Обитель вампиров

Объявление

Дорогие друзья! В данный момент «Дракенфурт» находится на стадии реконструкции; день ото дня он обретает новые черты, становится все более продуманным, логичным и правдоподобным, приближаясь к заветной цели выйти за рамки только лишь игровой площадки и обрести черты полноценного художественного произведения. А тем временем всех, кому не безразлична судьба нашего любимого форума, просим поддержать его в рейтингах! Достаточно проходить шлюзовые страницы раз в сутки, щелкая по баннерам RPG TOP и Palantir, и возвращаться на форум по обратным ссылкам. Благодарим за участие :-)
Сегодня в игре: 17 мая 1828 года, Первый час людей, понедельник;
ветер юго-западный 4 м/c, ясно; температура воздуха +15°С; полнолуние

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Обитель вампиров » Главный проспект » Ювелирный магазин «Фируза»


Ювелирный магазин «Фируза»

Сообщений 31 страница 60 из 73

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/20-Glavnyj-prospekt/5dTPJ.png

Доктор Блюменфрост как-то раз обронил: «Вампирессы оценивают силу любви в каратах». Фраза моментально ушла в народ — очень уж точно она прозвучала. «Стало быть, — ехидничал доктор, — благодарные потомки запомнят меня не только как чудака со смешной прической, но паче чаяния еще и как автора эпиграфов к девичьим дневникам?» Действительно, не рождалось еще северянки, равнодушной к мерцанию драгоценных камней. Особенно если на их оправе стоит гравировка «Фирузы» — знак высокого качества. Причем вот ведь какая удивительная вещь получается: чем более строгие нравы демонстрирует девица публике, тем обильнее ее шкатулки набиты дарами поклонников. Откуда что берется?..

К счастью, не все вампирессы столь уж высоконравственны. Встречаются среди них и простушки, которых ювелирная лавка привлекает вовсе не цацками. Она их манит чем-то иным, по-настоящему ценным. Мечтой. Бусы, подвески, заколки, браслеты, камеи из разноцветной эмали — все эти милые безделушки появились на свет для того, чтобы кто-то о них мечтал. Исполненные глубокой самодостаточности, они возлежат на витринных ступеньках, обтянутых красным коленкором, и сдержанно, будто бы невзначай посверкивают. Ах, скромняги! В действительности же притягательной силы в этом блеске ничуть не меньше, чем в гибельных огоньках фата-морганы. Особенно хороша алмазная диадема. Настолько хороша, что ее следовало бы выставлять в планетарии как пример небесного тела — артефакт, собранный из осколков падучей звезды.

Вот, например, мазелька, в чьей шкатулке один-одинешенек хранится дешевый стеклянный шарик, только что подошла к магазину, припала к витрине, затаила дыхание и смотрит на диадему большими чудными глазами. Девушку озаряет внутренний свет. Ее губы шевелятся, еле слышно произнося: «Моя прелесть». Очевидно, в этот момент ей мечтается с помощью волшебства перенести диадему на свою шейку... Нет, вовсе не для того, чтобы перед подругами чваниться! Она спрячет драгоценность в шкатулку на место шарика и будет хранить ее под подушкой, перед сном мечтая о балах и прекрасном принце. И ничего во всем мире ей больше не нужно для счастья! Ох, почему жизнь настолько несправедлива?..

Здание «Фирузы» не посрамит свое великолепное содержимое. К его оформлению по просьбе покойного экс-владельца* приложил руку сам Альфонсо Мухер. Гениальный художник, певец эстетики фражели-нуво, он превратил ювелирную лавку в отдельное произведение искусства. Наотрез отказавшись проектировать очередную функциональную торговую площадь, Альфонсо создал сказочную атмосферу, пространство — оправу ювелирного украшения. Экстерьер здания художник оформил таким образом, чтобы издало оно напоминало ларец великана, а декорируя торговые залы, заимствовал вдохновение у природы, использовал животные и растительные мотивы: на стенах расцвели пионы и ветки сакуры, вспорхнули к потолку легкокрылые бабочки и стрекозы, своды и арки обвили гибкие позлащенные лозы, в сверкающих расписных окнах ожили кораллы и рыбы. Но особую гордость «Фирузы» составляют скульптуры двух павлинов. Видите, напротив входа, сразу за прилавком? Одна величаво воссела на карнизе, другая развернула ажурный хвост во все круглое окно. Уличный свет пучками желтых лучей струится через хвостовые перья павлина, отчего они светятся, как заряженные псионикой кристаллы, и птица кажется каким-то языческим божеством. Э. Сфорца в статье, написанной для «Мирабо Манускриптум», описывала работу маэстро Мухера так: «Он поднял обыкновенный магазин на высоту своего искусства, оформил его в соответствии с велением своей души и сделал это так прекрасно, что ювелир и его изделия находятся в среде, адекватной их назначению».

http://vampsa.rolka.su/uploads/0005/6e/de/67874-1.gif Закрепленные за локацией НПС

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Glavnyj-prospekt/1.png

Джафар аль Гиеди
Мастер Джафар аль Гиеди — главный художник «Фирузы». Горячий восточный мужчина, классика жанра. Как и многие творческие личности, капризен, вспыльчив, обидчив, тщеславен (обожает торчать рядом с продавщицей, расхваливая свои собственные украшения), склонен к частым переменам настроения (буквально за минуту может перейти от восторгов к апатии) и неожиданным интуитивным озарениям. Страстный. Очень страстный. Только послушайте, как он рассказывает про бриллианты! Единственный ювелир, способный гармонично объединить в своих произведениях все известные драгоценные и полудрагоценные камни.

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Glavnyj-prospekt/7.png

Подмастерье Парсонс
Парсонс — один из подмастерьев в магазине «Фируза». В силу своих несидчивости, честолюбивого характера и недюжинного любопытства старается быть во всем первым. Норовит выслужиться, выполняя в лавке роль мальчика на побегушках и регулярно таская кофе и документы из бухгалтерии мэтрессе Аскар. Сплетник, завистник, повернутый на порядке зануда (доходит до того, что убирается на чужих верстаках, если сосед забывает). Страдает обсессивно-компульсивным расстройством: временами машинально повторяет одно и то же действие. Имеет выраженную склонность к бюрократии и тайную манию величия (считает себя непризнанным гением от ювелирного искусства). К коллегам относится весьма прохладно, к мастерам — невнимательно и даже пренебрежительно. Безнадежно влюблен в госпожу Амелию, отчего временами ревнует ее к мэтру аль Гиеди. Рьяно отрицает наличие у себя плеши: «Я не лысею, у меня просто высокий лоб!» Девственник.

(Кошка)
-----------------------------------------------------
*Два с половиной года назад ювелирный дом перешел по завещанию бывшего владельца, Альберта Аскара, к его дочери, мазель Амелии. Она расширила штат работников лавки, при этом сохранив должность главного мастера за художником-виртуозом азиатского происхождения Джафаром аль Гиеди, которого в свое время открыл и представил свету ее отец.

+1

31

Авель жил не первую сотню лет. С определенного момента он стал ловить себя на мысли, что некоторые люди заслуживают скорее ржавой стрелы с хрупким ржавым наконечником в заду, чем учтивого обращения. Неприятно было осознавать, что очень большую часть составляли люди искусства. Те самые, которые создавали все эти прекрасные ювелирные изделия, к которым Логиэс только что завороженно припадал взглядом, внимательно изучая все мелкие детали, наслаждаясь каждым завитком, оставленным на оправе точной рукою мастера.
— Ваххал не любит лгунов, уважаемый мастер, — с каменным лицом произнес Авель, когда монолог подошел к концу и невежливый собеседник, развернувшись к нему спиной, проследовал к двери. Наемник рассчитывал на то, что не ошибся в своих выводах об этом хитром южанине. Но не став озвучивать свои мысли, он терпеливо дождался, пока милая девчушка Алейна соберется и выйдет в торговый зал. Точнее, выскочит, сломя голову.
— Смею предположить, что Джафар аль Гиеди один из лучших в своем деле, — сказал Логиэс, когда они вышли на улицу. — Мне бы очень хотелось в это верить. Его пальцы и дурной язык говорят об этом красноречивее, чем того хотелось бы, — произнес он, обращаясь к Алейне.
Не дожидаясь ответа, Авель глянул в сторону улицы, где не позднее как пятнадцать минут назад оставил маленькую Айрин. Он был готов отдать руку на отсечение, что эта мелочь не усидит на месте, но было бы очень некстати, если бы она куда-то запропастилась. Дело даже не в отданных ей деньгах, а в том, что ее цепкие ручки и зоркий глаз весьма пригодились бы Авелю. А заниматься ее поисками в этот момент было некогда.
Он сложил три пальца в витиеватую фигуру, после чего положил их на нижние зубы и, набрав в легкие воздуха, свистнул. Стоит ли говорить, что может произойти, когда разработанные и сильные легкие вампира вкупе с правильным камертоном из пальцев взрываются непередаваемо сильным свистом? Если бы ближайшие воробьи могли слышать больше частот, чем уделенные им Праматерью, они бы непременно попадали с водосточных труб и карнизов. Коты в ужасе разлетелись по углам, а шкодливая шпана притихла, затаив дыхания, завороженно ища глазами среди толпы прохожих источник столь потрясающей трели.
Алейна, собиравшаяся ответить Авелю на его обращение, в ужасе зажала уши.
— Мы кое-кого забыли, — невозмутимо буркнул Авель, догоняя девушку, оставляя опешивших зевак с открытыми ртами глазеть на него, словно на сумасшедшего.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Главный проспект

Отредактировано Авель Логиэс (06.01.2016 15:05)

+5

32

Банк Ротшильда  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Айрин стояла перед ювелирным магазином и недовольно поджимала губы. Вообще-то в этот магазин практически нереально пробраться. За последние десять минут, пока не было Авеля, девушка облазила здание фактически со всех сторон. Она даже ползала на коленках, высматривая дыры или хоты бы трещины. Ничего!
Есть вариант еще, конечно, забраться на крышу. Но это бы привлекло внимание. На нее и так прохожие уже косо глядят. Видать, пытаются запомнить, как она выглядит, и в случае ограбления обрисовать для полиции ее внешность.
«Ну-ну. Удачи вам в этом», — с усмешкой подумала Айрин. Да если бы она решилась ограбить этот ювелирный магазин, то сразу же после дела смылась бы в другой город. А лучше всего в деревню или лес.
Тяжело вздохнув, воровка присела на корточки и погладила черного кота по голове. Уже надоело ждать этого хама! Вообще-то Андерс могла в любой момент убежать. Ее сейчас сдерживали лишь любопытство и немалая сумма обещанных денег. Но терпеть к себе такое отношение она не намерена!
Да как он посмел оставить ее на пороге, как какую-то собаку?! И все равно, что Айрин сама не пожелала входить! Он должен был настоять! Она хоть и воровка, но все же девушка. А теперь приходится торчать на улице и ждать этого...
В этот момент Айрин услышала, как открывается дверь и раздаются знакомы голоса. Во время своего осмотра воровка ушла от входной двери. Теперь же она об этом пожалела, так как Авель, да и та девушка, которую она хотела ограбить в порту, о ней даже не вспомнили. И что Алейна, или как там ее, тут делает?! Они что, другого времени не нашли, чтобы флиртовать?
Решив, что она вообще-то тут лишняя, воровка решила тихо-мирно слинять. Денег у нее достаточно. Но стоило ей сделать пару шагов к темному переулку, как раздался свист. Такой, что уши закладывало. И Айрин прекрасно знала, от кого он и кому предназначен. Мысли о побеге сменили мысли об убийстве.
Зло сверкнув глазенками, Айрин развернулась и побежала в сторону Авеля:
— Ты — тролльский помет! Как ты посмел звать меня свистом?! Я тебе что, собака?!
Андерс ударила мужчину ногой под колено. Она знала, что он вряд ли даже почувствует этот удар, но не ударить не могла. На спутницу своего работодателя она предпочла внимание не обращать. Они же даже не подруги.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Главный проспект

Отредактировано Айрин Андерс (04.01.2016 10:38)

+6

33

[Казенный квартал] Таверна «За штурвалом»  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (вслед за Айрин и Авелем)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  через банк Ротшильда  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Следовать незамеченной за наемником и воровкой до «Фирузы» для вмпирессы не составило особых проблем, но дальнейшее наблюдение осложнилось тем, что мелочь не заходила в лавку, а крутилась вокруг здания, словно дворовый кот, ищущий лазейку для свидания с породистой возлюбленной.
Этот странный альянс вампира и девчонки вырисовывал не самые лестные мысли в голове Сели. Что мешало наемнику перебить всех посетителей в лавке и забрать драгоценности, а воровке стоять на стреме за небольшую долю от этого маленького предприятия? Дерзкое ограбление ювелирных лавок не такая уж большая редкость в наши дни. Хотя на «Фирузу» еще ни кто не замахивался. Но все бывает в первый раз.
Стрикс уже успела представить, как утрет нос этому дегенерату Урбану, за раскрытие преступления века, но из лавки спокойно вышла девушка в зеленом платье, а за ней, как ни в чем ни бывало, вышел и сам наемник. Не успела бывшая клиричка и осознать глупости своей догадки, как Авель оглушил её и всю близ лежащую улицу свистом, на который из-за угла выскочила его протеже, явно не довольная подобным обращением.
Вампирессе ни чего не оставалось делать, как продолжить свою слежку, но теперь в голове у нее крутилась другая версия — похищение. Девушка в зеленом только что вышла из одной из самых дорогих лавок Волкогорья, рядом с ней две подозрительные личности, одна из которых воровка.
Пока Стрикс вместе с Мэлом и Розочкой разгребали юридический коллапс и готовились к суду, в городе пропадали его жители, да что там, целая дракулитка пропала без вести! Если бы Сели вышла на их след, то доказала бы всем что Урбан фон Трамплтон зря протирает свою задницу в кресле её отца! Эта девушка в зеленом вполне могла оказаться следующей жертвой...

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Главный проспект

Отредактировано Силентия Стрикс (04.01.2016 22:49)

+4

34

Главный проспект  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (временной скачок в девятнадцать часов)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png 

11 апреля. Около пяти вечера.

Амелия Аскар негодовала.
— Мыслимо ли! Как же я могла так обмануться в ней, скажите на милость? Как же так?.. Вы видели ее: сущий ангел! А под ангельской личиной кто? Сбежать с работы в первую же ночь!.. Столько навалилось на меня в последний месяц, и теперь это!.. Дайте мне капли, я совершенно истощена.
В гневе она была еще прелестнее, чем обычно: наспех выпростанные из-под капора, локоны ее колыхались вокруг лица; щеки горели ярким, как с мороза, малиновым румянцем; над ледовитыми морями глаз сверкали молнии и громыхал зловещий гром.
— Будит вам, прикрасни госпожа Мелия Аскар, — увещевал ее Джафар, имевшие похвальное обыкновение гасить собственные страсти, когда рядом бушевали нешуточные чужие. — Не переживай так, прекрасни госпожа. Возьми мой платок. Я могу сказат сто процентов, щьто мазэл Линдер имеет причину для свой поведений.
Амелия страдальчески заломила руки; закатный свет впился в ее серые глаза, подзолотил ореол распушенных волос. Она развернулась, дойдя до конца комнаты, и ринулась в противоположный угол.
— Вы понимаете, друг мой, мне в голову лезут самые неприятные, самые кошмарные мысли. Тот медальон, который я давеча потеряла на прогулке, ведь, подумайте сами: она могла его украсть, договорившись со своим сообщником. Скажите, ведь могла? Знаете, я помню, я стояла под навесом, и один беловолосый в чем-то красном стоял со мной бок о бок и чему-то гадко ухмылялся. Нет, не смотрите на меня таким трезвым, таким мудрым взглядом! Вы режете меня, Джафар... Может, это и не связано, может, я сама случайно обронила... Что за гнусный пошел период жизни?! Сплошная полоса несчастий!
— Я думаю, всякий биваит совпадений. Ни нада, перестанти убиваца.
— О, мой друг, я понимаю, — металась девушка по комнате. — Я все прекрасно понимаю. Но я женщина, вы тоже поймите. У нас другой формат восприятия. Я могла бы убедить себя в случайном совпадении, если бы не сердце. Поймите, мое сердце не на месте! Оно чует верную связь между украшением Филиппы и этой... этой вашей девушкой! Вы сами говорили, что пройдоха, назвавший себя братом моей подруги, ушел в ее сопровождении. Быть может, я горячусь, обвиняя ее безосновательно во всех грехах, раздосадованная ее прогулом, но если бы вы знали, как я в ней разочарована! Мне страстно, мучительно хочется верить, что я ошибаюсь в своих подозрениях. Но, видит Богиня, и помимо них есть веский повод прогневаться. Где же это видано: сбегать с работы в первый день?! Спасибо вам за капли. Надеюсь, нас никто не слышал в коридоре. Я могу открыться только перед вами, милый друг.
— И я очен вас ценю, прекрасни леди, — поймал ее трепещущую ручку мэтр художник, прижавшись к ней губами. — Позвольте воздат должни ваши красоте, когда ви так прогневлённи. Я буду делат красиви украшений, названи «Небесни фурия» вашу чэст: черни жемчуг, бели золота, прозрачни брильянт, можит нимножка рубин, александрит, аметист савсэм чучут...
— Благодарю вас, я уже взяла себя в руки. Пустите, вы так оторвете мне ладонь! Знаете что, — утерла она платком краешек глаза. — Скажите, пусть Парсонс принесет из бухгалтерии ее дело. Сейчас же займусь расчетом, и тогда мне действительно полегчает.

Отредактировано Амелия Аскар (15.01.2016 19:07)

+4

35

Меблированный дом «Валламброза»  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

11 апреля 1828 года. Вечер.

Алейна сильно переживала и место себе не находила от волнения.
— Что будет, если госпожа Амелия окажется глуха ко всем моим доводам?  А-а что если она позовет клириков? Нет, это навряд ли, мэтресса Аскар не такая. Мастер Джафар слишком горяч и какой бы я не была хорошим подмастерьем, он не станет меня выгораживать, — шепотом размышляла ревенантка, сидя на жестком сиденье в кэбе.  Девушка, сняв зеленые перчатки, шуршала желтой бумагой из которой сделали кулек, оттуда она доставала свое самое любимое лакомство — кусочки сушенных груш в сахарной пудре. Сильное нервное напряжение напомнило барышне о такой вещи, как голод.  Кэб потряхивало на скользкой дороге, поэтому девушка одной рукой вцепилась в сидение. 
— А что, если эта история выйдет за пределы «Фирузы»?! Кхе… кхе, — от такого предположения Алейна подавилась кусочком. Стуча себя по груди, девушка на миг задумалась, — не выйдет! Госпожа Амелия не глупая и не станет меня чернить перед другими владельцами, это будет не в ее пользу. Ну все я приехала. Ладно, на жизнь будем смотреть философски.
Девушка вытерла белоснежным платочком сахарную пудру с пальцев и легко выпрыгнула из кэба. Стоя напротив входа, она несколько раз глубоко вдохнула и с гордо поднятой головой вошла внутрь.
Со вчерашнего дня, на первый взгляд, ничего не изменилось. А в принципе, что должно изменится? Украшения изготавливаются, продаются. Несколько покупателей толпятся возле прилавка. Продавщица, заметив Алейну, подала ей знак подойти. Девушка приблизилась к ней, та пропустила ревенантку за прилавок. И попутно обслуживая посетителей, стала рассказывать, что произошло после ухода барышни.
— После того как ты удалилась с этим братом нашей клиентки, тут такое началось. Сначала мастер был рад, что родственник покинул магазин, но потом начал ходить по мастерской и на всех кидаться. Ну ты его знаешь. А недавно пришла госпожа Амелия. Я скажу, по секрету, в бешенстве. Она, конечно, пыталась скрыть свое состояние, но у меня-то глаз наметан. Парсонс мне сказал, что все дело в тебе…
— Во мне? Почему? — не дав договорить, спросила ревенантка.
Продавщица посмотрела по сторонам, бросила косой взгляд на покупателей и доверительным шепотом продолжила:
— Парсонс подслушал их разговор у двери, и он же принес твое дело из бухгалтерии госпоже Амелии. Парсонс говорит, что у нее слямзили украшение и она обвиняет тебя. Он, к сожалению, толком ничего не слышал, Джафар своим зычным голосом перекрывал ее. И… Алейна, извини меня, но я видела, что за вами увязался подросток-оборванец, каких полно на улицах. И подросток разговаривал с подозрительным братом и тобой.  Об этом я рассказала Парсонсу. Зная его, эта весть скоро разлетится по всей «Фирузе». Одна утешительная новость, мастер на твоей стороне.
Алейна горько улыбнулась. «Мастер Джафар на моей стороне и что из этого? Он работает на госпожу Амелию и как она скажет, так и будет», — постукивая подушечками пальцев по прилавку, задумалась девушка.
— Алейна, если тебе дадут расчет, что ты думаешь делать дальше? Мне тебя так жалко, — с непритворной искренностью продолжала говорить продавщица.
— Жалко у пчелки. Что-нибудь придумаю, не хорони меня раньше времени, я пока что здесь, — улыбнулась девушке ревенантка.
Выйдя из прилавка, Алейна направилась в кабинет мэтрессы Аскар. «Лучше сейчас получить горькую пилюлю, чем ждать, когда позовут», —  успокоилась девушка. От былого волнения не осталось и следа, теперь глаза ревенантки сияли холодным зеленым блеском. Постучав в дверь и услышав приглашение войти, девушка предстала перед очами вампирессы.

Отредактировано Алейна Готьер (30.01.2017 19:11)

+6

36

Криптонитовое овальное зеркало, оправленное золоченым деревом в затейливых вензелях, отражало замерший мир: красный камин, немо вопящий обугленным зевом, забытый свечной огарок на трехпалом подсвечнике, кучевое облако портьеры, в которое кутался край окна, кусок кривоногой кушетки с горбатой спинкой...
Тихую неподвижность зеркального мира нарушило бесцеремонно вторгшееся в него зыбкое отражение госпожи Аскар.
— Я похожа на ведьму, — отметила девушка, прижимая ладони к малиново-алым щекам. — Чему удивляться? С нашей ежедневной нервотрепкой в кого только не превратишься. Губы белые, щеки красные, глаза злые. До чего доводит работа! Надо больше заниматься собой.
В тонких пальцах ее раскрылся коробок слоновой кости, глянцевито блеснула поверхность жирного крема.
— Капля гламарии, пожалуй, не повредит, — отражение оттопырило веко, проводя по нему мизинчиком. — И немного на скулы. Вот так. И никто не догадается, что я перед Джафаром расклеилась. Теперь надлежит привести в порядок прическу.
Подсвеченные закатом пушистые волосы скрепились двумя шпильками на висках. Из складок серебристого платья выпорхнула складная лорнета и, распрямляясь, уселась на точеную переносицу.
— Управляющая вернулась, — грозно сверкнули отрезкаленные стекляшки. — Пора за работу.
Амелия села за свой аккуратный рабочий стол, открыла личное дело Алейны Готьер, взяла фарфоровую ручку с подсиненным коготком пера, обмакнула в чернильницу и стала смотреть, как на белой бумаге, декорированной фирменными вензелями, рука выводит начальственное распоряжение:
«Госпожу Алейну Готьер, ревенантку 1803 года года рождения, увольняю по статье номер такой-то трудового кодекса за прогул работы в период стажировки без расчета и приложения рекомендаций. 11 апреля 1828 года. Подпись: Амелия Ида Аскар, управляющая ювелирного дома „Фируза“».
Закончив писать, вампиресса нырнула рукой в верхний ящик стола, достала маленький пестик, увенчанный круглым металлическим наконечником с оттиском эмблемы «Фирузы», дохнула на него влажно, занесла над бумагой...
Но опустить не успела, поскольку в этот самый момент в дверь ее кабинета постучали.
— Войдите, — строго приказала Амелия. Глотнула чуть выдохшейся сельтерской, провела языком по губам и отложила печать. В кабинет вошла увольняемая.
— Так-так-так. Явление Богини народу. Польщена, чрезвычайно тронута и польщена! Вы все-таки соблаговолили почтить нас своим присутствием, — вот уж чего-чего, а радости в тоне госпожи Аскар не было совершенно точно. — Проходите, присаживайтесь, рассказывайте, как вы докатились до жизни такой. Вас похитила огненная гиена и пытала всю ночь адским пламенем? Или сбила колесница восставшего из мертвых пророка Асториуса? Или, может, вас похитил дракон, а, принцесса-белоручка? Что-то же вас задержало на обратном пути в «Фирузу»? Вы сознаете, что прогул работы в первый же день навечно испортит вам репутацию? И я, ручаюсь, не стану этому препятствовать. Видите ли, мы имеем дело с производством, которое требует крайне щепетильного подхода к подбору кадров. Ни один уважающий себя ювелирный дом не возьмет на себя риск принять работника, способного своими вздорными эскападами нарушить производственный план, сорвать сроки сдачи товара, подвести под монастырь своих коллег по работе и так далее и тому подобное. Чтобы я отозвала свое распоряжение, ваш прогул должен иметь чрезвычайно уважительную причину. Если вы ею располагаете, изложите, но учтите: на слово вам никто не поверит. К своим словам вы должны прилагать доказательства: справку из больницы или, скажем, полицейского участка. Располагаете таковой?

Отредактировано Амелия Аскар (16.01.2016 22:48)

+5

37

Отель Эффенбаха  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

11 апреля 1828 года. Вечер.

«Наваждение, простое наваждение! — наступая в очередную лужу, думала вампиресса, — Тебе все показалось! Выпила бы больше и не такое бы привиделось!»
Стрикс уже битый час проветривала свою дурную голову на улицах Дракенфурта, выдувая из нее остаточные пары алкоголя и дурацких мыслей. По городу она передвигалась исключительно пешком, такие знакомые и одновременно чужие улицы казались дурным сном, не желавшим заканчиваться. Вампиресса просто шла, вспоминая те или иные события, всеми силами вытесняя мысли из головы. С переменным успехом это получалось, но тогда начинали всплывать призраки прошлого, с которыми, как думала Сели, она распрощалась, живя в Орлее.
С тоской Стрикс кинула взгляд в сторону едва видневшегося здания гильдии клириков. Непроизвольно её правая рука легла на револьвер, с силой сжав его рукоять.
«Интересно, рыжий ублюдок там?» — заманчивая идея ворваться в его кабинет и разнести череп разрывной пулей, неожиданно посетила темноволосую вампирессу. Револьверы были при ней, силы практически восстановлены, ну а кабинетные крысы и зеленые стажеры ей не ровня. Ни чего не мешало! Или мешало?..
Стоя как вкопанная, Стрикс взвешивала «за» и «против». Урбана могло и не оказаться на месте, и вся её задумка пойдет прахом, а вот Алейна лишалась работы сегодня, и возможно уже прямо сейчас.
— Живи, тварь... — шепотом прорычала Силентия, и ускорила шаг по направлению к причудливому зданию «Фирузы». Когда-то очень и очень давно Виктория посещала сей ювелирный магазин с совсем маленькой и не умеющей (это важно!) управлять своей силой дочерью. Стрикс не помнила ровным счетом ни чего с того дня, но её мать частенько напоминала об этом походе, говоря, что малышка Сели там кому-то жуть как приглянулась.
Отогнав призрак прошлых лет, Силентия решительно открыла дверь и вошла в магазин. Над головой тоненько звякнул колокольчик. Пестрота красок окружавшая вампирессу напоминала весь тот хаос, что творился в её голове в течении последних часов.

+3

38

Мэтресса Аскар, действительно, как и описывала продавщица, сияла праведным гневом. Если бы взглядом можно было убивать, то от ревенантки осталась бы горстка пепла. Девушка, как и подобает хорошему служащему, присела в реверансе.
— Здравствуйте, госпожа Амелия, — произнесла твердым голосом, лишенным всяческих эмоций, попутно замечая на столе свое личное дело. «Значит, уже мое увольнение подписано. Ну что же, сейчас начнется. Если смерти, то мгновенной. Если раны — небольшой. Хотя раной дело не обойдется», — отрешенно думала ревенантка.
— Так-так-так. Явление Богини народу. Польщена, чрезвычайно тронута и польщена! Вы все-таки соблаговолили почтить нас своим присутствием, — гневно начала свою отповедь вампиресса. — Проходите, присаживайтесь, рассказывайте, как вы докатились до жизни такой. Вас похитила огненная гиена и пытала всю ночь адским пламенем? Или сбила колесница восставшего из мертвых пророка Асториуса? Или, может, вас похитил дракон, а, принцесса-белоручка? Что-то же вас задержало на обратном пути в «Фирузу»? Вы сознаете, что прогул работы в первый же день навечно испортит вам репутацию? И я, ручаюсь, не стану этому препятствовать. Видите ли, мы имеем дело с производством, которое требует крайне щепетильного подхода к подбору кадров. Ни один уважающий себя ювелирный дом не возьмет на себя риск принять работника, способного своими вздорными эскападами нарушить производственный план, сорвать сроки сдачи товара, подвести под монастырь своих коллег по работе и так далее и тому подобное. Чтобы я отозвала свое распоряжение, ваш прогул должен иметь чрезвычайно уважительную причину. Если вы ею располагаете, изложите, но учтите: на слово вам никто не поверит. К своим словам вы должны прилагать доказательства: справку из больницы или, скажем, полицейского участка. Располагаете таковой?
Алейна молча с безучастным видом смотрела на мэтрессу Аскар. Уже сейчас хотелось развернуться и уйти. Итак было ясно, что ее уволят, а выслушивать все это, тем более обвинение во лжи, было равносильно пытке. В кабинете воцарилась тишина. Госпожа Амелия прекратила поток обидных слов. Алейна не спешила оправдываться, так же молча она приблизилась к столу вампирессы и только потом заговорила спокойным голосом:
— Увольнять меня — это ваше право, и его оспаривать я не стану. А насчет моего прогула... Я думаю, мастер Джафар уже вам изложил, что происходило в зале для посетителей, и повторяться не стоит. Я всего лишь выполняла его задание по вашему поиску и препровождению к вам брата, как мне сказали, важной для вас клиентки. Но случилось непредвиденное: с братом клиентки произошел несчастный случай. Если бы я его бросила одного, то непонятно к каким последствиям это привело бы. Возможно, вампир и вправду близкий родственник данной госпожи и, если бы с ним случилось несчастье, а я бы как ни в чем не бывало вернулась бы в «Фирузу», это, опять же, грозило бы мне увольнением. Справки, к моему сожалению, у меня нет. Но я никогда не вру. Je n’ai pas l’habitude, — забывшись, Алейна перешла на родной язык. Ревенантка стояла перед вампирессой с пылающими щеками и лихорадочно блестящими глазами, ожидая ее вердикта.
«Судья готов вынести приговор. Не только я стою на кону, но и лавка моего отца. Что тогда станут говорить о нем, если эта история разлетится по свету? Мир ювелиров так тесен. В Цалте мгновенно узнают, что дочь владельца с позором выгнали из крупнейшего ювелирного магазина. Никто не будет иметь дело с отцом. Мои родители разорятся», — думала девушка.

Отредактировано Алейна Готьер (17.01.2016 10:56)

+4

39

По опыту госпожи Аскар, чаще всего, получив известие об увольнении, работники демонстрировали две противоположные реакции: либо ударялись в слезы и мольбы, давили на жалость, плакались о семье, остающейся без кормильца, либо, принимая позу оскорбленного величества, гневно высказывали в лицо начальству все накипевшее и покидали «Фирузу», наотмашь хлопнув дверьми. Второй способ ухода практиковали в основном мастера. Притом чем менее добросовестным и умелым был мастер, тем больше в нем было гонору.

Мазель Готьер среагировала иначе: не ударяясь ни в одну из крайностей, явив столь редкое нынче чувство собственного достоинства, она ровным тоном, не тушуясь под строгим взглядом Амелии, изложила причину своего отсутствия на работе. Если бы девушку не выдали щеки, горящие лихорадочно ярким румянцем, ее спокойствие могло бы показаться граничащим с равнодушием. Одной Богине известно, сколько душевных сил требовалось ревенантке, чтобы держать себя в руках!

Безусловно, своими манерами она подкупала. Ей очень хотелось верить. Но госпожа Аскар не была бы собой, если бы ставила личные симпатии выше деловых интересов. В деле о вчерашнем прогуле оставалось еще много темных пятен, и Амелия собиралась свести их на нет, прежде чем завершить процедуру расчета.

— Вы правы, повторяться не стоит, — откинувшись в кресле, вампиресса нервно постукивала по столешнице кончиками ногтей. — Мэтр аль Гиеди посвятил меня в суть обстоятельств, предшествовавших вашему уходу из «Фирузы». Рассказал он мне также, что вы оказались знакомы с вампиром, который представился братом нашей «важной клиентки», — на последних словах мэтресса Аскар сделала ударение, дополнительно подчеркнув его жестом, имитирующим кавычки. — Видите ли, само понятие «особой важности» чуждо нашей практике взаимоотношений с клиентами. Вы должны были знать об этом из своей должностной инструкции. Каждый клиент «Фирузы» — persona в высшей степени grata, выделять среди них кого-то — значит, оказывать непочтение ко всем остальным. Это во-первых. Во-вторых, у особы, украшением которой интересовался ваш знакомый — или сообщник? — нет братьев. Об этом мне известно доподлинно, поскольку вышеупомянутая особа, по трагическому стечению обстоятельств, — моя добрая подруга. В-третьих, так случилось, что вчера во время прогулки по проспекту, когда вы с усердием, достойным лучшего применения, безуспешно — или успешно? — пытались меня разыскать, украшение, интересующее лжебрата, было потеряно. Или выкрадено? Закрадывается подозрение, что ваш прогул и пропажа амулета каким-то образом связаны. Как лицо, по долгу службы озабоченное вопросами безопасности, я вынуждена спросить себя: что если вы нарушили не только трудовой, но и криминальный кодекс? Конечно, с моей стороны это всего лишь смутные, ничем не подкрепленные домыслы; предоставим поиск истины детективному расследованию. Однако если связь между вашим отсутствием на работе и медальоном госпожи Мориарти действительно существует, будет лучше, если вы расскажете мне все, что вам об этом известно. Иначе, боюсь, рискуете навлечь на себя куда более крупные неприятности, чем увольнение и потеря реноме.

«Что-то здесь не сходится, — размышляла Амелия. — Если мазель Готьер состоит в сговоре с преступником, то к чему ей приходить за расчетом? Или это часть их плана? Некий отвлекающий маневр?.. Впрочем, вдруг Джафар прав? Вдруг девушка стала жертвой случайного совпадения? Маловероятно, что она по собственной воли рискнула бы своей репутацией ради грошового медальона. Не стоит скоропалительно обвинять ее во всех грехах. Я подала заявление в полицию, усилила охрану лавки. Все будет в порядке. Надо ее выслушать».
— Удостойте меня своей откровенностью, — аскаресса допила сельтерскую, положила подбородок на кулак, сощурила холодные глаза и выжидающе уставилась на Алейну.
Пока ревенантка собиралась с духом, подыскивая нужные слова для своей защитительной речи, к управляющей опять постучались.
— Извините за беспокойство, мэтресса Аскар, — у порога выросла продавщица. — Вас спрашивает капитан полиции Силентия Фредерика Стрикс. Просить ее пройти в ваш кабинет или предложить покамест выпить чаю в торговом зале?
— Просите, — откликнулась Амелия. — Полиция подоспела как раз вовремя. Да, и чай несите в кабинет.

Отредактировано Котэ де Мурло (17.01.2016 14:48)

+4

40

Пока продавщица докладывала о прибытии вампирессы, Стрикс с горящими от любопытства глазами рассматривала выставленные на продажу украшения. Как и любая другая особа женского пола, Силентия любила всевозможные дорогие и не очень блестяшки. Сияние камней и блеск благородных металлов завораживали и пленяли разум, уговаривая выложить за них немалые деньги. И только женщины слышали эти мольбы...
— Мэтресса Аскар готова вас принять. Можете пройти в её кабинет, — звонкий голос продавщицы вырвал разум Сели из чар сияющих украшений.
Заходя в кабинет, Стрикс рассчитывала увидеть умудренную многовековым опытом матрону, но точно не сидящую за рабочим столом ровесницу (как казалось на первый взгляд). Алейна стояла рядом и, казалось, не подавала признаков жизни.
— Добрый вечер, госпожа Аскар, — легким кивком головы Стрикс поприветствовала сидящую перед ней вампирессу. — Я к вам по поводу вашей сотрудницы Алейны.
Фамилия ревенантки не задержалась в памяти Силентии. Учитывая их крайне эмоциональное знакомство, в этом не было ничего странного. Вампиресса продолжала свою речь как ни в чем не бывало:
— Эта юная особа — жертва обстоятельств, которые едва не привели к трагическим последствиям, — Стрикс выдержала некоторую паузу. — Позвольте присесть. Это, конечно же, не длинная история, но и в двух словах не расскажешь.
Силентия обстоятельно, не вдаваясь в подробности, но и не погрешив против фактов, изложила события прошлой ночи.

+3

41

Рассказ капитана оказал на Амелию двоякое действие: с одной стороны, она вздохнула с облегчением, убедившись, что подмастерье, за которую поручился Джафар, была невиновна, с другой — обескуражена и сконфужена: домыслы, которыми она чернила ревенанку в своей душе, оказались беспочвенны. Испугавшись за судьбу магазина, она готова была сгоряча обвинить девушку во всех грехах: прогул, дурные намерения, преступный сговор, похищение медальона и мало ли еще что.

Почувствовав горький угол совести, Амелия закусила губу и пристыженно взглянула на ревенантку. Та держалась с прежним достоинством. Лицо ее все так же пылало, но глаза увлажнились, а уголки губ задрожали. Можно было только догадываться, какие жгучие чувства испытывает сейчас подопечная аль Гиеди. «Я все еще думаю о ней как о подмастерье Джафара, — пришло на ум аскарессе. — А впрочем, разве это дурно? Разве я должна ее увольнять? Как подчеркнула капитан, „ввиду открывшихся обстоятельств становится очевидным: данная особа пропустила работу не по своей вине“. Разве этого не стоит учесть? Пожалуй, стоит. Как и то, что намерения у нее были самые добрые. Эта наивная душа оказалась сама одурачена подлой воришкой. Но с какой готовностью она поспешила оказать содействие капитану! Я поступлю крайне недальновидно, если потеряю сотрудника, способного на подобную самоотверженность. Наверное, я могу не засчитать ей этот прогул. Да, определенно могу».
— Полагаю, я должна принести свои извинения мазели Готьер, — сложив руки на груди, повернулась Амелия к ревенантке. — Что ж, я их приношу. Признаю, что в своих подозрениях зашла слишком далеко, поторопившись приписать вашим действиям преступную подоплеку. А заодно отзываю распоряжение об увольнении. Вы остаетесь работать в «Фирузе», мазель Готьер, если, конечно, еще заинтересованы в этом месте. Простите меня.
Последние слова аскаресса пролепетала, зардевшись, как институтка, провалившая сессию. Редко кто видел ее в таком состоянии.
— Спасибо вам, капитан Стрикс, — продолжила она нарочито деловым тоном, чтобы сгладить эффект, произведенный на присутствующих ее замешательством. — Спасибо, что своевременно вмешались. Изволите еще чаю? Ах да, мазель Готьер, я буду вынуждена вычесть из вашего жалованья за вчерашнюю ночь — таковы правила, ничего не попишешь. Если бы несчастный случай произошел с вами, его бы покрыла страховка, но... Но давайте не будем больше о грустном? Мазель Готьер, вы свободны. Мэтр аль Гиеди ждет вас в своей мастерской. Уповаю на то, что ваша вторая рабочая ночь станет много более плодотворной, чем первая, и куда менее беспокойной. Госпожа Стрикс, еще чаю? Скажите, не вашим ли близким родственником был прославленный Фулько Стрикс?

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (временной скачок в девятнадцать дней)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Казино «Гнездо дьявола»

Отредактировано Амелия Аскар (08.02.2016 09:18)

+5

42

Алейна окончательно затерялась в своих мыслях, поэтому она толком не слышала новый монолог мэтрессы Аскар. Но смысл тирады уловить все же удалось. «Меня еще и подозревают. Час от часу не легче. Ну Айрин, попадись мне... Коли выгонят, вместе с тобой на улице жить начну», — пылая яростью, думала ревенантка. Внезапно девушка услышала имя отставного клирика, с которой познакомилась на мосту. Помня их встречу и обмен любезностями, Алейна побледнела. «Я погибла. Добьет или спасет? Ага, как же. Вспомни, что ты ляпнула в отеле. И вообще берег реки. Там что-то было про соучастие», — обдумывала появление новой знакомой, закусив до боли нижнюю губу, ревенантка. И вот на пороге появилась капитан Стрикс. Алейна повернула голову, с любопытством и надеждой всматривалась в лицо Силентии. Та спокойно прошла в кабинет, так же невозмутимо села на стул перед госпожой Амелией и начала рассказ об их вчерашних «подвигах». К концу истории девушка не знала, что и думать. Она стояла, слегка растерянная. На бледных щеках снова появился румянец, а взгляд засиял безмерной благодарностью.
— Полагаю, я должна принести свои извинения мазели Готьер. Что ж, я их приношу. Признаю, что в своих подозрениях зашла слишком далеко, поторопившись приписать вашим действиям преступную подоплеку. А заодно отзываю распоряжение об увольнении. Вы остаетесь работать в «Фирузе», мазель Готьер, если, конечно, еще заинтересованы в этом месте. Простите меня.
Алейна совершенно растерялась от слов мэтрессы Аскар, особенно от извинений. Ревенантка, как только увидела ее, в голове сразу же выстроила образ типичной представительницы аристократического круга: капризной, взбалмошной и надменной эгоистки. Но сейчас перед ней предстала девушка, которой не чужды были такие понятия, как порядочность и честность. Окончательно сконфузило Алейну смущение госпожи Амелии, когда она приносила свои извинения. Ревенантка сама покраснела вплоть до кончиков волос. С сияющей не к месту улыбкой она выслушала о том, что за прогул вычтут из жалования. «Переживу! Главное, я остаюсь!» — ликовала девушка.
— Благодарю вас, госпожа Амелия! — присела в реверансе Алейна.
Уходя из кабинета, она тихо шепнула Силентии:
— Спасибо. Я ваша должница.
Девушка выпорхнула от мэтрессы на крыльях радости. Груз, давивший на протяжении суток, вмиг растворился. Ревенантка поделилась счастливой новостью с продавщицей и поспешила в мастерскую. Мастер Джафар встретил ее холодным взглядом: по-видимому, обиделся за исчезновение Алейны. Барышня ничуть не стушевалась, а послала мэтру самую милую улыбку из своего арсенала: как обиделся, так и успокоится. Затем, пожав плечами, направилась к своему верстаку и наткнулась по дороге на Парсонса. Он витал в своих мечтах, мерно раскачиваясь на стуле. Ухмыльнувшись и сделав нахальное лицо, ревенантка со скрипом отодвинула стул. Парсонс, посмотрев в ее сторону, низвергнулся с высоты грез на грешную землю вместе со стулом.
— И я тоже рада видеть вас, Парсонс, — невозмутимо поприветствовала подмастерья.
— Мазель? Но вас же уволили? — поднимаясь с пола и потирая ушибленное место, закидал вопросами молодой человек.
— Как видите, нет. Я все еще здесь, — равнодушно ответила Алейна и занялась оставшимися заготовками, внутренне посмеиваясь над Парсонсом.
Ночь тянулась медленно. Несколько мужских и женских колец, точнее, их заготовок были закончены. Девушка, дабы отвлечься от них, выудила чистые листки бумаги. Как любой имеющий дело с ювелирным искусством, Алейна умела рисовать. Вот и сейчас она старательно выводила лица тех, кого видела в видении. Первым она изобразила вампира с белыми волосами. «Как и все вампиры, он красив, — скользили в ее голове неторопливые мысли. — Неужели он убил ту девушку? Нет, не может быть. У него доброе лицо и глаза... очень грустные. С таким взглядом не убивают. Ух, Алейна, ты много видела убийц?» Нарисовав его, она отложила листок. На следующем ревенантка собралась рисовать лицо умершей девушки, но Парсонс чуть шею не вывихнул, заглядывая через стол.
— Парсонс, прекратите сверлить меня взглядом.
— А не прекращу, что будете делать? М?
— Укушу, — не поднимая головы от листочка, бесстрастно отвечала ревенантка, еще и челюстью щелкнула для убедительности, тотчас же поморщившись: «Ой, щеку прикусила!»
Парсонс гневно засопел, ссутулившись и таким образом стараясь не попасть в поле зрения девушки, работал до самого утра. Барышня больше не обращала на него внимания — много чести. Убрав первый портрет и незаконченный другой в сумочку, она со вздохом принялась за кольцо из чертежей мастера.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (временной скачок в шесть дней)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  в этой же локации

Отредактировано Алейна Готьер (18.01.2016 10:06)

+6

43

— Спасибо вам, капитан Стрикс. Спасибо, что своевременно вмешались. Изволите еще чаю? — спросила аскаресса, и тотчас же полностью переключила внимание на свою едва не уволенную сотрудницу.
— Не откажусь. И можно немного сахара?
Выходя из кабинета, радостная Алейна еле слышно прошептала «Спасибо. Я ваша должница», пополняя коллекцию должников Силентии. Девушка, что сообщила Амелии Аскар о прибытии Стрикс, принесла еще чаю.
«А толку-то?.. — подумала Сели, попивая сладкий и ароматный горячий напиток. — Все кругом должники, а реальной помощи на грошик едва наберется».
— Скажите, не вашим ли близким родственником был прославленный Фулько Стрикс? — Амелия смотрела на Силентию своими круглыми глазами с сочащимся из них любопытством.
Как бы смешно это ни звучало, но клановые вампиры в крайне редких случаях знают наперечет представителей других кланов. Занятым грызней внутри собственной семьи, им не до этого. На слуху же были только представители знати, особо выделившиеся на мировой, так сказать, арене. Клановые порой о существовании своих родственников за пределами города не знают, чего уж там говорить о ком-то извне!
— Фулько Стрикс — мой отец, я его младший ребенок, — Стрикс отставила в сторону пустую изящную фарфоровую чашку. — Полагаю у вас много работы, да и мне, наверное, уже пора. Не смею вам больше мешать.
Уходя, Сели попрощалась с владелицей «Фирузы» таким же легким кивком головы, как и при встрече. Потоптавшись у двери квартиры своего брата, Стрикс подумала, что оплаченный номер в «Эффенбахе» все равно простаивает без дела. Доносившиеся из-за двери звуки явно намекали, что Розочка крайне занят, и мешать ему не надо. Неделя в шикарном отеле явно выигрывала у очередной ссоры с братом, могущей затянуться на долгое время. Ругаться с ним Силентии нравилось, но пожить хоть немного, не ставя постоянных ментальных блоков, было слишком заманчиво. И она выбрала отель.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Отель Эффенбаха

Отредактировано Силентия Стрикс (18.01.2016 23:00)

+4

44

Замок «Чертоги Инклариса»  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

17 апреля, где-то в районе 18:00.

Айрин стояла за углом здания и мрачно оглядывала улицу. Ей срочно надо было разыскать Авеля, а так как она не знала, где он может быть, то сперва решила проведать Алейну. Прибежав к магазинчику «Фируза», девушка первым делом выловила местную шпану и все у них расспросила: вернулась ли такая-то девушка? Когда? С кем? Именно от них она узнала, что сюда недавно приходил клирик. Женщина. По описанию та самая, которая была в порту.
«Не даром она мне сразу не понравилась», — мрачно думала воровка, бросив взгляд на мальчишку, который вился рядом с ней.
Айрин знала, что заходить туда не безопасно. Та женщина уже видела ее и это плохо. Может она решила отправить надоедливую девчонку в приют? Или что похуже? В общем, вывод один — туда лучше не соваться. А передать записку через мальчишку.
— Ну что? — тихо прошептал Алан, дергая девушку за рукав. Айрин вздохнула, посмотрела на его чумазое лицо, усыпанное веснушками и кивнула. Ей было немного совестно отправлять мальчугана в пасть клирикам, но ничего не поделаешь. Если что, можно будет помочь. Выскочить из засады, выхватить мелкого и бежать со всех ног.
— Слушай меня внимательно, — тихо прошептала Айрин, схватив Алана за руку и втащив между домами. — Скажешь так: «Мазель Алейна Готьер, вам записка от Айрин». И никак по-другому. Как только передашь ей вот эту бумажку, сразу выходи и убегай.
Мальчишка улыбнулся, демонстрируя отсутствие верхнего зуба, схватил записку и интенсивно закивал.
— Я все понял. Но плата вперед, — заупрямился малец. Айрин вздохнула, достала три монетки из потайного кармана, но протянула всего лишь одну.
— Остальное получишь, когда вернешься. Знаю я вас, сама такой была.
Алан надулся, но не возразил. Тяжело вздохнув, он пригладил кудрявые русые волосы, подтянул штаны и быстро побежал в сторону «Фирузы».
Айрин осталась стоять в тени и напряженно наблюдать. Ей было страшно за мальчонку. Да, он уже года как три на улице, но все еще маленький. Кажется, недавно ему исполнилось десять. О том, из-за чего он попал в самые темные улицы города, старается не говорить. Да и мало кто об этом из ребят рассказывает. Слишком личное. Несмотря на то, что Андерс с ним особо не общалась, подвергать его риску не хотелось.
«Надеюсь, Алейна не целиком поймет мой шифр», — мрачно подумала девушка, вспоминая свои корявые букву на мятом куске бумаги: «Прошу передать милсдарю А., что я буду ждать его каждое воскресенье, начиная с 30 апреля, у самого яркого дупла Сов в городе. В полночь. Ваша незабвенная А. А.»

Как еще можно было зашифровать казино Стриксов? Вдруг Алан потеряет записку? Или обронит? Нет, нужно было подстраховаться. А казино и правда самое яркое место в городе. К тому же там много людей, поэтому мало кто обратит внимание на воровку. Правда, воровать там небезопасно, поэтому воры редко туда суются. Зато с Авелем можно увидеть все вблизи!
В это время дверь ювелирного магазина приоткрылась и оттуда выскочил Алан. Он бежал к Айрин так, будто за ним гонится стая собак.
— Передал! — гордо задрал мальчишка нос. Девушка усмехнулась, кинула ему еще две монеты и потрепала по волосам. Алан улыбнулся, засунул деньги в карман и побежал в темный переулок, откуда недавно его выманила Айрин.
«Все, дело сделано. Теперь можно идти спрашивать в других районах. Может, где еще видели этого примечательного наемника. Ни за что не поверю, что он умер», — фыркнула себе под нос девушка и, развернувшись, побежала в свой любимый квартал.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  [Торговый район] Улицы и переулки

Отредактировано Айрин Андерс (18.01.2016 16:01)

+4

45

Из этой же локации  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (временной скачок в шесть дней)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

17 апреля 1828 года, 18:40.

В мастерской вот уже несколько дней царил хаос и суматоха. Мастер Джафар решил выпустить особую коллекцию украшений, как называл ее художник, «Небесни фурия». А для остальных — «головная боль». Мэтр никому не давал спуску и, помимо изготовления обыкновенных ювелирных изделий, выполняющихся на заказ, приходилось заниматься еще и коллекцией. На каждом верстаке лежали целая гора чертежей и всевозможных схем. Всю ночь напролет пылали горелки и беспрерывно работали шлифовальные станки. Алейна, уже изрядно утомленная изготовлением колье с кучей завитушек и всевозможных камней, готова была выть в голос от тупой боли в пальцах и рези в глазах. Поэтому, когда мастер удалился совещаться, а точнее, хвастаться госпоже Амелии новыми изделиями, все вздохнули спокойно и немного позволили себе расслабиться. Девушка, зная, что так делать нельзя, не удержалась и похрустела суставами натруженных пальцев. К Парсонсу подошел его коллега, а по совместительству, еще и друг. Они завели бурную беседу, поминутно оглядываясь на девушку. Алейна, чтобы не смущать ни их, ни себя сделала вид, что не слушает подмастерьев. Ревенантка достала уже порядком изрисованные листы пожелтевшей бумаги. На каждом было видно то бледное лицо красивой девушки, то молодого вампира с печальными глазами. Но чаще всего встречался портрет юноши, чей образ прочно врезался в память девушки. Вот и сейчас она, вынув из волос карандаш, со скрупулезностью, достойной мастера, прорисовывала черты парня. Внезапно со стороны соседнего стола раздался возмущенный возглас Парсонса:
— А-а, ты купил шоколад для госпожи Амелии?!
Второй подмастерье посмотрел на него, как на умалишенного, невозмутимо ответил:
— Буду я на нее тратить половину своего жалованья! Когда я говорил про саму красивую и самую нежную девушку, я имел ввиду свою соседку, болван.
Парсонс тяжело рухнул на стул. Алейна, заинтересовавшаяся разговором, подняла голову:
— Парсонс, вы что, питаете нежные чувства к хозяйке? Вот так номер, чтоб я помер! Мда-а, не зря говорят: полюбить так королеву, проиграть так миллион.
Парсонс покраснел, стушевался и молча занялся колье для одной капризной клиентки. Затем, резко оторвавшись, он заметил:
— Кто бы говорил, Готьер. Вы тоже небось сохните по вампиру. Замахнулись...
Барышня гневно вскочила со своего места, карандаш выпал из нежных рук и укатился куда-то под верстак.
— С чего вы это взяли, Парсонс?
— Из ваших рисуночков. Вы вон тех двоих изобразили схематично, а этот, — подмастерье ткнул пальцем в один из портретов юноши, — нарисован тщательно с деталями, и вы его рисуете чаще.
Ревенантка смутилась и, желая скрыть свое замешательство, полезла под стол за карандашом. «Это наваждение какое-то. Надо прекратить заниматься этим здесь. Рисовать буду теперь только в дневнике», — приняла для себя решение девушка. Пока Алейна лазила под столом, она услышала голосок продавщицы, звавший ее по имени. Вынырнув с карандашом в руках, барышня отозвалась:
— Я. В чем дело, мазель?
Продавщица сказала, что приходил рассыльный, удивительно чумазый мальчик, который просил передать «вашей работнице Алейне» вот это послание. Ревенантка аккуратно взяла протянутый ей грязный измятый листок и поблагодарила продавщицу.
— Что, любовные записочки?
— Парсонс, укушу! Ну или стукну.
Алейна не успела прочитать записку, как в мастерскую явился довольный, как кот, объевшийся сметаны, мастер Джафар. Пришлось заняться работой, а листок спрятать в кармашек платья.
Выходя из магазина, барышня вспомнила странный визит раи взглянула на записку.
«Прошу передать милсдарю А., что я буду ждать его каждое воскресенье, начиная с 30 апреля, у самого яркого дупла Сов в городе. В полночь. Ваша незабвенная А. А.»
«Кто написал? И кто это милсдарь А?.. Ах, милсдарь Авель! А писала... на А... Айрин. Так и как мне передать адресату? Я его не видела с ресторана в отеле? Алейна, ты умничка, отель! Он должен быть там. Не зря же оплатил на неделю номера», — обрадованная своими догадками, девушка дождалась конца рабочей ночи и поспешила взять кэб.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Отель Эффенбаха

Отредактировано Алейна Готьер (18.01.2016 21:13)

+4

46

[Казенный квартал] Больница Святой Розы  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (временной скачок в тринадцать часов)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

1 мая 1828 г., около 18:00.

К вечеру опять зарядил дождь. Майский дождь. С басовитыми раскатами грома и ослепительно-белыми вспышками молний. Благодатный, теплый, полный жизни и жизнь несущий, многажды воспетый Орландо де Реем, и Альбериком Визельторфом, и мастером Садулой, и восхитительной Санаей Микадо; обласканный кистью Мишеля Дюпре, и Арчибальда Куинджи, и Константина де Вальда. Грянул из разорванного в клочья сизого неба, свернул накопленным в бездействии электричеством и хлынул отвесным потоком на обомлевший город, затарабанив по карнизам и крышам.

Амелия сидела за рабочим столом, сцепив ладони в замок, и наблюдала, как холодные серые струи вычерчивают скользкие извивистые дорожки на оконном стекле. Эти неистовые потоки, эта щедро насыщающая город вода казались ей метафорой той губительно-сладкой тоски, которая поселилась в ее сердце месяц назад. Сны и воспоминания, ностальгическая печаль, грезы о чем-то запретно-несбыточном с их чувственной маетой, странное оцепенение при мысли об Эдварде... — «Нет, о том образе Эдварда, который я себе создала», — поправила себя девушка. — Все это утекало, уплывало за водой, бурлило в водостоках, пенилось в лужах, кружилось воронками у обочин и уходило куда-то глубоко-глубоко в недра земли, где только плотная, поглощающая саму себя темнота и рокот таинственных механизмов, приводящих в движение мир. Перед мысленным взором стояло лицо художника и его обращенный внутрь себя немигающий взгляд. Взгляд мужчины, который не здесь, не с ней и никогда с нею не был. Взгляд незнакомца. Она собственными усилиями (или с помощью медальона Филиппы?) превратила его в фантазию, создала образ идеального романтического героя — такого страстного в своей творческой одержимости, такого таинственного в своей отстраненности, — облекла его в эфирную плоть, как Джафар облекает в эскизы плоды своего могучего воображения, и поселила рядом с собой, на верхнем этаже Аскаровой башни слоновой кости, сама не заметив, как в процессе творения романтический образ стал ей родным. А настоящий мужчина — тот, кого она, в сущности, никогда не знала, — все эти годы оставался чужим и далеким. «Едва ли я когда-либо интересовала его как личность, только как натурщица...» — вздохнула Амелия. Признаваться себе в этом было горько, но не признаться — означало бы потерять к себе уважение. Забавно: из них двоих она всегда считала именно себя более здравомыслящей и чуждой амурных бредней, но обнаружилось — он был куда рассудочнее нее, а она... Оказалось, отцовское заклинание «нельзя поддаваться эмоциям» ничуть не делает ее защищеннее. Пожалуй, даже наоборот: загнанное в неволю, малейшее колебание души, — стоит только кому-то этой души коснуться, — мгновенно разрастается в пламенный ураган. Ибо стихию невозможно пленить.

«Он действительно знал меня лучше, чем я себя, — усмехнулась девушка, рассеянно потянув в рот кончик пера. — Будто предвидел, что однажды подавляемые эмоции возьмут надо мной верх, как было с героиней оперы Вальда. С самого начала об этом знал, а я поняла это только сейчас, спустя много-много лет. Но разве он виновен в пророческом даре своего объектива? Или в том, что я привязалась к своей фантазии? Боже мой, нет, нет и еще раз нет — он не несет ответственности за процессы, происходящие в моей голове. И уж точно нет его вины в том, что теперь мои воздушные замки рухнули. Лить слезы, ныть, сокрушаться об упущенном (о чем? о том, что не сбылся сон?) — только воздух сотрясать. Нет, я этого делать не стану, да и не хочется...» Но стоило ей так решить, как слезы сами хлынули из ее глаз, пролившись с той же неукротимой силой, с которой неистовствовал дождь за окном. Дрогнули у ресниц, отяжелели и кубарем покатились с раскрасневшихся щек, словно маленькие дробинки. Однако это не были слезы горечи — нет, это были слезы облегчения и обновления, которого она так долго ждала. Она плакала и плакала вместе с небом, не в силах остановиться, спрятав лицо в ладони и подергивая плечами; и казалось, слезы не иссякнут до скончания дней.

Но вечность, — обманчивая, как майский ливень, — закончилась всего через пару минут. А потом взгляд Амелии упал на открытку, приколотую канцелярской скрепкой к техническому заданию, — на обороте лакированного прямоугольника круглым почерком Парсонса было выведено: «Ваши очи подобны звездам в небе предгрозовом, щеки подобны лепесткам магнолий, а губы цветом своим — мараскиновой вишне. Некоронованной королеве от таинственного незнакомца». Она потянула носом, небрежно вытирая щеки ладонями, и, повертев в пальцах открытку, улыбнулась сквозь слезы: «А может, все правильно? Стоит оплакать свою фантазию. Оплакать и отпустить. Со светлой грустью и благодарностью, без упреков и сожаления, — сожалеть — бесполезная трата энергии, — отпустить и научиться воспринимать Эдварда в новом качестве — не как воздушное очертание, над которым страшно вздохнуть, а как реальную личность — коллегу, с которым меня ничего, кроме съемок, не будет связывать... Все-таки до чего ироничные и нелепые выкрутасы иногда преподносит жизнь! Тот, кто мечтал заниматься творчеством и отмахивался от уготовленной ему научной стези, стал изобретателем, а та, кто всегда мечтала стать ученым, теперь целиком посвятила себя ювелирному искусству...»

Часы тонко пробили шесть вечера — вот-вот должна была начаться рабочая ночь. Хоть Амелия и пребывала в самом нерабочем расположении духа, выплакавшись, она ощутила прилив сил. Ей захотелось еще как-нибудь себя подбодрить. Она кинула взгляд окрест, останавливая его на баре, — маленьком круглом столике, полуприкрытом глянцевым куполом, из-под которого выглядывали стаканы и несколько бутылок, — после чего, осушив лицо платком и легонько похлопав себя по щекам, подошла к своей коллекции напитков и плеснула в рюмку немного ликера из мараскиновой вишни. «Вот откуда он взял эту выспренность!» — припомнились ей Парсонсовы сравнения. Следовало признать: прихлестывания долговязого подмастерья удивляли своим неожиданным изяществом. Зная характер этого зануды, стоило ожидать от него скупого языка судового журнала, а тут — практически верлибр. Похоже, работа под началом Джафара не прошла для него бесследно. Амелия представила себе Парсонса, взлохмаченного поэтической лихорадкой, как он, сочиняя свое послание, с высунутым от натуги языком припоминает обороты мастера аль Гиеди и, не сдержавшись, прыснула в кулачок. А что же его соперница, мазель Готьер? Та тоже не переставала удивлять. Сначала выяснилось, что за любимицу Джафара готова вступиться капитан Силентия Стрикс, теперь — что она связана какой-то тайной с графом Бладрестом, и все эти странности ниточка за ниточкой тянулись к медальону Филиппы Мориарти. Да, определенно с мазелью Готьер следовало потолковать. Прощаясь сегодня утром у дома, где жила ревенантка, Амелия просила ее выйти вечером на работу, принести больничный лист для отчетности и зайти к ней для личного разговора. И теперь, памятуя о пунктуальности своей подчиненной, с минуты на минуту ожидала ее визита.

Ревенантка не заставила себя ждать. Спустя несколько мгновений после того, как Амелия вернулась к изучению технического задания, раздалось сначала гулкое постукивание тросточки в коридоре, потом мышиный шорох и поскребывание в дверь, а потом на пороге кабинета возникла мазель Готьер, неловко пытающаяся присесть в реверансе.
— Добрый вечер, — поздоровалась хозяйка «Фирузы» в ответ на приветствие ревенантки и вежливо поинтересовалась, как девушка себя чувствует. — Не стойте, это вредно для Вашей ноги, присаживайтесь, — кивнула она на стул для посетителей, стоявший по ту сторону рабочего стола от нее. — В больнице мы остановились на том, что я случайно прочла Ваши мысли. Вы предполагаете, что Ваши видения связаны с медальоном, который у меня украли, не так ли? Давайте попробуем вместе разобраться в этой запутанной истории.

Отредактировано Амелия Аскар (23.05.2016 20:53)

+6

47

Меблированный дом «Валламброза»  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png (временной скачок в тринадцать часов) http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

1 мая 1828 года, 18:00.

Алейна второпях, ибо проспала, а разбудил её дождь, молотящий, как ненормальный, по окну, села в наемный кэб. «Эх, жаль это не экипаж госпожи Амелии», — с сожалением подумала ревенантка, крепко держа тросточку (которую она кое-как откопала где-то под кроватью). Дождь продолжал моросить, еще больше навевая тоску. Барышня сонно потерла зеленые глаза, настроение было хуже некуда. Она всё вспоминала кошмары, снившееся ей весь день, то бледное лицо погибшей девушки, то выстрелы и кровь. В общем сон не принес того успокоения и отдыха, о котором так мечтала ревенантка.
— Огромная благодарность госпоже Амелии, мозг хотя бы будет занят работой, а не выдумыванием новых ужасов... Так, а я взяла больничный лист? — девушка хлопнула себя по лбу здоровой рукой и начала копаться в сумочке. Удивительно, но сломанные конечности действительно меньше болели и пальцы можно было сгибать и разгибать не морщась. — Все-таки от ушастого тролля есть польза. Хоть в чем-то... О, вот. Нашла! Взяла.
Барышня кивнула сама себе и впервые за день радостно и беззаботно улыбнулась. Откинувшись на спинку сиденья, она стала в воображении создавать новое украшение, подбирая к нему камни (лучший способ успокоиться), попутно придумывая что сказать Парсонсу при встрече.
Экипаж подъехал к «Фирузе», лошадка встала на мокром булыжнике, выходить в дождь и слякоть наружу совершенно не хотелось. Страдальчески вздохнув, Алейна кряхтя, словно древняя старуха, вылезла из кэба.
— Я как тетка госпожи Амелии, еще немного и буду ворчать: «Эх, молодежь. Вот в свои-то годы я бы...». Ух! — девушка спрыгнула прямо в лужу, запачкав подол длинной юбки, что рассмешило юную подмастерье. Редкие прохожие в этот пасмурный вечер могли наблюдать, как русоволосая девушка весело и задорно хохочет под моросящим дождем.
— М-да! Дела-а! Алейна ты опять за свое, давай еще вон на проходящую даму прыгни, мало тебе было его светлость избить. Интересно как он там? Роза, пусть он выживет после пожара в казино, прошу тебя, — с этими словами Алейна толкнула дверь в ювелирный магазин. Продавщица, скучающая за прилавком и тоскливо смотрящая в окно витрины, повернула головку к вновь прибывшей. Глаза девушки расширились, а лицо приняло удивленный вид, со стороны выглядело забавно, что не преминула заметить ревенантка и ласково улыбнулась своей знакомой.
— Здравствуй. Да, я похожа на призрак, вот только цепей нет и балахона. Отомри, — барышня пощелкала пальчиками перед носом продавщицы.
— Что случилось? Что с рукой? Ты как провела выходной, что вернулась в таком виде? — забросала девушка ревенантку вопросами.
Алейна загадочно улыбнулась, подмигнула продавщице и направилась к своему работодателю, абсолютно ничего не говоря, успеется. Расстояние от прилавка до двери мэтрессы Аскар заняло рекордные несколько минут, а все трость виновата, плетется кое-как. По крайне мере, барышня ругала именно её. Зажав больничный лист в зубах, она постучала в дверь. Войдя в светлый кабинет, несмотря на то что на улице было темно, здесь было уютно, и проделав сложное упражнение под названием «реверанс», барышня наконец проговорила:
— Вдравштвуйте. Тьфу... здравствуйте, — Алейна вытащила бумагу из рта и присела на краешек стула. — Со мной все хорошо, благодарю.
— В больнице мы остановились на том, что я случайно прочла Ваши мысли. Вы предполагаете, что Ваши видения связаны с медальоном, который у меня украли, не так ли? Давайте попробуем вместе разобраться в этой запутанной истории.
Ревенантка пожевала губу, раздумывая стоит ли открываться вампирессе, но если не ей, то кому? «Тролль уехал с какой-то дамой и мне кажется навряд ли он озаботится о судьбе Айрин в ближайшие время. Хотя я ему все рассказала. До милсдаря Авеля еще добраться надо, а этого делать я не хочу, мало ли вдруг вторую руку или ногу сломают. Но так хочется знать кто она и может чем-то помочь той девушке», — нахмурив лоб, размышляла барышня. Наконец приняв решение, она села поудобнее и со словами: «Как у вас с временем?», начала свое повествование. С того момента, как увидела впервые наемника и воровку и заканчивая последним предсказанием, где она подробно описала несчастную на кровати в темном подвале.
— Вот и все. Я бы очень хотела помочь девушке и Айрин, той девочке-воровке, но события последней ночи показали, что я на это не способна. Как вы теперь узнали, я погубила жену тро... его сиятельства. Что теперь делать? Я даже не знаю, что это за место. А больше ничего вспомнить не могу.
Алейна печально посмотрела за спину госпожи Амелии, наблюдая как капли стекают с оконного стекла.

Отредактировано Алейна Готьер (26.08.2016 08:12)

+4

48

Казино «Гнездо дьявола»  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (временной скачок в шестнадцать часов)  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

1 мая 1828 года, 18:30.

Милсдарь Совершенство сегодня был несколько менее совершенен, чем обычно. Нет, это не касалось его внешнего вида (выглядел он по своему обыкновению безупречно), это касалось его настроения. События прошлой ночи скверно отразились на состоянии его духа. В его тяжелой от мигрени голове то и дело вспыхивал образ ревенантки в зеленом платье. Эта ревенантка, эта неуклюжая девица была столь невежлива, столь плохо воспитана, что посмела покинуть его ради своих друзей, чем пробудила противный зудящий интерес к своей персоне. Дантес не привык к подобному обхождению, его самолюбие было задето и требовало незамедлительной сатисфакции. Впрочем, вовсе не ущемленное чувство собственного достоинства привело его сегодня вечером в «Фирузу», а ответственная миссия выбрать подарок своей невесте, юной Элоизе Транси. По крайней мере, в этом он усердно убеждал себя всю дорогу.
— Приехали, вашество! — распахнулась перед ним дверь экипажа. — С вас червонец.
Герцог натянул перчатки, захватил трость и, небрежно швырнув кэбмену парочку новеньких медяков, проследовал в ювелирную лавку. «Спасибо, матушка, удружила!» — обратился он мысленно к Сильвии Обер — той, чьим настойчивым просьбам был обязан необходимостью выбирать для Элоизы помолвочный подарок.
— Добрый день, милсдарь! Вам что-то подсказать? — улыбнулась ему продавщица, как только он переступил порог «Фирузы».
— Ищу подарок для невесты, нечто недорогое и элегантное, — ответил герцог сухо и с претензией, кисло морщась от ударившего в ноздри сладковатого запаха (что-то среднее между спелым яблоком и диким жасмином), — этот запах усугублял его и без того злостную мигрень.
— Ах, какое замечательное событие! — всплеснула девушка руками, заулыбавшись всем своим существом: губами, глазами и даже, казалось, каштановыми кудрями, упруго подпрыгнувшими и засверкавшими, как живые. — Сейчас я покажу вам самые красивые и элегантные помолвочные кольца, которыми мы располагаем!
— Нет! — сказал герцог как отрезал. Причем с такой твердостью, что локоны продавщицы благоговейно затрепетали. — Никаких колец. Браслет или камею, что-нибудь попроще. Недорогое и изящное, как моя невеста.
— О, как вам будет угодно. Извольте взглянуть: как вам эта подвеска? А вот эти серьги? Они идут в комплекте.
— Вы в своем уме?! — фыркнул герцог. — Подарить невесте серьги! Серьги, которые говорят примерно следующее: «Я вся ваша за эту побрякушку»?!
Продавщица закрыла рот и широко раскрыла глаза, на секунду потеряв дар речи.
— Прощу прощения, милсдарь. Позвольте предложить вам другие варианты. Взгляните на эту брошь. На месте вашей невесты я бы не задумываясь дала положительный ответ на предложение руки и сердца!
— Ваши вкусы меня не интересуют, — было ей ответом.
— Как вам будет угодно, — пискнула девушка, словно маленькая мышка, которую кот прижал за хвостик. Локоны ее страдальчески поникли и будто бы даже потускнели. — Может, этот браслет? Белое золото, изумруды, фианиты, — предложила она несмело.
— Кто поставляет вам подобную безвкусицу? — уксусно проронил Дантес, но все-таки принял у нее браслет. Так и сяк повертев его в руках, разочарованно покачал головой и с наигранным равнодушием кинул взгляд по сторонам. Пышные, яркие, сложные интерьеры «Фирузы» всегда его восхищали, раньше он находил изумительным произведением искусства, но сегодня вся эта сверкающая пестрота встала ему поперек горла — в первую очередь по той причине, что на ее фоне трудно было разглядеть знакомое зеленоглазое лицо.
— Если хотите, мы можем... — начала было продавщица очень тихо, почти шепотом, но, встретив расфокусированный взгляд клиента, робко прикусила язык.
— Что вы можете? — раздраженно поинтересовался клиент (как выяснилось, он все-таки не пропустил мимо ушей ее незаконченную реплику).
— Можем заменить камни, если вам будет угодно.
— И сколько это будет стоить?
— Зависит от материала. Но, если позволите совет, белое золото хорошо сочетается с бриллиантами.
— Вы ювелир? Нет? Тогда какое право вы имеете раздавать советы?
— Но... Но... Простите... Если будет угодно, я могу позвать ювелира.
— Что ж, будьте так любезны, — великодушно позволил герцог, с неприкрытой гадливостью рассматривая браслет.

Отредактировано Дантес Обер (29.05.2016 23:09)

+5

49

Амелия слушала мазель Готьер, и лицо ее то просветлялось, то тускнело, то затуманивалось беспокойными тенями, то расцветало внезапными озарениями, как майское небо с его переменной облачностью. Провидица рассказала обо всем, что знала, вдаваясь в подробности, которые могли скомпрометировать ее перед начальницей и сотрудниками, и Амелия, хоть и сердилась, одобряла ее за смелость. За то, что готова была броситься в холодную реку, чтобы спасти малознакомого вампира; за то, что не побоялась отправиться в казино, зная, что там развернется трагедия; за то, что, рискуя собственной жизнью, пыталась предотвратить смерть несчастной Скарлетт; за то, что со сломанными рукой и ногой нашла в себе силы противостоять натиску графа Бладреста. В общем, к концу рассказа хозяйка «Фирузы» странным образом обнаружила в себе немалое уважение к забавному, неуклюжему, наивному, но искреннему и трогательному существу по имени Алейна Готьер.
— Сожалею, — посочувствовала она ревенантке, — вам пришлось столько всего пережить за последние три недели. Но, подумайте сами, если ваши пророчества осуществляются так подробно, о чем это говорит? О том, что ваш дар очень силен. Дама, у которой украли медальон, моя подруга, — тоже провидица. Следовательно...
Сказав так, она на некоторое время умолкла, положив подбородок на сцепленные в замок пальцы. Ее брови сдвинулись, на переносице резко обозначилась морщинка. Казалось, можно было слышать, как в ее черепной коробке стучат молоточки и движутся шестеренки ума, занятого напряженной работой. Требовалось немедленно переварить, обдумать и разложить по полочкам все услышанное.
— Давайте рассуждать логически, — изменив позу, прервала молчание аскаресса. — Что мы имеем? Мы имеем довольно странную цепочку событий, собранную из нескольких узловых точек. В этой цепочке отсутствуют некоторые важные звенья, но мы попытаемся их смоделировать и достроить. Для этого сложим один к одному все имевшие место факты. Что получается? Некий наемник, с которым вы по чистой случайности познакомились в первый же день своей работы у нас, нанял некую воровку, чтобы та украла у меня медальон. Правильно? Дальше. По чистой случайности в момент кражи на месте событий оказалась капитан Стрикс, благодаря которой наемнику удалось выжить. Как спаслась девочка — неизвестно, верно? Однако спаслась и назначила наемнику встречу. По воле случая — в казино. В тот самый вечер, когда случилась трагедия, явленная вам в страшном видении под мостом. После вы встретили капитана Стрикс у вашего дома и заручились ее поддержкой, столковавшись вместе отправиться в «Гнездо дьявола» в надежде найти воровку и помешать убийству графини. Так? Вы пробрались в казино, разыскали графиню Бладрест, предупредили ее... Ладно, опустим этот момент. Затем господин наемник помог вам выбраться из охваченного пожаром здания, но воровки уже не было рядом, верно? Вы не обратили внимание, когда она исчезла из казино? Нет? Что ж, это один из пробелов, который нам предстоит восполнить. Второй — какое отношение ко всей этой истории имеет граф Бладрест. Помните, что говорил он в больнице? Ему не безразлично, что случится с Айрин. Как он связан с воровкой? — вот третья загадка. Вы видите? Все события крутятся вокруг одного человека — девочки, выкравшей медальон. Вам знакомо имя Филиппы Мориарти? Полгода назад оно было у всех на устах. Думаю, нет больше резона умалчивать: медальон принадлежит госпоже Мориарти. Любимой женщине Алукарда и лучшей провидице нашего времени. Хм, вы знаете, у меня появилось предположение. Вторая девушка из видения... Опишите ее внешность подробнее. Мазель Готьер?
На протяжении всего приведенного выше монолога подмастерье с видом кающейся Терезы глядела на дождливую улицу за окном и печально вздыхала. Несколько раз открывала рот, порываясь ответить на сыплющиеся из хозяйки «Фирузы» вопросы, но никак не могла встрять между ними. Поэтому когда Амелия закончила говорить и взыскала ответа, ревенантка еще несколько секунд по инерции ждала продолжения речи.
— Мазель Готьер? — помахала Амелия у нее перед носом. Подмастерье очнулась; напряженно наморщив лобик, — точь-в-точь как начальница пару минут назад, — принялась тщательно восстанавливать в памяти детали видения, составляя умозрительный портрет девушки в подземелье.
— Фиалковые глаза, говорите? — уточнила Амелия. — Как я и думала. Ах, Филиппа, во что ты ввязалась! Мы должны обо всем рассказать полиции! Вполне возможно, прикованная к кровати изможденная девушка — моя бедная подруга. В голове не укладывается...
Дедуктивный анализ был прерван настойчивым стуком в дверь.
— Как не вовремя! Кто там еще?
— Простите, мэтресса Аскар, — заглянула в кабинет продавщица. — В торговом зале один клиент спрашивает ювелира, но мэтр аль Гиеди сегодня не вышел. Кого направить к покупателю вместо него?
— О чем спрашивает покупатель?
— Интересуется браслетом белого золота из коллекции «Лилия долины». Собирается приобрести его в подарок своей невесте и — как это говорится? — каст... каста...
— Кастомизировать. Ясно. Не про тот ли браслет идет речь, которым занимался Парсонс? Нет, погодите, это же ваша работа, мазель Готьер? Точно. Я понимаю ваше положение, но все же вы вышли на работу, посему не вижу причин, которые помешали бы вам принять этот заказ. Вам не составит труда... — прежде чем Амелия договорила фразу, ревенантка заблестела глазами и начала подниматься со стула.

Отредактировано Амелия Аскар (24.05.2016 22:58)

+4

50

«И почему я к ней раньше не обратилась? Значит подруга госпожи Амелии. Ох, бедняжка. И провидица... Эх, вот с ней бы пообщаться», — Алейна с восхищением следила за монологом, как же ещё назвать речь хозяйки магазина? Вопросы сыпались, как из рога изобилия. «Ничего себе! Я и не задумывалась над столькими предположениями. Голова кругом. Как этот клубок распутать, не навредив при этом психике и нервам?» — девушка уставилась в одну точку. Внезапно вывел из ступора барышню стук в дверь.
— Простите, мэтресса Аскар, — стучала никто иная как продавщица. — В торговом зале один клиент спрашивает ювелира, но мэтр аль Гиеди сегодня не вышел. Кого направить к покупателю вместо него?
— О чем спрашивает покупатель?
— Интересуется браслетом белого золота из коллекции «Лилия долины». Собирается приобрести его в подарок своей невесте и — как это говорится? — каст... каста...
«О! Хвала Розе! Я уж подумала та ненормальная пришла. Милочка я желаю желтый изумруд. А меня не волнует откуда вы его достанете. Ну и что, что его нет в природе, я за что деньги плачу!.. То же мне», — барышня фыркнула своим мыслям, вспомнив недавнюю ночь и последующие слова мастера, слишком ругательные, чтобы вдаваться в подробности. Но её звук восприняли иначе.
Алейна с кряхтением, ставшим уже привычным, пыталась подняться со стула.
— Ступайте, после продолжим, — по-доброму улыбнулась ей мэтресса Аскар.
Схватившись за тросточку покрепче, подмастерье присела в реверансе, при этом сияя счастливой улыбкой. Вслед за ревенанткой вышла и продавщица, на ходу рассказывая какой противный и капризный нынче пошел клиент, то ему не так и это не эдак.
В зале было полно посетителей, у прилавка столпилась целая очередь, монотонно гудя.
— Ну и где тот, кому, видите ли, не понравился мой браслет? — спросила девушка, поворачиваясь к продавщице. Та покрутила головкой и указала на молодого денди, стоявшего отдельно от всех.
— Вон тот. Ох и злющий... А все-таки что с тобой случилось? Как умудрилась сломать руку? И ногу?
— Неудачно упала с кровати, она у меня высокая очень. Крутилась, крутилась и бац! Я на полу. Честное слово, сама не ожидала, — рассеянно ответила Алейна, приближаясь к юноше, из-за толпы и пестроты зала, разглядеть его было практически невозможно.
— Простите, милсдарь. Это вы недовольны браслетом? Я подмасте... — барышня застыла в тот момент, когда клиент обернулся. — ...рье. — пискнула она и села, буквально села, на мягкое кресло, стоявшее напротив прилавка для удобства ожидающих господ.
Кресло, надо сказать, оказалось слишком жестковатым, еще и ерзало, не говоря уже о том, что покашливало. Поняв наконец, что здесь что-то не так, девушка обернулась и покраснела до кончиков ушей. Ревенантка по своей привычке, вечно влипать в истории, присела на колени к какому-то мужчине с огромными усами, словно у таракана.
— Вы, конечно, прелестное создание. Не знал, что госпожа Аскар разрешает такие фривольности в магазине. Но вынужден разочаровать, я пришел с женой, и она вот-вот должна выйти от ювелира. Может в другой раз? — смеясь во все свое горло, проговорил мужчина, еще больше вгоняя в краску подмастерье.
Барышня, как ошпаренная, вскочила с колен клиента, извиняясь и оправдываясь. Тросточка, будь она неладна, выпала из дрожащей руки и аккуратно впечаталась в ногу герцога, а это был именно он. Тот самый Дантес, юноша с синими глазами. «Ну что же это такое! Я опять его ударила! Сейчас его светлость меня за все рассчитает. Нет, Алейна тебя совершенно нельзя выпускать к людям, пришибешь ненароком», — девушка лишь вздохнула, думая, что же делать дальше: поднять трость, так уютно устроившуюся на ноге юноши (тот и бровью не повел, привычный к неуклюжести некоторых особ) или слинять по-тихому пока не пришел в себя, но ведь так приятно было видеть живого и вполне невредимого Дантеса. Продавщица не дала сделать ни того, ни другого, подлив масла в огонь.
— К вашим услугам мазель Готьер. Она изготовила браслет из белого золота, по всем вопросам обращайтесь к ней, — она подмигнула Алейне и удалилась к другим клиентам. Ревенантка послала ей очень недобрый взгляд, обещая мучительную смерть.

Отредактировано Алейна Готьер (24.05.2016 19:56)

+6

51

«„Лилия долины“, — прочитал Дантес не этикетке, подвешенной к браслету. — Простовато, мило и слащаво. Как раз во вкусе юных дурочек вроде Элоизы».
Он вызвал в памяти смазливое детское личико своей невесты и мысленно приложил к нему браслет. Получилось весьма недурственно. Кузина наверняка подпрыгнет до потолка от восторга. Ей будет приятно думать, что вот за ней ухаживает настоящий мужчина, вампир с положением и завидный жених, дарит ювелирные украшения, как взрослой женщине, из золота высшей пробы, с изумрудами и жемчугом, с эдакими лирическими намеками в названии. «Лилия долины». Кажется, так озаглавлен роман Стефании Стил про страстную незаконную любовь?.. Снисходительно скривив губы, герцог представил, как Элоиза красуется и кичится подарком перед школьными подругами. Потом взглянул на ценник и усмехнулся еще шире: сватовство ему обходилось даже дешевле, чем он рассчитывал. Что ж, жизнь постепенно налаживалась.
Между тем ювелир не шел уже шестую минуту. Седьмую. Восьмую... С раздраженно-скучающим видом поигрывая браслетом, Обер отвернулся от прилавка и принялся исподтишка рассматривать посетителей «Фирузы». Публика здесь собралась самая разношерстная: молоденькие безвкусно одетые барышни в сопровождении потных толстосумов-нуворишей, капризные дамы в мехах и бриллиантах, с карманными собачками на тонком поводке, важные круглолицые эсквайры, чванливо выставляющие напоказ свои карманные хронометры, парочка похожих как двойняшки молодоженов, что никак не могли столковаться насчет колец. Одно лицо колоритнее другого. Но больше всего внимания Дантеса привлекла вертлявая рыжеволосая девица в канареечно-желтом платье, примерявшая те самые серьги, которые он решительно забраковал. Пока ее кавалер — усатый толстопузый мужчина, страдающий одышкой, — отдыхал в глубоком кресле неподалеку от прилавка, девица крутилась перед модным криптонитовым зеркалом и строила глазки своему отражению.
— Кукусик! — кокетливо наклонила голову рыжая. — Вот что я называю первоклассным антуражем! Ну? Стоит ради эдакой красоты отпротежировать бедную, но честную девушку?
Дантесу показалось, где-то он уже ее видел. Ему вообще в последнее время много чего казалось. К примеру, через секунду после того, как он отвел взгляд от рыжей, ему показалось, он чувствует легкий-легкий, едва уловимый запах терпентинного масла, алхимических реагентов и жареных каштанов, знакомый ему по Филтонскому училищу. Запах юности, веселья и первой влюбленности.
— Простите, милсдарь. Это вы недовольны браслетом? Я подмасте... — послышался робкий голос из-за спины. Ощущение дежавю усилилось до максимума, грозясь вот-вот преодолеть критическую отметку.
— Столетия не прошло! — закатил глаза герцог, оборачиваясь.
— ...рье, — пискнул голосок. А мгновение спустя обладательница голоска, девушка, у которой рука по самый локоть была плотно забинтована, а на ноге красовалась медицинская шина, потеряла равновесие и стала заваливаться назад. Попятилась, опираясь на трость, запнулась и повалилась прямиком на мягкий желейный живот Кукусика. Трость выскочила из ее пальцев и, падая, пребольно ударила Дантеса по левой ноге — аккурат в то место, куда сильнее всего давила лакированная штиблета. Все произошло стремительно, неожиданно и донельзя бестолково, полностью в стиле... вчерашней дамочки.
— К вашим услугам мазель Готьер, — презентовала продавщица девицу в бинтах. Дантес почувствовал быстро разгорающийся в груди огонечек тихого бешенства. Скрипнув зубами, он поднял трость и протянул ее ревенантке, которая как раз пыталась при помощи усача утвердиться на здоровой ноге.
— Как это у вас получается? — тон герцога напоминал отеческий. — Как вы умудрились сломать себе одновременно верхнюю и нижнюю конечности? Не то чтобы меня это удивило, но позвольте поинтересоваться: кто-то еще при этом пострадал? Практика показывает, держаться рядом с вами опасно не только для вашего здоровья, но и для жизней тех, кто вас окружает.
Девушка тушевалась и плавилась под его взглядом как стеариновая свеча. И что ему взбрело в голову мучиться ущемленным самолюбием из-за нее? Этот неловкий маленький звереныш, эта растяпа — слишком легкая добыча для такого как он, она не стоит ни грамма его внимания. Надо просто выбросить ее из головы вместе с ее дурацкой тросточкой, купить этот чертов браслет и успокоиться.
Успокоиться? Не тут-то было...

Отредактировано Дантес Обер (25.05.2016 18:12)

+4

52

Если бы можно было провалиться сквозь землю, Алейна сделала бы это с превеликим удовольствием. Мало того, что она села на колени к совершенно незнакомому мужчине, так еще и снова доставила хлопот своей музе. Герцог поднял агрегат девушки и протянул сей предмет со словами:
— Как это у вас получается? — ревенантка почувствовала себя в родном городке, обычно с ней таким тоном разговаривали родители, если в доме случалось что-то непредвиденное и требующее дополнительных расходов (естественно для устранения неполадок: от разбитых окон до дыры в фарфоровой посуде). — Как вы умудрились сломать себе одновременно верхнюю и нижнюю конечности? Не то чтобы меня это удивило, но позвольте поинтересоваться: кто-то еще при этом пострадал? Практика показывает, держаться рядом с вами опасно не только для вашего здоровья, но и для жизней тех, кто вас окружает.
«Ага, вы меня еще в угол поставьте. Что я ему сделала? Ладно. Ну почти ничего... Ну не специально же», — размышляла девушка, внимательно слушая речь его светлости.
— На меня свалилась тушка ростом под два метра и весом около ста килограмм, если не больше. Но дух из меня вышибло и как итог... — Алейна помахала сломанной рукой, принимая из рук юноши тросточку. — Оказывается в казино слишком рьяно исполняют свои обязанности, особенно охрана. По-видимому, они были того же мнения относительно меня, что и вы, ваша светлость.
Подмастерье прижала тросточку к груди, боясь, как бы эта опасная штука снова не выкинула какой-нибудь фортель. Тяжело вздохнув и улыбнувшись герцогу, барышня увидела в руках мужчины браслет.
— Как мне объяснили, вам не понравилось украшение. Браслет белого золота с изумрудами и жемчугом из серии «Лилия долины». Вы ищете достойный подарок... своей... невес... те? — и вот тут до Алейны дошел смысл слова «невеста», пока шли по коридору с продавщицей, девушка слушала её невнимательно (каждый второй в ювелирном магазине заказывает подарок суженным), расслышав лишь, то что некто слишком придирчиво выбирает подарок к свадьбе. А теперь по лицу ревенантки пробежала тень и зеленые глаза стали печальными. «Невеста! Ох», — почему-то стало трудно дышать, но взяв себя в руки (все-таки она здесь на работе), подмастерье продолжила:
— Я могу поменять материал, камни и размер украшения. Правда, для этого дела нужно время, как вы заметили, я не могу пока работать в полную силу, поэтому на переделку уйдет дня два-три... Было бы замечательно, если ваша светлость опишет мне невесту. Я бы смогла подобрать камни по цвету её глаз, волос и изготовить браслет только для неё одной. Такое украшение красовалось бы только на ручке вашей возлюбленной, — последнее слово барышня произнесла чуть ли не шепотом. Тросточка же напротив жила своей жизнью и старалась, во что бы то ни стало, получить свободу, то есть покинуть дрожащие руки Алейны. Что, надо сказать, и произошло. Ревенантка крутила трость, желая тем самым скрыть волнение. И вот свершилось, то что должно было свершиться, палочка упала на пол, на этот раз, просто удивительно, даже не задев герцога. Провожая взглядом агрегат, девушка облегченно выдохнула и решив, что негоже знатным господам больше одного раза гнуть спину перед малознакомыми девицами, наклонилась за тростью. Кто же знал, что юноша так не думает и тоже отправится следом за строптивой палкой... В общем, произошла встреча двух голов где-то над спокойно и так невинно лежащей тростью. Треска и звука подобного грому не прозвучало, но удар был что надо (мужчина в кресле веселился по полной, чей смех, наверное, слышали за несколько кварталов отсюда).
— Если бы здесь был старый гробовщик из моего родного городка, то он бы сказал: «Таки чуть не случился нокаут», — потирая ушибленный лоб и резко выпрямляясь, проговорила барышня. — Простите. В одном вы правы, от меня лучше держаться подальше и чем дальше, тем лучше.
Ревенантка сделала шаг назад, подумав и что-то прикинув, отступила еще на шаг, так вернее будет. «Что-то я слишком часто стала извиняться. И бить герцога».
— Так что с браслетом, что меняем или вы передумали? Могу позвать другого ювелира, так, думаю, для вас безопаснее, — Алейна боялась поднять глаза на юношу, поэтому говорила пуговицам на его рубашке.

Отредактировано Алейна Готьер (26.05.2016 18:40)

+4

53

Залившись ярким румянцем, ревенантка приняла из рук герцога тросточку и, явно не зная, что с нею делать, прижала ее к груди, как маленькие девочки порой прижимают кукол. Этот жест был настолько забавен, что Дантес — с виду все еще нахохленный и строгий, как бюст великого мыслителя древности, — едва не выдал себя улыбкой. Раздражение его, разумеется, никуда не делось, но теперь к нему примешалось еще и нечто наподобие умиления.
— Бедная мышка, — сказал вампир, с жалостью глядя на ревенантку. — Ну что вы такая неловкая? За вами нужен глаз да глаз.
Она тяжело-тяжело, как бы признавая, что бессильна перед своей планидой, вздохнула, ответив ему несмелой улыбкой, затем перевела взгляд на его холеные пальцы, в которых сверкал браслет, и, спохватившись, что пришла сюда вовсе не для праздных бесед, бодро перешла к делу:
— Как мне объяснили, вам не понравилось украшение. Браслет белого золота с изумрудами и жемчугом из серии «Лилия долины». Вы ищете достойный подарок... своей... невес... те?
На последних словах она почему-то начала заикаться и скисла. Обиженно засопев, уткнулась взглядом в носки своих туфель и нервно закусила губу. Герцог решил, что она погрустнела из-за того, что он ущемил ее профессиональное самолюбие, раскритиковав в пух и прах ее работу; ему бы и подшофе не пришло в голову связать перемену в ее настроении со своим статусом жениха. Мстительно ухмыльнувшись, он поставил в уме галочку: «Один один, мазель Готьер. Будете знать, как пренебрегать моим обществом». Конечно, он вовсе не ради этого заявился в «Фирузу, но до чего же приятно было восстановить статус-кво в отношениях с мазелью Готьер!
Упавшим голосом ревенантка промямлила:
— Я могу поменять материал, камни и размер украшения. Правда, для этого дела нужно время, как вы заметили, я не могу пока работать в полную силу, поэтому на переделку уйдет дня два-три...
— Пустяки. Подожду сколько потребуется, — на радостях Обер сделался благородным.
— Будет замечательно, если ваша светлость опишет мне невесту, — произнесла девушка почти шепотом. — Я бы смогла подобрать камни по цвету ее глаз, волос и изготовить браслет специально для нее.
Бровь молодого Венганзы в недоумении вздернулась. При чем тут глаза Элоизы? Кого волнует цвет волос Элоизы? Даже его не волнует, а ведь ему с ней рожать наследников и жить в болезни и здравии. Поначалу он собирался так и сказать: дескать, не ваше дело; да и как вы по описанию глаз подберете нужный оттенок; да и знаете ли вы, между прочим, что зеленые глаза, например, могут быть как холодные изумрудные, так и теплые оливковые или болотные?.. Но жалкий вид ревенантки снова пробудил в нем непрошеное сочувствие, и он, взяв ее здоровую ладонь в свою руку, мягко проговорил:
— Не стоит беспокойства. Достаточно отрегулировать размер по вашей руке. Она такая же тоненькая в кости, как у моей суженой. Вот так. Видите? Здесь немного убрать — и получится в самый раз.
Страшно разволновавшись, девушка отдернула руку, потирая запястье так, будто прикосновение герцога ее обожгло. При этом ее тросточка, как и следовало ожидать, снова шлепнулась на пол.
— Ну вот! — наклонился за палкой Обер. — Говорю же: ходячее вы несчастье.
Девушка тоже нагнулась, а когда выпрямлялась, с треском впечаталась своим лбом в лоб выпрямляющегося Дантеса, чем до боли красноречиво подтвердила только что озвученный вывод.
— Если бы здесь был старый гробовщик из моего родного городка, — протянула она, комично потирая ушиб, — то он бы сказал: «Таки чуть не случился нокаут».
— Ничего себе у вас череп! — ахнул герцог и, будучи больше не в силах сдерживаться, громко расхохотался. Кукусик заодно со своей рыжей бестией, да и другие посетители магазина тоже беззастенчиво похихикивали в кулаки. 
— Простите, — надулась мазель Готьер, решив, что над ней потешаются. — В одном вы правы: от меня лучше держаться подальше. И чем дальше, тем лучше.
— Бросьте! — махнул рукой герцог, продолжая смеяться. — Нашли из-за чего переживать. Сами же в первую очередь страдаете от своей неуклюжести.
— Так что с браслетом, — пробубнила себе под нос ревенантка, — меняем, или вы передумали? Могу позвать другого ювелира, так будет для вас безопаснее.
Теперь Дантес тоже посерьезнел: «Что это значит? „От меня лучше держаться подальше“. Ну уж нет, мышка, не сбежишь».
— Еще чего! — отрезал он, вернув своему облику надменность. — Ваше изделие? Ваше. Так будьте любезны, доведите его до ума. Вот вам залог за работу. — Он достал кошелек, отсчитал половину стоимости браслета и положил небольшую пачку банкнот на прилавок. — Через три дня я приду за своим заказом, прошу учесть.
Шустрая продавщица в то же мгновение вернулась к прилавку. Записав фамилию Обера в гроссбух, она выписала ему квитанцию и принялась горячо заверять всех окружающих в том, что, несмотря на некоторые странности, мазель Готьер превосходно знает свою работу.
— Вот и оценим, — поджал губы Дантес.
— Простите, — лепетала продавщица, тряся каштановыми кудрями. — Уверяю вас, подобное больше не повторится.
Молча схватив бумажку и метнув напоследок в Алейну испепеляющий взгляд, герцог быстро покинул «Фирузу».
«Два один в ее пользу», — чирикнула вредная галочка в его голове.

Отредактировано Дантес Обер (30.05.2016 23:36)

+4

54

— Что я такого сказала? Интересно почему большинство моих знакомых рано или поздно одаривают меня злобным взглядом, я молчу про малознакомых, например, тролль, имеющий, однако графский титул, о чем бы никогда не подумала, всю дорогу на меня так смотрел. Ух, тролля к моей матушке на воспитание бы, поучить манерам, — пробормотала ревенантка, пожимая плечами вслед уходящему герцогу. Громкий смех пузатого мужчины и глупое хихиканье девушки рядом с ним прекратилось. Все занялись своими делами, продавщица пыталась что-то сказать, но барышня лишь махнула рукой и развернувшись, отправилась в мастерскую (браслет она так и не сняла).
«Не зря портрет не получался. Значит мне не показалось и взгляд его светлости правда может быть колючим и холодным. А ведь так красиво улыбался», — размышляла девушка, поглаживая ювелирное украшение, одновременно заходя в мастерскую. Сложив на стол сумочку и шляпку и прислонив тросточку к стулу, Алейна только сейчас заметила странный взгляд своего конкурента и уже открытый рот, приготовившийся что-то вещать.
— Ни слова, Парсонс. Да, я сломала руку и ногу. Да, не понятно чем я занималась в свой, заметьте, свой выходной. Да, мастер Джафар будет в ярости, но эта ярость случится только завтра. Да, я опять опоздала, — скороговоркой проговорила ревенантка, с ухмылкой отмечая как меняется лицо мужчины. — И да... я нарушила ваш распорядок дня. Ваш традиционный допрос не состоялся! Благодарю за внимание.
Комично поклонившись, словно артист на ярмарке, она села за верстак, не слушая гневного сопения соседа. С вздохом сожаления пришлось снять браслет, а ведь он еще хранил теплое прикосновение юноши. Алейна нежно и осторожно снова провела пальчиками по украшению, положив его ровно посередине стола. Она не сводила с него зеленых глаз, любуясь им с завистью, смешанной с печалью. Подмастерье стала рыться здоровой рукой в ящичках, ища нужные инструменты. Свет причудливо отражался от камней и золота, разливаясь радугой по поверхности стола, ревенантка же словно зачарованная не могла отвести взгляд, ну вот на верстаке оказались различные зажимы.
— Ну-с, мой хороший, пора тебе уменьшиться в размерах, — девушка аккуратно, придерживая браслет сломанной рукой, благо пальчики могли удержать сей предмет на месте, сняла одно звено. Примерив заново украшение, то продолжало болтаться на руке, хмыкнув и покачав головой, барышня убрала еще звено.
— И почему его светлость не захотел рассказать о своей... невесте? Ведь никто, кроме влюбленных, не способен описать ангела своего сердца. Только ты знаешь какой цвет глаз у любимого, как в них отражается луна и звезды, как они блестят от встречи с тобой. А цвет волос, ведь только ты способен их описать. Цвета закатного солнца или серебряной луны. Черны, как ночь или ярче любого золота мира. Украшение стало бы идеальным, а сейчас оно как у всех, ничем не примечательное, — сокрушалась Алейна, откладывая браслет в сторону. Полюбовавшись еще раз на ювелирное украшение и мечтательно улыбнувшись (какие мысли витали в голове юной девушки можно было догадаться по её улыбке и глазам, которые могли конкурировать с блеском камней в мастерской и по тому куда эти самые глаза смотрели, а именно на портрет юноши). Повздыхав и качнув головкой, она начала перебирать бумаги на столе, оказывается здесь оставалась парочка портретов и убитой, и беловолосого вампира, прозванным троллем, которые ревенантка тут же порвала.
«Вернемся к нашим баранам. Столько вопросов и нет возможности тотчас же найти на них ответы. И что же делать? Пойти в полицию... Но как там мне угрожали, они ведь посчитают меня соучастницей. И Айрин — воровка, а вдруг она в чем-нибудь замешана или ее там хорошо знают и тогда получается из-за меня её посадят в тюрьму. Но это ужасно, бедное дитя! С другой стороны, ей грозят пытки, что пострашнее любой темницы. Что же делать? Милсдаря Авеля, если он съехал я во век не найду, как и госпожу Силентию, она не возвращалась, по словам вахтерши, домой. Тролля-графа я искать вообще не буду и расспрашивать его про поиски Айрин, жизнь дороже. Роза, я тебя ненавижу, извини конечно, но нашла кого одаривать. Клирики или... А вот или как раз у меня нет. Надо что-то решать», — Алейна достав чистую бумагу, выводила на ней карандашом круги, треугольники. Приняв решение, она отложила канцелярский предмет и побарабанив пальчиками здоровой руки, барышня подняла голову и кивнула самой себе. Девушка резко встала со стула, чем вызвала вздох со стороны Парсонса и стон боли от уколотого пальца от него же (а нечего наблюдать за соседями). Провидица поспешила в кабинет хозяйки «Фирузы». Позабыв тросточку, из-за чего пришлось передвигаться по стеночке, иначе посетителей магазина ждало бы еще одно представление «валяющийся на полу подмастерье», Алейна через несколько минут влетела к госпоже Амелии со словами:
— Вы совершенно правы, надо идти к клирикам и как можно скорее!.. Извините за шум и за внезапный визит, — ревенантка, покраснев, замерла в дверях, ожидая выговора за неподобающее поведение.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Штаб-квартира гильдии клириков

Отредактировано Алейна Готьер (10.06.2016 19:16)

+3

55

Амелия Аскар, казалось, ни на сантиметр не сдвинулась с места с тех пор, как мазель Готьер покинула ее кабинет. Она размышляла. Исповедь ревенантки не давала ей покоя. Казалось, она что-то упустила, какую-то важную деталь, на которой держится цельность всей картины событий. При всем избытке информации без этой детали (или деталей) все ее выводы и догадки рассыпались, как карточный домик.
«Мало одних видений, — вздохнула вампиресса, постукивая по столу кончиками ногтей. — На видениях ничего не построить. С тем же успехом я могла бы разгадывать преступление с помощью шара судьбы или пасьянса „Косынка“. Некто, кого Алейна видела в трансе, облаченный в темный плащ с капюшоном и символами S и V, удерживает Филиппу в темном подземелье, мучит ее, может даже пытает... Мда-а-а, хорошенькое дельце... — ее взгляд упал на бумаги. — Письмо из гильдии компаньонок, технические задания, с которыми предстоит разобраться до завтра, встреча с тетушкой в гильдии, коллоквиум, обсуждение результатов эксперимента... Но это потом, все потом. Papa верно говорил: проблемы следует решать по мере их поступления. В данный момент важно понять, что означают эти символы — S и V. Что это может быть? Инициалы? Кто в Дракенфурте носит такие инициалы? Сильвестр? Сильвертрам? Селена? Вейн? Векслер? Виктория? А если переставить буквы местами? V и S... Витторио Стрикс! Нет, зачем ему... А если... Если его сестра, капитан Силентия, тоже причастна к этой истории? Нет, не может быть... Впрочем, что толку размышлять?.. Нужно ехать к клирикам».
Как только она подумала об этом, дверь кабинета шумно распахнулась, заставив ее слегка вздрогнуть. В помещение ворвалась мазель Готьер, сопроводив свое вторжение громогласным призывом немедленно ехать в полицию. Выпалив, что мэтресса Аскар, несомненно, была права, ревенантка вдруг вспомнила о манерах, вся раскраснелась, уперлась глазами в пол и приняла вид затравленного зверька. Вероятно, ожидала выговора за свою суетливость. Но Амелия только кивнула:
— Это правильное решение, мазель Готьер. Нужно срочно выезжать. Пригласите ко мне Парсонса, а сами ступайте, наденьте плащ. На улице дождь.
Отослав подмастерье, она аккуратно свернула дела и убрала писчие принадлежности. Ее движения были точны и стремительны, глаза горели решительным огонечком. Напряженная работа ума заставила ее встрепенуться, странным образом придала ей сил и энергии. Будто кто-то заново ее завел, как механическую игрушку. Будто это не она около часу назад заливала печаль постыдной рюмкой ликера.

Алейна ушла тихо и без лишних церемоний, а вот Парсонс наоборот вошел со своим ритуальным раздражающим «тук-тук-тук» (к которому вообще-то давно пора было привыкнуть). Отдав ему короткий приказ поймать кэб, вампиресса причесалась, мазнула под веки крем, чтобы скрыть следы своей меланхолии, накинула на плечи легкий плащ и, заперев кабинет на ключ, поспешила в торговый зал. Пора было разобраться с этим странным делом.

Ревенантка уже ждала ее возле выхода из «Фирузы». Да и кэб подъехал на удивление быстро. Видимо, извозчик дежурил под окнами магазина в надежде поймать щедрых клиентов. Он галантно помог хромоножке забраться на сидение экипажа, послал своих коренастых лошадок крупной рысью и уже через пятнадцать минут довез девушек до штаб-квартиры гильдии клириков.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  Штаб-квартира гильдии клириков

Отредактировано Амелия Аскар (07.06.2016 22:08)

+5

56

Штаб-квартира гильдии клириков  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png(временной скачок в три дня) http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

4 мая 1828 года, 19:00

Вот уже прошло несколько дней с возвращения от клириков, но ничего нового так узнать не удалось. Алейна сидела за верстаком и тщательно вырисовывала новое украшение для одной из дам высшего света. Надо отметить, что девушка выглядела осунувшейся с черными кругами под глазами и почти размотанной шиной на сломанной руке (девушка уже какие сутки не находила себе места от беспокойства и тревоги за бедняжку в подземелье и девочки-воровки). Ревенантка поморщилась, вспоминая как бесновалась госпожа Амелия в карете и потом уже по прибытии в ювелирный магазин долго мерила шагами кабинет и называла лейтенанта Харриса надутым индюком. Парсонс до сих пор злился и обижался на коллегу, когда та отказалась ему рассказывать о случившемся, не говоря о мастере Джафаре. Когда сей милсдарь вернулся в мастерскую и увидел мазель Линдэр в таком виде при сломанных конечностях… в общем была нескучная ночь с дикими воплями и угрозами (Джафар аль Гиеди трижды писал заявление об уходе, так как он не способен работать с теми, кто не жалеет себя и его, естественно потом мужчина просто бежал к хозяйке и рвал документ). 
— Я совершенно не на что не способна! Ну почему я не сильная как милсдарь Авель или тролль и даже хоть чуточку не такая как госпожа Силентия. Тогда я бы ух! Показала бы всяким сомнительным личностям как похищать девушек, — корила себя барышня, она горестно вздохнула и с утроенной силой взялась за эскиз, который отказывался получаться как надо. — Может отправиться искать самой Айрин. Нет, тогда мне точно наступит конец. Алейна вспомни твой первый день в городе. Ты же в первой подворотне и попадешь в приключение. И рядом не окажется твоих знакомых.
— Опять разговариваете сама с собой, Готьер? — раздался голос из соседнего стола. — В «Фирузе» не даром считают вас странной.
— Этим слухам, думаю, поспособствовали вы, Парсонс. Не так ли? — подмастерье подняла зеленые глаза на говорившего.  — И Парсонс вы можете оставить меня в покое, в вашем распоряжении всегда мастер Джафар. Не забудьте сегодня придет эта мадам и начнет требовать свое колье из голубых опалов.
Барышня выразительно посмотрела на незаконченное украшение, лежащее на столе у мужчины. Парсонс буркнул себе под нос о заносчивости некоторых мазелей и начал усердно, даже слишком (стружка летела во все стороны), обрабатывать благородный металл. Ревенантка же вновь наклонилась к бумаге, линии получались не ровные и ювелирное изделие выглядело не самым лучшим образом. Показывать такой шедевр не стоило, иначе опять будет скандал, как с браслетом. Обратив внимание на упомянутое украшение, из-за которого недавно посетил магазин юноша с синими глазами (муза Алейны), подмастерье густо покраснела, ведь он же должен был забрать изделие.
Девушка вязла браслет и аккуратно выбравшись из верстака, направилась в сам магазин.
— Я исправила его, как просил клиент, — сказала Алейна продавщице, кладя украшение на прилавок. — Цена остается та же. Можешь в коробочку положить и оставшиеся звенья.
Девушка достала бархатную коробочку и уложила украшение. Браслет сверкал в свете ламп, словно радуга, оказавшаяся в руках.
— Тебя позвать, если придет тот мужчина за браслетом? Мне кажется, что кто-то кому-то нравится?  — лукаво спросила продавщица, еще и подмигнула ревенантке. От чего та стушевалась и замерла на пару секунд.
— Н-н-не надо меня звать, если, конечно, снова что-нибудь не устроит в браслете... И его светлость мне совсем не нравится, не говори глупостей. Ты же знаешь кому подарок,  — промямлила подмастерье, с грустью и печалью разглядывая браслет.
Тут звякнул колокольчик на двери, возвещая всех о приходе нового посетителя.

Отредактировано Алейна Готьер (11.06.2016 16:37)

+1

57

Штаб-квартира гильдии клириков http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png «Вилла грёза», имение клана Аскаров http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png (временной скачок в три дня) http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

4 мая 1828 года, 19:00

Как оказалось, это был вовсе и не посетитель, а посыльный, которому было велено вручить хозяйке «Фирузы» письмо. Перешагнувший, под тонкий мелодичный перезвон колокольчика, порог ювелирного магазина молодой человек замер, восхищённо осматривая обстановку. На лице его явственно читалась некая растерянность, смятение, и в то же время восторг от увиденного великолепия. Куда его только не заносила нелёгкая по служебным делам, но в такую обстановку он явно попал впервые.

Из лёгкого ступора его вывела прелестная (а как же иначе, разве могут быть в этом «дивном саду» иные?) девушка, вежливо поприветствовавшая юношу. Макфлай тряхнул своими медными кудрями, словно прогоняя с себя наваждение, и, откашлявшись, как можно более сдержанно пояснил, что у него имеется важное личное послание для мазель Аскар. Он даже продемонстрировал аккуратно запечатанный конверт из серой плотной бумаги, на котором ровным аккуратным почерком был выведен точный адрес и полное имя владелицы «Фирузы».

- Велено передать сегодня как можно скорее и лично в руки, - парнишка упрямо поджал губы, будто предвидел, что прелестница за прилавком будет настаивать на том, чтобы письмо он отдал ей, а не искомой госпоже. – Не могу иначе, у меня приказ.

- Я не могу оставить зал, ты же знаешь, - продавщица вопросительно глянула на замершую Алейну, - проводишь к мазель Аскар? Она уже у себя, и посетителей у неё, вроде бы, сейчас нет.

0

58

Итак звонко и переливчато тренькнул колокольчик, Алейна на миг замерла и забыла как дышать. «О, Роза! Неужто пришел раньше времени! А я убежать не успела», — птицей пролетела мысль в голове, а ноги начали действовать, разворачивая свою хозяйку не к мастерской, а прямо к двери. Ревенантка присмотрелась к вновь вошедшему и облегченно вздохнула, перед ней стоял совсем мальчик, державшийся так будто выполняет какую-то важную миссию (лицо серьезное до жути, грудь колесом). Подмастерье ласково ему улыбнулась, наконец оставляя браслет в покое и отходя от прилавка. Продавщица уже пулей успела выскочить и во всю расспрашивала юношу о цели прихода. В руках сей посетитель держал конверт и рвался к хозяйке ювелирного магазина.
—  Велено передать сегодня как можно скорее и лично в руки. Не могу иначе, у меня приказ, — совсем как взрослый милсдарь, произнес посыльный.
— Я не могу оставить зал, ты же знаешь, проводишь к мазель Аскар? Она уже у себя, и посетителей у неё, вроде бы, сейчас нет. — на предложение продавщицы девушка часто-часто закивала головой, есть повод уйти с опасного места.
— Будьте так любезны, ступайте за мной, милсдарь, — серьезно проговорила Алейна, пряча улыбку. Нога, благодаря знакомому троллю, потихоньку заживала и уже барышня обходилась без тросточки, так что путь от прилавка до кабинета мэтрессы Аскар занял не очень много времени.
Постучав о закрытую дверь, ревенантка, после приглашения войти, аккуратно прошла в кабинет, попутно заводя сюда же юношу.
— Госпожа Аскар к вам милсдарь с письмом, сказано вручить лично в руки, — девушка сделала книксен, левой рукой подталкивая посыльного вперед, ближе к столу.

Отредактировано Алейна Готьер (04.07.2016 19:04)

+1

59

Вот уже несколько дней подряд аскарессу терзали тревожные мысли. Они роились в голове, мешали сосредоточиться на основной работе, настойчиво требовали к себе внимания, заставляя Амелию вновь и вновь возвращаться к ним. Медальон… Филиппа… Таинственный похититель… Листы ежедневника были исписаны её именем, овиты орнаментом, что был на медальоне. За всё то время, что загадочный артефакт провёл у хозяйки «Фирузы», она успела изучить его достаточно хорошо, чтобы воспроизвести на бумаге почти все детали. Однако всё это не помогало. Сколько не думала она над этой загадочной чередой событий, сколько не пыталась проникнуть в тайный замысел нечистых на руку прохиндеев, всё было без толку.

В великом раздражении мазель Аскар отбросила от себя перо и, подперев кулачком подбородок, принялась сверлить задумчивым взглядом пространство перед собой. Это было то самое состояние, когда ничего не привлекает твоего внимания, когда сознание становится рассеянным, а время начинает тянуться медленно, тягуче, словно сливочная ириска из кондитерской мадам Монпасье. Слишком многих деталей не хватало для того, чтобы картина произошедшего стала цельной и наконец-то раскрыла свой секрет для заинтригованного зрителя.

Из состояния своеобразного транса Амелию вывел осторожный стук дверь. Как оказалось, это Алейна привела с собой хрупкого, немного напуганного, но чрезвычайно серьёзного юношу. И не успела вампиресса вопросительно изогнуть аккуратную бровь, как подмастерье разъяснила цель этого странного визитёра.
- Что ж, давайте посмотрим, что вы мне принесли, - расписавшись в извещении о получении, мазель Аскар требовательно протянула руку. Получив письмо и бегло пройдясь по скупым строчкам внимательным взглядом, аскаресса взволнованно замерла. Так значит, это была не шутка… Нет-нет, идти туда одной совершенно невозможно, иначе одной Розе известно, чем это может всё закончиться. - Мазель Готьер, проводите посыльного, а после будьте добры вернуться в мой кабинет. У меня будет к вам одна личная просьба…

+1

60

Юноша совсем остолбенел на пороге, разглядывая кабинет и хозяйку ювелирного магазина. Алейна ждала с нетерпением, все-таки хотелось поскорее приступить к новому украшению и как можно незаметнее пройти мимо прилавка. Ну вот наконец госпожа Амелия получила письмо, которое было велено «вручить прямо в руки», и быстро вскрыла конверт.
— Мазель Готьер, проводите посыльного, а после будьте добры вернуться в мой кабинет. У меня будет к вам одна личная просьба, — проговорила мэтресса Аскар. «Личная просьба? Что случилось? Во что я опять вляпаюсь?» — ревенантка изогнула бровь и нервно прикусила нижнюю губу.
— Следуйте за мной, милсдарь. — Подмастерье развернулась в сторону двери. Посыльный нехотя последовал за девушкой, судя по всему ему не хотелось покидать сей кабинет и вообще магазин. Барышня покачала головкой (неизвестно как живет этот мальчик) и тут же вспомнилась Айрин. «Где она сейчас? И все ли в порядке с бедняжкой?»
Через несколько минут, хвативших чтобы проводить посыльного и вернуться, Алейна снова стояла перед хозяйкой «Фирузы».
— Чем могу быть полезна, госпожа Амелия?

+2


Вы здесь » Обитель вампиров » Главный проспект » Ювелирный магазин «Фируза»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC