Сестры фон де Голль
Подземелье тяжело давило на сознание Кассандры, такое было первый раз, сколько лет она тут прожила, сколько веков здесь обитала. Отчего-то именно в этот момент становилось так плохо, отчего-то именно сейчас становилось там душно, тяжко, стены наваливались на вампирессу, потолок рушился прямо на глазах. Взмах головой и все прошло, отступило, перешло в нормальное состояние. Все оставалось на месте. Привычное и уже такое родное подземелье. Комната, отдельная круговая комната, которая всегда запиралась на ключ, а тот в свою очередь хранился только у владелицы поместья. Есть условие проживания в этом особняке ни одна душа не должна покинуть эту комнату... живой, тот кто тут оказался обречен на верную смерть. Наверно глупо, наверно есть и другой путь решения проблемы, но гарфиня выбрала именно этот, глупый, кровавый, жестокий выход, но он самый действенный.
Чад факелов. Полутьма и только мужской и женский стон, что разносились по подземелью. Как хорошо, как хорошо, что ни один звук не может вырваться из этой комнаты, даже звуки остаются в этом плену, даже мысли остаются тут навечно. Страшно? Да нет, обыденно, такое происходит раз в пятьдесят или двадцать лет, для Кассандры это стало привычной игрой, привычной жизнью. Зачем она делает? Ответа нет и не будет.
Шуршание платья разорвало тишину, что покоилась тут очень и очень долго, звук каблуков и старая, мощная, деревянная дверь отворяется впуская яркий свет, длинные, черные, острые ногти цепляются за древесину, вытаскивая из замочной скважины тяжелый, старинный ключ, который сдерживает мучения в этой комнате. Алые губы расплываются в ядовитой, змеиной усмешки и дверь с тяжелым стуком захлопывается. Снова ключ входит в лоно замка и жестяной скрежет оповещает о том, что клетка снова заперлась.
— Жаннет, мы же решили, что не будем делать это так часто. — произнес тяжелый, деловой женский голос, пытаясь найти у кого-нибудь поддержки, но в ответ последовал совсем другой ответ.
— Тереза, перестань, ты же обещала, тем более это нужно точно также тебе, как и мне, помни это. — произнес более молодой и распутный голос, тоже женский. Звук каблуков снова донесся в зале. Женщина подошла к зеркалу, отражение не было, ну... Это было обыденно, поэтому улыбка стала лишь шире. Что же делать? Ка увидеть себя и привести в порядок? Дама прошлась к другой части комнаты и резким движение стянула покрывало с предмета безумно похожего на зеркало, но только это было начищенное серебро, в котором отражает все, абсолютно все. Отражение показывало... безумие в чистом виде: С правой стороны было платье чуть выше колено, с пышной юбкой, с туго затянутым корсетом, строгое лицо, волосы, уложенные в высокую прическу, но когда взгляд переводился на левую сторону... кружевные трусики, корсет, бюстгалтер, волосы, завязанные в хвостик с левой стороны от лица и распутное выражение самого лица. Две разных личности в одной.
— Я владелица этого тела! — послышался странный голос откуда-то, но его как будто никто и не издавал, никто, только пустота могла такое сделать.
— Кассандра, милая, ты же знаешь, что после смерти всех, первородные должны находиться в теле последней из клана, ты и так слишком долго нас сдерживала, поэтому теперь сгинь. — послышался голос Жаннет и владелица тела тут же сгинула.
— Ну, ладно, пошли Жаннет, займемся делом. — металлический голос оповестил о начале кончины. Свет усилился, свечи стали пылать ярче, теперь комната была видна вся. Кровавые, старые пятна, что забрызгали стены давным-давно не стирались, отпечатки рук, несколько клеток, открытых, в которых были кажется совсем свежие кровавые пятна и мужчина с девушкой в разных клетках. Их губ и руки были в крови, они ели, питались и выживали, а также присутствовали при кончине одного из те, кого поймала Тереза и Жаннет. Они плакали и в упор смотрели на Сестер, что находились в одном теле.
— Прошу вас, прошу, отпустите девочку, молю вас! — выкрикнул мужчина, что сидел, еще сидел, у него еще были силы сидеть, потому как смотря на девушку складывалось ощущение, что у той еле-еле хватало сил, чтобы дышать и жить, не то что сидеть.
— Твои слова мудрее, чем кажется, мы начнем! — от удовольствия взвизгнула Жаннет и улыбнулась левым уголком губ, потому как правые оставались во власти её сестры Терезы, которая оставалась полностью беспристрастна.
Дама подошла к клетке. Алое платье было надето не спроста, а для того, чтобы кровавые пятна смотрелись, как украшения, как вычурный рисунок. Черное белье было символом траура, практичность и распутство — вот, что сочеталось в этой одежде. Клетка с диким скрежетом отворилась и Тереза тут же протянула руку и выхватив мужчину из своего убежища швырнула на середину комнаты, пентаграмма, что была нарисована кровью, именно туда, прямо в центр. Графиня быстро подошла к жертве и закрепила его руки и ноги цепями, связав их путами кандалов.
— А теперь к книге ведьм! — воскликнула Тереза и тело сразу же двинулось к старинной подставке с книгой. — Нужно проверить болевой порог. — произнесла Тереза, прочитав строку в книге. Жаннет подмигнула и вскинула взгляд, который был направлен в левый угол, где покоились скальпели, ножи, иглы и так далее. Небольшой прищюр, блеск в глазах и три иглы взлетели в воздух, они подлетели к жертве, которая только-только очнулась и стала извиваться, как змея. Тереза подняла свой взгляд и приструнила испытуемого. Его буквально выпрямило, заставив расслабить все конечности и стоять ровно, вытянув руки под углом девяносто градусов. Первая игла очень медленно и аккуратно подлетела к пальцу. Жаннет моргнула и игла с ужасающей скоростью и силой въехала под ноготь, алая струйка крови потекла по пальцу, капая вниз, глаза мужчина расширились... Вой, вой боли, крик души и мольба о помощи, которую никто не услышит. Смех Жанеет, безудержный, безумный и легкий смешок Терезы. Все смешалось в какафонии звуков, которые вились в подземелье, как пар. Мужчина открыл рот, чтобы сказать, чтобы получилось высказать, но вылетело, что маленькое и совсем смешное.
— Суки! Что вы творите, вы сошли с ума! — он еще мог говорить. Что!? Он еще мог говорить, странно, сильный, уважение, вот чего он достоин, но увы, сейчас не до этого.
— Ха-ха-ха, да неужели, только заметил? — спросила Жаннет и рассмеялась, она моргнула и вторая игла с еще большей силой ввинтилась под ноготь бедного мужчины. Алые брызги не долетали до сестер, но Тереза брезгливо прикрыла лицо рукой, а Жаннет пыталась поймать хоть каплю крови, хоть самую малую каплю.
— Су... — уже нет сил говорить, он уже не может, не в состоянии.
— Еще молвит, что-то молвит? Следующую, сестра! — прикрикнула Тереза и Жаннет моргнула. Игла слегка промахнулась и вошла прямо в руку, проходя насквозь, медленно, проникая в плоть миллиметр за миллиметром. Дикая агония терзала жертву, крики утихли, игла осталась на середине пути, находясь где-то посередине руки.
— Сильный! Его кровь сильна, терпелива, не боится, хорошая кровь. — произнесла Тереза, смотря в книгу. Она кивнула чему-то своему, пробежав глазами по строчкам в древней рукописи. — А теперь узнаем какая у него плоть, сестра, приступай. — произнесла Тереза, поднимая взгляд и внимательно следя за тем, как работает её близнец. Распутница кивнула и ухмыльнулась одним уголком губ. Снова взгляд был кинут на тот угол и на этот раз с поднос в воздух взлетел нож, точнее мясной тесак, который с легкостью разделывают тушу.
— А теперь мы достанем из тебя эту иголочку, вот только найдем! — взвизгнула Жаннет и тесак мягко поплыл к мужчине. Тот видел это, все видел, вот только не мог двинутся, его тело не слушалось его, а вот боль он чувствовал, все чувствовал. Нож подлетел к раненной руке и очень акууратно надрезал то место, куда попала игла, разрезая плоть медленно, немного неровно, чуть трясся, чтобы доставить, как можно больше боли. Крик боли уже был еле-еле слышен, потому что сил не было, чтобы кричать. Кровь текла по руке, уже отнюдь не маленькой струйкой. Жаннет не устраивало, что жертва не кричала. Тесак рубанул и от руки почти отлетел кусок мяса, оставаясь висеть лишь на кусочке кожи. Такого Жаннет, как и Тереза не слышали еще никогда, такой крик, такая мощь. Сестры испугались, что потухнут свечи и в поместье услышат все, все три человека. Но нет, никто не услышал.
— Оу, я вижу иголочку, нужно ей достать! — хихикнула блудница, поднося нож телекинезом к месту ранения, но Тереза вытянула иглу и заставила тесак улететь обратно на месте.
— Хватит, Жаннет, ты переусердствовала! — крикнула Тереза, выходя из себя. а это было страшно.
— Прости сестра, что у нас дальше? — спросила распутница и тут же получила ответ.
— Огонь. — ухмыльнулась Тереза, а Жаннет улыбнулась, получилось безумно, когда губы делают разные вещи. Факел слетел подлетел к жертве, этим процессов уже управляла Тереза. Факел медленно подлетел к оголенной спине мужчины и пламя лизнула спину, что заставило чуть-чуть выгнуться жертву. Огонь стал сильнее Кассаться тела, плоть покрывалась волдырями, кожа слезала, оголяя мясо. Снова крик и факел тут же отлетел, чтобы... разогнаться и потушиться о спину мученика. Снова крик боли, снова ужас в глазах мужчины, что же ему приготовили еще?
— Далее, болезнь. — произнесла Жаннет, читая странные надписи на пожелтевшей от времени бумаге. Тереза взмахнула рукой и указала пальцем на лицо мужчины. На нем стали проявляться нарывы, струпья и другие синяки и болячки. Это все начинало гнить, саднить, течь и растекаться по лицу. Такого ужаса, страха и боли в глазах никогда не читалось.
— Он еще жив? — спросила Жаннет, Тереза удовлетворительно кивнула. — Значит далее, опарыши! — захохотала Жаннет, Тереза лишь улыбнулась. Все таки, как это страшно, когда две личности в одной, правая часть лица со своей мимикой, левая со своей — это отвратительно, это безумно.
Тереза вновь взмахнула рукой и в районе живота появилась рана, из которой текла кровь и стали вываливаться опарыши, они грызли, прогрызали кожу. Мужской крик взвился в воздух. Видение исчезло. Это было всего лишь видение.
— Жаннет, давай ты. — произнесла Тереза и сестра кивнула, она подняла с подноса щипцы, который быстро перелетели через всю комнату к жертве и остановились около ногтей. Щипцы со скрежетом раскрылиь и ухватились за ноготь, сомкнув свои объятья боли. Резки рывкой и мужчина без одного ногтя. И снова крик боли и алая кровь уже заполнила приличное пространство под ногами мужчины.
— А теперь перестрелка! — крикнула Жаннет, поднимая сотни игл с подноса. Те начали кружится вокруг мужчины оставляя порезы и раны, когда этот вихрь прекратился, Тереза взмахнула рукой и летучие мыши полетели на жертву, облепляя её, выпивая досуха. Только теперь он понял, что это кнец и закричал, по-настоящему, перед смерть, как кричат в последний миг. Дамы отошли от стойки с книгой и подошли к телу, от которого уже разлетелись мыши, полусухое тело, полуживое, еще в сознании. Тело вампирессы склонилось и Тереза прошептала.
— Ты отмучился за неё, она будет жить. — закончила она, резко выпрямилась и наступила каблуком на шею жертве. медленно и очень верно протыкая, вдавливая кадык внутрь, убивая, когда кровь уже залила все пространство пентаграммы, каблук был буквально вынут и аккуратно вытерт платочком.
Дама подошла к клетке с девушкой и посмотрела на неё. Глаза полные страха, но уже безразличные к жизни взирали на сестер. Обе близняшки улыбнулись и потянулись к дверце клетке, чтобы открыть, но дверь резко открылась и в подземелье ввалилась кухарка, егерь и дворецкий. Первая вооружена ножом, второй топором, третий пистолетом. Тереза первая вскинула руку, наставляя её на кухарку, а Жаннет на егеря. Глаза их скосились, а потом они развернулись и со всей жестокостью принялись отрубать друг другу руки, рубить тело, наносить удары по голове — это продолжалось, пока оба не превратились в кровавое месиво.
Дворецкий смотрел на это и приходил в ужас. но когда он обернулся, чтобы стрелять было уже поздно, обе сестры показали на него пальцем. Дворецкий почувствовал, как кровь в нем стала течь быстрее, потом еще быстрее, она нагревалась, становилось жарко, потом адски жарко, потом руки стали раздуваться, ноги сжиматься, а следом наоборот, крик боли и тело разрывает на куски. внутренности летят в разные стороны, нога вылетела из комнаты, дворецкого больше нет.
Сестры развернулись, чтобы открыть дверцу, это было сделано и девушка уже прижалась спиной к стене. Близнецы зашли внутрь, чтобы помочь поднять ей, но та стала хватать ртом воздух, пытаясь дышать, но через несколько секунд упала. Сердце не выдержало такого представления. Жаннет ухмыльнулась, Тереза пожала плечами. Дама вышла из клетки, захлопывая её.
— Кассандра, тебе все это убирать. — строго произнесла Тереза.
— Да! — поддакнула Жаннет и хохотнула, лицо стало единым, тело снова своим, тьма накатила на разум, Касса потеряла сознание...
Отредактировано Касандра фон Де'Голь (24.06.2010 02:35)