дверь, за которой доносился плеск воды.
— Мы его уже не догоним. — бесстрастно сказал Эдвард. — Почему-то мне кажется, что он плавает лучше, чем мы.
Он окинул взглядом Натаниэля и уточнил:
— Уж точно лучше, чем я.

Багажное отделение представляло собой просторное пустое помещение с несколькими платформами для негабаритного груза и рядами полок и квадратных ячеек вдоль стен. Каждое слово и каждый шаг отдавались здесь звонким эхом. Эдвард прислонился к железному контейнеру, который был единственной мебелью в этом зале.

— Меня зовут Эдвард фон Блюменфрост и я, как Вы, наверное, успели заметить, фотограф. — Эдвард протянул судостроителю руку, и тот пожал ее.
— Я...
— Вы Натаниэль, инженер, благодаря которому на свет появился этот великолепный корабль, знаю. Простите, что перебил Вас, но через некоторое время сюда прибудут клирики, а может быть, и юстициары, и если нас здесь застанут, будут проблемы. Фотография незнакомца, за которым мы гнались, будет конфискована вместе с моим фотоаппаратом, а нам с Вами придется провести эту ночь, а возможно и несколько последующих, в не слишком приятном обществе. Давайте выбираться отсюда, поговорим после.

Натаниэль кивнул фотографу и жестом пригласил следовать за ним. Выходя из багажного отделения, он щелкнул выключателем, на сей раз без помощи телекинеза, и зал снова погрузился в темноту. Через пару минут они вышли на палубу, но стоило им сделать несколько шагов, как Натаниэль вдруг присел и жестом указал Эдварду сделать то же самое.

— Сюда кто-то идет! — шепотом объяснил он. Эдвард стал пятиться назад, но инженер отрицательно покачал головой и указал в другом направлении. Почти ползком они добрались до укромного места в тени какой-то трубы и увидели, как двое клириков — мужчина и женщина — поднимаются по трапу. Солнце почти зашло, и угасающий красный свет зловеще ложился на их фигуры, отбрасывающие гротескные длинные тени. К поясам обоих были пристегнуты кинжалы. Они пошли в разных направлениях, осматривая палубу, и Эдвард прижался к трубе, пряча фотоаппарат от закатного света, чтобы случайный блик не выдал их. Мужчина-клирик описал круг по палубе и, судя по звукам шагов, направился к их укрытию. Эдвард уже стал придумывать, как он будет объяснять свое присутствие на корабле, но вдруг судостроитель похлопал его по плечу. Обернувшись, фотограф увидел, что Натаниэль открыл потайную дверь в трубе и уже стоит внутри тесной металлической кабины, приглашая последовать за ним. Эдвард скользнул внутрь, и дверь бесшумно закрылась. Кабина плавно поехала вниз. Через несколько секунд они оказались в темном узком коридоре где-то в недрах корабля.

— Трампы считают, что уважаемая публика не должна на каждом шагу встречаться с прислугой, поэтому для официантов, лакеев, артистов и музыкантов проложены отдельные ходы, по большей части незаметные для пассажиров, — уже не шепча, пояснил Натаниэль. — Здесь мы с Вами в полной безопасности, Эдвард.

Он повел фотографа по секретным коридорам и комнатам, поясняя назначение того или иного помещения:

— Вот комнаты для прислуги, а эта каморка должна стать гримеркой, но отделка пока не закончена...
— Вы считаете, тот, кто совершил взрыв, проник на корабль через эти ходы? — спросил Эдвард.
— Нет, не думаю... Если бы он знал о них, то не стал бы убегать через багажное отделение. Тут есть много мест, где можно спрятаться...

Они вошли в крохотную комнату, по большей части занятую какой-то металлической штуковиной с шестернями и рычагами, назначение которой Эдварду было неизвестно.

— ...и много выходов наружу. — закончил Натаниэль, нажимая на самый большой рычаг. Пол под их ногами пришел в движение и вся комната выдвинулась из носа корабля на улицу на манер стрелы подъемного крана или платформы чистильщиков окон.
— Эта комната нужна для ремонта обшивки корабля прямо на ходу, если возникнет непредвиденная ситуация. — пояснил инженер. — Он повернул еще несколько рычагов, и кабина опустилась вниз, почти к самой верфи. — Сможете спрыгнуть? — спросил он Эдварда. — Тут совсем невысоко.
— Да, но мой фотоаппарат...
— Оставьте его и не беспокойтесь на этот счет.

Эдвард аккуратно спрыгнул вниз и Натаниэль с помощью телекинеза бережно передал ему фотоаппарат. Сам инженер сдвинул рычаги в крайнее положение и ловко покинул кабину, пока та медленно и тихо возвращалась на прежнее место. Вампиры, стараясь производить как можно меньше шума, быстро покинули верфь.

— Вы отлично владеете телекинезом. — заметил Эдвард, когда они вышли на тускло освещенные улицы города.
— У меня было время потренироваться. — с кислой ухмылкой ответил Натаниэль. — Куда мы идем?
— Ко мне домой. Я боюсь, что после взрыва у клириков имеется к Вам масса вопросов, но мой дом — это последнее место, где Вас будут искать. К тому же нужно посмотреть, как вышел портрет нашего подрывника.
— Самое время объяснить, зачем Вы побежали за мной, Эдвард. Хотели сделать эффектное фото?

Фотограф тяжело вздохнул.

— Хотел узнать правду... Я репортер, Натаниэль, но я не гонюсь за сенсациями. Меня интересует реальный ход событий. Я увидел, что Вы бросились к своему кораблю, и решил, что это поступок честного вампира. Я также увидел, что на корабле кто-то есть, и подумал, что Вам может понадобиться помощь. Вот, пожалуй, и все...

+4

8

Занимательным оказался его новый знакомый — Эдвард. Фотограф с чувством такта, рациональным мышлением и развитой логикой, то есть как раз с теми качествами, которые вампир ценил в людях. Долго ничего объяснять не приходилось, ревенант не донимал вопросами и был на удивление легок в общении. Может, это было связано с пережитыми событиями, которые в некотором смысле объединили их, а, может, Натаниэлю просто так казалось.
Путь до дома ревенанта от порта был неблизок: он жил в элитной части города (в отличие от Натана). Фамилия «Блюменфрост» смутно казалась вампиру знакомой, но он не мог вспомнить, где ее слышал.
Беседа в экипаже не состоялась. Оба мужчины молчали, думая о своем, глядя в противоположные стороны. Натаниэль пытался понять, кому было выгодно сорвать открытие корабля и попортить всю церемонию. Эта диверсия была явно направлена не против него лично, но против Трампов. «Почему именно на открытии? Если бы взрыв произошел на несколько метров ниже, то он бы сдетонировал и пострадало бы больше народу? Значит, проблема была не в многочисленности жертв. Скорее всего, это была выходка конкурентов. Кто мог оказаться на корабле? И как ему удалось...» — все эти мысли не давали покоя вампиру. По факту, конечно, ему не стоило ввязываться в это дело, поскольку этим должны заниматься клирики. И излишнее вовлечение могло бы принести только неприятности. Но ведь с него завтра первым же делом спросят за этот инцидент. Да и клирики тоже будут допрашивать, поэтому хотелось быть во все оружия к моменту допроса. Кроме того, сейчас у них есть возможность предоставить улику, которая значительно упростит следствие, — фотография преступника. «Если, конечно, хоть что-то получилось», — поспешил осадить свои излишне позитивные настроения Натаниэль.
Наконец-то экипаж остановился. Сказав Эдварду срочно бежать проявлять снимки и что с кучером он расплатится сам, Натниэль отдал недоумевающему мужчине деньги, буркнув «сдачи не надо», и ринулся вслед за фон Блюмефростом. Буквально взлетев по лестнице, Натаниэль оказался в кабинете ревенанта. Тот уже приступил к работе, но предложил вампиру присесть, поскольку процесс проявления фотографии — дело, увы, небыстрое...

+3

9

Заразившись возбужденным настроением Натаниэля, Эдвард стремглав побежал к своему дому. Дворецкий едва успел открыть дверь, как фотограф взбежал по лестнице, бросив на ходу:
— Придержи дверь, Грегори! Со мной гость!
Только достигнув собственной мастерской, Эдвард сбавил темп. Секунды ничего не решали. Проявка пленки — долгий и кропотливый процесс, при котором любая спешка крайне вредительна. Когда Натаниэль появился в мастерской, фотограф только начал собирать необходимые реагенты.
— Мне понадобится не менее часа. — объяснил он. — К счастью, у меня есть немного концентрированного проявителя: это риск, но в нашем случае иного пути нет.
Натаниэль вопросительно посмотрел на Эдварда.
— Обычно проявка занимает несколько часов, и в результате мы получаем негатив. — пояснил фотограф. — Цвета на негативе обратны реальным: там где должен быть белый — там черный, и наоборот. С концентрированным проявителем мы получим позитивное изображение, к тому же намного быстрее. Но проявитель — это сильная кислота, и если снимок передержать...
— Этого нельзя допустить! — воскликнул инженер.
— Доверьтесь мне, Натаниэль. Я сделаю все, что в моих силах.

С этими словами Эдвард сгреб в охапку несколько черных банок, пробирки и фотоаппарат и скрылся в крохотной каморке в углу мансарды. В течение последующих шестидесяти минут оттуда доносился только плеск воды, стук инструментов и тихое шипение, от которого у Натаниэля неприятно щекотало нервы. Утомленный долгим ожиданием, он ходил между «островами» эдвардианской мастерской, тревожно поглядывая на дверь проявочной лаборатории. Наконец, Эдвард вышел из каморки, потрясывая закупоренную пробирку, на дне которой лежал черный прямоугольник. Фотограф тряс пробирку, посматривал на образовавшиеся пузырьки и мрачно вздыхал, потом снова встряхивал ее и снова смотрел.
— Пытаюсь нейтрализовать кислоту, — ответил Эдвард на безмолвный вопрос судостроителя. — Концентрация оказалась слишком высокой.
Натаниэль обреченно сел на один из ящиков. Эдвард последний раз взглянул на снимок и, без тени надежды в голосе, сказал:
— Ну, пан или пропал!

Откупорив пробирку, он пинцетом вытащил пленку. Натаниэль подошел ближе, но увидел на снимке лишь цветные разводы, какие бывают, когда корабельное топливо попадает в воду. Он отвернулся, качая головой, но Эдвард остановил его:
— Смотрите!
Радужное пятно ртутной каплей скатилось со снимка, и под ним открылось достаточно чистое изображение мужской фигуры.

Эдвард передал Натаниэлю еще влажный квадратик.
Натаниэль нахмурился.
— Вы знаете этого человека? — спросил Эдвард, обеспокоенный выражением лица судостроителя.

Отредактировано Эдвард фон Блюменфрост (09.02.2016 07:54)

+2

10

Наблюдая за работой фотографа, сам Натаниэль лишь отметил, что тот кажется профессионалом своего дела: передвигается без суматохи, движения выверены, все точно. Но чересчур уж длительный процесс — проявление фотографии... Вампир сначала присел в одно из кресел. Сложив руки в подобие пирамиды, он коснулся носом кончика пальцев и вновь ушел в размышления о случившемся. «Знание корабля — это раз. Диверсия, не теракт — это два. Диверсия направлена на очернение имиджа — имиджа Трампов. Это три», — путем таких несложных умозаключений, Натаниэль и сделал элементарный вывод, который и поразил его: исполнителем должен быть кто-то с верфи. Его собственный рабочий. Кто-то либо работает на трамповских конкурентов, либо отчаянно нуждался в деньгах, если мог пойти на такое под носом у Натана. Кроме того, была видна рука не профессионала. Сам мунциец, если бы хотел устроить что-то подобное, действовал бы осторожнее. И уж точно не стал бы находиться во время взрыва на корабле.
Все эти мысли взбудоражили его. «Интересно, получилось ли что-то с фотографией», — Натаниэль встал и начал прогуливаться по комнате. Он не торопил Эдварда, знал, что любому делу нужно время, а говорить под руку — дурной тон. Поэтому вампир просто, молча, ходил, пытаясь предугадать, кто же может оказаться на снимке. Наконец, фотограф вышел к нему, и Натаниэль остановился.
— Ну, пан или пропал! — эта фраза не понравилась вампиру: он не любил все, что несло в себе неопределенность и неожиданность. Полагаться на судьбу и шанс было не в его правилах. Он считал, что бОльшая часть все, чего может достигнуть личность, она достигает именно своим трудом и усилиями. Натан в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и уставился на лист, который фон Блюменфрост держал в руках. На нем были видны лишь какие-то разводы. Вампир решил, что ничего не получилось, но тут фотограф остановил его.
— Смотрите! -Натаниэль еще раз взглянул на снимок, который действительно начал обретать четкость. Но то, что вампир увидел, ему не понравилось. Лицо его сделалось хмурым.
— Вы знаете этого человека? — обеспокоенно спросил ревенант.
— Увы, — констатировал вампир, кивая головой. — Это не человек, это вампир. Уил Бейкл. Он работал в моей бригаде, казался неплохим парнем. Очень рукастый и улыбчивый. Вот, видите темное пятно на его лице? Это шрам, который он получил как раз строя «Беду». Уже тогда говорили, что «Беда» принесет одни несчастья, — вампир тяжело вздохнул. Ему было чрезвычайно жаль корабль. Его прекрасный корабль.
Натаниэль судорожно думал, что же делать дальше: стоит ли пойти с этим к клирикам или попытаться самому поговорить с Уилом...
— Что ж, благодарю вас, Эдвард, боюсь, что вашу заслугу в раскрытии этого дела сложно переоценить. Я думаю, вам стоит отнести этот снимок в правоохранительные органы, — Натан протянул руку ревенанту для рукопожатия. Сам же вампир в это время думал, как ему быть: оставить ли все как есть, и путь соответствующие органы выполняют свои функции, или все же попытаться поймать преступника самому, а заодно узнать, зачем он это сделал. Не сказать, что мунциец был сторонником авантюр, скорее, наоборот. Но на кону была его честь и работа судостроителя, поэтому стоит попытаться поймать негодяя.

+2

11

— Что ж, благодарю Вас, Эдвард. Вашу заслугу в раскрытии этого дела сложно переоценить. Я думаю, Вам стоит отнести этот снимок в правоохранительные органы, — Натан протянул ревенанту руку для рукопожатия.

Эдвард сжал протянутую ладонь судостроителя и, не отпуская ее, вкрадчиво произнес:

— Не торопитесь, Натаниэль. Снимок я никуда не понесу. Мы с Вами некоторое время назад сбежали с места преступления вместо того, чтобы как законопослушные дракенфуртцы давать показания, так что обращаться к клирикам сейчас — не самая лучшая идея. У нас с Вами только два варианта: ждать, пока клирики сами придут за нами, или продолжить расследование. Я думаю, у нас есть все шансы разобраться с этим самостоятельно: мы знаем, кто устроил диверсию; знаем, где была заложена бомба; мы были на палубе, когда злоумышленник убегал... Мы опережаем клириков на несколько шагов, и я считаю, что нужно пользоваться этим преимуществом, пока мы сами не оказались за решеткой. К слову, нет никаких гарантий, что извозчик, любезно доставивший нас сюда, не будет приобщен к делу как важный свидетель. Так что я рискую ничуть не меньше, чем Вы, и тоже заинтересован в том, чтобы преступник был найден и заключен под стражу.

Только после этого он отпустил руку вампира.

— Нам нужно уходить. Оставаться здесь небезопасно.

С этими словами он снял рабочий халат и повесил его на крючок рядом с дверью. Цепляя петлю халата, он заметил большое черное пятно на манжете своей рубашки.

— Вот Моргот! Придется переодеться, чтобы не оставлять следов... Это быстро.

Эдвард на секунду задумался.

— А что скажете, если я и Вам предложу переодеться? У нас немного разная комплекция, но что-нибудь подберем. У меня есть несколько неприметных костюмов — я ношу их во время журналистских расследований, когда нужно слиться с толпой. Так нас будет сложнее опознать... Что думаете?

+1


Вы здесь » Дракенфурт » #Активные флешбэки » Как корабль назовешь, так он и поплывет


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC