Дракенфурт

Объявление

Добро пожаловать в «Дракенфурт» — легендарный мир с трудной и славной девятилетней историей! Мир слишком живой и правдоподобный, чтобы обещать полное отсутствие всяких правил, но завлекающий, будоражащий писательские умы, как сладостный опиумный морок.
В данный момент мы проводим реконструкцию форума в стремлении упорядочить его, придать ему черты полноценного художественного произведения. Совсем скоро продуманный до мелочей, реальный как никогда «Дракенфурт» раскроет гостеприимные объятия для новых героев!
Если вы впервые на нашем форуме и не знаете, с чего начать, рекомендуем почитать вводную или обратиться к администрации. Если у вас возникли вопросы, вы можете без регистрации задать их в гостевой. :-)
Сегодня в игре: 17 мая 1828 года, Первый час людей, понедельник;
ветер юго-западный 4 м/c, ясно; температура воздуха +15°С; полнолуние

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дракенфурт » Мировой океан » [о. Аль-Матрас] Тюрьма особо строгого режима


[о. Аль-Матрас] Тюрьма особо строгого режима

Сообщений 1 страница 30 из 51

1

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/35-Mirovoj-okean/alm.png

Тюрьма Аль-Матрас — не просто тюрьма, а целый тюремный город на острове-скале, обнесенный исполинскими стенами. Основных корпусов тут пять, дополнительных, обладающих повышенной степенью изоляции, как говорится в протоколах, — два: северный и южный. Северный допкорпус — это исправительная колония, то есть богадельня, куда ссылают на принудительное лечение пойманных диких гулей, достигших терминальной стадии одичания или уже близких к тому. Расположена она в пятиэтажном здании, от сырости сплошь поросшем лишаем и мхом, которое в народе прозвали «вытрезвителем». Южный допкорпус — стоящая особняком массивная громадина, больше похожая на крепость, нежели на тюрьму, с высокими внешними стенами и широким внутренним двором — целый укрепленный бастион. В народе его называют «толчаком». Здесь держат наиболее дерзких и опасных преступников до тех пор, пока суд не вынесет им обвинительный приговор, осуждающий, в основном, на смертную казнь.

Вытрезвитель принимает своих пациентов уже третий век подряд. Благо — их не так уж много: большинство пойманных отправляются в подземные чертоги Моргота еще при задержании.

Дракенфуртские власти утверждают, что попавшие сюда пациенты — настоящие счастливчики. Это место, — говорят они с ехидным смешком, — настоящий курорт: длинные коридоры с паркетным полом, пахнущие медикаментами, лечебными эликсирами, кровью, лаком и смолой; многочисленные вазоны в горшках по всей территории лечебницы: фикусы, розмарины, туи; воспитанные, хорошо инструктированные санитары, следящие за порядком и на свой лад даже заботящиеся о пациентах — санаторий и ничего больше! Нормированный режим, двухъярусные койки, камеры с крепкими дверьми...

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/35-Mirovoj-okean/alm1.png

Однако все это лишь обертка.

Посмотрим правде в глаза — здесь тюрьма. Зарешеченная темница с камерой пыток для тех, у кого якобы есть шанс на выздоровление. Вот только вряд ли хоть один гуль, однажды сюда попавший, будет вылечен и выпущен на свободу. Медперсонал сделает все от него зависящее, чтобы этого не произошло. Правительству не выгодны излеченные гули — правительству нужен материал. Каждый гуль, сюда попадающий, — это материал. Бесполезный, дряхлый, отработанный, не годный больше ни на что... кроме зверских алхимических экспериментов. Само собой, строго засекреченных.

Все дикие вампиры в лечебной колонии превращаются в подопытных зверушек. Порой такая жизнь хуже, чем смерть. Порой гули жалеют, что не дали себя убить при задержании. Порой... Но никто подопытных об этом не спрашивает.

Благодаря расположению на острове-скале Аль-Матрас защищен бескрайним морем со всех сторон. Сбежать? Вы, право, шутите, даже закаленный вампир не сможет доплыть до суши. Ни силенок, ни энергии не хватит. Заключенных тут пичкают какой-то притупляющей реакции отравой, добавляемой во все тюремные блюда. В народе она зовется «апатией». Стены камер из толстого камня и небольшое окошко — еще один угнетающий плюс к психическому состоянию. Захочется ли вам бежать? Сомневаюсь. Заранее зная, что вы просто утонете в море. Аль-Матрас — тюрьма для осмысления и принятия собственных ошибок. Вам остается только молиться. Святая Роза, помоги.

+1

2

[Дракенфурт] Замок Алукарда  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Металлическое судно приближалось к острову, тяжелый тепловой двигатель шумел и пыхтел выбрасывая в воздух темные куски дыма и пепла. Цепи которыми были скованы задержанные вампиры и люди гремели под действием качки.
Резкие звуки сильных ударов волн о металлическую карму не давал забывать задержанным, что жизнь их вскоре изменится, станет не такой распущенной и свободный. Анна открыла глаза и обнаружила себя лежащей на холодной стали полу, прикованная цепями к стене.
«Где я?» — первые мысли пробежали в тяжелой голове юстиицара, теперь наверное уже бывшего юстициара, но это волновала девушку меньше всего, сейчас ей важнее было узнать что случилось. Скованные руки и ноги, следы крови на пальцах и одежде, заставляли Анну вспоминать то ужасное убийство которое она совершила ...
— Черт! — закричала она и схватилась руками за голову.
— Так так... Вспомнили небось? Типичное поведения преступника совершившего преступление под действием психотропных средств, — пробормотал один из стражей, который ходил среди многочисленных рядов задержанных. — Был бы я судьей, всех бы на кол посадил ублюдки, — весьма грозные слова произнес надзиратель, после чего набрав слюны в рот плюнул прям в лицо Анне.
На что Анна среагировало весьма спокойно: вытерла рукавом лицо, бросила задумчивый взгляд на стража и задумалась еще сильнее. Она пыталась полностью восстановить картинку прошлого.
А пока девушка пребывала в недоумение, что она делает среди всех этих отбросов, корабль приближался все ближе и ближе к тюрьме Аль-Матрас.

Отредактировано Наринго Анна (26.08.2010 02:10)

0

3

[Дракенфурт] Замок Алукарда  http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png

Холодный стальной пол и ржавые стены не самая подходящая обстановка для аристократа вроде Дитриха что прибывал в глубоких раздумьях. Несмотря на будущее не сулившего ничего хорошего и приятного Дитрих был скорее в приподнятом настроении. Сила юстициаров попросту очаровала вампира, всю жизнь он мечтал обучится чему то подобному и не важно где, в роскошном особняке, на ржавом судне или же в тюрьме для гулей — созданий которых он так ненавидел, он хотел силу.
По прибытию на корабль он снял и выбросил маску и шляпу а так же выбросил бы и весь костюм если бы мог ведь он был неудобным и еще до прибытия на корабль был порван в некоторых местах. Дитрих был прикован цепями к стене, в окружении грязных, слабых и жалких людей и полукровок. Что забыл он, чистокровный вампир, наследник клана Аквелон в этом гнилом месте.
Неподалёку от себя Дитрих заметил юстициара, вернее уже не юстициара из-за которой он сейчас готовится принять новую жизнь на острове Аль-Матрас. Она выглядела уставшей, спокойной и сдержанной, не такой распущенной как всегда.
«Может быть она поняла ? Зачем это все?» — Думал вампир осматривая девушку.
Но корабль дал очередной гудок о скором прибытии на остров.

Отредактировано Дитрих Аквелон (26.08.2010 02:30)

0

4

Мысли были тяжелое и непонятные, зачем и почему так случилось Анны не понимала, и она могла думать об этом весь день, но громкий звук а затем и крики людей, символизировали что корабль пришвартовался к причалу.
Вскоре открылись ворота, всех отстегнули от стен и один за другим начали выводить на причал, где стоял весьма строгий надзиратель с заметной сединой по бокам.
Когда все ряды задержанных были выведены на твердую землю, они предстали перед взором седого стража, чей взгляд можно было сравнить только с хищным зверям, который был готов напасть на первого встречного.
А заключенные смотрели на него словно беспомощные жалкие и скованные в цепях кролики, которым только и остается, что прыгнуть в пасть зверю. И Анны была в рядах токовых, ее взгляд был уткнут в землю, а волосы закрывали лицо полностью — вид полного отчаянья.
— Слушайте сюда! — пробудил всех вокруг голос стража. — Вы все попали сюда, потому что суд признал вас виновными, или же ваша вина очевидна. Я главный на этом острове и в мои обязанности входит принимать каждый день вот такие подарки из столицы как вы! — строгий, громкий и впечатляющий голос звучал в ушах каждого на причале. — И я хочу, чтобы знали: вы — скот! Все ваши права как личность заканчиваются здесь, как только вы ступили на эту землю, вы стали пустым местом, и никто меня не будет винить в убийстве пустого места. Понимаете о чем я?- зловещая улыбка пробежала по его лицу, после чего страж скомандовал — Ведите их в камеры!

Тяжелый звук скованных ног поднимающихся в гору, чтобы надолго сесть на холодный пол камерных стен.
И вот дойдя до тюрьмы, Анну повели в одну из камер тюрьмы, девушка была занята мыслями, чтобы проследить где ее камера, на каком этаже, и с кем ее разделит.
— Меня предупредили, что ты опасная убийца, поэтому ты будешь постоянна прикована к стене в одиночной камере, — сказал сопровождающий стражник, после чего приковал Анну, вышел и запер дверь.
А девушка тем временем осталась одна стоять у стены, наедине со своими мыслями о прошлом.

0

5

Снегопад, нулевая температура и толпа народу идущие в гору словно на казнь. А может и на казнь, кто знает что ждет всех этих существ впереди.
Запугивание и спектакль были на троечку поэтому Дитрих даже не обратил внимание а лишь бросил взгляд наполненный призрением на так называемого «главного» когда проходил мимо. Этот взгляд дворянина и аристократа буквально на мгновение втоптал его в землю и показал каким отбросом он на самом деле является раз обязан проводить этот спектакль изо дня в день, как он сказал. Главного этот взгляд так разозлил что он обнажил меч и был уже готов напасть но что-то его остановило. Дитриха отнесло от него потоком людей и он успел лишь напоследок бросить старику дерзкую ухмылку будто говорящую что эти стены долго не продержат его. После того как вампир уже прошел солидное расстояние от надзирателя тот скомандовал своему подручному что-то насчет Дитриха но никто этого не расслышал.
По прибытию в саму тюрьму Дитрих был поселен в одиночной камере. Дверь закрылась на замок и вампиру ничего не оставалось кроме как осмотреть эти четыре стены и стальные прутья. Оказалось что он был в соседней камере от попутчицы юстициара имя которой, как это не забавно, он до сих пор не знал. Он расположился на кровати, если это конечно можно было назвать кроватью а не тряпкой на трех пружинах и остался наедине со своими мыслями.

0

6

«Зачем я сделала это? Зачем я отняла жизнь этого человека? Что черт возьми на меня нашло!» — бегали самокритичные мысли в голове Анны, от которых сердце билось быстрее, кровь становилась гуще, а из глаз струились слезы отчаяния. — «У меня была приличная должность в гильдии юстициар, у меня были чистые руки! А теперь они в крови», — самосуд Анны переходил все границы.
— Они в крови! И теперь их не отмыть! — практически голос вампира, который находятся на грани, звучал из камеры. Казалось, если дать ей возможность, то она убьет себя. Холодный пол, холодные оковы, мрачная обстановка вокруг внушала отчаянье. А постоянно проходящие охранники по коридору полностью отбивали мысль о побеге.
— Что теперь делать? Каков мой срок? Пожизненный? — тихо шептала она, видимо, находясь в небольшом бреду после сотрясения.

0

7

Мысли о невероятной силе юстициаров на балу никак не оставляли Дитриха. Он знал что это был телекинез но он не знал как овладеть им. Он никогда не развивал свои способности как вампира лишь скоростное перемещение.
В это время охранник, надзиратель, один из тех что делают обзор камер практически каждую минуту подошел и просунул под прутьями «обед» Это выглядело примерно так: кусок хлеба и что-то на подобии супа но очень густого. Вид этого вызвал моментальное отвращение у аристократа и он как только охранник удалился, вылил все это за пределы своей камеры. Но он оставил миску и ложку которые идеально подходили к занятию свободного времени в тюрьме, которого по всей видимости было предостаточно. Вампир решил использовать время с пользой и тренировать свои телекинетические способности. Он сел в угл камеры на землю и поставил миску и ложку перед собой. Сначала он даже не знал с чего начать и просто разглядывал предметы пред собой. Прошло некоторое время и талант Дитриха начал медленно но верно проявятся. После четырехсот лет сна начали пробуждаться способности Дитриха к телекинезу. Через примерно 30 минут он уже мог медленно волочить ложку по полу и с каждой минутой чувствовал он себя все более уверенно. Через полтора часа ложка уже левитировала перед лицом Дитриха но лишь надзиратель приблизится к камере аристократ сразу же прерывал контроль. Часы упорных тренировок дали свои плоды, но все тренировки еще были впереди. Теперь через четыре с половиной часа тренировок Дитрих мог свободно перемещать ложку и миску по всей комнате и управлять каждой по отдельности. После столь упорных трудов вампир добился впечатляющих результатов для столь короткого срока, но он чувствовал что для того что бы поднимать что то более тяжелое чем миска с ложкой, для того что бы перейти на следующий уровень уйдет намного больше времени. Он был истощен и был вынужден прекратить свои тренировки на этот день.

Отредактировано Дитрих Аквелон (26.08.2010 03:52)

0

8

Прикованная к стене девушка выглядела полностью убитой беспомощностью, выглядела она жалка, и трудно было представить, что совсем недавно она стояла в рядах тех самых гордых юстициар.
Вскоре один из стражей подложил сквозь металлические прутья еду, в виде куска хлеба и чего то густого в чашке вместо воды.
— Как по твоему я доберусь до еды! Открой мои оковы идиот! — прорычала Анна на стража.
— Никого это не волнует, и приказа об освобождение не было, — с этими холодными словами, беспощадный сторож удалился прочь в темноте длинного коридора.
Анна опустив голову стала бормотать, что-то непонятное себе под нос, а затем резко подняв голову закричала:
— Снимите с меня эти чертовы оковы!..
Ее слова были наполнены страданиям, ведь она скована с холодной стеной уже почти целый день.

Отредактировано Наринго Анна (26.08.2010 20:53)

0

9

Время шло, тянулось как казалось тянулось все в этой тюрьме. Все происходило медленно и периодично. За дверью один стражник ходил взад — вперед и монотонный стук его ботинок об каменный пол уже стал привычным. Неизвестно, сменялись ли стражи вообще или же один охранник ходит, наверное уже машинально туда сюда несколько часов.
Но за дверью, в камере Дитрих восстановил силы и уже возобновил тренировки. Его цель была получение силы схожей с той что использовали юстициары но до этого было еще очень далеко и именно это подталкивало его ускорить упражнения. На данный момент он мог поддерживать ложку и миску в воздухе и передвигать их по камере но это было практически ничто. Масса этой миски и ложки была настолько мала что неудивительно что научится контролировать столь простые предметы было не самым хитрым делом. Теперь вампир сосредоточился на деформировании данных предметов. Через пол часа он уже мог согнуть ложку вдвое но с миской все обстояло намного сложнее. Миска была округлой формы что придавало ей прочность в отличии от ложки и на деформацию ее уходило намного больше времени. Час, два часа, три часа пролетели незаметно. Как для Дитриха так и для миски которая так и осталась в целости и сохранности. Но на четвертом часу и она стала поддаваться, края начали медленно загибаться внутрь издавая при этом не самый приятный скрежет. Края продолжали медленно загибаться понемногу и это продолжалось около 10 минут после чего в сопровождении громкого хлопка миска изменилась до неузнаваемости. Она полностью сжалась к своему центру превратившись просто в комок металлолома с торчащими острыми краями.

0

10

Анна скованная стальными цепями продолжала висеть на стене, и ни один из проходящих охранников не обратил внимания на ее стоны и жалобные крики о помощи, она кричала разное, что ее руки затекли от столь продолжительного статичного положения, что она не может добраться до принесенного уже давно обеда, от которого девушка испытывала отвращения даже будучи в состояние полнейшего голода. Она чувствовала, что ее желудок начинает переваривать сам себя, и это было чувство от которого хотелось блевать, блевать тем самым желудочном соком который так тщательно переваривает своего хозяина внутри девушки. И вот спустя некоторое время, Анна испытала первые рвотные приступы, они заставляли девушку судорожно извиваться на стене, и это продолжалось около минуты после чего желудочный сок все таки вышел через рот девушки и с плеском упал на холодный камень пола ее камеры. Девушка почувствовала облегчение, от чего она открыла глаза и посмотрела вниз, там где красовалась небольшая разбитая в дребезге лужа того самого желудочного монстра.
— Ну что, тварь, будешь теперь разъедать этот пол, — шепотом начала говорить с лужей, и это можно было назвать сумасшествием, а можно отчаяньем, но того и другого у Анны хватало в меру, чтобы объединить эти два слова и сказать «павшая в своих же глазах».
— Ну сколько можно? Почему охрана не хочет снимать меня с цепи? — тихо шептала себе под нос девушка, доведенная до такого состояния, что в голове уже не хватает места, чтобы ограничатся только мысленными вопросами к самой себе, и сейчас она изрекала любую мысль рожденную в ее голове в слух, именно это символизировало о ее плачевном физическом и духовном состояние. С каждой минутой состояние ухудшалось: руки отнимались, холодный пот выступал, а лицо становилось бледнее чем обычно.
Ну вот мольба Анны была услышана Ледой — деревянная дверь со скрипом отворилась и в камеру к Анне зашли три стража с видом вновь пришедших гостей.
Зрачки девчонки расширились словно долгожданная мечта сбылась, она приоткрыла рот и секунд пять не могла сказать ни слова, как тем временем стражи переговаривались между собой:
— Так это она? — сказал более высокий вампир, это был тот самый начальник тюрьмы который произносил речь по прибытию сюда на остров.
— Да, та самая убийца из замка Алукарда, — сказал второй вампир более низкий ни только ростом но и по званию.
А девушка только и могла, что смотреть и пытаться сказать:
— Откройте мои оковы, — медленно и заикаясь говорила она.
— Заткнись, тварь, — злобно прорычал начальник и прервал обессиленную Анну сильной пощечиной тыльной стороной руки. От чего девушка прижалась еще сильнее к стене, а слюни из орта полетели куда то в сторону. Сопровождающие стражи начальника переглянулись и сглотнули от ужаса.
— У такой, как ты, нет права даже смотреть на меня, — медленно словно пытаясь усмирить гнев внутри себя говорил начальник тюрьмы. Затем сильные его руки схватили голову девушке, а глаза словно ястребиные уставились на нее. Анна некоторое время не смотрела ему в очи, но вскоре не выдержали и взглянула.
Последовала еще одна пощечина в стиле начальника: болезненная и мощная, словно удар производили объектом с большой действующей площадью.
— За что? — ели ели выдавила из себя избитая девушка, но как это не странно ее слова были проигнорированы всеми стражами, лишь испуганные глаза сопровождающих и яростные глаза капитана говорили с Анной в тот момент. Девушка читала в них злостные намерения, капли неуверенности и страх. Все это разгоняло впредь застывшую кровь преступницы.
После небольшой паузы капитан скомандовал:
— Открыть оковы, — громкая и четкая команда без единой капли сомнения вызывало у стражей неуверенность, они переглянулись, а затем один из них рискнул ответить.
— Капитан... Она же убийца юстициара, — неуверенный голос стража говорил, а уверенные глаза капитана наполнялись кровью.
— Этот юстициар с дыркой в голове мой сын! Живо снимай оковы с этого куска мяса! — рычал начальник словно бешеный пес на цепи, которого дразнили сочным куском мяса. От этого вида стражи мигом бросились исполнять приказ, они освободили бедную девчонку от цепей державшие ее в заточение уже целый день. Анна свалилась на колени, рук она не чувствовала и поэтому они болтались словно не живые.
Два стража подошли ближе к девушке, чтобы поднять ее и преподнести ее на суд перед отцом убитого ею вампира. Но Анна оказалась не так уж обессилена как казалось окружающем, она мигом нанесла удар нагой стражу в сгиб колена, от чего тот свалился на пол. Второй страж сразу среагировал отойдя в сторону и схватившись за ручку меча.
— Вы совершили ошибку, сняв с меня цепи, теперь вы все кончите как тот юстициар, — злобно произносила она, будто пытаясь посеять страх и тем самым ослабить врага.
— Моя нога! — кричал один из гостей Анны в дальнем углу, чей крик заставил одного из стражей обернутся, предоставляя отличный шанс для нападения, как Анна и сделала, она резко приблизилась к молодому стражу пытаясь отобрать его оружие, но ее постигла неудача в лице капитана, который поймал ее за обе еще слабые руки.
— Назад ребята, она моя, — медленно с явной видимой жаждой мести командовал капитан.
— Ты думаешь справится со мной старикашка, — с такой же видимой насмешкой произнесла она, надеясь сейчас же вырубить его своими свободными ногами.
Но к всеобщему удивлению, капитан начала изменятся: его глаза начали наполнятся кровью, становясь все меньше и меньше похожие на вампирские, его рост начал увеличиваться на глазах, руки покрывались серой шерстью с необыкновенной скоростью. Он начал превращаться в оборотня.
Руки Анны которые он держал, стали похожие на зубочистки в его когтистой хватки, удар нагой который она совершила под действием страха не принес никакого результата, а лишь покалечил. Эта морда волка, готовившая разодрать девушку в клочья, смотрела прямо ей в глаза будто обдумывая дальнейшие действия.
Анна почувствовала отчаянья, что ее жизнь кончится здесь, в этой богом забытой дыре, и ее останки еще долго будут переваривать в животе этого монстра.
Но опять же, на удивление всем, этот одержимый местью монстр совершил поступок который никто в комнате не ожидал. Выпустив когти побольше, он словно нож по маслу сорвал всю одежду Анны, что прикрывала ее хрупкое тело. При этом он нанес сильнейшее ранение девушки в виде пяти порезов на теле, которые начинались у бедра и заканчивались у шее. Монстр схватил девушку за шею и приподнял ее над землей. Кровь выступила и начала стекать на пол по обнаженному телу Анны.
Она умудрялась только стиснув зубы стонать от боли, а животное, которое так наслаждалось местью, начало осуществлять в жизнь следующий поступок отмщения: схватившись за плечи девушки он прижал ее к себе, ногами раздвинул ее хрупкие словно зубочистки ноги, и начал совершать с ней половой акт из злобных побуждениях мести.
Огромный звериный член начал входить в миниатюрное и чрезвычайно хрупкое тело девушки, от чего мгновенно пошла кровь, которая в процессии стекала по ногам в низ, оплетая их словно дикие лианы. Началась агония которую девушка испытывала в первые: ее стоны перешили в крики, она не могла больше сдерживать это страдание в себе, и этот откровенный крик помогал ей справится с муками. Стражники которые в полу застывшем состояние наблюдали за деянием своего капитана удивлялись, их переполняло много вопросов, и одним из них был «Этот монстр точно наш капитан?». Все заключенные на этом этаже, с интересом слушали крики и рычания, все больше удивляясь происходящему.
Анна понимала, что рано или поздно ей придется заплатить за содеянное, но такого она себе не могла представить даже в кошмарном сне.
Вскоре монстр начал приостанавливаться, потихоньку замедляясь он отпускал Анну. Для девушки это было облегчением, ведь если бы еще чуть-чуть — она бы неминуемо умерла.
Но как оказалась он отпустил Анну потому, что произвел оплодотворение, и Анна падая на пол в свою же лужу крови чувствовала как ее тело наполнено семенем оборотня.
Полностью удовлетворив себя, монстр начал приобретать вампирскую форму вновь. Напуганные стражи взглянули глазами полного страха на своего капитана, который голый стоял по среди камеры с довольной ухмылкой на лице. Начальник тюрьмы оглядел девушку, которая сжавшись лежала в собственной луже крови, обеими руками схватившись за изуродованное монстром влагалище, из которого еще продолжала сочится кровь вперемешку с различными физиологическими жидкостями. На вид она еще дышала.
— Теперь ты больна ликантропией, если ты надумаешь превратится, — мы тебя убьем, если конечно ты не сдохнешь сейчас, мразь! — проговорил капитан, после чего все гости удалились из камеры Анны, оставив ее умирать. И это был первый опыт девушки общения с оборотнем, и далеко не самый приятный и ожидаемый.
Теперь бывшая юстициарка лежит на холодном камне в одной из самой строго охраняемой тюрьме мира, и никто о ней не вспомнит. Разве, что охранники вспомнят ее когда увидят кровь, которая просочилась под дверью камеры и вытекла в коридор, в виде отдельных маленьких ручейков.

+5

11

Перекрестив ноги и прикрывая холодными руками свежие раны Анна сидела в углу, опираясь спиной на ледяной камень стенки, сидя на собранных ею тряпок оставшихся после последнего визита капитана. Сжавшись от холода она опустила голову почти до самого пола, ее черные волосы расстилались на полу, в некоторых местах касаясь той кровавой смеси в центре камеры. Ее обнаженное тело тряслось от холода и боли, которую ей причиняли серьезные раны от когтей, которые распространялись от самого бедра и до груди — выглядело ужасно и нуждалось в немедленной медицинской обработки. Но эта тюрьма лишена контроля за заключенными, в этих стенах о них все мгновенно забывают, а тем более кто окажет заботу жестокой убийцы.
«Я чувствую, как мое тело разлагается изнутри, я чувствую, как боль медленно разрушает мой разум... Я чувствую, как моя кровь обращается в волчью, как она становится гуще, жарче и тяжелее», — под тяжелом прессом агонии размышляла она в своей темницы.

+1

12

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Mirovoj-okean/1.png

Часов у девушки не было, возможно, прошли минуты, часы, а может, и дни, которые она провела лежа на холодном полу темной камеры. Лишь писк крыс немного рассеивал каменную тишину подземелий. Крыс пришедших полакать крови израненной девушки, даже можно было почувствовать как их маленькие шершавые язычки касаются ее кожи слизывая кров. Тут в коридоре послышались шаги. Твердые, властные, могущие принадлежать тем кто не боялся темных казематов, заточения в холодном камне. Шаги приближались все ближе, ближе. Наконец остановились как раз за дверью камеры заключенной. Лязгнул замок. Дверь приоткрылась впуская в малюсенькую камеру темные лучи чадящего факела. В нескольких сантиметрах от лица девушки звякнула миска. В ней лежал кусок хлеба, яблоко и вареная картошка.
— Поешь, — послышался вкрадчивый мужской голос. Лица говорящего не было видно, отбрасываемый свет факела слепил девушку. Рядом с миской плюхнулось небольшое одеяло. Стражник сделал шаг в сторону двери..

Отредактировано Билли (14.10.2010 23:28)

+2

13

Шаг за шагом было слышно, что кто-то приближается в темноте каменных коридоров, которые звучали редко в этой части тюрьмы, но все таки они звучат, звучат но редко и сейчас именно этот момент. Все узники взмолились и начали прислушиваться к звуку, ожидая, что именно их дверь распахнут, чтобы те могли поведать им свои проблемы и требования, ну или хотя бы хоть ни на долго отдалится от одиночества.
Но шаги остановились именно за дверью Анны, затем дверной замок щелкнул и дверь открылась. Яркий непривычный свет осветил темницу, и словно лепестки цветов тянутся за солнцем, глаза девушки начали подниматься к свету.
— Поешь, — произнес страж и тихо подал еду и одеяло, что было само по себе не понятно... Обычно охранники кидают еду на пол, да и одеялами не кидаются.
Анна оглядела подарки, затем попыталась рассмотреть лицо гостя, но яркий свет факела слепил ее, поэтому лицо доброго стража оказалось загадкой для раненой узницы.
— Вы не похоже на остальных, неужели вы не боитесь быть в одном помещение с убийцей? — медленно и обессиленно произнесла Анна.

+1

14

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Mirovoj-okean/1.png

Силуэт стражника замер на выходе.
— Потому что выхода отсюда нет. Даже если вы убьете меня, — в голосе стражника сквозила печаль, тоска. — Эти каменные слишком холодны, и бездушны, — тихо проговорил он.
Тень пошевелилась, свет упал на немолодое лицо стражника. Испещренное множеством морщин, довольно сильно затронутые сединой волосы. Но все же лицо было добрым. На сколько может быть лицо добрым человека служащего в столь мрачном месте.
— Да прольется дух твой, как дождь на траву, как дождь обильный, напоивший землю. В дни твои да расцветет справедливость и всеобщий мир... — вдруг процитировал мужчина глядя на лежащую на полу окровавленную девушку, усталым, печальным взглядом.
— Каждое существо в сознании... — стражник покосился на соседнюю дверь за которой завывал и скребся обезумевший от жажды гуль, — достойно капли сострадания... Простите но мне пора.

+2

15

Девушка устала глядела на доброго стража, который цитировал молитву святой Леды, что сразу напомнило те времена когда она верно служила ордену Юстициар, и ей приходилось читать эти слово постоянно перед убийством очередного гуля. Анна даже на секунду вздрогнула, подумав, что этот страж убийца из ордена, пришедший забрать ее жизнь. После небольшой паузы, девушка оглядела еще раз дары охранника, после чего обратилась к нему еще раз:
— Спасибо вам за еду и одеяло, молитву тоже было приятно слышать... Но перед тем как вы уйдете, не могли бы вы мне обещать, прийти ко мне завтра, — после этих вялых обессиленных слов девушка снова опустила голову, продолжая держаться за кровавые раны на теле. Было видно сразу, что она полностью потеряла всякую надежду увидеть еще раз свет солнца, а не этих фальшивых факельных огней.

+1

16

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Mirovoj-okean/1.png

Стражник пристально смотрел на окровавленную лежащую на полу девушку. Какое бы преступление она не совершила, не заслуживала такого унижения. Страж считал, что нарушителей закона надо карать жесткой рукой, не уподобляясь им, не переступая черту человечности. Сюда довольно редко попадали преступники, обычно безумные жаждущие крови и убийств гули. Которых убивали без жалости, сострадания. Но если то что рассказывали вернувшиеся с капитаном стражники правда. Мужчина поморщился от отвращения. Чем тогда они лучше тех же самых гулей. Мужчина неожиданно шагнул обратно в камеру и вставил факел в петлю на стене. Колебавшийся несколько секунд присел возле лежащей девушки, расправил принесенное одеяло, накрыв девушку.
— Хорошо... Я приду, — мужчина встал и больше не колеблясь вышел, закрыв дверь. Послышался металлический лязг замка и удаляющиеся шаги. То ли факел он оставил специально, то ли забыл его. Но теперь кромешную тьму разгонял горящей, желтый горячий огонек, хоть как то скрашивавший одиночество израненной девушки.

+1

17

— Хорошо, я приду, — послышались слова одобрения просьбы девушки, что принесло ее куда больше тепла, чем оставленный в настенной петле факел, и чем теплое пуховое одеяло, которое заслоняло израненное бедное тело девушки от холодных стен и пола этой грязной темницы.
«Насколько может быть добрым человек, который работает в столь зловещим месте», — наполняли вопросы голову Анны, найти ответы на которые, у нее было много времени, ведь это все, что у нее здесь есть — время.
«Стоп!» — пришло озарение к ней, словно молния ударила в ночи и осветила все, что скрывалось от нее в тени, — «Дитрих, Дитрих Аквелон хотел помочь мне бежать в тот день когда меня поймали... Где он сейчас? Он был на том ржавом судне, прикованный цепями как и я, или мне это приснилось?» — сложные вопросы прошлого начали вонзаться в сознание Анны, будто проснувшаяся после долго сна память, начала вспоминать.
Столь тяжелые мысли, заставили Анну вспомнить и о своих физических потребностях, таких как голод. Она вспомнила, что не ела уже как 3 дня с момента заключения. Видимо за это время желудок успел так атрофироваться, что не вызывал беспокойство.
Пододвинув к себе поближе дары доброго охранника, Анна начала с наслаждением поглощать пищу, которая казалась такой вкусной.
Одна картошечка, вторая, третья и тут сработало рефлекторное извержение содержимого желудка, вызванное долгим голодом. Анна нагнула голову, и вся та вкусная еда, оказалась на грязном полу, теперь это была пища для здешних крыс и прочей живности.
Откинув голову на верх, девушка схватила яблоко, подкинула его вверх и поймала. «Вот, что бывает если долго не есть... Да и тюремная еда тут пропитана весьма концентрированным ослабляющем ядом. Даже не знаю, что лучше: есть и слабеть или не есть и умирать», — пессимистические мысли в голове Анны так и кружили в тот момент, как бы они ее не привели к скоропостижным умозаключениям.

+1

18

Глаза Анны открылись после долго сна, который как можно было догадаться был весьма не плох, ведь глаза так не охотно открылись, будто нехотя возвращаться из прекрасного мира сновидений и прибывать опять в ужасном настоящем. Грязная темница так и не изменилась, ужасный запах рвоты и гнили все еще витал в тяжелых каменных тюремных плитах. Крысы которые составляли компанию Анне на тот момент, все еще бегали по полу, изредка лакая кровь из небольшой лужицы. Тяжёлая голова девушки приподнялась, и начала следить за одной из крыс. «Один, два, три крысы в моей камере. Их привлек запах крови», — подумала Анна. после чего заметила как одна крыса пропала из помещения. «Как? Где она? Я думала они пробираются под дверью!» — засуетилась девушка, да так, что схватила факел и направила его в темные углы темницы, а все крысы со страха убежали обратно от куда и пришли — железная решетка. Анна подошла по ближе, посветила за решетку в надежде понять ее предназначение. «Видимо это система вентилирования камер? Но ведь в моей камере есть окно?» — задумалась девушка нагнувшись над решеткой на полу.
«Значит, это водосток, а скорее кровосток, ведь в камерах частенько пытают заключенных. А эти крысы, за много лет уже привыкли питаться кровью».

0

19

Скрежет железных дверных петель прозвучал в одиноких каменных стенах темницы Анны, та сразу, немного испугавшись кинула взгляд на дверь, прикрывая одеялом свое обнаженное израненное тело.
— У тебя соседка, — именно под эти слова в камеру влетела девушка аристократичного вида с лицом полного недовольства, она стучала кулаком по камню пола всем своим видом показывая, что обвинение в ее адрес ошибочно. «Или же она хорошая актриса или же она действительно не причастна. В любом случае это странно, что она сделала, что ее сажают в одну камеру с убийцей», — размышляла девушка в то время как ее глаза старательно разглядывали новую соседку, изучая ее и делая поверхностные выводы о ее персоне.
— Увидеть здесь аристократа большая редкость, за что тебя сюда? В тюрьму для гулей? — хрипло говорила Анна, будто она здесь уже несколько лет... — Ах да, на каком мы этаже? — добавила она после небольшой паузы.

Отредактировано Наринго Анна (03.11.2010 23:30)

0

20

Время, время... Чего-чего но вот времени у Дитриха было предостаточно. Привыкшему к довольно быстрому темпу жизни Дитриху, минуты казались днями а часы неделями. Иногда, появлялось странное чувство что он находится уже тут очень и очень давно но время будто застыло, прекратив свой поток и стало столь же прочным как камень что окружал его теперь всюду.
Уже прошло довольно значительное количество времени с тех пор как он не ел, но следующая порция которую ему дали, так-же была пропитано чем то. Это было не сложно определить учитывая то что еда не пахла характерным для нее запахом и имела слегка неординарный цвет. В своих тренировках, вампир продвинулся не так уж и далеко — научился разгибать уже согнутые им предметы но дальше без сторонней помощи продолжать было довольно таки трудно.
Из соседней камеры где держали Наринго Анну периодически доносились крики что не сильно удивляло Дитриха, ведь она устроила резню прямо на бале будучи при исполнении служебных обязанностей. Кто знает что там с ней сделали? Между прочим, эти крики мешали сконцентрироваться. Дитрих уже пару раз задумывался о побеге но всегда посчитавшим себя глупцом прекращал это бесполезное занятие. Ведь для этого нужен план которого не было.
Часы шли и шли и все те же повторяющиеся и периодичные шаги охраны в коридоре... Но недавно периодичность была нарушена. Дитрих прислушался. Две-три пары стальных сапог и что то выходящее из ритма, что то что не издавало столь громкого звука.
«Новый заключенный?» Шаги приближались и остановились прямо рядом с его камерой, а вернее напротив соседней камеры. Через толстые стены можно было расслышать что-то типа «у тебя соседка» и потом что-то про камеры.
«Новая соседка... вряд ли она бы стала тратить время на крики о невиновности совершив убийство, ведь она в камере для убийцы», — размышлял вампир об услышанном.

http://forumfiles.ru/files/0005/6e/de/42980.png  (на этом история персонажа обрывается)

0

21

— Недоразумению? Мы все здесь по чистому недоразумению, — шепотом проговорила Анна, видимо не хотела напрягать и без того измотанные голосовые связки.
Поднявшись с полу, бросив последний взгляд на небольшую решетку на полу, девушка медленно подошла к задней стене камеры, прислонила руку к холодному камню и сказала: — Значит, третий, что ж, это будет не просто, — так же тихо бормотала она, а потом застыла погрузившись глубоко в мысли.
«Черт эта девчонка стала настоящей проблемой для побега, я не знаю сколько она тут пробудет... Но раз она со мной в камере, значит придется с ней работать над побегам», — раздумья Анны прервал осторожный голос соседки.
— За что тебя осудили?
Вопрос был вполне ожидаемый но девушка не спешила на него отвечать, она опять погрузилась в раздумья.
«Я не могу рисковать поделившийся с ней планом побега, ведь я не знаю на сколько она здесь, ее могут выпустить уже завтра и ей будет только на руку выдать меня», — взгляд Анны упал на соседку, и этот взгляд был весьма собранным и сконцентрированным, будто в голове ее действительно зарождались весьма амбициозные планы на будущее. «Есть только один способ», — пробежала мысль, которая стала заключительным звеном в цепочке дедуктивного рассуждения девушки.
— Меня посадили за кровожадное убийство юстициара, и если ты сейчас же не признаешься стражем в содеянном, то я тебя убью, как убила многих в своей жизни, — голос уже не звучал так слабо и вяло, а напротив строго и жестоко.

Отредактировано Наринго Анна (05.11.2010 09:45)

0

22

— Рэйнор, тебе известно это имя? — слова прозвучали, но совсем не те которые ожидала Анна. «Если я не добьюсь ее признания перед стражей, то я буду жить в страхе каждую минуту, что ее могут освободить... Пока ее не осудят на сто процентов, я не могу делится умозаключениями о побеге», — переполняли девушку мысли, все больше и больше вопросов и все меньше и меньше ответов, все это катится в огромную сточную яму. В тот момент Анну одолело отчаянье и безысходность, не зря говорят, что эта тюрьма заставляют преступников вкусить всю сладость определенности. После небольшой пяти секундной паузы, Анна направила яркие зеленные глаза в сторону девушки, и начала свой говор с мрачной ноты.
— Рэйнор? Тот самый серийный убийца? Да я знаю о нем достаточно, его содержат в этой тюрьме уже долгое время, — хрипло, мрачно и сурово звучал ее голос, будто она совсем недавно дико кричала и совсем уже охрипла, прокашлявшись она продолжала. — У тебя часом не найдется листок бумаги и карандаш? — еще один совершенно не уместный вопрос звучал в тех же холодных стенах камеры.

Отредактировано Наринго Анна (09.11.2010 01:07)

0

23

Анна прислонившись к стене, укрывшись одеялом по сильнее стала разглядывать новую соседку, поведение ее явно не соответствовало положению вещей вокруг. После недолгих размышлений, девушка поняла как можно объяснить это. «Отряхивает одежу, старается не испачкаться, поправляет прическу, это значит, что в ней все еще живет надежда на скорое освобождение, я не могу ей доверять, придется добиться ее перевода из этой камеры или же просто убить, в противном случае я не смогу нормально работать над побегом», — размышляла Анна.
— Дай мне лишнюю одежду, а то здешняя охрана просто животные, — начала она говорить, и опять это было какое то требования к соседке.
«А что она говорила там про того парня», — вспомнила Анна и опять устремила взгляд на девушку. — «Она произнесла его имя с неким сожалением, будто она или он виноват».
— А зачем ты, кстати, спрашивала про Рейнора?

Отредактировано Наринго Анна (12.11.2010 00:08)

0

24

Наконец то нормальная одежда, подумала Анна надевая черный плащ на свое раненое тело. Раны уже не кровоточили, но все равно ужасно болели, будто миллионы тонких иголок прошивали ее тело насквозь, отчего становилось жарко и хорошо, в столь холодных каменных стенах.
Дождавшись ответа соседки, Анна присела на одеяло и облокотилась на стену, после небольшого вздоха опять обратилась к девушки.
— Скажи, тебя не удивляет, то что-то тебя посадили со мной? Убийцей юстициара, кровожадной убийцей заражённой ликантропией, а? Я слышала, что охранники кричали «Побег!», я слышала как этот парень бежал по коридору, и еще я слышала выстрелы, да именно выстрелы после которых раздался громкий смех капитана стражи. Мне очень жаль, но твой друг мертв, — хрипло рассказывала девушка, после чего подняв голову продолжала. — Не надо много ума чтобы сказать, что охрана подстроила его побег чтобы убить и списать все на попытку побега. А день спустя сюда приходишь ты, тебя обвиняет в соучастие и сажают к убийцы, какой мы вывод можем сделать из этого? — немного поморщившись говорила она, будто ей самой противно это все говорить, но она говорила и говорила, перешагивая через свои эмоции.
— Я уже видела это раньше, когда служила ордену юстициар, мы расследовали подобный случай в этой же тюрьме много лет назад. Там сбежал какой то полу гуль, мы перевернули весь остров но найти его не могли, дело закрыли решив, что-то гуль решил рискнуть и переплыть океан. Но я тогда не остановилась, я начала копать дальше и поняла, что того гуля заказали, заплатив круглую сумму капитану, можно было избавится от любого заключенного в тюрьме. Бедняги устроили ложный побег, а затем убили его, — мрачно слагала она, иногда останавливаясь, чтобы прокашливаться.
— Я думаю, что кто-то заказал и вас, вначале убивает Рейнора, потом заманивают сюда тебя и сажают в клетку с опасной преступницей, которая признана не вменяемой. Все ясно, вы оба были заказаны, — наконец остановившись, Анна закинула голову назад и уставилась в сырой потолок, будто о чем то мечтая или думая.

0

25

Прошло уже много времени с того момента как Анна осталась одна в сырой камере. Ее единственная соседка по камере за это долгое время пропала вмести со стражниками, и где она сейчас оставалось лишь гадать.
Да и в обще время в этих стенах очень трудно считать. Можно наблюдать за одиночными лучиками солнца которые просачиваются через маленькое окно у потолка, а можно ориентироваться по тому как выросли волосы или ногти. Еда которую приносят сюда напичкана медикаментами или проще говоря ядом, который отравляет организм и ослабляет волю. Организм Анны был в ужасном состоянии: кровавый шрам, который пронизывает все ее тело, почти зажил, а вот разум потихоньку умирал, уходя все глубже и глубже в кромешную тьму.
В первое время в тюрьме Анна говорила сама с собой, имитируя разговор который так сильно необходим всем. Но в последствии она уже не отличала реальный голос от воображаемого, она начала думать что с ней действительно кто-то говорит... И это становилось все смешнее и смешнее для охранников, которые приносили Анне еду, они тихонько посмеивались над тем как она отчаянно спрашивала у них — «кто со мной говорит!».
Ее воображаемый голос в голове прогрессировал с каждым днем в геометрической прогрессии, и это продолжалось до того как она начала ни только слышать голос, но и видеть его. Перед ее взором встала юная на вид девушка, отдаленно или не очень похожая на Анну.
— Ты кто? — весьма очевидный вопрос для девушки, которая так долго мучилась задавая его охранникам.
— Анна, это ты? О боже! Анна! Анна! Я твоя сестра-близнец. Ты разве не помнишь?
— Сестра? — удивленно ответила девушка.
— Ах да, как ты можешь помнить, ведь нас разлучили при рождении, — отвечала весьма реальная картина.
— Отец ничего не упоминал о тебе, почему он мне ничего не сказал? — спрашивала она.
— В тут ночь когда мы родились, наши родители разошлись поделив нас между собой. Ты осталась с отцом а я ушла с матерью, — отвечала иллюзия сестры.
Этот разговори кто есть кто и что случилось в прошлом затянулся у двух близнецов на долго. Но в последствии его, Анна все таки разобралась в своем прошлом, и поверила сестре окончательно.

Отредактировано Наринго Анна (30.04.2011 02:42)

0

26

В последствии долгой беседы, девушки разобрались в своих отношениях у окончательно убедились, что и вправду сестры, которых злая судьба разлучила в день рождения. Анна также узнала и имя своей воображаемой сестры, ее звали — Арифмеранда. Этот день был поистине счастливый для девушки, ведь она наконец то нашла свою сестру о которой и не подозревала и одновременно и хорошего собеседника которые может скрасить ее жалкое существование здесь.
— За что тебе сюда запрятали? Анна, ведь это тюрьма не для тебе, что ты такого сделала, чтобы тебя заточили вмести с опасными гулями, — удивлено говорила Арифмеранда.
— Ох сестра, — загрустила Анна. — Я совершила кровожадное убийство прямо в замке Алукарда, мало того, я убила юстициара, — говорила девушка.
— А шрам? Откуда у тебя такой уродливый шрам? — продолжала опрос.
— Здешний начальник охраны был отцом того юстициара, которого я убила. Поэтому он имел полное право надругаться надомной и травмировать мое тело, — отвечала она.
— Что же, ты теперь носишь его плод?
— Конечно нет, — завопила она, — он повредил мне все органы, которые были в ответе за этот. Я помню как они вытекали из меня стремительным потоком крови, — зловеще говорила Анна, будто рассказывала страшные истории.
— Вот как, а что же тогда... — тут разговор сестер прервал крик ворона. Крик был очень хриплым и доносился где то поблизости. Девушки сразу насторожились и нехотя вздрогнули от неожиданности.
— Что это? — вопросительно посмотрели на друг друга сестры.
— Проверь окно, — сказала Арифмеранда. Анна будто не замечая ее встала и пошла к стене, подняла голову. «Ах, придется прыгать, иначе я до конца не достану», — подумала она и попыталась поднять в воздух свое ослабленное тело. С первого раза допрыгнуть до окна не получилось, но вот со второго она ухватилась за железные стержни окна, подтянулась и заглянула в окно. К ее удивлению там сидел ворон и хрипло каркал на нее, мало того к его лапе была привязана записка, которую Анна незамедлительно сорвала. Спустившийся обратно в камеру, обе девушки начали читать свиток, в котором также имелся карандаш, видимо для обратно ответа.

Письмо:
«Здравствуй, Анна Наринго.
Я пишу тебе из провинции, из того самого дома где когда та ты и твоя группа юстициар арестовало меня. Если ты не вспомнила, мое имя Майкл Фельдманд. И в этом письме мне следует насмехаться над тобой, ибо всем известная гильдия ючтициар тоже нарушает закон, поздравляю ты изрядно попортила репутацию гильдии.
В Столице даже подняли вопрос о публичной казни Наринго Анны, что хоть как-то поможет вернуть былую славу ордену верных закону и нашей Леде.
Но я помню как ты мне помогла избежать наказания в суде, если бы не ты, то я бы пыл сейчас в твое положении. Поэтому, Наринго Анна, я помогу тебе чем смогу, тебе всего лишь нужно передумать тот самый гениальный план побега из не преступной тюрьмы...»

— Анна, кто этот безумец?
— Фельдман... Это преступник, хитрый махинатор и аферист. Когда то он хотел обмануть сам императорский дворец, тот самый в котором я совершила убийство, видимо поэтому он хочет помочь.
— И что нам делать? Нам не сбежать от сюда при помощи глупого письма, — отвечала Арифмеранда.
На что Анна промолчала, она лишь дрожащей рукой написала на бумаге. — Пусть твой ворон принесет мне ключ, любой ключ, только пусть он будет старым и ржавым.
Написав ответ Анна привязала его обратно к лапе ворона и пустила его в полет.

Отредактировано Наринго Анна (30.04.2011 16:24)

0

27

Дни сменялись ночью, минуты превращались в часы, а те в недели. Каждый шаг стражи за стеной раздавался эхом в больной голове Анны, каждый крик заключенных воспринимался как привычный звуковой фон. Каменные стены, отравленная еда и запах мочи, все это серьезно сказывалось на психики девушки.
— Арифмеранда? Сестра, ты еще тут? — прозвучал хриплый голос обессиленной девушки на каменном полу. — Сестра! Помоги! — отчаянно стонала она, будто обезвоженная рыба на берегу.
«Сколько я уже здесь? Сколько времени прошло с праздника Святой Розы? Роза! Помоги мне!» — трещал разум Анны.
— Я готова молиться тебе, Роза... Но я не властвую над своими руками более, их сковал яд, что так щедро добавляют мне в еду.

0

28

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Mirovoj-okean/1.png

В камеру просунулась рука и вывалила на пол лохмотья.
— Эй, просыпайся, шалава! — громкими ударами дубинки в дверь камеры разбудил пленницу охранник. — На выход. Быстро, я сказал, на выход. Дрыхнешь, что ли? Напяливай одежину, которую я припер, и двигай булками в медпункт. На медосмотр. Хрен ее знает, какая-то зараза гуляет... То ли свиной грипп, то ли свиная чума, дрянь какая-то.
Охранник сплюнул через щербинку между передними зубами и снова замолотил дубинкой в дверь:
— Ну, напялила платье? Что ты копаешься, как клуша?
Не дожидаясь ответа, он отпер дверь камеры и вытолкал из нее девушку. Повел ее по коридору, легонько тыча под лопатки дубинкой, в сторону медпункта.

0

29

Смутный рассудок словно в тумане, звуки и мысли пробирались с трудом, глаза не желали открываться, а ноги — разучились ходить. Какое еще может быть состояние у столь долгого узника Аль-Матраса. Столь ужасное состояние было вызвано здешней пищей, а именно тем, чем эта пища пропитана. В первые дни своего пребывание здесь, Анна думала о скором побеге, тем самым она плевала на всем известную константу: ни кто не сбегал из Аль-Матраса, и никто не сбежит. После первый недели подобное желание начало прободать. Яд полностью усмирил ее пыл. И теперь, она лежала на холодном полу в почти бессознательном состоянии овоща. Дни проходили незаметно, недели — быстро, а о месяцах можно было судить только по длине ногтей или волос. Анна уже несколько недель не с кем не говорила, последним ее собеседником была она сама. Ну, вот послышался звук, или голос? Сначала она не могла разобрать, что же происходит и откуда доносятся эти звуки, так отдаленно похожие на речь.
— На медосмотр... одевайся, — слышался голос позади.
Анна не сразу среагировала на приказ. Стала шевелиться после того как взглядом нащупала тюремную рванину, которою по-видимому принес охранник. Надев одежду, она хотела было выйти из камеры, но сильный пинок дубинкой заставил ее вылететь из клетки.
С трудом передвигая ногами, она шла, опираясь о каменную стену коридора.

Отредактировано Наринго Анна (21.09.2011 13:26)

+2

30

http://drakenfurt.s3.amazonaws.com/NPS/Mirovoj-okean/1.png

Коридор был освещен еле тлеющими факелами — средные века, ей-богу. Поэтому свет от двух керосинок в кабинете тюремного врача слепил глаза, как дневной. Нужно было проморгаться, преодолев резь под веками, прежде чем разглядеть улыбающегося доктора в свежем халате. На голове у врача была хрустящая белая шапочка, а поверх шапочки — параболическое зеркало, через которое ЛОРы заглядывают в рот своим пациентам. Быть может, и правда какая-то зараза гуляет по тюрьме. Гриппозный вирус или еще что-то в этом же духе...

Врач кивнул охраннику в знак приветствия, надел на руки резиновые перчатки, прополоскал в хлорном растворе термометр и сунул его в рот Анне, продолжая улыбаться своей клыкастой улыбочкой.

Охранник стоял в дверях, поигрывая дубинкой.
— Выйдите, пожалуйста, — ласково попросил его врач. — Мне нужно будет осмотреть пациентку.
— Я отвернусь, — холодно возразил надсмотрщик.
— Что у вас здесь за порядки, милсдарь? — продолжая улыбаться, тем же ласковым тоном возмутился врач. — Вы боитесь, что эта изможденная женщина, которая еле стоит на ногах, сбежит, если вы покинете кабинет? Я не призываю вас к милосердию, я говорю вам: будьте благоразумны, оставьте нас, подождите за дверью. Тут на окнах решетки, ей не выбраться. Мне нужно провести полный отсмотр этой пациентки. Полный, понимаете? Вы будете не только ее, но и меня отвлекать. Я позову вас, если возникнет повод для беспокойства.

Охранник окинул взглядом Анну. Она была больше похожа на мумию, чем на живую ревенантку: мертвые глаза, потрескавшиеся губы с запекшейся на них кровью, тощая, как сама смерть. Затем он перевел взгляд на доктора с его доброжелательной клыкастой улыбкой. Доктор, встретив его взгляд, выжидающе приподнял брови и наморщил лоб.
— Ладно, — процедил охранник и, медленно развернувшись, вышел из кабинета, встав за дверью.

Доктор взял у Анны градусник, покачал головой, затем набрал в шприц лекарство, выпустил вверх тонкую тугую струйку и четким профессиональным движением вонзил иглу девушке в вену:
— Это всего лишь укол силибрита. Он подействует на вас отрезвляюще. Собритесь. Вы способны отлевитировать на 200 метров? Слушайте меня внимательно, — он перешел на быстрый шепот, — это побег. Вы сбегаете. Сейчас на вас подействует силибрит, затем вы ударите меня по лицу... только бейте от души!.. затем подниметесь к окну, выбьете решетки, которые уже подпилены, и отлевитируете отсюда вниз на 200 метров. Мы находимся на скале, под скалой — небольшая бухта, там вас ждет лодка. Прыгайте в нее и плывите четко на восток. Вы меня поняли? Кивните, если поняли.

+2


Вы здесь » Дракенфурт » Мировой океан » [о. Аль-Матрас] Тюрьма особо строгого режима


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC